Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1699]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2706]
Кроссовер [701]
Конкурсные работы [10]
Конкурсные работы (НЦ) [1]
Свободное творчество [4853]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2401]
Все люди [15226]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14566]
Альтернатива [9066]
СЛЭШ и НЦ [9106]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4435]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав ноябрь

Обсуждаемое сейчас
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Любовь. Ненависть. Свобода.
Когда-то она влюбилась в него. Когда-то она не понимала, что означают их встречи. Когда-то ей было на всё и всех наплевать, но теперь... Теперь она хочет все изменить и она это сделает.

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

I scream/Ice cream
Беременность Беллы протекала настолько плохо, что Карлайл и Эдвард все же смогли уговорить ее на «преждевременные роды», уверяя, что спасут ребенка в любом случае. Однако, кроме Ренесми, на свет должен был появится еще и Эджей, развившейся в утробе не так как его сестра. Попытки его спасти не дали результатов, как показалось Калленам.

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

CSI: Место преступления Сиэтл
Случайное открытие в лесу возле Форкса начинает серию событий, которые могут оказаться катастрофическими для всех, а не только для вовлеченных людей. Сумеречная история любви и страсти, убийства и тайны, которая, как мы надеемся, будет держать вас на краю!

Ищу бету
Начали новую историю и вам необходима бета? Не знаете, к кому обратиться, или стесняетесь — оставьте заявку в теме «Ищу бету».

La canzone della Bella Cigna
Знаменитый преподаватель вокала. Загадочный пианист-виртуоз. Вероломство товарищей по учебе. В музыкальной школе царит конкуренция, но целеустремленная певица Белла Свон решительно настроена добиться успеха. И она сумеет справиться с этой трудной задачей, вот только кто мог предположить, что музыкальная школа может быть таким опасным местом?

Искусство после пяти/Art After 5
До встречи с шестнадцатилетним Эдвардом Калленом жизнь Беллы Свон была разложена по полочкам. Но проходит несколько месяцев - и благодаря впечатляющей эмоциональной связи с новым знакомым она вдруг оказывается на пути к принятию самой себя, параллельно ставя под сомнение всё, что раньше казалось ей прописной истиной.
В переводе команды TwilightRussia
Перевод завершен



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

...что теперь вам не обязательно самостоятельно подавать заявку на рекламу, вы можете доверить это нашему Рекламному агенству в ЭТОМ разделе.





Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Самый ожидаемый проект Кристен Стюарт?
1. Белоснежка и охотник 2
2. Зильс-Мария
3. Лагерь «Рентген»
4. Still Alice
Всего ответов: 267
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений


ФАНФИК-ФЕСТ «ЗИМНЯЯ РАПСОДИЯ»



Дорогие друзья!
Авторы, переводчики и читатели!
Приглашаем принять участие в зимнем фанфик-фесте!
Ждем заявки!

Тема для обсуждения здесь:

ОРГАНИЗАЦИОННАЯ ТЕМА


Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Родовая Магия 3D, или Альтаир Блэк: Cедьмой курс. Глава 22. Ночные похождения

2021-1-18
47
0
Pov Драко Малфоя.

Убедившись, при помощи карты Гарри, что ни в коридоре возле Выручай-комнаты, ни в окрестностях не наблюдается ни единой живой души (да и не совсем живой, в смысле – привидений, тоже), мы втроём браво двинулись на подвиги. Сам не знаю, каким образом я позволил этим двоим увлечь меня настолько, что абсолютно проигнорировал голос своей слизеринской сущности, пытавшейся время от времени пискнуть что-то о нецелесообразности наших действий. Однако энтузиазм Рона и Гарри – особенно Гарри! – оказался чересчур заразительным. А возможно, дело было ещё и в том, что после двух недель эмоциональной пустоты я был слишком захвачен новыми переживаниями, чтобы прислушиваться к голосу рассудка. Хотя, по большому счёту, вся ситуация казалась лично мне какой-то не очень правильной. Сам по себе этот «поход» за крестражем был слишком важен – и для нас, и для освобождения Джинни, и для всего Магического Мира, – а мы собирались осуществить его как-то словно походя, на скорую руку. Почему-то это казалось проявлением… неуважения, что ли, хотя к чему, или к кому – я затруднялся с ответом. К Волдеморту? Да с какой, собственно, стати, нам уважать этого выродка? К его магии и к крестражам? Тот же ответ. Нет, конечно, нельзя было не признавать, что его чары были могущественны и опасны, но говорили они не столько о силе и уме своего создателя, сколько о его беспринципности и коварстве. Волдеморт был не просто врагом – он был… злом.
Врага можно уважать, признавать его достоинства, с ним можно даже примириться и подружиться, как подружились-таки мы с Гарри. Примирение со злом невозможно. С ним нельзя ни подружиться, ни даже заключить временный нейтралитет – именно в силу того, что само его существование, как и все его действия, для тебя неприемлемы. Ты не можешь ни принять их, ни даже смириться с ними. И как только раньше, пусть даже будучи глупым, избалованным мальчишкой, я мог находить нормальными – и даже правильными – образ мыслей и принципы Волдеморта? Ну, впрочем, тогда он ещё не пытался убить меня самого и мою семью, не угрожал моему лучшему другу (ну хорошо, угрожал, но тогда Поттер ещё не был моим другом – наверное, так тоже считается?), и, что самое главное – тогда он ещё не похищал мою девушку!

