Poets of the Fall - The Beautiful Ones
Текст и перевод песни

BPOV

Я закрыла ящик, повернула циферблат с кодом и поковыляла на своей предельной скорости. Две минуты. Как же я сглупила, что не взяла сегодня с собой секундомер. Интересно, если я опоздаю, он уедет без меня? Я не знала, где точно находится больница, но если он везет меня, а с завтрашнего дня мне придется добираться туда на автобусе, то это, наверно, не очень близко.
Потом я представила, как забираюсь в его машину. Надеюсь, я справлюсь. А мой костыль? Куда я его засуну? Я застонала, это будет ужасно. Чем дольше он крутится вокруг меня, тем быстрее сообразит, какая я на самом деле неудачница. Я все еще слышу его голос из спортзала.

С часа пятнадцати до двух и с понедельника по пятницу ты принадлежишь мне.
Я буду подталкивать тебя, это будет тяжело, легкой похвалы от меня не дождешься… Я не буду тебя жалеть.
Правда всегда лучше выдумки, ведь так, мисс Свон?

Я в этой школе всего два дня, поэтому не знаю, он такой на самом деле или ведет себя так только когда работает. В любом случае, выглядит все так, будто мы постоянно натыкаемся друг на друга. Наверно, поэтому он так себя и ведет. Он не хочет быть моим физиотерапевтом. Но не может от этого избавиться.

Когда я дошла до двери рядом со спортзалом, которая вела наружу, то навалилась на нее всем телом, затем почувствовала холодный ветер, перекинувший часть моих волос с одной стороны лица на другую. Автомобиль серебряного цвета уже был там, мотор заведен. Он сидел на месте водителя и смотрел прямо перед собой, даже не замечая моего приближения. Замок на двери щелкнул, когда я подошла к машине. Это дало мне минуту, чтобы более рабочей рукой опереться на костыль и открыть дверь. Другая же моя рука была подобна мертвой скумбрии. Иногда работала, иногда нет. Сейчас как раз второй случай. Вполне логично.

Он даже не шевельнулся, чтобы помочь с дверью, но меня это не расстроило. Он все еще смотрел строго вперед, челюсть его была стиснута, но не слишком сильно. Открыв дверь, я стала молиться, чтобы костыль не поцарапал краску, когда я стану садиться на пассажирское место. Слава Богу, оно было отодвинуто назад, давая мне больше свободного места. Я положила сумку на колени, а костыль поставила недалеко от себя. Вздохнув, я потянулась за ручкой двери, что вызвало мой стон, когда я наклонялась назад, закрывая ее.

Он поехал, не произнеся ни единого слова. Тогда я погрузилась в себя. Много времени прошло с тех пор, как я ехала на переднем сиденье машины, и должна признать, меня это немного пугало. Когда последний раз я так сидела, то мне пришлось пройти через настоящий ад: я кричала папе, говорила ехать медленнее, потом просила остановиться, чего он так и не сделал. Я посмотрела вниз на свой рюкзак, начала рассматривать серо-черный узор на нем, все, что угодно, только не смотреть на серую, холодную дорогу впереди.

Скажи что-нибудь, твердила я себе. Мне нужно было о чем-то говорить, и тут меня осенило.
- Полагая, я увижу доктора Каллена, пока буду в больнице? – немного стеснительным голосом спросила я.

Почему мой голос не мог быть таким же уверенным и страстным, как у той Беллы, что разговаривает с Джеймсом Дином?

- Да, - его глаза были прикованы к дороге, ехал он быстрее, чем я привыкла. – Он встретится с тобой, когда мы закончим. Если выдержишь.

Если выдержу? Что вообще он собирается со мной делать следующие два часа? Мне становилось все страшнее и страшнее, когда я думала об этом. Я прошла множество физиотерапий до этого и не боялась их. Сейчас же я боялась того, как он поступит со мной, его голоса, его мрачного взгляда.

- Я справлюсь, - я заставила себя говорить твердо. – Я сильнее, чем кажусь на первый взгляд.
На это он лишь ответил:

- Увидим.

Я почти фыркнула в ответ, но все же сдержалась. Мне в самом деле не хотелось показывать то, как сильно он может помочь меня в первый же день. Кроме того, прошла неделя с тех пор, как я занималась со спортивным снаряжением. Я немного отстала в практике, как переехала в Форкс.
- Я делала упражнения, которые могла, - я решила его проинформировать. – У меня не было возможности заниматься около двух недель, с тех пор, как я уехала из Нью-Джерси.
- Не волнуйся, если что, я тебя подхвачу, - уверил он меня все тем же ровным и холодным голосом.

