Я не из Форкса. Даже сама идея о том, чтобы жить где-то, где дождливых дней больше, чем солнечных, снежных и пыльных вместе взятых, не позволяла включить этот город в десятку моих любимых мест жительства; даже приложение в Facebook понятия не имело о чем, черт возьми, речь. А зелень? Зеленый не мой цвет. Я скорее была любительницей светло-коричневого с красным и желтым вперемешку.

С дикой природой я тоже была не в ладах. Пауки, броненосцы, кобылы? Без проблем. Львы, тигры и медведи? Ну их на хрен. Ну ладно, скорее горные львы, чем эти, ну, знаете, африканские… да и тигры, пожалуй, были с натяжкой, но медведи… Медведи уж точно. Большие, страшные, с большими зубами, огромными лапами, такие, что готовы сожрать тебя всеми возможными способами.

Да, это определенно не мое. Ну, я, конечно, была только за то, чтобы меня пожирали всеми возможными способами, но у пирующих существ, как правило, был очень умелый язык и довольно-таки впечатляющий член. Ну это так, к слову.

Но даже я должна признать, что рождество в Форксе даст фору любому рождеству в Аризоне. У этих подонков шел снег! И не какое-нибудь искусственное дерьмо. Ну знаете, то, что рассыпают вокруг Санты, с которым фотографируешься в торговом центре? Попробуйте словить его на язык – страху на всю жизнь хватит. Нет, у них он был настоящий. Мне говорили, что единственное, когда им приходилось беспокоиться, это когда снег был желтым. Я спросила у Эли, что это значит, а она посмотрела на меня, будто я купила вещь из прошлого сезона. «У тебя что, никогда не было собаки, Белла?» - спросила она.

А она что, не слышала, как я отношусь к четвероногим мохнатым тварям? Видимо, нет.

Но то, что держаться от желтого снега надо подальше, я поняла.

Так вот, возвращаемся к моей демагогии. Ах, точно, Форкс. Да, Форкс просто отстой… за исключением декабря. В это время он становился волшебным. Я все ждала, когда же из-за угла выскочит Белоснежка. А потом вспоминала Элис и совершенно обыденно и эффектно закрывала лицо ладонями.

Каллены сами были как персонажи Диснея. Элис, со своими черными волосами и бледной кожей вкупе со своей ненормальной любовью к мелким грызунам, на зубок знала Белоснежку. Да еще и девушка ее брата, Розали. Даже она попала в мой список. Я все предлагала им с Эмметом групповушку… печа-а-а-льно, но она сказала, что с ее киской мне не управиться. Пф.

Персонажи Диснея, точно. Она бы надрала Спящей Красавице задницу. Даже сама Роуз знала, что была горячее всего, что смогли выдумать эти придурки из Диснея.

И Эсми, милая, милая Эсми, мать Элис и Эммета, была лучшей принцессой из всех. Ее слегка красноватые волосы напоминали мне о той девочке-рыбе… Ариэль? Но ее доброта, терпение и ослепительная красота делали ее саму по себе принцессой. Скорее даже королевой Калленов. У нее должно быть свое особенное королевское имя. Черт, у нее должен быть даже свой собственный чертов остров. Остров Эсми. Я рассмеялась сама над собой. Какая глупость.

Был еще Папочка Каллен. Ох-х-х, детка. Он был совсем как Алладин.

Ха! Шучу. Он был бы прямо как… хм-м-м, давайте остановимся на Папочке Каллене. Да, это шло ему больше всего. Этот прекрасный подонок. Несправедливо, что Эсми не делится. Они, видимо, пропустили урок в детском саду, когда объясняли, что нужно делиться… сначала Эммет не хочет делиться Роуз, потом Эсми не дает Папочке Каллену повеселиться.

Театральный вздох.

Нам непременно стоило привезти «Hooked on Phonics»*, чтобы научить их этому.
(Прим. пер.: компания, производящая образовательные материалы).

Итак, да, рождество у Калленов. В Форксе. Я как-то раз спросила, не могли бы мы съездить в Спунз, а потом в маленькие города на другом конце штата – Найвз и Спэтула. Они не поняли. Красота не всегда дружна с мозгами. Или им это просто не показалось смешным… проехали.
(Прим. пер: игра слов – Форкс пишется и читается, как слово «вилка» во множественном числе; по той же логике предлагаются вымышленные города: Спунз «Spoons» - ложки, Найвз «Knives» - ножи и Спэтула «Spatula» - лопаточка).