Вход в саму комнату на сей раз не вызвал у нас проблем. Трижды пройдя перед главной стеной, Гарри напряжённо и чётко произнес – мысленно, но я слышал каждое слово, – «Мне нужно место, где Волдеморт спрятал диадему Кандиды Когтевран! Мне нужно место, где Волдеморт спрятал диадему Кандиды Когтевран! Мне нужно место, где Волдеморт спрятал диадему Кандиды Когтевран!» В стене возникла почти неприметная деревянная дверь, которая вполне могла вести в какой-нибудь небольшой чулан для щёток и чистящих средств. Гарри нахмурился, и я прекрасно понял его сомнения. Действительно, маловероятно, чтобы Тёмный Лорд, с его склонностью к театральности и помпезным эффектам, мог спрятать свой бесценный крестраж в простой чулан.
Конец нашим сомнениям, как ни странно, положил Рон. Уизли решительно положил руку на ручку двери и, пожав плечами, потянул её на себя. Открыл… и присвистнул. Мы с Гарри, не сговариваясь, в пару шагов преодолели расстояние, отделявшее нас от рыжего гриффиндорца, и заглянули в комнату через плечи парня.
Да, меньше всего представшее перед нами громадное помещение напоминало чулан. Скорее уж, по размерам и по готическому потолку, терявшемуся где-то в вышине, оно походило на гигантский старинный собор. Сквозь высокие стрельчатые окна, несмотря на ночное время, проникал вроде бы дневной свет – впрочем, не очень похожий на солнечный. Лучи падали со всех сторон, а не с одной, как в случае с небесным светилом, да и за окнами при всем желании не было видно ни неба, ни окружающего пейзажа. Скорее, это вообще были не окна, а что-то вроде ламп – светящиеся стёкла, не более.
Оторвавшись, наконец, от разглядывания просторов под потолком открывшегося зала, я перевел взгляд вниз – и испытал ещё одно потрясение. Под высоким сводом располагался, казалось, настоящий город – с улицами и зданиями, перекрёстками и аллеями, высотными башнями и крохотными приземистыми хижинами. Ну, по меньшей мере, это был макет города, конечно, не в натуральную величину, но всё равно потрясающий своими размерами… И только немного оправившись от удивления и присмотревшись, я осознал, что всё это – никакие не дома и вообще не постройки. «Макетом города» на деле оказалось невообразимое множество самых разнообразных вещей. Уж не знаю, кто или что разложило и расставило их в столь причудливом порядке, что при первом взгляде этот своеобразный склад действительно можно было принять за модель города в миниатюре. Впрочем, как оказалось при ближайшем рассмотрении, большинство вещей здесь были либо слишком старыми, либо испорченными. По-видимому, именно сюда относили сломанную мебель домовые эльфы, а может, и нашкодившие ученики. Повсюду громоздились горы книг – частью запрещённых, а частью просто порванных или залитых чернилами. Старые тетради, свитки пергамента, брошенные как попало предметы одежды, бутылки с зельями, старые мётлы, оббитые статуи, покорёженные котлы и даже скелеты каких-то давно умерших существ… список можно было продолжать до бесконечности. Одним словом – комната была наполнена всевозможным хламом и мусором. Очень маловероятно, чтобы хоть что-нибудь из этого когда-нибудь снова могло понадобиться хоть одной живой душе.
- Вот тебе и раз… – пробормотал Рон. – Заклятия, говорите? Охранные чары? Да на кой ляд они тут? Кому в здравом уме придёт в голову искать ЗДЕСЬ крестраж, а если кому и придёт – да на то, чтобы отыскать среди всего этого хлама одну-единственную диадему, уйдет не одна сотня жизней!
- Похоже, что ты прав… – ошеломлённо пробормотал Гарри. – И, держу пари, Манящие чары не помогут.
- Может, попробуем? – предложил Рон. Гарри и я переглянулись. Поттер пожал плечами.
- Попытка – не пытка, – не очень уверенно сказал он, доставая палочку. – Акцио диадема!
- Ты прав, – пробормотал Уизли через пару минут. – Не помогло.
- М-да, повезло ещё, что, по крайней мере, просто не помогло, а не запустило какие-нибудь охранные чары, – заметил Гарри, нервно сглатывая. Я хмыкнул – эта мысль уверенности в себе не добавляла.
- Знаете что, предлагаю войти и воспользоваться поисковым заклятием, – сказал я. – Не знаю, как вы, а я начинаю чувствовать себя неуютно от того, что мы уже десять минут топчемся на пороге.
- Поддерживаю, – согласился Гарри, первым проталкиваясь мимо Рональда внутрь. – Вот только… А вдруг поисковые чары тоже не сработают? Волдеморт мог поставить против них защиту…
- Это как, интересно, если их тогда ещё в помине не существовало? – поинтересовался я, входя в комнату следом за Уизелом и осторожно прикрывая дверь. – Я же их всего три месяца как изобрёл!
- А, ну да… Я и забыл, – смутился Поттер.
- И потом, снаружи-то они работали, – добавил я, вытаскивая из кармана дневник Тома Реддла. – Ну что, снова я, или сам попробуешь? – спросил я Гарри. Он покачал головой.
- Нет, давай ты. В первый раз у тебя хорошо получилось, – сказал он. Я не очень уверенно кивнул. Карты у нас не было, так что отметить, куда показывает стрелка, мы сможем только приблизительно. Будет лучше её удерживать. Но о том, чтобы делать это на ходу, и думать было нечего – комплексный баланс, который использовался для создания указателя, был слишком ненадежён, чтобы сохраняться во время движения объекта фокусировки. Я поморщился. Это значило, что придётся регулярно останавливаться и повторять чары, и тем чаще, чем ближе мы будем подходить к цели. Конечно, они не были очень уж сложными, но требовали немалой сосредоточенности и отдачи.
- Знаете что, а вот не получится, – сказал я, опуская руку с палочкой, уже поднятую для наложения чар. – Мы не сможем пойти все трое. Кому-то одному придётся остаться, чтобы поддерживать стрелку. Накладывать её заново через каждые десять шагов – ну просто нереально, никаких сил не хватит. Эти проклятые чары и так-то отнимают прорву энергии, и я боюсь даже представить, что будет, если повторить их… ну, хотя бы раз пять подряд, да ещё и с таким небольшим интервалом.
- Что, струсил, Малфой? – хмыкнул Уизли. – Так и знал, что, как дойдёт до настоящего дела, ты мигом пойдёшь на попятный!
- А я как раз не имею в виду себя, – усмехнулся я в ответ. – По-моему, будет разумнее, если останется Гарри.
- Что? – возмутился тот. – А ещё чего придумаешь? Может, мне вообще выйти в коридор и подождать, пока мои большие и сильные защитнички тут разберутся? Ну уж нет, не дождёшься!
- Знаешь, Гарри, а ведь если задуматься, он не так уж и не прав, – задумчиво пробормотал Уизли, изрядно удивив нас обоих. Гарри нахмурился.
- Рон, вот только ты не начинай, а? – с вызовом сказал он. – Ну как вы оба не понимаете? – Поттер обвёл нас яростным взглядом. – Я не смогу противостоять Волдеморту, если буду просто отсиживаться в кустах, за чужими спинами, до тех пор, пока не придёт время! Меня всё время кто-то оберегает и защищает – то члены Ордена, то Дамблдор, то вот теперь вы… Но борьба с Волдемортом – это моё дело! А значит, и уничтожение крестражей – тоже! Я не буду стоять в стороне и смотреть, как вы двое рискуете жизнями, ясно?
- Закончил? – поднял бровь я, ясно давая понять, что его пламенная речь не произвела на меня особенно глубокого впечатления. Ну, в принципе, отчасти это было всё же не совсем так – в какой-то степени я его словами проникся. Но не настолько, чтобы растаять и сдаться. – Ладно, вижу, надеяться, что ты внемлешь голосу рассудка по доброй воле, не стоит. Есть другой вариант.
- Хочешь огреть меня по башке и связать? – хмыкнул Гарри. – Потому что заставить меня остаться можно только так.
- И толку от тебя связанного? Нам стрелка нужна – не забыл? Рон, нет желания помочь с этим? – обратился я к Уизелу. Тот только скорчил в ответ рожу.
- Держи карман шире!
- Ясно. Ну ладно, если никто не хочет остаться по собственной воле, нам остаётся только одно, – заключил я.
- Наложить Империус? – предположил Поттер с коротким смешком.
- От Альтаира заразился? – фыркнул я. – Кинуть жребий.
Поначалу и к этой идее оба гриффиндорца отнеслись без особенного энтузиазма, но в конце концов мне удалось убедить в своей правоте Гарри, так что Рону ничего не оставалось, как сдаться под напором большинства. Подобрав с пола осколок толстой керамической тарелки, я трансфигурировал его в кубик игральных костей.
- Выбросивший наименьшее число – остаётся, – сказал я. Рон нахмурился.
- А если двое выбросят одно и то же? Будем перекидывать? – поинтересовался он. Гарри покачал головой.
- Только если третий выкинет больше, верно? – последнее слово он адресовал мне. Я кивнул и первым кинул кубик.
Как и следовало ожидать, мне выпало три. Мерлин великий, ну почему мне всегда не везёт? В кои-то веки я оказался втянут в увлекательную заварушку, – и вот, пожалуйста, когда осталось всего ничего до победы, я остаюсь в стороне. Конечно, ещё ничего не кончено, но что-то подсказывает мне, что вряд ли стоит надеяться, что кто-то из грффиндорцев выбросит меньше. И откуда во мне такая жажда приключений? Я же всегда гордился своей осторожностью и холодным рассудком – и вдруг…
Гарри, глубоко вздохнув, взял кубик и бросил почти сразу, точно тот обжигал ему руку. Закусив губу, пока кость не остановилась, Поттер наклонился – и буквально расцвёл, увидев результат. Шестёрка. Ничего удивительного. Я мрачно посмотрел на Уизела.
- Кидай, твоя очередь, – буркнул я. Рон посмотрел на меня с таким выражением, точно хотел показать язык, но воздержался, только взял кубик и, встряхнув в кулаке, бросил на пол. Кость завертелась...
Тройка. Я хмыкнул.
- Перекидывай, ты ж так рвался, – сказал я, не скрывая усмешки. Уизел бросил на меня взгляд исподлобья, и, наклонившись, снова подобрал шарик и кинул.
Четыре. Проклятье. Шансы у меня ещё есть, но не сказать, чтобы особенно большие. Я наклонился и немного помедлил, прикусив губу и отчаянно умоляя в душе Мерлина, Салазара и всех, кого только мог припомнить, ниспослать мне удачу.
- Ну давай, Дрей, кидай уже! – не вытерпел Гарри. Выдохнув, я поднял кубик, подкинул на ладони, и позволил ему почти мягко скатиться на пол. Я затаил дыхание…
И в следующий момент не сдержал истерический смешок. Судьбы, может, и нет – но кто-то там, наверху, определённо просто забавлялся сейчас, издеваясь надо мной! Кубик остановился в щели между камнями пола – встав на ребро. Поттер фыркнул.
- Это уже смешно, – воскликнул он. – Малфой, ну не тяни ты – кинь уже ещё раз, и покончим с этим!
Внутри меня закипал гнев, и, стараясь не поддаваться ему, я подхватил кость, даже не взяв в ладонь – просто крутанул пальцами и снова бросил. Кубик покатился по полу, чуть покрутился – и упал, выставив вверх четыре точки, расположенные по углам, кругом вокруг пятой – в центре.
- Ты уверен, что он не смухлевал? – насупившись, спросил Рон. Гарри покачал головой.
- Брось, Рон, всё честно, – сказал он. – Слушай, ты ведь справишься со стрелкой, а?
- Ну да, – кисло ответил рыжий. – Просто… Гарри, ну я не знаю… Я всегда думал, что мы с тобой как одна команда, а тут… Ты идёшь с этим… – он поморщился, кивая на меня. Я снова театрально закатил глаза.
- Расслабься, Уизли – обещаю, я его не съем, – протянул я. – И потом, если подумать – тебе вообще не обязательно будет всё время торчать только здесь. Мы дадим тебе сигнал, когда найдём то, что нужно, и ты сможешь подойти к нам.
Я спокойно пожал плечами и протянул Уизли дневник.
- Попробуй, – сказал я. – Если не получится, тогда возьмусь я.
Рыжий гриффиндорец принял истрёпанную, изуродованную книжонку с большой опаской, словно боялся, что из неё всё ещё может выползти частичка шестнадцатилетнего Тома Реддла и завладеть его телом. Прикоснувшись палочкой к краю проделанной в середине дневника дыры, он не особенно уверенно, но хотя бы без запинки, произнёс формулу заклятия и поднял палочку вверх. Туманное облако на сей раз образовалось помедленнее и было гораздо меньше того, что появилось в Тайной Комнате, однако оно было – и достаточно быстро сформировалось в указатель, направленный вглубь комнаты, куда-то в правую сторону.
- Кажется, сработало, – пробормотал Гарри, затаивший дыхание. Я рефлекторно сглотнул и сдержанно кивнул Поттеру.
- Кажется, да… Остаётся надеяться, что Волдеморт не похоронил диадему под грудой какого-нибудь хлама, – пробормотал я. Гарри хмыкнул и покачал головой.
- Нет, – сказал он. – Ты не понимаешь… Это, наверное, здесь было бы разумнее всего, но… Это так по-маггловски – просто спрятать вещь, закидав её кучей тряпья и всего прочего. Волдеморт всегда подчёркивал свою сопричастность к магии, отрицал своё маггловское наследие. Не стал бы он таким образом прятать крестраж. Не забывайте, он ведь вообще предполагает, что о них никто ничего не знает. Все эти чары и убежища – просто крайняя мера предосторожности.
- Ладно, убедил, – согласился я. – Так, Уизли, давай сюда оружие, и мы пошли.
Рон непонимающе уставился на меня, и я со вздохом закатил глаза.
- Клык василиска давай, дубина!
- От дурака слышу, – беззлобно отозвался Уизел и, положив палочку на дневник, прижал её пальцем, а свободной рукой полез в карман. В скором времени на свет появился изрядно помятый бархатный свёрток, который я принял с большой осторожностью. Всё-таки чары чарами, а яд василиска – штука более чем опасная.
- Рон, я… – Гарри шагнул к другу и доверительно коснулся его плеча. Поттер почему-то выглядел не на шутку обеспокоенным – может, ещё и потому, что из всех нас он один не понаслышке знал, с какими трудностями Дамблдор доставал кольцо и медальон. Ну, по крайней мере, слышал он об этом из первых рук, а не в пересказе.
- Да ладно, Гарри, всё нормально, – попытался отговориться Уизли, но Поттер покачал головой.
- Мы можем случайно зацепить какую-нибудь ловушку, или что-то в этом роде, – сказал он, глядя в лицо другу. – И тогда достаться может всем. Знаешь что, я тут подумал… Если увидишь, что дело плохо – не трать время, чтобы прийти к нам на выручку. Лучше беги.
- Что? – возмутился рыжий. – Ты в своём уме – я вас не брошу!
- Ты бы лучше, Уизли, не хорохорился! – оборвал я его. – Гарри дело говорит. Вдвоём мы с ним ещё как-нибудь выкрутимся – не забывай, у нас есть наша объединённая сила. А вот если ещё и о тебе придётся беспокоиться, тогда у нас точно ничего не выйдет!
- Рон, слушай, я не шучу, – мягко сказал Гарри, бросив на меня предостерегающий взгляд. – И Драко прав в этом случае. Если сработают какие-нибудь охранные чары Волдеморта, если ты увидишь, что нам приходится туго, или окажешься в опасности – беги немедленно. И дело вовсе не в трусости. Мы постараемся сделать всё сами, но если не выйдет… Мы ведь не знаем, с чем столкнёмся. Если увидишь, что дело плохо – приведи Дамблдора. Ладно?
- Дам… – Рон запнулся и мрачно, исподлобья, уставился на Поттера, пыхтя от негодования. Я уже начал сомневаться, что они сегодня хоть что-то решат, но тут рыжий, наконец, сдался.
- Ладно, – сказал он нехотя. – Если я увижу, что… Что вам нужна помощь, и что от меня толку не будет… Я позову директора.
- Дай слово, Рон, – непреклонно потребовал Гарри. – Я ценю твою гриффиндорскую храбрость, но иногда она неуместна, поэтому…
- Поэтому он предпочтёт положиться на твою гриффиндорскую честь, – закончил я, вздыхая и возводя взгляд к потолку. – Давайте уже закругляйтесь, а то я тут усну, вас дожидаясь!
- Ладно, обещаю, пока Малфой тут на ночлег не устроился, – хмыкнул Рон. – Слово гриффиндорца, Гарри, – добавил он уже серьёзно. – Ты не думай, я понимаю, насколько это важно. Обещаю, если припечёт – я бегом за Дамблдором. Но и не надейтесь, что я уйду, если всё будет тихо. Я догоню вас.
- Хорошо, – кивнул Поттер и на прощание чуть сильнее сжал его плечо, а потом отпустил и отступил на шаг. – Ну что, Дрей, пошли, что ли?
- Угу, – демонстративно зевнув, отозвался я, подходя к нему, а потом повернулся к Рону. – Если поднять палочку повыше, указатель тоже поднимется. Ты вообще сможешь в известной степени управлять им с её помощью, например, передвинуть немного вперёд, к нам поближе. Вот только всё равно может случиться так, что нам будет уже не видно стрелку оттуда, куда мы придём. Так что тебе придётся следить за этим, и, если потребуется – всё-таки сменить позицию. Справишься?
- Не грузись, пушистость наша белая, – фыркнул он. – Чай, не первый раз колдуем.
- Покусаю, – мрачно пригрозил я, тщетно попытавшись проигнорировать и «белую пушистость», и сдавленный, тщетно скрываемый хохот Гарри. «Ничего, я вам это ещё припомню!…» – обиженно подумал я, одарив Поттера уничтожающим взглядом, который, к несчастью, не произвёл на хихикающего парня никакого впечатления. Эх, не имейся у меня необходимости скрывать от Уизли тот факт, что я анимаг – точно бы превратился и выполнил свою угрозу. Но, увы, мечты, мечты… А впрочем, долго дуться было сейчас некогда, и я решил отложить разборки по этому поводу до лучших времён.
Сцапав за руку всё ещё давящегося смехом Поттера, я решительно зашагал по проходу между «зданиями», сложенными из невообразимого количества самых разных вещей. Весёлость Гарри довольно быстро сошла на нет, и он, взяв палочку наизготовку, спокойно зашагал рядом. Узы полнились его сосредоточенностью и уверенностью, что очень быстро помогло и мне настроиться на нужный лад. Рон, вняв моему предупреждению, поднял стрелку повыше и чуть продвинул вперёд, так, чтобы нам было видно её и по мере продвижения. Судя по её положению и наклону, путь нам предстоял не самый близкий.

