Я повернулся к выключателю и отрегулировал освещение, чтобы в ванной стало неярким и расслабляющим. Моя миссия состояла в том, чтобы сделать для Беллы настолько комфортные условия, насколько это было возможно.

Я вернулся к ней и поднял ее на руки и направился к ванне. Я наклонялся и целовал ее в ушко, говоря ей.

- Ты прекрасна, - и затем опустился в воду.

Я начал опускать в ванну, когда я понял, что вода может причинить Белле дискомфорт.

- Вздохни глубже, любимая, это может оказаться болезненным для тебя, - прошептал я ей на ушко.

Я услышал, как она глубоко вдохнула, и затем я почувствовал, что она прячет лицо у меня на груди. Глубоко вздохнув, я погрузился в воду. Мое сердце едва не разбилось, когда я услышал ее хныканье. Я еле сдерживал гнев на Элис из-за ее глупости и если честно, я также должен был бы сердится и на Беллу, чем она думала, когда согласилась на такие мучения. Я имею в виду, как можно соглашаться на все, что предлагает этот эльф?

Так надо заканчивать думать об этом сейчас. Я не имею права сердиться сейчас, я должен сосредоточиться на заботе о Белле... нотации могут подождать.

- Прости, детка. Ты в порядке? – спросил я, удерживая ее лицо в своих руках.

Она не открыв глаза, закусила губу и лишь кивнула в ответ. Я даже не мог представить себе, через что ей пришлось пройти. Ее попка была настолько обожженной, что даже прохладная вода будет казаться раскаленным железом.

Я дал ей несколько минут попривыкнуть прежде, чем перевернуться на другую сторону ванны и сесть на одну из скамеек. Я посадил ее к себе на колени, позволяя ее попке свободно плавать между моими ногами, но она случайно задела одну из моих ног. Я вздрогнул, когда услышал болезненный писк Беллы, которая тут же хотела отскочить от меня.

Я не хотел находиться вдали от нее, поэтому я перевернул ее таким образом, что ее спина прижалась к моей груди.

- Любимая, положи голову мне на плечо, - сказал я ей, обернув ее руки вокруг моей шеи, - Держись за мою шею и просто позволь своему телу расслабиться в воде.

В течение минуты я почувствовал, что Белла расслабляется, ее глаза были закрыты. Похоже, что прохладная вода все-таки оказала свое благотворное воздействие. К сожалению, это не сработало с моими естественными реакциями на ее обнаженное тело, прижатое ко мне. Будь прокляты эти дурацкие подростковые гормоны.

Я попытался отвлечься от красоты, невесомой и обольстительно плавающей около моего тела, но мои глаза продолжали рассматривать ее бледно-розовые соски, которые устремились в потолок... Мне нужно отвлечься... срочно!

Не будучи способным побороть в себе желание дотронуться до нее, я позволил своим рукам обнять ее за талию и начал вырисовывать круги у нее на животе. Я мысленно поразился гладкости, плоскости и мягкости под моими пальцами... "НЕ ВЗДУМАЙ, УБЛЮДОК!", - ругал я себя.

Я должен поговорить с ней, чтобы я смог сконцентрироваться на чем-то еще. И я озвучил первую же мысль, которая промелькнула в моей голове.

- Может, сыграем в двадцать вопросов, любимая?

Я заметил удивленную усмешку. Отлично, это из-за меня! Мое лицо заполыхало. И что она обо мне думает? Что я тринадцатилетняя девочка?

В лучшем случае она пожалеет меня и согласится сыграть.

- Конечно, - ответила она лениво, со скучающим тоном.

Я повернул голову и улыбнулся. Я был возбужден, и ее близость только увеличивала мое желание, но я пытался игнорировать свои потребности... Боже, как же я люблю ее!

- Отлично, я начну, - я приготовился, - Какой твой любимый цвет?

Я увидел, что она пытается бороться с улыбкой, и небольшой румянец вспыхнул на ее лице. Интересная реакция на простой вопрос о ее любимом цвете.

- Зеленый, - ответила она застенчиво, закусив губу.

Ах, цвет моих глаз. Боже она восхитительная! Я поцеловал ее в щечку, чтобы выразить ей свою признательность, но не позволил себе зайти дальше. Она старается изо всех сил не смущать меня. По крайней мере, я могу отблагодарить ее.