Но я любила это место, и пока медведи были спрятаны гипер благодарным народом, у меня все было хорошо! К тому же провести рождество здесь было гораздо лучшим вариантом, нежели ехать домой в Финикс и проводить его с приемными родителями. И поскольку фактически мне было больше восемнадцати, они уже не считались моими приемными родителями, так что мне было приятно иметь другой вариант, где я могла провести каникулы.

Элис была моей соседкой в колледже… и лучшим, что случалось со мной после хлеба ломтями, ну или джина с тоником, но, тем не менее, она была необыкновенна.

И будучи потрясающей подругой, на первом курсе она пригласила меня к себе домой на рождество. Я было скромна, застенчива и вежлива в своем отказе. Но потом она сказала, что мне доведется попробовать настоящую белую хренатень, и я запрыгнула на самолет быстрее спринтера. Потом я узнала, что она говорила про снег, а не… кхм… Папочки Ка, но было уже поздно. Так что, вот она я, три рождества спустя, все еще надеюсь попробовать чудесного рождественского фирменного блюда Каллена, но все равно наслаждаюсь семейными каникулами без медведей.

Да, верно. Эти люди – моя семья. Моя собственная, ненормальная диснеевская семья.

Мне не терпелось домой в этом году. Я не могла дождаться, когда вручу Эсми и Папочке Ка их подарок! Я купила им слишком дорогой, но абсолютно-стоящий-подарок-потому-что-это-клевая-камера! Вы могли бы подумать, что, будучи такими красивыми, они могли устроить собственное шоу Ника и Джессики* и развешать свои фотографии по всему дому. Но они этого не делали. За все года, что я их знала, я не видела ни одной семейной фотографии. Но в этом году мы сделаем одну. И да, я сказала «мы», потому что я была частью всего этого. Я даже специальную рамку купила, которую прекрасно задекорировала со своими потрясающими дизайнерскими способностями. Ну ладно, я просто налепила картинок с принцессами Диснея на рамку из темного дерева, но все равно она была отпадная.
(*Прим. пер.: шоу Джессики Симпсон и ее мужа Ника Картера).

Отпадная? Да, я так и сказала. Отпадная как стиль парней из N'sync. Ох, Джей Ти, что со мной творит твоя серьга в ухе.

- Белла? – встряла Элис.

Верно, пора возвращаться из девяностых.

Я выставила указательный палец вверх, веля ей подождать, оставаясь при этом все еще с закрытыми глазами.

- Давай, Белла, оставь уже свои фантазии о Джастине Тимберленде и возвращайся ко мне.

Я открыла глаза и сердито на нее посмотрела.
– Во-первых, он Тимберлейк, а во-вторых, как ты, черт возьми, узнала, что я думаю о нем?

Она рассмеялась и снова заняла свое место в самолете.
– У тебя появилась эта глупая улыбочка на лице. Ты знаешь, каково мне становится, когда ты думаешь о нем в этом контексте.

- Ты просто язвишь, потому что Ланс оказался геем. Не надо ненавидеть мою мечту из девяностых лишь потому, что у меня еще есть шанс, что она осуществится.

- День, когда ты переспишь с Джейсоном станет днем, когда The Situation* лишится своего оранжевого блеска.
(Прим. пер.: герой реалити-шоу «Пляж», перезагорелый, как и все остальные).

- ДЖАСТИН! Его зовут Джастин, Элис!

- Да, да, Джастин, Джордж и Роб. И все они засранцы, до которых нам никогда не добраться, так что бросай надеяться, сеструха. Этого не случится.

- Ох, Элис, обожаю, когда ты читаешь гангста. Сделай это снова, детка.

- Браток! Валим в клубец, - пробубнила она. – Летаем как Джи Сикс.
(Прим. пер.: G6 - сленговое название реактивного самолёта бизнес-класса Gulfstream G650. В настоящее время разрабатывается корпорацией Gulfstream Aerospace. Также это фраза из текста песни Like A G6 Far East Movement).

- О, да! Да! – простонала я. – Еще! Пожалуйста, еще!

- Не гони, чикса!

- Да!

- Кореш!

- Эм, прошу прощения, - перебил парень, сидящий по ту сторону прохода. Мы обе повернулись и уставились на него. Он слегка отпрянул. – Девушки, не могли бы вы быть потише, пожалуйста?

- Ты тупой, - заявила я, глядя на парня.

- Реально тупой, - продолжила Элис.

- Ваще реально!

