Зевая, я закинула ноги на прохладные простыни Эдварда, всё ещё дрожа, потому что осень уже одарила воздух снаружи прохладой. Иногда я видела лёгкий оттенок красного на кончиках пока ещё зелёных листьев, и на небе не было ни облачка; нет, ни одного, потому что наступал холод.

Эдвард читал. Рассеянно облизнув палец, он перевернул страницу, и звонкий шорох бумаги был единственным звуком, нарушающим тишину этой комнаты. Я всё время хотела захватить с собой книжку, но я приходила сюда, чтобы отдыхать, а не читать, и поэтому всё, что я приносила – это саму себя.

- Что? – пробормотал он, вглядываясь в страницу.

- Что? – эхом отозвалась я, забираясь ещё глубже под одеяло.

- Ты наблюдаешь за мной, – отметил он, всё ещё читая. Или притворяясь.

- Нет.

- Да, наблюдаешь, - сказал он, и его тон был пропитан раздражением и уверенностью.

- Почему ты вообще привозишь меня сюда? – спросила я, пытаясь не дать отчаянию просочиться в мой голос.

- Почему ты просишь меня делать это? – мрачно парировал он, явно потешаясь надо мной.

- Я… я не знаю, - вздохнула я, - мне здесь лучше спится.

- Надеюсь, что так, - фыркнул он.

- Знаешь, забудь, - прошептала я, откидывая одеяло и быстро поднимаясь на ноги. Натянув свитер, я засунула ноги в шлёпанцы, ругая себя за то, что не додумалась выбрать обувь получше.

- Что, ты пешком пойдёшь домой? – насмешливо произнёс он, - в такой час?

- Сволочь, - сказала я, зажмуриваясь, чтобы поток тёплых слёз не вырвался на свободу, остался под моими веками, - иногда я ненавижу тебя.

- Ты не знаешь меня достаточно хорошо, чтобы ненавидеть, - сказал он, не двигаясь с места.

Проигнорировав его слова, я вышла из спальни, злая, но безмолвная. Прошла мимо комнат его родителей и сестры, дальше, по коридору, и затем по лестнице, через фойе и за дверь, мысленно внушая ему пойти за мной, догнать меня, вернуть меня.

Тридцать две минуты спустя я зашла во двор своего дома, продрогшая до костей и очень, очень уставшая.

Но я не собиралась плакать.

Ранним утром, я оставила без внимания призыв Чарли подниматься, и вместо этого перевернулась на другой бок, вымотанная и тоскливая. Когда я не спустилась, он вернулся и медленно вошёл в мою комнату.

- Белла?

- Не сегодня, пап. Я не очень хорошо себя чувствую.

Он прочистил горло и взъерошил мои волосы с неуклюжей нежностью.

- Хорошо, я сообщу школе.

- Спасибо, - пробормотала я в подушку.

Несколько минут спустя дом сотряс грохот, с которым захлопнулась входная дверь. Я послушала, как завелась и выехала на дорогу полицейская машина Чарли, и только после этого провалилась в беспокойный сон.

Меня разбудил непрерывный звон мобильного телефона.

- Алло? – прохрипела я.

- Ты впустишь меня? Тут дождь идёт, - сказал Эдвард, прерываемый помехами связи.

Думая, что стоило бы оставить его мёрзнуть, я натянула поверх пижамы большую футболку, чтобы сквозь неё не было видно мои соски, и спустилась вниз.

- Что? – спросила я, сердито глядя на него.

- Что? – повторил он, нахмурившись, - что с тобой не так? Почему тебя не было в школе?

- А почему тебя это заботит?

- Потому что я забочусь, просто не так, как заботишься ты, - он пожал плечами.

- Я болею, - повернувшись к нему спиной, я пошла на кухню за кофе.

- Тогда ты не можешь прийти ко мне сегодня, - сказал он, - у нас завтра важная игра, и я не хочу заболеть.

- Большое спасибо, - пробормотала я, - я всё равно не хотела приходить.

- Я думал, что ты не можешь здесь спать, - сказал он.

Я пожала плечами, вливая в свой кофе сливки.

- Попроси ковбоя, - сказал он, уже почти выйдя из моего дома.

- Что? – мне чертовски надоела та загадочная хрень, которую он нёс.

- Моего соседа, Джаспера Хейла.

- Попросить его о чём? – выпалила я, следом за ним спускаясь с крыльца.

- Чтобы он забрал тебя к себе чуть позже.

- Я даже не знаю его, - резко ответила я, думая, почему всё ещё говорю с этим идиотом.

- Ты и меня почти не знаешь, - ухмыльнулся он, скользнув на переднее сидение своей машины.

Мне бы хотелось и вовсе не быть с ним знакомой.

от переводчика:
и как вам такой Эдвард?