- Твоя очередь, любимая, - напомнил я ей.

- Хм, а какой твой любимый цвет?

Это заставило меня засмеяться. Белла невероятно естественна, и тот факт, что она повторила мой вопрос, забавляет меня. Ее мозг вероятно так же поврежден гормонами, как и мой!

- Мммм, я оказываюсь перед необходимостью ответить, что одинаково схожу с ума от темно синего и коричневого.

Она улыбнулась и закусила губу. Я могу с уверенностью сказать, что она знает, почему я выбрал эти цвета, потому что я люблю сочетание темно-синего с ее кожей и коричневый цвет ее глаз.

К сожалению, она не была столь любезна, как я, когда она ответила на такой же вопрос. Вместо того чтобы просто прийти к выводам и продолжить дальше... она решила подразнить меня.

- Коричневый? Эдвард, коричневый – это же цвет фекалий. Почему ты выбрал этот цвет?

Я вздохнул, принимая поражение. Кажется, что она не позволит мне отвертеться от ответа. Поэтому, пока я обдумывал ответ, я продолжил рисование кругов на ее животике.

- Ну, коричневый очень теплый, привлекательный, таинственный, проникновенный цвет, любимая, а также обольстительный, добрый, сексуальный, глубокий, скандальный, интеллектуальный, заботливый...

Она перебила меня прежде, чем я смог продолжить список.

- Ничего себе, да ты, оказывается, знаешь очень много прилагательных, не так ли? - спросила она немного раздраженно.

Я проигнорировал ее замечание и продолжил нашу игру.

- Моя очередь! Какие ты любишь цветы?

Выражение на ее лице рефлекторно поменялось прежде, чем она ответила.

- Стерлинг Розы. У моей Бабушки они росли в саду. Они красивого серебристо-фиолетового цвета и у них нет шипов... они безупречны.

Я услышал тоску в ее голосе. Я был уверен, что она очень тесно общалась со своей бабушкой. Вероятно, довольно тесно, о подобном я мечтал всю жизнь. К сожалению, обе мои бабушки и оба дедушки были богатыми снобами, которые думали, что дети должны быть, но общаться с ними совсем не обязательно. Их манера воспитания детей заключалась в том, чтобы нанять няню, которая и будет растить ребенка. Они даже заставили моих родителей поступить так, когда родился я. Я нежно поцеловал ее плечо.

- Кажется они удивительные. Мне придется постараться, чтобы найти их для тебя.

Она улыбнулась и вздохнула, возвращаясь из своих воспоминаний. Она расслабилась больше, прижавшись ко мне ближе, заставляя мои пальцы сжаться, поскольку пока я вырисовывал восьмиугольник на ее животе, они случайно задели ее голый лобок. Моя рука замерла, и я ожидал, затаив дыхание, ее реакции на мою оплошность. Когда она не среагировала и не ничего не сказала, я запаниковал.

- Прости, любимая. Я не пытался соблазнить тебя или нечто подобное, - последняя вещь, которую я хотел сделать, так это соблазнить ее, в то время как она мучается от ужасной боли из-за ожога. Боже, я такая скотина!

Она повернула свою голову, и посмотрела мне прямо в глаза. Должно быть, я выглядел довольно жалко, потому что она сделала то, чего я никак от нее не ожидал, она рассмеялась! Она. Смеется. Надо. Мной!

- Все в порядке, малыш. Я знаю, что ты не пытаешься приставать ко мне, в то время как я отмачиваю свою поджаренную задницу, - сказала она, пытаясь отнестись к ситуации несерьезно.

Я был удивлен. Я сдерживал себя от попыток запрыгнуть на мою голую девушку, словно я перевозбужденный двенадцатилетний подросток, пытающийся заполучить первый поцелуй. Не помогло и то, что она назвала меня "малыш". Одно это заставило мой член подскочить. Я криво улыбнулся ей, как она любит, и прошептал ей на ушко.

- Я люблю, когда ты называешь меня малышом. Но запомни, что никто не загонит Малыша в угол.
Белла взорвалась от смеха.

- Эдвард ты серьезно только что цитировал "Грязные танцы"?