Он посмотрел на нас, словно мы были с Острова Проклятых, любезно сдвинулся в своем кресле и отвел взгляд.

- Народ просто не понимает, - вздохнула я, приподняв воротник своей полосатой рубашки.

- Ну не могут же все быть в теме.

- Не будь завистником, - отчитала я, махая руками.

Мы обе захихикали. Да, захихикали, отъебитесь. Хихиканье социально приемлемо.

- Итак, - начала я, меняя тему. – Что ты приготовила мне на рождество? - взбудоражено поинтересовалась я.

Элис закатила глаза.
– Ни хрена я тебе не готовила.

- Ой, да брось! Я знаю, что ты хочешь рассказать мне! Можно подсказку? Маленький такой намек каждый день до самого рождества? Это будет наше «Двенадцать дней до рождества – спецвыпуск».

- И какой это спецвыпуск?

- Просто соглашайся, Элис.

Она принялась мусолить подол юбки.
– Я не шучу, Беллз. Я ни черта тебе не приготовила.

Мы обе расхохотались. Мне нравилось получать подарки от Калленов. Спустя восемнадцать лет, в течение которых я получала дулю с маком, было чертовски приятно быть избалованной дорогущими штуковинами.

- Ага, я тебе тоже ничего не приготовила.

- Это хорошо, ненавижу, когда ты мне что-то покупаешь.

Мы снова расхохотались.

Я вдруг ощутила эффект от нашего хохота на своем бесценном мочевом пузыречке и, встав, перешагнула через Элис, чтобы сбегать в сортир и обратно. Я была уже на полпути, когда раздался тихий сигнал.

«Самолет готовится к посадке. Пожалуйста, займите свои места и пристегните ремни безопасности».

Черт! Черт! Черт! Я еще быстрее помчалась к сортиру.

- Мэм! – Черт. – Мэм, вам нужно занять свое место.

Обернувшись, я увидела стюардессу, идущую мне навстречу.

- Я быстро! Ну очень нужно!

- Простите, Мэм, но я не могу задержать самолет от посадки лишь потому, что вам нужно облегчиться.

Быстро оценив расстояние до уборной, я рванула к двери, тут же закрываясь на защелку. Да! Дай пять команде хозяев!

Она принялась барабанить в дверь. – Мне нужно, чтобы вы вышли и заняли свое место, пожалуйста!

- Одну… - расстегнула, присела, а-а-ах-х-х-х! Самолет вдруг начал снижаться, и от тряски я отлетела к стене. – Черт! – выругалась я. Теперь вся нога обоссана, и голова раскалывается от боли. Послышался смешок стюардессы. Пошла ты! Я показала ей средний палец через дверь туалета.

Облегчившись, нет, не так, я вытерла ногу и поднялась.

- Да вы шутите! – воскликнула я, возможно, громче, чем следовало, заметив подтеки на джинсах. – Идрить твою!

Вздохнув, я почистилась, как только смогла, открыла дверь и вернулась на свое место. И они не шутили по поводу ремней безопасности. Меня колошматило из стороны в сторону, пока я пыталась дойти до Элис. Какому-то парню пришлось даже потянуться ко мне, чтобы помочь удержать равновесие. Или, может быть, он просто пытался прихватить меня за задницу. Я не стала обращать на это внимания, сыграв на презумпции невиновности.

Когда я наконец вернулась к Элис, она поморщила нос.
– От тебя пахнет мочой.

С моих губ сорвался тяжелый вздох, и, взяв ремень безопасности, я пристегнулась.
– Я вляпалась.

- Опять? Ну хватит, Белла. Я думала, что мы уже говорили об этом. Сортиры предназначены для дохлых рыбок и рвоты, а не для купания.

Я повернулась к ней с сердитым взглядом.

- Я не писаю в твой бассейн, вот и не купайся в моем туалете, - рассмеялась она.

Истерика.

- У тебя есть адвил? Голова болит, я ударилась ей о стенку.

- Ух ты, похоже, у тебя там было увлекательное путешествие.

- Не будь злюкой, дай таблеток.

Она потянулась в сумку под сиденьем, и в этот момент самолет внезапно дернулся, и она врезалась головой во впереди стоящее сиденье.

- Срань!

- Э-э-э-элис. Это что за хренатень?

- Какая хренатень? – переспросила она, когда выпрямилась и, потирая голову, снова полезла за таблетками.

- Это слово. Какого хрена это было?

Она хихикнула. О Боже. Я закатила глаза.
– Это английское слово.