- Спасибо, - сказала я и понадеялась, что мой голос прозвучал искренне.

Он слегка кивнул, неожиданно повернув колесо, машина описала полукруг, и тут только до меня дошла скорость, на которой мы ехали.

Я вскрикнула, схватилась за подлокотник и зажмурила глаза.

- Ты в порядке? – я услышала его голос рядом с собой, на этот раз он был мягче.
- Да, - солгала я. – Прости. Машины просто… пугают меня. Со времени несчастного случая.
- Оу, извини, - произнес он и сбросил скорость до приятных пятидесяти пяти миль в час.
- Спасибо, - поблагодарила я.

Меня немного трясло, когда я открыла глаза и увидела, что его прекрасное мраморное лицо устремлено ко мне, на нем читалось заинтересованность.

- Лучше? – спросил он.

Одна его рука оторвалась от руля и потянулась ко мне, но потом вдруг он одернул себя и положил руку обратно на руль, стиснув его еще сильнее.

А его глаза вновь были устремлены на дорогу, не на меня.

- Да, - вздохнув, я добавила. – Прости.

- Это была моя вина, - Эдвард медленно мотнул головой, будто злился на себя. – Я должен был… предвидеть это. Этого больше не произойдет.

Интересно, знал ли он подробности аварии и историю с моим отцом. Я хотела спросить у него про это, но на данный момент мне не хватало мужества, и я решила сменить тему.

- Я слышала, доктор Каллен очень славный, - снова начала я. – Сью постоянно говорит о нем.
- Он невероятно добрый и интеллигентный человек, - похвалил его Каллен. – Если кто и может помочь тебе, так это он.

- Мне нравится письмо, которое он мне написал, - тихо произнесла я. – Оно такое… Мне сложно объяснить. Такое чувство, что он уже знаком со мной.

- Я понимаю, что ты хочешь сказать, - он все так же смотрел вперед. – То же было и со мной, когда я впервые его встретил.

- Значит, ты не просто работаешь на него после школы? Ты получил разрешение из колледжа на это или…

- Да. У меня в планах пойти в медицинскую школу после колледжа. А это отличный шанс набраться опыта и подготовиться ко всему.

- Вау, - отреагировала я, по каким-то причинам мне сложно было представить его доктором, - это здорово. Доктор Каллен взял тебя из-за оценок или ты обращался к нему с просьбой об этом?
Боже, я такая любопытная. Но мне на самом деле было интересно, как Эдвард, семнадцатилетний ученик, стал моим физиотерапевтом. Возможно, когда я достаточно оправлюсь, наверно и я смогу делать что-то подобное, тоже помогать другим.
- Ну, - Эдвард заколебался, а потом все же сказал, - Карлайл, доктор Каллен, мой отец. Но не думай, что у меня нет навыков, чтобы быть твоим физиотерапевтом. Я прошел весь курс, даже есть сертификат.

- Не сомневаюсь в этом, - я увидела, что он немного нервничал, когда рассказывал мне это, так что я постаралась его успокоить. – Да, Сью рассказывала мне, что у доктора Каллена пять приемных детей.

И тут до меня дошло. Эдвард тоже был сиротой, как и я сейчас.

- Да. Это я, Элис, Розали, Эммет и Джаспер. Ты еще с ними не встречалась?

- О, мне кажется, было дело, - размышляла я вслух. – Элис была как-то со мной в одном классе. И Эммет.

Теперь Эммет мой новый герой.

- Эммет со мной на истории. Он тоже очень милый.

Я посмотрела на него, и мне показалось, что он собирался что-то сказать, но не сделал этого.
Остаток пути прошел в тишине. Я не могла думать ни о чем другом, как о том, чтобы спросить у него, кстати, я знаю, что ты бросил свою подружку сегодня. Я не сказала ему этого, но потом прикинула, что может, поэтому он такой тихий. Я набитая дура, если думаю, что настроение каждого зависит от меня.

Когда мы подъехали к больнице, Эдвард припарковался на восточной стороне, подальше от приемного покоя. Это было очень красивое здание, и я тупо пялилась на него целую минуту, после чего, все-таки, вылезла из машины, пока Эдвард терпеливо ждал меня.
Когда я была готова, то последовала за ним внутрь. В этот момент я ненавидела его пальто, закрывающее всю его спину. Эй, то, что я калека, не значит, что я не могу помечтать, так?
Я шла за ним, пока мы виляли по коридорам, сворачивая направо, потом налево. Стены там были красивые, бледного цвета, как сливки. Повсюду висели очень милые картины вперемешку с какими агитационными постерами. Моим любимым был: «Нет ничего стыдного в падении, если только ты снова не поднялся».