- Я не смог удержаться, - сказал я застенчиво, - Элис и ее семья как-то приехали, погостить с нами в нашем загородном доме в Висконсине, когда нам было по десять лет. К сожалению, для меня, это было в то лето, когда она была влюблена в Патрика Суэйзи и фактически пересматривала этот фильм сутками напролет. К августу мой папа угрожал утопить ее в озере Мичиган, если она не перестанет смотреть его. Именно тогда мы с Эмметом сводили ее на фильм "Пропащие ребята". К счастью, нам пришлось вынести лишь месяц разговоров об аппетитной парочке Corey&Corey* после этого.

Белла смеялась над моей историей и закатила глаза, вспоминая, наверное, свои истории, связанные с помешательствами Элис.

- Я никогда не забуду поездку в Лос-Анджелес с ней и ее родителями на неделю прошлым летом. В то время как ее родители и Эммет ходили и осматривали достопримечательности, Элис потащила меня в знаменитый звездный ресторан "Плющ". Мы сидели там каждый день в течение пяти дней и единственный, кого мы там увидели, была звездный стилист Рэйчел Зои. Она выглядела так, словно весила два фунта и заказала там только стакан воды и гренку!
Я фыркнул. Похоже, я оказываюсь перед необходимостью унизить себя и рассказать ей о нашей поездке в Нью-Йорк на парад в честь Дня Благодарения.

- Это фигня. Как-то мы ездили в Нью-Йорк на Парад Мэйси* в честь Дня Благодарения и N'Sync были на одном из представлений. Элис начала кричать, когда они только показались, и отчаянно захотела их автограф, но была слишком труслива, чтобы подойти к ним. Когда парад продвигался прямо перед нами, она пихнула свой блокнот и ручку в мои руки и пнула меня прямо к ним, - я покачал головой и захихикал, от воспоминания, - Конечно, я потерял равновесие и упал прямо на помост носом вниз. Водитель их машины резко затормозил, и все парни попадали друг на друга. Джои приземлился животом на пол, Крис сверху на него, сверху Джастин, а потом и Джей Си. Это было похожее на сцену из гей порно.

- О мой Бог, так это был ТЫ? - произнесла Белла, задыхаясь от истерического смеха. Я не смеялся, но я не скрывал веселье в голосе.

- Не самый изящный момент в моей жизни, но я много кого развлек, и Элис все-таки получила свой автограф. Я сломал запястье, когда приземлился, а Джастин сломал лодыжку... мы разделили с ним машину скорой помощи.

Белла почти плакала от смеха, и я вполне уверен, что, если бы мы были где-нибудь не ванной, она кувыркалась бы на полу. Я на мгновение отвлекся от смеха Беллы... ее грудь колебалась от смеха!

"Возьми себя в руки, Каллен", - упрекнул меня мой внутренний голос. Я покачал головой, концентрируясь на другом.

- Итак, любимая, теперь твоя очередь задавать вопрос, - напомнил я ей, немного захихикав над собой. Боже, я похотливый извращенец!

- Хм, когда твой день рождения?

- Двадцатого июня, - ответил я, - И благодаря Элис, я знаю, что ты родилась тринадцатого сентября.

Белла напряглась и затихла. Я почувствовал ее напряжение своим телом. Она должно быть, действительно ненавидит свой день рождения. Каждый раз, когда об этом упоминается, я чувствую ее раздражение. Я решил сменить тему, принявшись за любовное послание на ее животе. Посмотрим, сможет ли моя Белла разгадать загадку.

Я начал писать Я-Л-Ю-Б-Л-Ю-Т-Е-Б-Я множество раз на ее упругом животике. Наконец, она повернулась ко мне и, посмотрев в глаза, произнесла.

- Я тоже люблю тебя, Эдвард, - и затем она притянула мою голову, даря мне нежный поцелуй. Я был шокирован. Но прежде, чем я смог предугадать дальнейшее, Белла повернулась и легла, тесно прижавшись ко мне, у меня между ног.

Я раздвинул ноги пошире, чтобы ее попка не задевала мои ноги. Она запустила пальцы в мои волосы, заставляя почти взорваться от переполнившей меня сексуальной энергии. Она облизала мою нижнюю губу, и я немедленно открыл рот, позволяя углубить поцелуй. Ее язык мягко массировал мой, и я зарылся пальцами в ее волосы и обхватив ладонями ее голову.