Пару раз Рону действительно всё-таки пришлось снимать чары и подходить поближе, чтобы наложить их повторно. Хотя он и старался поднять её повыше, стрелка указателя всё-таки через какое-то время оказывалась у нас за спинами, как бы рыжик ни старался пододвинуть её вперед. Мы с Гарри продвигались относительно спокойно, огибая колонны, горки и прочие невообразимые «строения» из сломанных и забытых вещей, и далеко не всякий раз находя между очередными «зданиями» проход, ведущий приблизительно в нужном направлении. Не раз и не два приходилось сворачивать, чтобы попытаться отыскать нужную «улочку» где-нибудь ещё. Плутали мы таким образом, наверное, час, а то и больше – «прогулка» начала откровенно утомлять. Глаза, напряжённо обшаривающие каждую кучу мусора, валяющуюся в нужном направлении, начали даже побаливать от постоянной нагрузки (ну и ещё немного, наверное, от клубящейся в воздухе пыли, которую мы то и дело стряхивали с мебели и книг, кажущихся нам подозрительными). Я бросил взгляд на часы и попытался прикинуть, сколько прошло времени с того момента, как Альтаир договорился со Снейпом. Выходило, что уже часа два с половиной или около того… Проклятье, как же мне хотелось узнать, что с Ветроногом и удалось ли ему выполнить затеянное! Самым интересным казалось сейчас то, как он будет объясняться с Гермионой по поводу своей «альтернативной медицины». У меня было твёрдое подозрение, что наша порядочная гриффиндорская староста вряд ли воспримет предложенный метод на ура. А впрочем, и Альтаир заговаривать зубы неплохо умеет – может, всё-таки ухитрится? Про себя я решил, что, как только закончим с сегодняшними похождениями, непременно отыщу его и расспрошу, что и как у него вышло. Что подслушал разговор, признаться придётся, но… в конце концов, Альтаир же своего слова не нарушал – он мне ни о чём не рассказывал, я сам всё услышал…
Впереди показалось кое-что интересное – во всяком случае, интереснее большинства окружавшего нас хлама. Хотя туманная стрелка указывала и не на находку, но всё-таки я счёл, что обратить внимание Гарри на неё всё равно стоит.
- Гляди-ка, Исчезательный шкаф, – заметил я, ткнув палочкой в сторону массивного, почти квадратного шкафа из тёмного дерева, возвышавшегося среди груды каких-то посудных осколков, словно одинокая башня. Перед ним нашлось немного свободного пространства, где мы могли немного передохнуть, пока Рон в очередной раз менял дислокацию, перебираясь поближе к нам. Гарри с любопытством посмотрел на указанный предмет.
- Это не тот самый, куда на нашем пятом курсе близнецы Уизли запихнули Монтегю? – поинтересовался он. Я пожал плечами.
- Да, наверное. Не знаю, по крайней мере, на старом месте того шкафа больше нет, так что да, должно быть, это он. Наверное, его сюда убрали, чтобы никто больше не застрял в нём, ведь он сломан.
- Ну да, Монтегю тогда из него Мерлин знает сколько выбирался, если я правильно помню, – хмыкнул Поттер. Возвращаться к тысячекратно обговорённой теме крестражей не хотелось, так что мы оба были только рады обсудить что-то незначительное, вроде этого самого шкафа.
- А что всё-таки с ним тогда произошло? – поинтересовался Гарри.
- С кем, с Монтегю? Понятия не имею, – отозвался я. – Он, знаешь, пятикурсникам не докладывал, даже нам. Нет, его расспрашивали, конечно, но всё, что я знаю – это то, что он оказался в пространственной ловушке и, в конце концов, аппарировал оттуда с риском для жизни.
- Погоди, я думал, в Хогвартсе нельзя аппарировать? – нахмурился Поттер. Я фыркнул.
- Ты хоть отдаленно представляешь себе, что такое Исчезательный шкаф? – поинтересовался я. Гарри захлопал глазами и чуть смутился.
- Ну… Ээээ… Это шкаф, э… из которого всё исчезает? – предположил он. Я закатил глаза.
- Мерлин, и этот человек почти закончил выпускной курс Хогвартса! – протянул я. – Всё исчезает, угу… Исчезательный шкаф, Поттер, чтоб ты знал – это не Бермудский Треугольник, а что-то вроде стационарного постоянного портключа. Работает, правда, по другому принципу, но для общего сравнения сойдёт. Это что-то вроде двери в… ну, в своего рода тоннель, который ведет по искривлённому пространству куда-нибудь в другую точку. То есть ты заходишь в такой шкаф, или кладёшь предмет, который хочешь переместить, – например, если надо по-быстрому избавиться от компромата, – закрываешь дверь, и – вуаля! – готово. Обычно это работает в одну сторону, но встречаются и парные шкафы – тогда между ними тоннель уже двухсторонний, понимаешь? От одного к другому.
- Э, ну… Понятно, – отозвался Гарри. – То есть получается, это что-то вроде… потайного хода – но только волшебного? И чаще всего – одностороннего, то есть, выйти можно, а войти обратно – нет?
- В общем, да, – кивнул я. – Они раньше были очень популярны, особенно в опасные времена, вот как сейчас. В первую войну с Волдемортом, да и до этого, во времена Гриндевальда, если не ошибаюсь. Потом как-то… – я пожал плечами, не договорив, но и так было понятно, что имелось в виду. – Они, в принципе, не очень надёжны. Со временем чары теряют стабильность и начинают давать сбои. Бывало, люди в таких шкафах пропадали, а иногда даже и погибали от того, что чары разлаживались… Так что Монтегю ещё повезло, что он вообще жив остался. И близнецам Уизли, кстати, тоже капитально повезло. Если бы он погиб, их бы могли обвинить в убийстве по неосторожности или в непреднамеренном убийстве, а это тянет лет на пять-семь Азкабана как минимум.
- Ты, часом, после школы не в юристы податься собрался? – поморщился Поттер, но наша связь донесла его запоздалую тревогу. Послав ободряющий импульс, я покачал головой.
- Давай оставим пока планы на будущее в стороне, – проговорил я. – Хотя вообще-то, то, что я знаю основы законодательства, ещё не говорит, что я собрался серьёзно этим заниматься. Все эти права, обязанности и прочая законническая лабуда – редкостная скучища, на мой взгляд.
- Согласен, – хмыкнул Гарри. – Оу, смотри, – он указал на вновь формирующееся у нас над головами облачко тумана, которое, вытянувшись, указывало теперь вниз и вперёд. Судя по углу наклона, мы были уже очень близки к цели…
Мы обошли следующую кучу – нечто непонятное, вроде какой-то скульптуры, укутанный странным плотным пологом из толстой, чуть светящейся шелковистой ткани сероватого цвета, напоминающей, почему-то, заросшую пылью густую паутину. При воспоминании о кварроке я содрогнулся, однако, в отличие от чёрных тенёт магического паука, эта «ткань» была скорее белой, – ну, теперь уже грязно-белой, или даже серой от пыли и грязи.
- Если это и паутина, то, скорее, от акромантула, а не от кваррока… – пробормотал Гарри, уловив мои мысли. Я кивнул, оглянулся на стрелку – и резко остановился.
- Поттер! – позвал я. Гарри, уже успевший уйти на два шага вперёд, удивлённо обернулся.
- Посмотри! – я указал вверх, на туманный указатель. Пару мгновений гриффиндорец не понимал, в чём дело, а потом наконец сообразил, что я имею в виду. Стрелка поисковых чар круто наклонялась к полу, и её кончик явно указывал не дальше, чем на эту самую, «паутинную» кучу…
- Нашли… – выдохнул Гарри. Я покачал головой.
- Найти ещё не нашли, – возразил я, – но вот дойти – дошли, это точно. Похоже, твоя теория оказалась ошибочной, Гарри.
- Теория? – переспросил он, не отрывая взгляд от пыльной ткани.
- Насчёт того, что крестраж не должен быть спрятан под чем-то. На поверхности я его что-то тут не вижу, – отозвался я.
- А. Ну, да, наверное… – не очень уверенно согласился Поттер. – А ну-ка, помоги мне…
Осторожно, сперва потрогав край «паутины» носком ботинка, Гарри прикоснулся к ней кончиком пальца. Я затаил дыхание, готовый в любую секунду оттащить Поттера назад, но этого, к счастью, не потребовалось. Гарри сам отдёрнул палец и потёр его о штаны.
- Липнет, – пожаловался он. – Ты как знаешь, а мне ещё одной мантией жертвовать не хочется.
- Это намёк, что надо использовать мою? Всегда знал, что ты только и ищешь предлог, чтобы меня раздеть, – хмыкнул я. Гарри хихикнул.
- Конечно, мечтаю, – отозвался он. – Но исключительно потому, что чёрной завистью завидую размерам твоего гардероба…
- Тебе обеспечить такой же? – фыркнул я.
- Отвали, – отмахнулся Гарри. Я кивнул – время для очередной дружеской перебранки выбрано было, мягко говоря, неудачно. Хотя, с другой стороны, она помогла нам несколько разрядить напряжение.
- Ладно, есть идея… – пожал плечами я. – Надеюсь, я не спалю при этом всю комнату к боггартовой матери…
Наклонившись, я поднёс палочку к «паутине» и наложил довольно-таки слабенькое Инсендио – скорее просто для того, чтобы посмотреть, нельзя ли огнём убрать покров, не прикасаясь к нему. Почему-то мне казалось, что способностью прилипать к рукам эта ткань не ограничивалась, так что контактировать с ней не было ни малейшей охоты…
Результат превзошёл всё ожидания. «Паутина» занялась довольно быстро, бодро поддавшись пламени – и вдруг, в один момент, полыхнула вся, целиком, вспыхнув ярким, ослепительным огненным цветком. Но не успели мы испугаться, как огонь так же внезапно сошёл на нет и в следующее мгновение угас, оставив вместо серебристо-серой ткани лишь осыпавшийся с тихим шорохом пепел. Вспышка пламени неизбежно повлекла за собой и движения воздуха, часть пепла разлетелась по комнате, заставив нас затаить дыхание. Вдыхать этот пепел было невыносимо страшно.
Однако дышать пришлось волей-неволей, и почему-то нам и в голову не пришло закрыть лица хотя бы рукавами, не говоря уже о заклинании вытяжки. Правда, лично я отважился всё-таки вздохнуть только тогда, когда сероватое облачко пепла совсем развеялось, а воздуха в лёгких не осталось в принципе. Выяснилось, что ничего опасного пепел собой не представлял – я ощутил лишь лёгкий горелый запах и ничего более. Тем временем внимание Гарри, а потом и моё, привлекло нечто, открывшееся после исчезновения покрова.
Для того чтобы всё как следует рассмотреть, пришлось обойти вокруг и вернуться на небольшое, сравнительно чистое пространство перед Исчезательным шкафом. Оттуда мы смогли наконец увидеть во всей красе то, что скрывалось под тканью-паутиной.
Основанием для этой своеобразной композиции служил старый письменный стол со сломанной дверцей одного из отделений, висящей на одной петле. На нем, развёрнутые друг к другу, помещались два раскрашенных стула – серебристо-зелёный и красно-золотой. Раньше такие стулья стояли за факультетскими столами в Большом зале, но постепенно большая часть из них пришла в негодность, и их заменили скамьями, которые были теперь. Несколько таких стульев, чудом уцелевших, оставалось теперь только во главе столов, да ещё, кажется, как-то я натыкался на похожие в одном из пустующих кабинетов, куда составили старую мебель.
