Белле 13 лет

Меня била нервная дрожь, пока сидела рядом с Эдвардом в его машине по дороге в школу. Я обещала Джессике, что она сможет прийти ко мне в гости сегодня после уроков. Знаю, это странно, но еще никто из моих друзей не приходил ко мне домой. Просто не люблю, когда люди вмешиваются в мою личную жизнь. Моя семья не очень-то вписывается в общую картину города и про них ходит множество слухов. Понятия не имею, почему именно Джессику выбрала в свои первые гостьи – теперь наверняка по ее милости слухов будет еще больше.
Помимо дедушки Карлайла – вернее в Форксе думали, что он мой папа – мои одноклассники больше никого из моей семьи не видели. Правда, в самый первый учебный день они их видели, но вряд ли помнят об этом.
Все они часто возят меня в школу, но никогда не выходят из машины, поскольку у них самих уроки начинаются всего через несколько минут.
Только старшеклассники видели остальных членов семьи Каллен, только вот им не хватало смелости даже заговорить с ними.
Эдди поцеловал меня в лоб перед тем, как я вышла из машины. И сразу же все волнение исчезло – тело полностью расслабилось. Он быстро умчался и обернувшись я тотчас столкнулась с нетерпеливой брюнеткой с серо-голубыми глазами.
— Белла, не могу поверить, что наконец познакомлюсь с твоей семьей, это так здорово! Держу пари, они очень умные! Как они выглядят, сколько у тебя братьев и сестер, как… , — единственное, что смогло прервать поток ее вопросов, лишь необходимость вздохнуть глоток воздуха, прежде чем продолжить.
Я только закатила глаза. В этом вся Джессика!
Остаток дня мне пришлось увиливать от ее многочисленных вопросов. Я лишь назвала ей сколько у меня братьев и сестер (от такого количества ее глаза на лоб вылезли), их имена, возраст и общепринятую легенду. Я столько раз ее повторяла, что уже на автомате рассказывала эти небылицы.
О том, как Карлайл и Эсми усыновили нас всех, а Розали с Джаспером были близнецами, и что нет ничего плохого в том, что они встречались с Эмметтом и Элис.
Тогда Джессика стала засыпать меня вопросами об Эдварде, пока я не сообщила ей, что ему 17 лет. Думаю, он немного староват для нее – отчего я облегченно вздохнула. Ни в коем случае я не хотела бы, чтоб она стала моей Тетей, и определенно не с Эдвардом. Он мой. Знаю, глупо думать, что он никогда не найдет себе пару, но меня охватило такое странное чувство собственничества, когда речь заходила о нем. Я осознала это давным-давно, и хотя в этом не было никакого смысла, я очень трепетно относилась к этому чувству. Эдвард мой – и это не обсуждается!
Я чуть не закричала от радости, когда увидела машину дедушки Карлайла на школьной стоянке – наконец прерывая тысячный вопрос Джессики.
— Де… папа!
Какая же я глупая! Для всех он мой папа, а не дедушка. Я мысленно стукнула себя по лбу за эту оплошность, а Карлайл посмотрел на меня таким взглядом, типа Белла-будь-осторожна-и-думай-прежде-чем-сказать. На что я ответила ему самым извиняющимся взглядом, на какой только была способна, он тотчас просиял. Я прекрасно знала о своей способности добиваться желаемого. Но старалась не пользоваться ею.
Джессика сразу же изменилась в лице, став абсолютно серьезной, и потом одарила Карлайла какой-то странной слащавой улыбочкой:
— Здравствуйте, доктор Каллен, — сказала она, совершенно невинным голосом. Я уставилась в пол, краснея от смущения из-за своей подруги. Ну что же, надеюсь она просто пыталась казаться вежливой, но ведь она все таки не на встрече с президентом, могла бы просто быть сама собой.
Карлайл в свою очередь мило улыбнулся ей и ответил:
— Зови меня просто Карлайл, Джессика.
Густо покраснев, она кивнула. Ох, ничего хорошего это не предвещает.
Когда мы наконец подъехали к дому, глаза Джессики округлились. Мне снова стало не по себе, ведь наш дом намного больше и изысканней других в городе. Вся семья собралась в гостиной поприветствовать нас. При первом же взгляде на моих родных ее челюсть буквально упала. Я снова зарделась, побыстрее бы нам добраться до моей комнаты.
Она принялась пожимать руки каждому члену моей семьи, вздрагивая при каждом прикосновении к их ледяной коже. Хмм… Похоже я просто привыкла к их температуре, поскольку едва замечала разницу.
Вдруг я заметила, что Джессика держит руку Эдварда чуть дольше других, уделяя ему тем самым свое внимание, что просто взбесило меня. Я чуть с ума не сошла, так и хотелось наброситься на нее и повыдирать ее волосы вместе с корнями. А она лишь стояла, заливаясь румянцем, и хлопая ресницами – видимо ее больше не волновала их разница в возрасте. Вот дрянь!
Меня очень порадовало, когда Эдвард внезапно почувствовал себя неловко и вырвал свою руку из ее цепкой хватки. Я взяла подругу за руку и потащила в свою комнату, не желая больше позволять ей даже смотреть на моего Эдварда.
— Как на счет пиццы на ужин, Белли? — крикнул он мне вслед. Почему-то мне вдруг стало очень тепло и внутри все затрепетало от того, что он назвал меня этим ласковым именем.
— Конечно, Эдди, было бы здорово! — ответила ему, и снова захотелось себя ударить по голове, ведь я не хотела, чтоб Джессика знала о том, как я называю его, это мое личное прозвище и только мне было позволено так его называть.
Когда же мы наконец закрылись в моей комнате, Джессика завизжала от восторга, прыгая на месте.
— Обалдеть, Белла! Они же просто сногсшибательные! Зачем ты их прятала от всех нас? Особенно Эдвард! Вот черт, я его чуть не изнасиловала прямо там на месте. Я… — видимо она заметила мой убийственный взгляд, поскольку тотчас умолкла и посмотрела в пол, остерегаясь встретиться со мной глазами. Мерзкая, сумасшедшая, безмозглая дрянь!