Я вопросительно уставилась на нее. – Нет, Элис, это не английское слово. «Черт», «дерьмо», «долбоебина» - это английские слова.

- Британский английский, Белла. Так более стильно, не находишь?

- Двадцать минут назад ты читала мне гангста рэп. Тебе не позволено быть стильной.

- Ну и ладно, - усмехнулась она. – Джази нравится.

- А-а-а-а! – простонала я. – Ненавижу его проклятый английский акцент.

Она снова захихикала.
– Ты сказала «проклятый»! Он и на тебя оказывает свое влияние!

- Нет, Элис, он ничего на меня не оказывает, - пояснила я. – Просто я все время использую это слово, - защитилась я.

- Проклятый, проклятый, проклятый! – воскликнула она, ужасающе подражая английской манере речи.

- Прекрати, пожалуйста! – взмолилась я, затыкая уши. – У меня и так уже болит голова от экскурсии в сортир.

Самолет наконец приземлился на длинную, мощеную полосу.

- Как смешно было бы, если бы самолет сбил одного из работников?

- Элис! Это было бы совершенно не смешно.

- Да не то чтобы я желаю ему смерти или чего-то такого, просто подумала, что было бы забавно. Какая клевая история получилась бы? «Как ты сломал ногу, приятель? О, меня сбил самолет». Офигенно!

- Ох, Элис, подражание мужскому голосу у тебя выходит ужасно.

- Не надо так недолюбливать мой глубокий голос. Я могу сделать его реально низким, - сказала она, понижая свой голос, как только могла. – Становись ниже, недомерок!

- А вот и американский сленг вернулся.

- На время, - подмигнула она. – Завтра приедет Джази. И нас ждет уйма британского юмора.

Я снова вздохнула.
– Ненавижу, что у тебя есть парень. Теперь все разбились по парочкам, а я буду вынуждена весь следующий месяц развлекать себя сама.

- О, Белла. Не делай вид, что ты не развлекаешь себя сама уже сейчас, причем вполне успешно, - намекнула она.

- Не будь извращенкой, Элис, - отругала я.

Самолет остановился, к нему подогнали трап, и все, включая нас с Элис, встали, чтобы собрать свои вещи.

- Не волнуйся об этом, Белла. Я уверена, что это рождество ты запомнишь надолго, не смотря ни на что, кто бы с кем был или ни был.

- Твои слова напрочь лишены смысла.

- Выше голову, Беллз. У меня такое чувство, что это будет наше лучшее рождество.

- Да, да, да, - вздохнула я.

- Но от тебя действительно пахнет мочой.


К тому времени, когда мы вернулись в скромную обитель Калленов… ладно, вычеркните это… к тому времени, как мы вернулись во дворец Королевы, то есть в дом Калленов, я была без сил. Перелет из Аризоны вымотал меня, и я была готова к ежедневному дрему. Да, я каждый день ложусь вздремнуть. Это совершенно нормально.

Роуз приехала в Сиэтл, чтобы подобрать наши жалкие задницы и отвезти нас в Форкс. День был долгим, солнце село некоторое время назад. Приехав домой, мы удивились, что там никого еще не было, но я не стала особо задумываться об этом. Мой мозг уже отключился и был готов к тому, чтобы я уложила его поспать на часок.

Взобравшись по лестнице через два пролета, я направилась в комнату на третьем, которую считала своей спальней. Не знаю, зачем Каллены купили такой большой дом, имея всего двоих детей, но я не жаловалась. Спальня на третьем этаже была прямо вся в шоколаде. Она была превосходна, с огромной кроватью в центре и кучей пластинок на стенах. Телевизора не было, но зато был небольшой балкон на дальней стороне комнаты. Я любила стоять там, когда шел снег. Многочисленные простуды, схваченные в это время, могут валить к чертовой матери.

Я издала счастливый вздох. Я вернулась в свой маленький заснеженный рай, и даже не зажигая свет, забросила свою уставшую задницу на кровать под мягкое одеяло, отдыхать на огромных подушках.

Сон сморил меня быстро.

Мне снился страннейший сон. Было тепло, пахло сигаретами вперемешку с запахом леса, и слышалось тяжелое дыхание.

Все было дивно, разве что я ненавидела все, связанное с лесом, да и мой бывший курил как паровоз, так что, возможно, я относилась к этому все еще немного неодобрительно. А тяжелое дыхание… это что, фильм ужасов? Или ночной кошмар? Актриса из меня паршивая…

Странно, правда? Нет! Не странно, потому что, разлепив глаза ото сна, я увидела в своей постели еще одного человека.