Этот поцелуй быстро углубился и становился все более требовательным и эротичным. Теперь ее грудь была прижата к моей, и я чувствовал, как ее соски трутся о мою грудь. Конечно, это посылало толчок адреналина в мою промежность, укрепляя мой уже и без того твердый член еще больше. Я вполне уверен, что смог бы избить лося до смерти своим членом в данный момент... но мы попробуем это позже. Прямо сейчас мой мозг сражался с собой.

"Ты должен остановить это немедленно, Эдвард", - спорила моя сознательная сторона, - "Ей больно и он нуждается в твоем внимании, а не в твоем члене". Но извращенный подросток во мне говорил, чтобы моя сознательная сторона шла на хер. Затем Белла почти убила меня, прошептав.

- Ласкай меня, малыш. Пожалуйста.

О, черт, ебать! Извращенец в моей голове танцевал вокруг костра, в котором горела моя сознательная часть мозга!

Мои руки совершенно неосознанно прошлись по ее шее к плечам, вниз по ее рукам к локтям и затем к груди...

- Белла. Ты здесь? – членоблокиратор ростом всего лишь пять футов снова все испортила. Я улыбнулся Белле, чтобы сгладить напряженность и затем крикнул.

- Мы здесь, Элис.

Элис ворвалась в дверь со стаканом воды, коробочкой лекарств и ее рот двигался со скоростью сто миль в час.

- Итак, Белла, у меня есть Перкоцет*, который доктор Каллен рекомендовал тебе. И я думаю, что тебе необходимо...

Она впервые огляделась в комнате с момента, как вошла, и увидела нас обнаженными в ванне и Беллу, лежащую между моих ног.

- Ох, мать вашу! Может, вам стоило предупредить меня сначала, - и быстро отвернулась. Я закатил глаза.

- Просто, блядь, успокойся, Элис. Ты все равно ничего не увидела. Только оставь все, что принесла на столике и свали на хрен из ванной.

Она прошла через комнату, не оборачиваясь, и поставила стан с водой и таблетки на столик.

- Мы с Джаспером взяли фильмы в прокате, если хотите, можете присоединиться к нам, - она даже не пробовала спрятать свое раздражение в голосе. Я решил сыграть на этом и подмигнул Белле.

- Ага, конечно, а какие фильмы вы взяли? Я держу пари…нет, я почти уверен, что, если мой папа узнает, что подобное находится в его доме, он все же выполнит свою давнюю угрозу утопить тебя в озере Мичиган.

Элис раздраженно затопала ногами.

- Отвяжись, Эдвард. "Грязные танцы" и " Пропащие ребята " теперь считаются классикой, - затем она вышла из комнаты, в то время как мы с Беллой заливались слезами от смеха.

- Эта коротышка - членоблокиратор, все-таки взялась за старое, - сказал я Белле, опустив голову на край ванны, чтобы поразглядывать мою Богиню, сидящую на мне. Она наблюдала, как я разглядываю ее.

- Господи, ты такая красивая, Белла. Ты знаешь это? – спросил я ее. Она густо покраснела и, пытаясь выглядеть скромницей, сказала.

- Ты говоришь это только затем, чтобы заставить меня чувствовать себя лучше из-за моей фиолетовой задницы.

Я переместил свои руками на ее бедра и начал медленно выводить круги своими пальцами на внутренней стороне ее бедер. Мои глаза продолжали смотреть на нее, ища любые знаки, что я пересекаю грань дозволенного. Но я увидел лишь желание и любовь в ее темно-коричневых омутах, поэтому я продолжил. Я посмотрел на ее голую совершенную грудь, ее упругий и плоский животик, ее обольстительный пупок, который только и просил, чтобы его облизали, ее узкие бедра. Мой взгляд остановился, прося разрешения продолжить. В конце концов, то, через что она прошла сегодня, вызывало беспокойство даже у меня, я боялся, что она застесняется. Но мое беспокойство было напрасным, она улыбнулась мне, побуждая продолжать.

Я вздохнул и позволил своим глазам посмотреть на ее ноги, затем поднимал взгляд все выше. Ах ты блядь, ее лобок - самая эротичная вещь, которую я когда-либо видел. Мне так не хочется это признавать... даже в моей голове..., но БОЖЕ, БЛАГОСЛАВИ ЭЛИС!