Впрочем, весь этот своеобразный постамент мы осмотрели бегло, отметив то, из чего он состоял, только краем сознания. Гораздо более занимательным казался предмет, венчающий «сооружение». А именно – бюст сурового на вид мага, глядящего вперёд с отвагой и вызовом на горделивом, мужественном лице. Почему-то он показался мне знакомым, хотя узнать человека по скульптурному изображению не так-то просто, как может показаться. К тому же что-то всё-таки портило впечатление, производимое бюстом. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что же именно кажется мне неправильным. Неизвестный шутник – хотя, надо полагать, что нам-то как раз он был вполне известен, – подверг голову мага частичной трансфигурации, приделав ему ослиные уши довольно внушительных размеров, торчком стоящие на макушке. Я бы прыснул, если бы не одно «но». Надетая на эти уши, словно на замысловатую высокую причёску, на челе гордого волшебника слабо поблёскивала серебристая диадема Кандиды, безошибочно узнаваемая по иллюстрациям. Видимо, неизвестный художник всё-таки не погрешил против истины – впрочем, это было вовсе неудивительно, ведь и поисковые чары сработали. На какой-то момент мы с Гарри оба снова задержали дыхание, и я подспудно ощутил, как наши сердца одновременно замерли. Чисто инстинктивно я нашарил и сжал ладонь Поттера, и он в ответ тоже вцепился в мою руку. По моему телу пробежала дрожь, и тут Гарри судорожно выдохнул.
- Нашли… – снова прошептал он, и на сей раз я безмолвно с ним согласился.
Вцепившись в мою ладонь, Поттер несколько минут не двигался, а потом, тяжело вздохнув, перевёл на меня взгляд.
- Ну, кажется, мы у цели. Надо Рона предупредить, – сказал он, выпуская из палочки в потолок сноп красных искр. Почти сразу же стрелка-указатель заколебалась и растворилась в воздухе.
- Осталось лишь каким-то образом снять диадему оттуда, – заметил Гарри, опуская палочку.
- Ага, – отстранённо кивнул я, мрачно усмехаясь. – А Волдеморту не откажешь в чувстве юмора. Хотя, на мой вкус, шуточка так себе, примитивная.
- Шуточка? – непонимающе нахмурился Гарри.
- Посмотри, – я указал на основание бюста.
- «Годрик Гриффиндор», – прочитал Поттер. Действительно, узнать Основателя было сложно: как и Салазар в Тайной Комнате, Годрик был изображён совсем не так, как на гравюрах и картинах, к которым мы привыкли. Или просто всё дело в разнице между объёмным изображением и графическим?
Гарри сглотнул и поморщился.
- Ослиные уши как символ глупости, несмотря на прибавляющую ума диадему? – прокомментировал он, окинув взглядом изваяние ещё раз.
- Да, остроумие аж зашкаливает… – отозвался я, разделяя его гримасу. – Впрочем, думаю, это своего рода дань тому, что реликвию Гриффиндора найти Волдеморту не удалось. Что-то типа того, что, раз так, то пусть хотя бы образ Годрика будет хранителем одного из его крестражей.
- Наверное, – не очень уверенно кивнул Гарри.
- Ладно, что делать будем? – поинтересовался я.
- По-моему, эти уши не дадут так просто её снять, да? – заметил Поттер, разглядывая диадему, пристроенную на голове основателя его факультета.
- Думаю, что нет, – согласился я. – А если попробовать трансфигурировать их обратно?
- Ты знаешь, как это сделать? – фыркнул он. Я прикусил губу. Заклятие-то было не сложным, но уверенности в том, что оно сработает, не было.
- Ну, можно попробовать, – не очень уверенно проговорил я, направляя палочку на голову статуи. Однако, как я в глубине души и предполагал, Волдеморт не был бы Тёмным Лордом, если бы тут всё было так просто. Заклятие не сработало – очевидно, на изваянии лежала какая-то противомагическая защита.
- Есть ещё светлые мысли? – с оттенком ехидства поинтересовался Гарри.
- Твоя очередь, – буркнул я, ощущая иррациональную обиду на это ехидство. Поттер задумчиво почесал кончик носа, оглядываясь вокруг.
- Не вижу ничего тяжёлого, – пробормотал он. – А то можно было бы просто попробовать отбить одно ухо, или даже оба.
- Угу, – скептически пожал плечами я. – Вот только сдаётся мне, что такой подвиг и Хагриду был бы не под силу. Наверняка и такой вариант наш красноглазый «друг» предусмотрел.
- Да, думается, ты прав, – согласился Гарри. – Впрочем, не может быть, чтобы выхода не было. Он может быть трудным и запутанным, призванным ослабить противника, как ловушки в пещере медальона, но всё равно его не может не существовать.
- Поттер. Если мы будем действовать так, как предполагал Волдеморт, каковы наши шансы выбраться живыми? – мягко поинтересовался я. Гарри тряхнул головой, словно отбрасывая размышления, и невозмутимо пожал плечами.
- Нам совсем не обязательно делать то, что он предполагал, – сказал он. – У нас есть козырь в рукаве. А точнее, в твоём кармане.
- А? – я вспомнил о свёртке с клыком василиска, который забрал у Рона и убрал в карман. Осторожно вытащив его, я нерешительно потёр пальцами краешек бархатной, теперь уже непромокаемой, материи и с сомнением посмотрел на Гарри. – Ты хочешь попробовать расколоть диадему прямо на нём?
- Ну да, – невозмутимо кивнул Поттер, пожимая плечами. – Подстрахуешь?
- Что? – я непонимающе посмотрел на него, а потом – на импровизированный постамент бюста. Гарри совсем не так высок, чтобы с пола достать до головы Годрика, значит… Значит, ему придётся забраться как минимум на стол, чтобы дотянуться.
- Гарри, ты с ума сошёл! – воскликнул я. – Охранных чар тут может и не быть, но могут и быть, и мы не знаем, что именно может их спровоцировать! Если они вдруг начнут действовать, ты окажешься в самом эпицентре!
- Назови другой выход! – сердито рыкнул Гарри, и я тоже почти зарычал со злости, сердито срывая обёртку с ядовитого клыка. План созрел в голове в мгновение ока: я резким движением спихнул Поттера со своего пути и, ухватившись за серебристо-зелёный стул, подтянулся и вскарабкался на стол, а оттуда – на сам слизеринский стул, цепляясь за ушастое изваяние отца-основателя Гриффиндора. Вообще, я оказался прав относительно невозможности физического воздействия на него – его устойчивость показалась мне не очень естественной. Каким бы тяжёлым ни был мраморный бюст, под моим весом он должен был хотя бы пошатнуться – уж больно ненадёжным был его «насест». Однако скульптура стояла прочно и надёжно, будто являлась единым монолитом со своим шатким постаментом.
- Дрей! – возмущённо крикнул Гарри, в его голосе и мыслях было негодование и даже обида.
- Остынь, герой, тебе ещё самого Лорда хватит! – рявкнул я. – Мало не покажется! А с тем, чтобы ткнуть клыком в железку, любой дурак справится!
- Наконец-то ты начал адекватно себя оценивать! – ядовито отозвался Поттер, но беспокойство в его голосе было чересчур явным, чтобы обижаться на столь нелестную оценку. А кроме того, моя слизеринская сущность с ним была всецело согласна. И куда меня опять понесло?! Поттер-то герой, а я куда лезу?!
Я хмыкнул и, взявшись за клык поудобнее – так, чтобы и он не скользил в руке, и чтобы не касаться ядовитых пятен обнажённой кожей, примерился. По ободку диадемы шла тонкая гравировка, складывающаяся в слова, а само украшение было, наверное, когда-то изящным и сверкающим, но теперь девять веков, которые оно хранилось в полуразрушенном подземелье в Албании, сделали свое дело. Сияющее серебро гоблинской работы слегка потемнело – не так, конечно, как темнеют обычные серебряные украшения, гоблины – это вам не магглы-ремесленники! И всё-таки сырость и грязь заброшенного подземелья (сам я его не видел, но не сомневался, что там было именно так – сыро и грязно) сделали своё дело.
Было вполне очевидно, куда следует нанести удар. Почему-то существование крестража казалось мне связанным в данном случае с циклической формой украшения. К тому же, «Тайны Наитемнейших Искусств» утверждали, что для того, чтобы уничтожить часть души, заключённую в крестраже, предмет следует повредить таким образом, чтобы его никак нельзя было починить. Выходит, нужно нанести диадеме максимальный урон, покорежить её, а лучше – вообще расколоть надвое. А может, достаточно вообще даже не ударить, а просто капнуть несколько капель яда? Судя по тому, что произошло с дневником, он действительно на редкость разрушителен…
Бросив взгляд на свою предполагаемую жертву, я заморгал от удивления. Металл диадемы, казалось, завибрировал и раскалился от предчувствия гибели. Серебристое украшение словно налилось красным, и неожиданно ярко проступили выгравированные на нём слова «Ума палата – дороже злата». И внезапно где-то совсем рядом – а может, внутри моей головы? – зашелестел опавшими листьями тихий голос:
- «Ума… Подумай, Драко Малфой – эта вещь добавляет человеку ума…» – мягкий, бархатистый голос с вкрадчивыми интонациями был мне незнаком, однако почему-то завораживал, заставляя прислушаться к нему. – «Зачем же уничтожать такое сокровище? Многие – очень многие, куда более мудрые маги, чем ты, отдали бы всё, что у них есть, за счастье обладать этой вещью… Используй её по назначению, мальчик! О да, я вижу в тебе большой потенциал… ты сможешь понять многое, чего раньше не знал… Ты сможешь увидеть то, что скрыто от тебя… Просто используй её, Драко! Возьми её, завладей её могуществом!...»
- Что? – я замер, прислушиваясь к себе.
- «Ты увидишь… увидишь… Позволь мне помочь тебе! Направить тебя… Ты станешь мудрее, ты станешь прозорливее… никто не сравнится с тобой… Мудрецы были великими во все времена, а с моей помощью твоё величие затмит самого Мерлина…»
Я помотал головой. Что за бред? Стать мудрее… Да я и так вроде не жаловался на свои мозги. Конечно, перспектива обогнать Гермиону в своеобразном соревновании за звание лучшего ученика школы была заманчивой, но с некоторых пор номинальная победа перестала казаться мне привлекательной. Может, потому, что за несколько месяцев до выпуска как-то уже не имело особого смысла гнаться за школьным признанием? Да и как-то это… Стать умнее при помощи диадемы – всё равно что уподобиться «особи-Лорду». Странно, и почему вдруг первым делом возникла такая ассоциация? Хотя довольно точная, надо признать… И всё же забавно, что во мне откуда-то взялся подобный протест. Интересно, кстати – откуда? Уж не от Гарри ли? Ну точно, от Поттера… Похоже, Узы между нами работали не только в качестве мысленной связи и способа определить местонахождение друг друга. Кажется, они исподволь меняли и нас – Гарри набирался от меня слизеринского хладнокровия, язвительности и способности рассуждать логически даже в трудную минуту, а вот во мне неведомо откуда просыпались гриффиндорская бесшабашность, горячность и… честь? Не пресловутая честь Рода, знакомая каждому чистокровному с пелёнок и призывающая пуще всего в жизни беречь своё собственное и семейное достоинство – а непоколебимая, твердолобая и поистине гриффиндорская порядочность? Странный голос продолжал нашёптывать что-то о том, что мудрость ведёт к величию, и что при помощи диадемы я смогу добиться такой славы, о которой не смел и мечтать… И вдруг до меня дошло, что это такое. Крестраж – любой, даже эта диадема, – это не только защита, но и оружие. Осколок души Тёмного Лорда искушал меня, так же, как Том Реддл из дневника искушал в своё время Джинни, предлагая помощь, содействие, сочувствие… От потрясения, вызванного осознанием этого, я едва удержался на ногах и, пошатнувшись, ухватился за тяжеленный бюст Годрика, чтобы не упасть. Подтверждая мои предположения о том, что всё сооружение магически укреплено, оно снова даже не пошатнулось под моим весом – что в иной ситуации было почти невозможно, учитывая неустойчивость конструкции «постамента».