Я с воплем подскочила на кровати и включила прикроватную лампу.

Вонючий, небритый, похожий на бродягу мужик растянулся на другом краю кровати. Какого черта вообще, а?! Это моя кровать!

- Вали из моей чертовой кровати! – закричала я, будя этого явно бездомного человека, который, наверное, взобрался по стене и влез сюда через балкон.

- Я натравлю на тебя Папочку Ка, ты, больной придурок!

- Да подожди ты минуту, черт возьми, - сказал Бродяга Джо* - да, я мысленно дала ему имя, - потирая свои усталые глаза и садясь на кровати. Бездомный дурак с бородой и лохматой шевелюрой. Фу.
(Прим. пер.: персонаж фильма «Маппеты» в исполнении Зака Галифианакиса).

- Это я «подожди»? – в неверии воскликнула я. – Я так не думаю, приятель. Знаешь ли, врываться в чужие дома незаконно!

- Незаконно? Врываться? О чем ты говоришь, черт возьми? И почему ты в моей комнате?

- В твоей комнате? – ахнула я. – Я так не думаю, Джо. Это моя комната.

- Джо? Ты чего-то нанюхалась что ли?

- Воу, приятель. Не знаю, чем вы, ребята, занимаетесь на улицах, но я не увлекаюсь вашими тяжелыми веществами.

- Ты чокнутая, - сказал он, ложась обратно и забираясь под одеяла – мои одеяла! – А теперь вали из моей комнаты, горяченькая, но чертовски раздражающая вякалка.

- Вякалка? – я была оскорблена! Я не вякаю!

- Ты ошибся домом, если считаешь, что это твоя комната. Эта комната, эта кровать, и эти потрясные плакаты Джей Ти на стенах, все это принадлежит мне.

- Ошибся домом? Ну извини, но разве это не дом Карлайла и Эсми Каллен? Потому что когда я проверял в последний раз, они жили здесь.

Я села, потрясенно распахнув рот. Бродяга Джо справился с домашним заданием.

- И нет, вякалка, это не твоя комната. Это моя комната. Я вырос в этом чертовом доме, застилал эту кровать, на стенах висят мои пластинки, и как только я проснусь утром, я сожгу все эти тупые плакаты до единого. Так что, пожалуйста, вали отсюда к чертовой матери и оставь меня в покое.

- Ты… ты… что?

Раздался стук в дверь.
– Белла? – позвала Элис.

- Элис, иди сюда и скажи этому бродяге убираться из моей кровати!

Она вошла в комнату и ахнула от увиденного. Ее бледное лицо стало еще бледнее. Джо тоже выглядел шокированным и быстро сел, едва Элис преступила порог.

- Элис, у тебя телефон с собой? Надо позвонить копам.

Она не ответила.
– Элис? Ты меня слышала?

Они с Джо просто пристально смотрели друг на друга какое-то время.

- Эдвард?

Эдвард?

Джо… эм-м… Эдвард встал с кровати, повернувшись ко мне спиной.

- Здравствуй, Элис, - тихо пробормотал он.

Она подбежала к нему, буквально прыгнув ему на руки, и обвила его своим маленьким тельцем. Он ответил с равным энтузиазмом, крепко обнимая ее и раскачивая из стороны в сторону.

- Я так скучала по тебе.

Какого хрена происходит?

- Какого хрена происходит?

Следом в комнату влетел Эммет.
– Эдвард! – воскликнул он.

Элис поставили на ноги, и Эммет с Бродягой Джо крепко обнялись. Я была совершенно сбита с толку.

Я сердито посмотрела на них.
– Может быть, кто-нибудь соизволит объяснить мне, какого черта здесь происходит?

- Может быть, кто-нибудь соизволит сказать этой вякалке, закрыть свое вякало?! – закричал Эдвард.

- Эм… Белла, - начала Элис, - это мой старший брат, Эдвард.

- Старший брат? Ты никогда не говорила мне о другом старшем брате!

- Видишь, я не бездомный постельный разбойник, ты, глупое дитя в моей кровати. Скажи ей, Элис, что это моя кровать, - Боже, он так раздражает. Я закатила глаза от его недовольного тона.

- И не закатывай на меня свои глаза, - велел Эдвард.

- Я даже не знаю, что сказать, - в то же время пробормотала Элис.