Эдвард

Наверху раздался восторженный вопль. Мне стало дурно от ее омерзительных нелепых фантазий и лишь немного полегчало, когда Белла забрала ее подальше от меня. Впервые вижу Беллу такой рассерженной и раздражительной – хоть не вымолвила и звука, это все равно читалось в каждом ее движении, в каждой клеточке. Не знаю почему, но от ее собственнического инстинкта по моему телу разливалось тепло и эйфория.
А Джессика все не унималась:
— Обалдеть, Белла! Они же просто сногсшибательные! Зачем ты их прятала от всех нас? Особенно Эдвард! Вот черт, я его чуть не изнасиловала прямо там на месте. Я…
Я мог себе представить, как же Белла пронзила ее взглядом, сбивающим любого наповал. Она может быть такой неистовой и опасной, когда захочет.
По определенным причинам, мне очень хотелось, чтоб Белла услышала эти восторженные возгласы Джессики обо мне. И все потому же мне хотелось, чтоб она это узнала и тоже так думала. Встряхнув головой, дабы вернуть свои мысли в правильное русло, я вздохнул. Что это со мной происходит в последнее время? Не найдя ответа, я вытащил телефон и позвонил в пиццерию.
Час спустя в дверь позвонили.
— Белли, пиццу привезли! – выкрикнул я и услышал, как звук телевизора смолк. Они смотрели «Ромео и Джульетту». Джессика то и дело жаловалась на их старомодную и непонятную речь, а Белла только шикала на нее и бормотала себе под нос, что она поверхностная, глупая и совершенно не умела ценить классику. Что тут еще добавить, если бы Джессика только знала, что Белла с 6 лет могла говорить и понимать такой язык прошлого.
Когда же она наконец спустились в гостиную, я не удержался и едва заметно хохотнул. Чего и следовало ожидать – Белла плакала. Она всегда плачет. Глаза ее были красные и слегка припухшие. Джессика сбежала по лестнице и поспешила занять стул подле меня.
— Привет, Эдди! – сказала она, улыбаясь и хлопая ресницами.
Меня будто молнией ударило, я замер на месте, и заметил, что у Беллы реакция была точно такая же. Тихое рычание вырвалось из моей глотки. Черт побери, только Белле было позволено так меня называть. Из чужих уст она звучало совершенно иначе, как-то неправильно и неприятно. Джессика отскочила от меня в явном испуге, отчего Белла залилась смехом. Я улыбнулся ей, тем самым показывая, что она единственная может называть меня Эдди. Она тоже ответила мне улыбкой, и тогда меня осенило. Наконец все стало на свои места. Все эти непонятные доселе чувства и инстинкт собственничества.
Я люблю ее – по-настоящему люблю, всей своей сущностью - люблю до безумия. О, Боже!

Форум