Я мысленно ликовал и медленно двигал одной рукой по ее бедру, чтобы большим пальцем слегка дотронуться до ее гладкой кожи, которая была когда-то скрыта пучком волос.

- Так ты пошла на это для меня? - прошептал я. Я был все еще в шоке, что кто-то такой, как она, пошла на такое ради меня. Она закусила губу.

- Да...

- Это, должно быть было охрененно больно, - это не был вопрос. Да я мужчина, но я знаю, насколько все это может быть болезненно.

- Да, - ответила она, а ее глаза потемнели от жажды, в то время как она наблюдала, за движениями моего большого пальца по ее интимной зоне.

Я подвинул свой палец немного ниже, коснувшись до ее половых губ.

- Мне нравится, что ты сделала это для меня, Белла, - сказал я, целуя ее в висок, - Жаль только, что тебе было так больно в процессе. Это могло бы быть отличным подарком для меня сегодня вечером.

- А кто сказал, что ты не можешь наслаждаться своим подарком? У меня поврежден только мой зад, - заигрывая, сказала она.

Мое сердце ускорило ритм. Эта девушка убивает меня. Если бы только она могла прочитать мои мысли, она узнала бы, как моя более благородная часть мозга сдерживается из последних сил. Она почти сгорела, а извращенец во мне уже организует восстание, и гормоны взяли под свой контроль весь мой организм, и все силы и напряжение направлено в мой член.

Единственное, что удерживало меня не наброситься на нее это воспоминание о ее лице, искривленном от боли. Поэтому я фыркнул и закатил глаза.

- Ты не способствуешь мне быть с тобой джентльменом, Белла.

Я увидел вспышку злости в ее глазах, она наклонилась ко мне, опираясь на мои плечи, почти прижавшись вплотную к моим губам, и прошептала.

- Малыш, честно, моя задница почти не болит в этой воде. Как джентльмен, ты мог бы сделать так, чтобы я поняла, что то, что я сегодня пережила, стоило того.

Да, это стоило того. Я почувствовал, что моя крохотная ниточка благоразумия, удерживающая меня, уже начинает разрываться. Белла облизала мои губы и прежде, чем я понял что-либо, наши языки переплелись между собой. Она вжала свои бедра в меня, и зажала мой твердый член в своих сгибах и медленно начала двигаться по всей его длине. Я застонал. Я предпринял еще одну попытку остановиться сейчас, чтобы не зайти слишком далеко.

- Святое дерьмо, Белла. Если ты продолжишь это, то я не смогу отвечать за свои действия.
Она злобно улыбнулась мне.

- Ты можешь делать все, что угодно с моей кис…

Я прижал пальцы к ее губам и прервал ее прежде, чем у нее будет шанс полностью разрушить этот момент. Я понял, какое слово она собиралась сказать... и я жутко ненавижу его.

- Даже не вздумай произносить это слово, Белла. Оно не подходит тебе. Котенок подходит больше, понимаешь? – заявил я твердо. Она захихикала.

- Котенок? Ты серьезно, Эдвард?

- Да, вполне, - я начал немного раздражаться, - Я ненавижу слово киска в качестве названия для женских половых органов. Это звучит грязно, склизко и противно.

Она чмокнула меня в губы.

- Ты поистине восхитительный, ты знаешь это?

- Ммм, кажется, мне уже говорили это когда-то, - пробормотал я между поцелуями, - Также мне не нравится слово влагалище. Так можно назвать только женские половые органы проституток и порнозвезд. Но не у тебя, любимая. У тебя красивый обнаженный котенок.

- Есть ли какие-либо другие термины, с которыми ты не миришься, Вебстер? - подначивала она.

- Да. Едва ли мне хочется слышать мохнатка вместо котенок. И вагина - имя механика из сериала "Придурки из Хазарда", и так как я гетеросексуал, пожалуйста, не используй это слово относительно себя.

Она рассмеялась, а я позволил себе напасть на ее скулы и шею.

- Ничего себе, у тебя столько ограничений в словах, Эдвард.

СТОП! Тонкая связь с Эдвардом-джентльменом уже фактически исчезала, и абсолютно сумасшедшая и неприкрыто сексуальная версия меня постепенно брала контроль надо мной. Я перевернул ее и придержал рукой ее спину, чтобы удержать ее на весу и не позволить контакта с поверхностью скамьи.