- Белла, - начал Эммет, - Эдвард рос в этой комнате. Но, Эдвард, в течение нескольких последних лет эта комната принадлежала Белле. Она часть этой семьи, приятель.

- Что? Они удочерили тебя что ли? – спросил он.

Я стрельнула в него злобным взглядом, свыше того злобного взгляда, что уже адресовывала ему.
– Нет, они меня не удочеряли. Я соседка Элис в Университете Аризоны.

- Тогда я что-то не догоняю, как эта комната стала твоей.

- У Беллы нет семьи, - пояснила Элис.

Ну спасибо тебе, Эли, за эту пощечину.

- Я имела в виду, - она посмотрела на меня извиняющимся взглядом, - что мы семья Беллы. Она приезжает сюда на каникулы, и эта комната стала ее.

- Я не понимаю, как мою жилплощадь вот так просто разбазаривают! – прокричал он.

- Ну если бы ты приезжал домой, я бы ее не заняла, - рявкнула я в ответ.

Они все одарили меня странными взглядами.
– Я бы с удовольствием вернулся домой. Но с этим были небольшие проблемы.

- А именно…

- Тюрьма, Белла, - он произнес мое имя отстраненно. – Последние пять лет я провел в тюрьме. И сейчас впервые сплю на чем-то кроме железной койки, так что был бы очень признателен, если бы ты свалила на хрен из моей комнаты, чтобы я мог нормально выспаться!

Тюрьма? Тюрьма?!

- Ты был в тюрьме! – воскликнула я. Ух ты, да мой мозг подрастерял свои умственные способности за последние десять минут.

Он одарил меня взглядом, который, как мне кажется, был, по его мнению, пугающим. Но не был.

- Послушай, Джо, тебе меня не запугать, так что можешь приберечь свои взгляды для кого-нибудь другого. Тут они ни к чему.

Он выглядел озадаченным.
– Какого черта ты все время называешь меня Джо?

- Бродяга Джо. Я так назвала тебя, как только обнаружила в кровати рядом с собой.

- Ох, Господи Боже, - вздохнул он. – Да ты невменяемая, черт возьми.

Я ткнула в него пальцем.
– Эй! Я принимаю это на личный счет, Джо. Ни слова о сумасшедших! К тому же, - продолжила я, - от тебя ужасно пахнет! Мои одеяла все провоняют.

Он тупо уставился на меня.
– Это я ужасно пахну? Ты накурилась, Белла? От тебя пахнет как от старого ссуна!

Элис разразилась хохотом.

- Ну все! – встав с кровати, я бросилась к противоположной ее стороне, туда, где стоял он. Схватив его за руку, я потянула его к двери. Он тупо подчинился, совершенно застигнутый врасплох моими действиями, и я благополучно выставила его в коридор. – А теперь держись подальше от моей комнаты! – я захлопнула дверь и закрыла ее на ключ.

Придурки тупые. Портят мое грязное диснеевское рождество.


Оставшуюся часть ночи я провела в своей комнате с запертой дверью. Я злилась оттого, что какой-то бродяга решил, что моя комната его, и еще больше я злилась оттого, что бродяга оказался вовсе не бродягой, а… Калленом.

Я мысленно отметила, что диснеевское имя ему не достанется, будто бы оттого, что я лишила его своего собственного мысленного прозвища, мне стало бы лучше.

Стало.

Ничего, у него есть имя… Шрам. Да, этот подонок убил отца Симбы и попытался украсть мою комнату. Я сидела и размышляла, как бы совместить Бродягу Джо и Шрама. Хмм…

Шрам-бро-Джо? Джо-бро-шрам? Джо-Шрам? Долбоеб?

Я захихикала про себя.

Эх, я сдаюсь. Остановлюсь на том, что буду называть его двумя разными именами. Мой пришибленный мозг возблагодарил меня за возможность быть особенно пришибленным.

Я ответила «пожалуйста». Возможно, даже вслух.

Но посидев какое-то время в своей кровати, думая обо всяких гадостях, я решила, что, наверное, стоит принять душ и поспать. Это будет долгий месяц, если мне предстоит иметь дело с Бродягой.

Ну серьезно! У них в тюрьме что, бритв нет?

Ладно, мысль глупая.

Но его лицо обязательно должно было быть таким волосатым? Он выглядел так, будто сбежал из леса. Хм-м-м… может быть, он оборотень, вновь принявший человечье обличие? Это бы объяснило волосатость и запах. Готова поспорить, что тюрьма была просто прикрытием.

Да, в этом определенно есть смысл.

Часть 2