Но теперь мне стало легче. Помимо гриффиндорской чести и порядочности, удивлявших и меня самого, теперь мне помогало избежать искушения и кое-что намного более логичное и практичное. Элементарное слизеринское благоразумие – привычное и понятное, усвоенное мною чуть ли не с молоком матери. Использовать диадему по назначению означало всего лишь предоставить Тёмному Лорду очередную марионетку. Никакого величия, никакого ума тут и в помине не предполагалось – меня очень скоро постигла бы та же самая участь, которую уготовил в свое время для Джинни Том Реддл из дневника. Напитать своей жизненной силой осколок его души, заключённый в диадеме, и позволить ему завладеть мной – вот и всё, чего он от меня хотел. Мне стало даже смешно. На что рассчитывает этот огрызок человека? Он что, всерьёз полагает, что я такой дурак, чтобы повестись на эту чушь?
А голос – голос Волдеморта, как с дрожью осознал я, – ощутив отторжение, которое встретили его слова, решил тем временем сменить тактику.
- «Бедный, наивный мальчик Драко», – зашелестел он. – «Я ведь вижу, знаю, чего ты хочешь… Я вижу, к чему стремится твоё сердце… ты желаешь сохранить тепло, ты мечтаешь о мире и дружбе… А знаешь ли ты, чем тебе придётся заплатить за это?» – зло, ядовито и насмешливо выкрикнул он вдруг. – «Ты хоть знаешь, какой выбор тогда встанет перед тобой?! Твой лучший друг – Блэк! Они бескомпромиссны, уж поверь мне! Вспомни, как он шёл напролом, топча на своём пути любого, кто смел преградить дорогу к вожделённой цели! Вспомни о вашем дяде, сбежавшем из-за своих убеждений из родного дома! Вспомни о безмерной гордости этого семейства! Ты думаешь, что Альтаир согласится делить свою привязанность между тобой и Гарри? Этого не будет никогда! Очень скоро ему надо будет сделать выбор! И ты думаешь, что он будет в твою пользу? Девушка Альтаира – с Гриффиндора… Любимый дядя – с Гриффиндора… С каждым годом твой друг всё больше привязывается к львиному факультету! И сейчас – что удержит его возле тебя? Ваши пути начинают расходиться… Неизбежно расходиться… Он выбрал для себя грязнокровку… Согласился ради неё примириться с нищебродом Уизли… А что будет дальше? Зачем ему будешь нужен после школы ты? У него будут уже другие дела и интересы поважнее подвешивания кого-нибудь вверх ногами! Если бы ты оставался его лучшим другом, всё было бы терпимо, было бы иначе… Но подумай сам – гриффиндорский враг стал бывшим, гриффиндорская староста стала любимой девушкой… а скоро и лучшего друга он отыщет на Гриффиндоре, как это сделал Сириус!»
Я снова пошатнулся, на этот раз уже не чуя под собой ног. Умом я понимал, что всё это – бред, сумасшедший бред! Альтаир никогда не предаст нашей дружбы, ему и в голову не придёт искать какую-то «замену» мне! И всё же глупые обрывки услышанных слов, обрывки фактов, на которые я раньше и внимания бы не обратил, начали выстраиваться в уродливую и страшную цепь…
Ведь и правда, девушка – с Гриффиндора… тот, на кого так похож, с Гриффиндора… у самого водится некая «гриффиндоринка»… Блэк-Поттер… Что, если теперь, когда Сириус вернулся, это будет повод для Альтаира ещё больше склониться в пользу Гриффиндора? Что, если в негласном конкурсе за право называться лучшим другом я уступлю Гарри? И Ветроног вскоре попросту отвернётся от меня – за ненадобностью? И что тогда?
- «Блэки всегда любили блеск, любили сиять, как звёзды… И друзей себе подбирали таких же. В школе – ещё ладно… Но после школы – разве такой гордый, такой великолепный представитель этого семейства не выберет Избранного себе в лучшие друзья? Разве не пожелает, чтобы это он стоял рядом с ним – везде? Он, он, не ты, а он …»
- «Дрей…» – в первый момент мне показалось, что это голос крестража просто сменил тон, продолжая нашёптывать мне свою «литанию сомнений», однако я ошибался. Голос Гарри дрожал от внутреннего напряжения, но полнился той самой безыскусной искренностью, которая в наибольшей степени и притягивала к Поттеру сердца тех, кто его окружал.
- «Не слушай его. Он же сам ни боггарта лысого не смыслит в том, о чём говорит! Откуда куску души красноглазого монстра разбираться в любви и дружбе? Да, Сириус – с Гриффиндора. Да, Гермиона – с Гриффиндора. И что? Что это значит? Ну что это за бред – Альтаир не захочет делить свою привязанность! Человеческое сердце достаточно велико, чтобы любить нескольких друзей, ты знаешь? И зачем Альтаиру выбирать себе в лучшие друзья непременно «Избранного»? Что он, Локонс, что ли, что может только отражённым светом сиять? Что ему, собственного блеска не хватает? Драко, ну неужели ты думаешь, что Ветроног так мелок, что подбирает себе друзей не по зову сердца, а по расчёту? И неужели он дружит с тобой потому, что ты ему зачем-то «нужен»? Ну да, нужен! Нужен, чтобы рядом был настоящий друг, чтобы было на кого положиться в трудную минуту, чтобы было с кем плечом к плечу встретить опасность… Нужен, в конце концов, чтобы было кому улыбнуться утром и с кем поболтать вечером! Драко, друзей может быть много, но ни один из них не станет и не может стать заменой другому. Ты не стал заменой Рону. Рон не может быть заменой тебе. Альтаир может сколько угодно встречаться с Гермионой, дружить с Сириусом и со мной – но разве хоть что-нибудь из этого может помешать ВАШЕЙ дружбе? Да он бы со смеху упал, если бы услышал, что тебе наговаривает этот осколок злобной душонки!»
- «Это точно», – мысленно хмыкнул я. Возможно, его речь была не самой красноречивой, не самой гладкой и красивой, и даже слегка банальной – но она была настоящей, искренней и, самое главное – правдивой от первого до последнего слова. К тому же последняя фраза, пронизанная откровенным весельем, помогла мне собраться и вернуть себе ясность мышления. Что верно, то верно – Ветроног бы сначала ушам своим не поверил, что кому-то вообще может такой бред в голову прийти, а потом хохотал бы до упаду! Нет, верно – и что это на меня нашло? Чтобы Альтаир после семи лет нашей дружбы вдруг взял и отвернулся от меня в поисках «лучшей доли»? Мне стало донельзя стыдно за то, что я успел напридумывать. Ну, Волдеморт, погоди!
Неуверенность и бессильное уныние, возникшие у меня под влиянием голоса-искусителя, схлынули без следа, и ко мне вернулось моё привычное язвительное хладнокровие.
- «Всё верно. А с этой дрянью пора кончать».
Диадема теперь уже явно светилась призрачным багрово-красным свечением, не похожим на раскаляющийся металл, а скорее идущим откуда-то с духовной стороны объекта. Свет, казалось, ослепил меня, когда я снова взглянул на него, и проник в мой разум, затуманивая рассудок. Ярость, гнев, агрессия, излучаемые тонким серебряным украшением, буквально затопили меня, но краем сознания я всё же смог уцепиться за прохладный островок спокойствия внутри меня – островок, означавший присутствие Гарри. Да, пора кончать с этим! Не знаю, кому из нас двоих принадлежала эта мысль, возможно, обоим сразу…
Нацелившись, я поднял клык василиска, готовясь нанести удар. Однако мы сильно ошибались, если думали, что искушающий шёпот – единственная защита проклятого артефакта. Я не успел ударить. Багровый жар взметнулся от тонкой серебряной короны навстречу моей руке, несколько капель яда сорвались с искривленного клыка и упали на белую мраморную голову Годрика. От них мгновенно повалил зеленоватый пар – в первый момент лишь чуть-чуть, но постепенно сильнее и сильнее. Капли за считанные мгновения словно прожгли камень насквозь, втапливаясь в поверхность, побежавшую мелкими трещинками. Я инстинктивно подался назад и снова едва удержал равновесие. Гарри в тот же миг вскинул палочку, нацеливая её на меня и готовясь подхватить левитационными чарами, но я предупреждающе махнул рукой, показывая, что у меня всё под контролем. Поттер палочки не опустил, но с заклятием не торопился. Тем временем трещинки в камне всё углубляясь, тут же наполняясь зеленоватой жидкостью. Да не может быть, чтобы это был всё тот же яд – в тех каплях, что сорвались с клыка, и половины этого количества не будет! Несомненно, это какие-то чары…
Паутинка трещинок оплела голову мраморного изображения Гриффиндора, оставив невредимыми только ослиные уши и часть затылка, к которой они крепились. Не сдержав любопытства, я тронул клыком изрытую зеленоватыми прожилками поверхность, и передняя часть головы скульптуры вдруг осыпалась мелким крошевом, оставив невредимой лишь сравнительно тонкую полоску сзади, переходящую в шею. Диадема соскользнула по ней ниже и повисла на плечах изваяния, точно диковинное колье. Её багровое свечение, казалось, пышет жаром – опять же, не физически, а в ментальном плане, словно обжигая само сознание. Я бросил неуверенный взгляд на Гарри.
- Мне кажется, всё будет не так-то просто, – проговорил я и снова поднял клык, понимая, что лучше не медлить.
На сей раз ошибки быть не могло. В прошлый раз я подумал, что мне просто померещилось, что от исходящего от диадемы багрового свечения яд прямо-таки вытапливался из моего импровизированного оружия – но теперь ошибиться было невозможно. Чуть ли не из-под моих пальцев по изогнутой гладкой поверхности полилась зеленоватая струйка, падая на грудь и плечи изваяния Гриффиндора. Я вскрикнул, чуть не выронив своё «оружие» из рук – но, к счастью, моей кожи яд не коснулся. На сей раз разрушение мрамора пошло ещё быстрее и интенсивнее, чем тогда, а каменное крошево вместо того, чтобы просто осыпаться на стулья, стол и пол, вдруг поднялось в воздух и медленно расплылось вокруг меня угрожающим облаком, сверкая и хищно поблёскивая острыми, как лезвия, гранями осколков. Пока самые ближние из них находились примерно в четырёх дюймах от моего тела, но я был почти уверен в том, что это очень легко может измениться. Да и четыре дюйма в данном случае – это ничтожно мало, каменные осколки повисли вокруг, точно частая сеть, и не было ни малейшего шанса хоть как-то выбраться из этой ловушки. А если ещё учесть, что они наверняка содержат в себе яд, разрушивший изваяние… Меня с ног до головы пронзил холодный, неконтролируемый ужас. Даже без всякого яда, одно движение – и меня располосует на тысячу тысяч крохотных кусочков. А туман, клубящийся среди более-менее крупных осколков? Мне потребовалось доля мгновения, чтобы осознать, ЧТО это такое – более мелкие частицы, которые сами по себе не видны невооружённым глазом – не более чем каменная пыль. Но каждая из них – откуда-то я знал это совершенно точно – так же остра, как и её более крупные собратья. Достаточно лишь вдохнуть этот «туман» – и можно распрощаться со своими лёгкими, да и со всеми дыхательными путями тоже. Я застыл, боясь вдохнуть, хотя каменная пыль только ещё распространялась в воздухе.