Несколько человек заметили нас и очень дружелюбно поприветствовали Эдварда.
Он ответил им очень нежно, а одному даже дал «пять», когда они проходили рядом. А я просто стояла тихо и улыбалась, когда они подошли ко мне. Видимо, меня представят позже.
Наконец, мы достигли комнаты, которая напоминала хорошо оборудованный спортзал. Казалось, что там были всевозможные виды инвентаря и тренировочных механизмов, которые вообще можно было представить.

Все выглядело таким чистым и отполированным, к тому же, кроме нас с Эдвардом там никого не было. Это заставило меня немного занервничать. Я-то думала, что тут будут и другие люди, выполняющие назначенные им упражнения. Мне было бы легче, если бы не меня одну тут мучили.

- Дом, милый дом, - проговорил Эдвард, снимая пальто. На нем были синие тренировочные штаны и белая футболка, подчеркивающая его мускулистые плечи и руки.
Мама.

У него в руках снова оказалась моя папка, и он жестом показал мне следовать за ним к правой стороне комнаты, где нас уже ждала красная скамейка.
Присев, он кликнул ручкой и открыл новый блокнот, записал там дату и мое имя посередине.
- До того, как мы начнем заниматься, я все-таки хочу понять, зачем я здесь, - снова начал он профессиональным тоном, сложив вместе ручку и блокнот, затем повернулся ко мне, сглотнул и посмотрел на меня.

- Я слегка прикоснусь к тебе, ладно? – вначале спросил он, тут я посмотрела в его глаза. Они больше не были иссиня черными. Они скорее были цвета жженого сахара. Вааау… мило. Только тот факт, что он прикоснется ко мне заставил меня оторваться созерцания этого великолепия.
Я кивнула в ответ, потому что мой голос, похоже, решил взять выходной. Я почувствовала, как мои щеки запылали, и тут же прокляла себя за этот глупый румянец. Такая реакция будто плакат, кричащий: »Да, Эдвард, я думаю, ты горячий и просто схожу с ума от того, то ты ко мне прикоснешься». Хммм. Наверно, он ничего другого и не ожидал.
Он дотронулся до моей шеи. Ооо, у него холодные пальцы. Какая разница, Белла, он прикасается к тебе, так что заткнись. Должно быть, на улице сейчас холодно, вот и все. К тому же, говорят, что у кого холодные руки, у того горячее сердце.

Я закрыла глаза, когда он аккуратно повернул мою шею в одну сторону, а потом медленно в другую и затем вниз. Когда он все вернул на место, я уставилась на стену, боясь дышать. Вдруг я почувствовала его пальцы на правой стороне своей шеи. Он делал какой-то круговой массаж там, где касался.

- Тут какое-то напряжении, - объяснил он без единой эмоции в голосе, убрав руки и начав что-то записывать в своем блокноте на своей стороне скамьи.

- Мисс Свон, у вас иногда побаливает шея? – спросил он, все еще записывая.

- Белла, - поправила я, потом кивнула. – Да, временами, особенно по ночам, когда я пытаюсь уснуть.

- Хорошо, - он снова развернулся ко мне, его лицо было все так же непроницаемо и не наблюдалось ни намека на веселье. Сейчас он был полностью поглощен работой, что было так мило. Нет, не мило… привлекательно. Он такой молодой, а так серьезно относится к своим обязанностям. Я так и вижу, что он когда-нибудь станет превосходным доктором. И я буду его пациенткой.

В данный момент его руки лежали на моих плечах, обе на правом. Он отводил его то назад, то вперед. Я была уверена, что он знает, что делает, и мне это тоже ужасно нравилось. Ясно, как день, что он обладает не только смазливым личиком.
- Скажи, если станет больно, - тихо произнес он, переходя к другому плечу.
Пожалуйста, сделай мне больно, Эдвард. Я просто не могу так не думать, за что себя постоянно корю.

Я вышла из своего транса, когда он произнес:

- Расскажи мне об этой руке.

Он поднял мою руку, мою больную руку.

- Амм, - начала я, смотря на то, как она просто висит, пока Эдвард ее не взял и слегка приподнял. Его божественные глаза блуждали по моему рукаву, пока я пыталась говорить.
- Эта рука… была зажата между двумя машинами, - выпалила я, до того, как успела подумать. Пока я говорила, он очень нежно отворачивал рукав моей куртки, оголяя мою целую руку, другой рукой он мягко проводил по всей ее длине.