- Ммм, да я такой, - пробормотал я ей в шею, - Но некоторые слова могут быть очень эротичными.
Затем я придвинулся к ее ушку и прошептал.

- Например, что я хочу засунуть свой член в твою насквозь промокшую щелочку и трахнуть тебя, до тех пор, пока ты не будешь выкрикивать мое имя.

Я не дал ей шанса ответить, я дотронулся до сосредоточения ее женственности. Одним пальцем я отыскал ее вход и вошел в него пальцем, чтобы она поняла наглядно, о чем я говорю.

- Господи, Белла, это мои слова сделали тебя настолько чертовски горячей. Вот видишь, что слова могут сделать с твоим телом?

Ее дыхание сбилось, а глаза закрылись, и она неспособная говорить, отчаянно закивала головой в согласии. Я вытащил палец из ее капающего влажного влагалища и прошептал ей.
- Белла, любимая. Ты можешь открыть глаза?

Ее веки открылись и в них отражалось страстное желание, я поднял свой палец, который только что был в ней к своему рту, и облизал его до чиста... Черт возьми... она просто удивительна на вкус. Мои глаза почти закатились от удовольствия. Я никогда не пробовал девушку на вкус прежде, поэтому я действительно не знал, чего ожидать. Я был ошеломлен, Белла на вкус была сладкой... и восхитительной! Я наклонился к ней и выдохнул.

- Мне никогда не хотелась сделать это прежде, Белла. Но ты... ты сладкая, словно чертов сахар, - тяжело дыша, проговорил я.

Ее глаза опять закатились от моих слов. В этот момент я понял, что Белле нравилось... нет, она любила... когда я грязно разговаривал с ней. Я чувствовал напряжение каждой мышцы на ее теле от возбуждения.

Извращенец в моей голове обрадовался и побуждал меня действовать. Я укусил мочку ее ушка и стал шептать низким и чувственным голосом.

- Можно мне попробовать тебя снова, Белла? Я никогда не делал этого прежде, но я обещаю быть нежным.

Бела открыла глаза, в которых плескалось искреннее желание.

- Да, черт возьми, да, - простонала она.

Я ухмыльнулся, поскольку я понял, что сейчас передо мной была очень плохая Белла.

- А ты плохая девочка, любимая. Кажется, тебе нравится, когда я разговариваю с тобой грязно, - затем я снова наклонился к ее ушку, - Скажи мне, что тебе нравится, когда я разговариваю с тобой грязно.

- Я чертовски люблю, когда ты разговариваешь со мной грязно, малыш, - пробормотала она совершенно откровенно. Блядь... Я почти кончил от того, как сексуально звучал ее голос.
Я успокоился, покрывая поцелуями ее грудь. Но все равно был охвачен эмоциями от ее близости.

- Фак, Белла, я так сильно люблю тебя. Мне все время хочется быть ближе к тебе, даже когда мы итак близки. Я чувствую, что знаю тебя всю свою жизнь и что ты и есть та недостающая часть меня. Ты нужна мне.

Я поднял голову, чтобы снова взглянуть в ее прекрасные глаза. Мне так хотелось, чтобы она знала, что я люблю ее и что это не просто какая-то сексуальная озабоченность. Мне нужна была ее помощь, поскольку я никогда не делал подобного прежде.

- Белла, я никогда не делал этого прежде. Я хочу сделать кое-что, только, пожалуйста, не останавливай меня. Здесь только ты и я, так что не чувствуй себя неудобно... просто поддайся ощущениям.

Она зарыла свои пальцы в мои волосы и мягко кивнула мне, ободряя.

- Пообещай мне, Белла. Пообещай, что ты расслабишься, и будешь просто следовать своим чувствам, если тебе будет неудобно или больно, ты обязательно скажешь мне.
Она потянулась к моим губам и прошептала.

- Я обещаю.

Я улыбнулся и углубил наш поцелуй, пока она не отклонила голову назад на край ванны и вдохнула. Тогда я начал спускать вниз по ее телу, оставляя след влажных поцелуев. Когда я достиг ее бедер, я закинул обе ее ноги на свои плечи, чтобы ее тело плавало на поверхности воды. Я посмотрел вниз на моего ангела, плавающего передо мной.