Откуда-то сбоку донеслось сдавленное ругательство. Скосив глаза, я увидел смертельно бледное лицо Гарри – зелёные глаза за стеклами очков расширены, зубы почти до крови впились в нижнюю губу. Кажется, он испугался за меня чуть ли не больше моего. Странным образом его испуг почему-то придал мне сил, а вместе с тем пришло и осознание – едва ли мне удастся выйти сухим из воды на сей раз. Я слишком глубоко увяз во всём этом. В первый момент меня пронзил неконтролируемый ужас, когда с ошеломляющей ясностью нахлынуло понимание: пути назад нет. Мосты сожжены. Более того: моё время истекало, лёгкие и горло начало саднить от недостатка кислорода. А в следующий момент на меня снизошло абсолютное, ледяное спокойствие. В конце концов, надо было думать, прежде чем отталкивать Гарри и лезть вперёд. Перед глазами уже начинала клубиться ещё одна муть – от недостатка кислорода. Если другого выхода нет, значит, мне придётся вздохнуть. В любом случае, даже после этого у меня останется хотя бы несколько секунд на то, чтобы успеть нанести удар по диадеме, но вот интересно, хватит ли у меня сил сделать это? Как бы там ни было, но иного выхода я всё равно не видел и готовился уже сделать вдох, после которого мои минуты были бы сочтены. Кажется, в таких случаях полагается ещё сказать что-то красивое? Ну что ж, неплохой обычай…
- «Прощай, Ветроног», – с болью в сердце подумал я, воскрешая перед глазами лицо лучшего друга. – «Жаль, больше не увидимся…»
- «Малфой, болван, а как обеспечить себе чистый воздух, тебя не учили?» – чуть ли не зарычал в ответ в моей голове почти истеричный голос Гарри. Тьфу ты, я даже и забыть про связь ухитрился, а ведь наши сознания сейчас открыты друг другу и он легко может слышать мои мысли!
- «Заклинание Головного Пузыря, есть такое, если помнишь! Да не можешь не помнить: эти пузыри вся школа на голове таскала, пока Амбридж была директрисой!»
- «Ёлки зелёные, Поттер, и в кого ты такой умный, когда не надо?» – проворчал я, одновременно невербально накладывая на себя эти самые чары Головного Пузыря и с наслаждением глубоко вдыхая. За то, что подался панике, было откровенно неловко – а ведь и проблема оказалась не такой уж и страшной…
- «Ах, значит, «когда не надо»?!» – возмутился Гарри. Я хмыкнул, поймав себя на том, что по-идиотски улыбаюсь ему.
- «Извини», – примирительно сказал я, усилием воли взяв себя в руки. Несмотря на то, что у меня вновь появилась возможность дышать, ничего ещё не было кончено. – «Ты только что спас мне жизнь. Вот только не знаю, надолго ли…»
Гарри помрачнел и медленно обошёл меня по дуге, осматривая застывшие в воздухе и нацеленные на меня острые осколки.
- Ох, не нравится мне это… – пробормотал он вслух.
- «Угу, зато я тут в восторге!» – фыркнул я мысленно. Нет, я не был лишён возможности ответить ему вслух – заклинание никак не блокировало голос, но звучал он из-за пузыря как-то странно, словно вибрируя. В общем, я и без того ощущал себя чересчур по-дурацки, взгромоздившись на сдвинутые стулья, рядом с непонятным, увенчанным ослиными ушами «сталагмитом» – это было всё, что осталось от бюста Годрика. Не хватает ещё «журчащего» голоса… Гарри хмыкнул, уловив мою мысль, но веселиться сейчас было не с руки нам обоим.
- Ума не приложу, что тут делать, – сказал он. – Очевидно, что при следующей же попытке атаки на диадему эти осколки, в свою очередь, атакуют тебя. Ты знаешь какие-нибудь щитовые чары, которые прилегают плотно к телу?
Я чуть заметно пожал плечами.
- «Знаю, но их невозможно наложить на самого себя. А ты не сможешь ко мне приблизиться – эти осколки тут со всех сторон, хотя и выше твоего роста. Тем более мне почему-то кажется, что это их всё равно не остановит».
- Проклятье, что же делать? – снова повторил Гарри. – Может быть, попробовать… Хотя нет, Депулсо сработает только в одном направлении, а остальные…
- «Да не факт, что вообще сработает, но попытаться можно…» – заметил я. – «Хотя, погоди, дай-ка подумать... Охранные чары замкнуты на крестраж, на то, чтобы не позволить нанести ему вред. А что, если я попытаюсь не уничтожить диадему, а просто снять её отсюда?»
- Каким образом? – полюбопытствовал Гарри. Я облизнул губы. Дай-то Мерлин, чтобы я оказался прав…
Протянув руку с зажатым в ней клыком, я снова направил его кончик к багрово светящейся диадеме и, молясь всем, кого только мог припомнить, чтобы не ошибиться, потянулся вперёд. Если выйдет использовать против Волдеморта его же чары и разрушить останки статуи напрочь или хотя бы повредить их ещё сильнее, возможно, удастся-таки снять диадему? Меня охватило полноценное ощущение того, что вокруг меня стягивается, завязываясь в узел, магическая сила, мощь, какая мне и не снилась, несмотря на Родовую Магию. Острые, как бритва, осколки зашевелились, сдвигаясь, угрожающе нацеленные на меня острия придвинулись чуть ли не вплотную, но я уже добился того, чего хотел. С кончика клыка медленно, словно бы нехотя сорвалась капелька яда, падая на более-менее ещё уцелевшее основание бюста Гриффиндора. Я закрыл глаза. Ну вот, если не подействует…
- Стой, стой! Дрей, прекращай! Разве ты не видишь, не получается! Малфой, мать твою, ты же просто сам себя убиваешь! – закричал Гарри. Я открыл глаза – от основания «сталагмита» отвалилось несколько кусочков, которые присоединились к общей массе – но и только. Я мысленно ругнулся, выпрямляясь, насколько позволило сузившееся свободное пространство вокруг меня.
- «Не трогай мою мать, Поттер!» – огрызнулся я, скорее для порядка, чем действительно разозлившись. – «Ну и что дальше? Может, послать уже Уизли за Дамблдором?»
Рон, судя по доносившимся то и дело откуда-то издали сдавленным ругательствам, двигался по направлению к нам, но без стрелки-указателя это было не так-то легко. Похоже, Уизли слегка заплутал… Гарри не ответил, снова обходя меня вокруг, на сей раз уже в обратную сторону, и оценивающе разглядывая.
- Пока рано, – отозвался он. – Есть мысль получше. Снизу осколков почти нет – они все нацелены тебе в лицо, плечи и грудь…
- «Да, моя нижняя половина, несомненно, имеет величайшую ценность», – съязвил я. – «Она тебе будет благодарна – только уже отдельно от меня».
- Помолчи, – нахмурился Гарри. – А что если… Хм, должно получиться… Приготовься к падению!
- «К падению? К какому, Моргана побери, падению, Поттер, что ты задумал?» – я снова почти запаниковал. Мордред подери, у меня нервы на пределе! Мало ли что придёт в голову этому долбаному герою, я не уверен, что это сработа… Мама!!!
Стул из-под меня попросту исчез. Конечно, позже я сообразил, что Гарри применил элементарное заклятие исчезновения, но тогда я жутко испугался, внезапно потеряв равновесие. Однако надо отдать Поттеру должное – несмотря на то, что в трансфигурации он звёзд с неба не хватал, сработано было чисто, и приземлился я всё равно на ноги (хорошо, что не на задницу, с такой-то высоты. На неё и просто с высоты своего роста падать больно…). Стулья были довольно высокими, так что, свалившись, я оказался ниже основной зоны атаки каменного крошева. Чтобы устоять на ногах, я ухватился за основание и без того зашатавшегося «сталагмита», и, похолодев, почувствовал, что удерживавшая его в вертикальном положении магия, по-видимому, ослабла. Останки скульптуры медленно и даже где-то величественно наклонились вперёд, своим весом увлекая меня за собой. Я вскрикнул, неловко взмахивая руками, и на краю сознания различил, как Гарри снова выкрикнул какое-то заклятие, а потом метнулся вперёд. В следующий момент я зажмурился, ожидая вышибающего дух удара о каменный пол. Высота была не ахти какая, но если учесть, что падал я спиной вперёд, и, по-видимому, вниз головой…
Руки Гарри подхватили меня на полпути вниз, однако инерция падения была слишком сильна, и Поттер тоже не удержался на ногах. Мы всё-таки свалились на пол, однако его тело смягчило удар для меня, а сам гриффиндорец, хоть и приложился об пол мягким местом, всё-таки падал всего лишь с высоты собственного роста. Что, в принципе, не смертельно, хоть и неприятно. Какое-то время мы не двигались, тяжело дыша, дезориентированные падением. Мой «Головной Пузырь» лопнул и исчез при падении, но, к счастью, он был мне больше не нужен. Наконец, через пару минут, Гарри подо мной зашевелился.
- Дрей, слезь с меня! – потребовал он с кряхтением, упершись коленом мне в спину и пытаясь спихнуть меня на пол. Я хмыкнул и откинул голову назад, упершись затылком ему в плечо.
- По-моему, это входит в привычку, – заметил я, глубоко вздыхая, чтобы успокоить сердцебиение, и рывком откатился в сторону. – Если так и дальше пойдёт, мне придётся положить тебе жалование, как личному матрасу для приземления, – пошутил я, припомнив собственное недовольство в схожих обстоятельствах, когда Гарри приземлился на меня. Поттер только хихикнул в ответ.
- Надеюсь, расплачиваться будешь не натурой? – спросил он. Я фыркнул – подобные подначки уже стали неотъемлемой частью наших бесед, и сейчас, как ничто другое, помогли нам быстро оклематься.
- Непременно, – отозвался я. – Но будь готов, что после такой оплаты ты, как честный человек, будешь обязан на мне жениться.
- Блин. И дёрнул же меня Годрик заявить, что я честный человек, – сокрушённо вздохнул Гарри.
- Ты гриффиндорец, Поттер, а «Гриффиндор» и «честный человек» – синонимы. Так что…
- Ладно, ладно, – хмыкнул он. – Но в таком случае учти: на нашей свадьбе в платье будешь ты!
В ответ на такую наглость я даже презрительно фыркнуть как следует не смог – то, что у меня получилось, больше напоминало придушенное хихиканье.
- Думаешь, Блейз согласится быть подружкой невесты? – спросил я, однако уже без особенного веселья. Шутка начала надоедать, насущные проблемы всё сильнее и сильнее напоминали о себе. С лица Гарри улыбка тоже потихоньку исчезала, он тряхнул головой и подмигнул мне.
- Ладно, давай вернёмся к нашим соплохвостам, – вздохнул он, кивая в сторону «сталагмита», упавшего в нескольких шагах от нас. Кажется, заклятие, которое Поттер метнул в него во время моего падения, было элементарным Депулсо, просто отбросившим его подальше. Несмотря на осыпавшуюся каменную крошку, останки мраморного бюста всё ещё были чудовищно тяжёлыми и, свалившись сверху, оставили бы от меня мокрое место. А точнее, учитывая то, что Гарри подхватил меня – мокрое место осталось бы от нас обоих.
От удара об пол камень, опять же, не разбился, как мы надеялись, но теперь добраться до диадемы было проще – по крайней мере, сейчас мы не рисковали ежесекундно попасть под обстрел каменной крошки, которая наверху неожиданно пришла в движение. Осколки с нарастающей скоростью начинали раскручиваться в воздухе по широкой спирали, словно увлекаемые невидимым смерчем. Хм… Похоже, я поторопился с выводами относительно того, что опасность с этой стороны миновала.
- Нельзя терять время! – бросил Гарри, хватая меня за локоть. – Где клык?
- Я… – Мордред подери, я выронил его, когда падал! Спасибо хоть, благодаря связи, мне не пришлось тратить драгоценные секунды на озвучивание этого…
- Надо найти! – выпалил Поттер, и мы оба лихорадочно заозирались. К счастью, закатившийся под стол-постамент клык василиска обнаружился довольно быстро. Но прежде чем потянувшийся за ним Гарри успел хотя бы коснуться нашего «оружия», я схватил его за руку.
- Погоди! Мы не знаем, как отреагируют эти проклятые чары, если у нас хоть что-нибудь получится!
- И что ты предлагаешь? – начал было заводиться Гарри, но я осадил его взглядом. В тот же момент безмолвный смерч наверху, над нашими головами, будто бы потянулся вниз, опуская прямо к нам крутящуюся воронку и превращаясь в настоящий торнадо.
- А, проклятье! Быстрее! – крикнул я, и мы снова, не сговариваясь, наклонились и схватились за клык почти одновременно – рука Гарри легла поверх моей, и я, ни секунды не колеблясь, потянулся к его сознанию, возобновляя связь нашей объединённой магической силы.