- Боже, Белла, твоя кошечка выглядит чертовски сексуально. Мне нравится, что ты сделала это для меня. Ты так охренительно красива.

И затем я начал покрывать поцелуями ее внутреннее бедро. Я чувствовал, что ее тело дрожит от желания, поэтому, я мягко провел указательным пальцем между ее половыми губами и затем мягко начал массировать ее клитор. Ее бедра поднялись вверх от этих ощущений, и я не мог не чувствовать удовлетворения от ее реакции на меня.

- Тебе нравится, любимая?

Это был риторический вопрос, но она ответила, отчаянно кивая своей головой. Я криво улыбнулся, чтобы показать мое удовольствие, поскольку я стал водить вдоль ее щелочки своим указательным пальцем, а большим начал усиленно массировать ее клитор. Я не смог удержаться от комментариев и пробормотал.

- Черт, так красива, - сказал я в большей степени для самого себя. Мой котенок была настолько красива и такая влажная. Она словно звала меня, и я наклонился и позволил своему языку провести вдоль ее щелочки до клитора, где стал выводить круги. Мои усилия были вознаграждены громким и абсолютно диким возбужденным стоном Беллы. Она схватилась руками за края ванны.

- Черт возьми, малыш. Это так удивительно, - стонала она.

Я захихикал... Белле нравится! С этой мыслью, я придвинулся к ней ближе и снова мягко провел своим языком по ее клитору. Она толкнула свои бедра в моем направлении, ища больше контакта, но я продолжал дразнить ее с мягкими и нежными ласками, пока я не почувствовал, как она потянула меня к себе за волосы. Я немного отстранился и подразнил ее.

- В чем дело, любимая? Хочешь, чтобы я облизывал тебя сильнее, или может быть, ты хочешь чего-то еще?

- Да! О, Боже, да, пожалуйста, Эдвард. Это так приятно, - почти умоляла она. Я не смог скрыть зловещую ухмылку, которая расползлась на моем лице.

- Если ты думаешь, что это приятно... тогда, что ты скажешь об этом, - и затем я погрузил в нее один палец, а сам в то время продолжал облизывать ее клитор.

Белла подняла бедра и начала выкрикивать мое имя, в то время как я продолжал свое занятие. Ее дыхание сбилось, сексуальный румянец окрасил ее кожу, ее грудь поднималась с каждым вдохом, мышцы напряглись, ее ноги на моих плечах, удерживали меня, и когда я подумал, что красивее уже не может быть... она подняла свою голову и стала наблюдать за моими движениями.

Когда наши взгляды встретились, я пристально смотрел на нее, вытащив свои пальцы из нее, и облизал их языком. Я увидел, как ее глаза загорелись, от зрелища, как я трахаю ее своим языком. Ее глаза настолько светились эмоциями, что я фактически видел свое отражение в них, и я должен признать... что это просто чертовски заводило меня!

Я увидел, как по лицу моей плохой и ненасытной Беллы расползлась ухмылка, она подняла свой указательный и средний пальцы к своему рту и пососала их. Затем, не прерывая зрительный контакт, поскольку она опустила свои влажные пальцы к клитору и начала его массировать. Это было настолько горячо и грязно, но то, что она произнесла в следующую секунду, просто остановило мое сердце.

- Тебе нравится наблюдать, как я играю с собой, в то время как ты трахаешь меня своим языком? – промурлыкала она.

Я – чертов труп! Я высвободил сексуальное животное, и она пытается убить меня моими же способами, грязно разговаривая со мной! С плохой Беллой стоит считаться. Я пробормотал ей.
- Блядь, Белла... это так горячо.

Мне хотелось еще большего. Мой дружок стал твердым почти до предела, мой член просил немедленного внимания. Я погрузил два пальца в Беллу, предварительно наклонившись над ней, и взял свой член в руку. Мой мозг словно замкнуло, и я не мог остановить поток слов, который вырвался из моего рта.

- Я так сильно хочу тебя, Белла. Я не могу дождаться, когда смогу почувствовать, как ты горяча внутри и такая влажная, вокруг моего члена. Чувствовать, что твои стеночки сжимаются вокруг меня, когда ты кончаешь для меня.

Она стонала и все сильнее массировала свой клитор, в то время как я усилил движения обеих рук. Одна из которых, находилась в ней, а другая - на моем члене, пытаясь помочь нам обоим кончить. Подталкиваемый стонами и криками из груди Беллы, я наклонился к ее ушку и простонал.

- Вот так, любимая. Не сдерживайся, я люблю звуки, которые ты издаешь. Не сдерживай себя, любимая. Позволь мне слышать тебя.

Ее пальцы начинали двигаться быстрее и быстрее, и я понял, что она уже близко, как и я.

- О, фак, Белла. Я чувствую, что ты уже близко. Я хочу, чтобы ты кончила вместе со мной, - выдохнул я в ее ушко.

- О, Боже, Эдвард! – закричала она, - Я так близко, малыш! Так близко.

С этими словами я повернул руку вверх и согнул пальцы, стимулируя ее чувствительную точку, и Белла взорвалась. Ее нектар стекал в мои ладони. Сила ее оргазма была такой, что я чувствовал как сокращаются мышцы внутри нее, и это привело меня к моей разрядке.

Я наклонился к ней и накрыл губы Беллы своими, заглушая ее крики. Ее бедра двигались навстречу моей руке, поскольку последние волны ее оргазма еще не утихли.

Я простонал в ее рот, поскольку мой собственный оргазм охватил меня. Я наблюдал, как мое семя покрывает живот и грудь Беллы.

Белла посмотрела вниз и увидела это, и это привело ее ко второму оргазму. Она положила свою руку поверх моей на члене и помогла окунуться в последние секунды моего оргазма. Когда я удостоверился, что мы оба немного пришли в себя, я опустил голову на ее плечо и произнес.
- Иисус, это было так горячо, Белла. Я так люблю тебя.

Она обхватила мою голову, удерживая ее рукой и плечом, и провела пальцами по моим волосам.

- Я тоже люблю тебя, - сказала она спокойно. Я поднял свою голову и поцеловал ее со всей любовью и обожанием, что я чувствовал к ней.

- Ты удивительная, Белла, и ты такая сладкая на вкус. Я никогда не устану доставлять тебе удовольствие своими губами.

- Отлично, потому что я никогда не устану разрешать тебе доставлять мне удовольствие твоими губами, - смеялась она, - Я клянусь, что ты очень опытен в этом. Я не могу поверить, что это было в первый раз, - я закатил глаза.

- Я лишь прислушивался к твоему телу, Белла. Оно говорит мне все, что я должен знать. Кроме того, я обязан был сделать это правильно... особенно после того головокружительного удовольствия, которое ты подарила мне той ночью, - она громко рассмеялась.

- Ммм, тебе понравилось, не так ли?

Я заворчал и начал целовать ее ключицу.

- Ты даже не можешь себе представить насколько, Белла.

Мы проводим следующие несколько минут, умываясь... если это, конечно, можно так назвать. И затем я встал и махнул рукой на слив.

- Пора выходить, любимая, - я помог ей встать и обернул полотенце вокруг нее и еще одно вокруг своей талии. Я повернулся к столику и захватил одну таблетку и стакан воды, которую принесла Элис.

- Вот, любимая. Прими их, пожалуйста, ради меня.

- Я, правда, не думаю, что это необходимо, Эдвард. Мне уже не так больно, как раньше, - возмущалась она.

- Белла, ты находилась в прохладной ванне, именно поэтому она тебе было не так больно. Но вот увидишь через несколько минут, боль может снова вернуться. Пожалуйста, просто прими эту проклятую таблетку... Я не могу видеть тебя страдающую от боли, - и состроил щенячьи глазки, зная, что на нее это подействует.

- Мошенник, - пробормотала она, глотая таблетку.

Я наклонился и мягко поцеловал ее мочку ушка.

- Спасибо, любимая. Поверь мне, ты обрадуешься позже, что я уговорил тебя сделать это.
Затем я поднял свою любимую на руки и вышел из ванной.

- Эдвард, я не инвалид. Думаю, что смогу дойти до спальни самостоятельно, - жаловалась она.

- Возможно, - ухмыльнулся я, - Но зачем упускать шанс, - сказал я, проводя своим указательным пальцем по ее разрезу.

- Эдвард... такой плохой!
____________________________________________________________________________________
Ну, вот и мысли Эдварда. У него, по-моему, неплохо получилось утешить Беллу, и главное, что и сам он успел насладиться