- Наложи щит – что-нибудь помощнее, и лучше сферической формы! – крикнул я ему вслух, хотя, в общем-то, нужды озвучивать свои мысли не было. Гарри кивнул и, не отнимая своей руки от моей, произнес одно из аврорских защитных заклятий, которому научил нас в этом году Дамблдор на уроках ЗОТИ. Я тоже знал его, но мне подобные чары никогда не удавались так же хорошо, как Поттеру. Вот что значит – талант!
Из-за сплетённых на клыке рук у нас не было возможности размахнуться, и я понимал, что удар не будет особенно эффективным – но выбора не оставалось, равно как не оставалось и времени. Я посмотрел в сияющие решимостью зелёные глаза Гарри, удивительно яркие даже за стёклами его дурацких очков. Он твердо кивнул – без слов, просто подтверждая намерение, словно бы «давая добро». Наши сознания были едины – как и тогда, в памятной нам обоим битве на поле возле останков «Ночного рыцаря». Нас вело одно, общее сознание, и мы действовали синхронно, словно один человек. Отведя руки, насколько хватало возможности и вложив в удар всё, на что только мы вдвоём были способны, мы вонзили клык василиска в мерцающее серебро легендарной диадемы Когтевран. Пальцы Гарри, конвульсивно сжимаясь, больно надавили на мои, но я не обращал на это внимания. Честно говоря, я не думал, что нам с первого раза удастся хотя бы царапину на крестраже оставить, и надеялся, признаться, лишь на силу яда Короля Змей. Всё-таки серебряное украшение – это не тетрадка для записей, которую под силу оказалось проткнуть и двенадцатилетнему мальчику. Однако, против моего ожидания, клык неожиданно легко проткнул серебряную вязь, и по её мутноватой от времени поверхности медленно, словно чернильная клякса, поползло тёмное, будто бы покрытое слизью пятно, от которого с шипением стал поднимался зеленоватый дымок. Судорожно вздохнув, я рванул клык на себя, вдоль окружности диадемы, вспарывая им мягкий драгоценный металл, поддававшийся неожиданно легко, словно бумага. Гарри напрягся, помогая мне, толкая наше «оружие» от себя. На лбу Поттера рядом со знаменитым шрамом выступили капельки пота, прочерчивая светлые дорожки в пыли и грязи, которой, подозреваю, перепачканы мы были оба в равной мере. Впрочем, ничего удивительного в этом не было, учитывая наши сегодняшние похождения…
Проведя им чуть вперёд, я рванул клык вверх, разрывая верхний узорчатый край, и Гарри налёг со своей стороны, помогая мне. На краю сознания билась навязчивая мысль – существование крестража связано с замкнутой циклической формой, и её нужно разрушить. Диадема уже вовсю полыхала багрянцем, а каменное крошево в диком вихре кружилось вокруг нас за пределами щита, наводя ужас своим безмолвным вращением. Звуки этот щит пропускал – это я знал точно, где-то там, поодаль ещё слышались приближающиеся шаги Рона, очевидно, тоже углядевшего этот жуткий смерч – но от самого торнадо мы не слышали даже свиста ветра. Пелена урагана темнела – он рос, втягивая в себя окружающие предметы, подхватывая и разнося их в щепки. Времени не оставалось совсем – щит Гарри начинал слабеть, и нам следовало заняться тем, чтобы укрепить его как можно скорее, если мы не хотели оказаться в эпицентре урагана, не защищенные от него ничем, кроме тонких школьных мантий и прочей одежды. Багровый – теперь уже не только в ментальном плане, а ещё и светящийся раскалённым металлом, – крестраж держался уже всего лишь на тоненькой перемычке с нижней стороны. Гарри вдруг глухо зарычал, его пальцы на мгновение расслабились, а потом сомкнулись, надежнее обхватывая мою руку сверху – и последним, отчаянным усилием Поттер воткнул клык в место разрыва диадемы и что было духу рванул его в противоположную сторону. Металл заскользил было следом, не разрываясь на сей раз, а лишь сдвигаясь вслед за клыком. Недолго думая, вывернув руку так, что кости предплечья отозвались резкой болью, от которой пальцы чуть не разжались, я рванулся – и всем телом навалился на «сталагмит», прижимая его к полу, создавая своего рода стопор для диадемы. Всё ещё удерживая мою руку – расцепляться времени не было, – Гарри рванул клык вниз, прорывая нижний, гладкий край серебряной короны Кандиды, багровое свечение полыхнуло ослепительной, нестерпимой вспышкой – и на какой-то момент всё вокруг потемнело.
Первое, что мы увидели, когда зрение немного прояснилось – это жалкую, точно оплавленную, потемневшую металлическую полосу с обугленными краями, в которой только с очень большим трудом можно было признать останки изящной диадемы Когтевран. Лишь ближе к середине в ней ещё сохранилось что-то от прежних изящных форм.
- Мы это сделали… – прохрипел Гарри. Я конвульсивно выдохнул и поморщился от боли в плече и локте – кажется, я, по меньшей мере, растянул мышцы.
- Не радуйся, нам ещё предстоит отсюда выбираться, – буркнул я, выдёргивая ладонь из его инстинктивно разжавшихся пальцев и начиная с гримасой массировать ноющее предплечье. Клык василиска так и остался торчать, наполовину воткнутый в мраморные останки бюста Годрика Гриффиндора. Камень вокруг него покрылся сетью трещинок, но на сей раз процесс уже не был таким быстрым, – видимо, потому, что защитные чары крестража более не действовали.
- Ну да, – чуть смущённо кивнул Поттер и крякнул от усердия: его щит, кажется, держался на последнем издыхании. Гарри не очень уверенно потянулся к карману за палочкой, однако было хорошо видно, что парень уже слишком измотан, чтобы повторно накладывать щитовые чары. Да и сам я, по правде говоря, даже соображал, кажется, уже с трудом – не говоря уже о том, что наши похождения сегодня отняли прорву сил, даже без этого было уже просто-напросто заполночь.
Где-то совсем недалеко снова послышались шаги и что-то упало, а потом донеслась приглушенная ругань. Уизел! Ну как всегда «вовремя», чтоб ему! Мы синхронно повернули головы, и Гарри вдруг зашатался – отвлечение внимание дорого ему обошлось, контроль щита ослаб ещё сильнее, и стало понятно, что при всём желании Поттеру его долго уже не удержать. К счастью, он сообразил, в чём дело, ещё быстрее моего.
- Рон! Рон, уходи! Беги отсюда!!! – закричал Гарри, поднимая палочку и укрепляя щит из последних сил. Кончик его палочки слабо засветился, говоря о сильнейшем напряжении. Я словно опомнившись, зашевелился, стремясь встать и поддержать Поттера, но в первый момент мне это не удалось – перед глазами всё плыло, и голова нещадно закружилась.
- Гарри! Я нашёл метлу! – донесся голос Уизли, слабый, но вполне различимый. – Я вас вытащу!
- Не вытащишь! – рассвирепев, крикнул я. – Через смерч на метле – чистое самоубийство, болван эдакий! – Я обращался скорее к Гарри, чем к самому Рону, но услышали меня в этом ужасающем безмолвии оба.
- Рон, улетай! Приведи Дамблдора! – закричал Гарри, согласно кивнув в ответ на мою реплику. – Если кто и знает, как унять это, то это он! Быстрее!!!
- Понял! – донеслось в ответ. У меня аж голова закружилась от облечения – неужели действительно послушался? Ориентироваться, так ли это, мы могли только по звуку. Торнадо по-прежнему безмолвствовал, наводя этим безотчётный ужас, но остальные звуки – наше с Гарри тяжёлое дыхание, звуки шагов, когда Поттер переступал с ноги на ногу, и отдалённая возня Уизела – все они чуть ли не эхом разносились под высокими сводами зала.
- Алохомора! – донесся издали голос Рона, а за ним – самый прекрасный, но, увы, недостижимый для нас с Гарри сейчас звук – скрип открываемой двери. Я на мгновение закрыл глаза, а внутри меня эхом отдалось облегчение, испытываемое Гарри. Ушёл. Одной проблемой меньше… Осталось только придумать, как продержаться самим, пока не придёт Дамблдор или пока этот смерч не утихнет сам собой. Впрочем, рассчитывать на директора, помня о том, как он просто покинул нас на произвол судьбы в Башне Восхода, мне не очень хотелось.
Времени на долгие раздумья у нас не оставалось. Стоило мне только кое-как подняться на ноги – с трудом, надо сказать, потому что напряжение ушло, и усталость навалилась почти неподъёмным грузом, – как щит Гарри чуть ли не с треском рухнул. В первый момент меня пронзил ледяной ужас – мы оказались в эпицентре магической бури, ещё мгновение, и…
Но мгновение шло за мгновением, а ничего, казалось, не происходило. Постепенно напряжение, сковавшее нас обоих в первый момент, немного отступило. Гарри, тяжело дыша, смотрел на меня расширенными от страха глазами.
- Почему мы… – голос его сорвался, Поттер стал лихорадочно озираться по сторонам и резко отшатнулся, когда, увлекаемый волшебным смерчем, буквально в паре шагов от него пронесся по воздуху здоровенный боевой топор, вращаясь и хищно сверкая изогнутым лезвием.
- Мы в глазу бури… – прошептал я. – Эпицентр урагана… место идеального спокойствия посреди хаоса…
- Мерлин, стоит ему сместиться, и нам крышка, – выдохнул Поттер, который, как мне показалось, не особенно удивился моим словам – видно, слышал об этом явлении и раньше.
- И сквозь ЭТО нам не пробиться – такой бури магии ни один щит не выдержит… – добавил Гарри, кивая на бешено вращающийся вокруг нас торнадо, от одного только осознания близости которого сердце замирало от ужаса. – И потом, у нас обоих уже нет сил на более-менее приличный щит…
Вот и верь после этого заверениям Поттера, что у него нет никакого пророческого дара! Нет, всё-таки недаром он три года ходил на предсказания! Стоило его словам прозвучать в почти неподвижном воздухе вокруг нас, как небольшой кружок свободного пространства начал смещаться. Мы оба не успели ничего толком предпринять – да что там, мы даже и подумать ничего не успели. В сознании мелькнули толком не оформившиеся мысли, осознание безвыходности положения и страх, а ещё смутное осознание того, что, если мы окажемся за пределами эпицентра – нам конец. Оставалось только одно – попытаться угнаться за непредсказуемым торнадо. Впереди сквозь мутную круговерть замаячило тёмное пятно, как бы медленно выплывая нам навстречу, и нам потребовалось несколько минут, чтобы опознать в нем Исчезательный шкаф, который мы видели по пути сюда – казалось, целую вечность назад. А в следующий момент тот самый топор, который мы уже видели совсем недавно, со свистом пронёсся у нас над головами – и вонзился прямиком в самый верх Исчезательного шкафа, который всё ещё возвышался посреди бушующего хаоса этакой неподвижной громадой.
Ещё мгновение – и Поттер кинулся к нему, дёргая меня за собой. Прежде чем я успел опомниться, его рука резко сграбастала меня за шкирку, толкая вперёд. Створки шкафа сами собой распахнулись, словно приветствуя добычу – и мне в ужасе показалось, что я не вижу внутри ничего, только бесконечную чёрную пустоту, словно бездонную глотку неведомого монстра. Я вскрикнул, протестующе вскидывая руки в тщетной попытке защититься, затем последовал рывок, вторая рука толкнула меня в спину… и я головой вперёд влетел в развёрстое «жерло». Но не успел я вообще осознать того, что произошло, хоть как-то испугаться или возмутиться, как Гарри влетел следом, буквально впечатав меня в заднюю стенку шкафа, оказавшуюся всё-таки на месте. Дверцы захлопнулись с утробным звуком – и темнота сомкнулась вокруг нас со всех сторон.

Pov Гарри Поттера.

Моё сердце колотилось как бешеное, когда дверцы шкафа захлопнулись за нами. Внутри оказалось тесно и почти нечем дышать, в ушах у меня шумело от дикого тока крови, а голова кружилась от адреналинового всплеска. И вместе с тем я отчаянно надеялся, что, несмотря на неисправности этого шкафа, то, о чём говорил Малфой, всё-таки сработает, и мы сможем хоть как-то выбраться из того хаоса, в котором оказались по милости Волдеморта.
Идея со шкафом пришла мне в голову, должно быть, с отчаяния. Я просто отчаянно пытался придумать хоть что-нибудь, чтобы выбраться, и когда из бешеной круговерти смерча неподвижной, мрачной громадой показался шкаф, мне вдруг вспомнились слова Драко о том, как они действуют. Идея возникла в голове сама собой – пусть отчаянная и безрассудная, но сулящая хоть какую-то надежду. Не давая себе времени передумать, я подхватил за шкирку дезориентированного шоком Малфоя и, заклинанием открыв шкаф, практически силой впихнул его туда. Я не сомневался, что у Драко нашлись бы сотни возражений против такого плана – да что там, имей он возможность, он бы пристукнул меня за безрассудство! – но времени на обсуждение не было. Топор, просвистевший над нами в тот момент, когда мы потеряли равновесие, был лишь первой каплей – каждую секунду на нас могло обрушиться что-то посерьёзнее, не говоря уже о том, что центр магического торнадо начинал смещаться всё быстрее, и мы едва ли смогли бы за ним угнаться, не говоря уже о том, что его вполне могло понести прямо через непроходимый завал – достаточный, чтобы продержаться несколько секунд до своего уничтожения и тем самым обречь на гибель нас. Так или иначе, ещё пара минут – и нас, скорее всего, подхватил бы ошеломляющий поток магии, вполне способный измельчить два юношеских тела на мелкие кусочки…
Странное дело – когда мы были снаружи, до нас не доносилось ни звука, несмотря на царящий вокруг хаос. Безмолвие в сочетании с тем, что творилось вокруг, бросало в дрожь, но зато теперь… Снаружи на шкаф обрушилась настоящая какофония звуков, всё то, чего мы не могли слышать, пока находились в центре бури. Немыслимый грохот, шум, треск и всё это на фоне дикого завывания ветра. Я невольно отодвинулся подальше от захлопнувшихся дверей шкафа, хотя пространство внутри было ограниченным настолько, что мы с трудом помещались там вдвоём. Я затаил дыхание – неужели магия шкафа разрушена, и теперь это не более чем деревянная коробка, которую вот-вот подхватит бушующий магический ураган и разнесёт в щепки заодно с содержимым – то есть с нами?
И вдруг внутри что-то щёлкнуло, и какофония звуков снаружи в мгновение ока прекратилась. Звуки стихли, словно их отрезало. В первый момент я испугался, что это означает окончательное разрушение какой бы то ни было магии шкафа, – что вернулось то же состояние, что было снаружи. А в следующую секунду снова раздался щелчок – и я ощутил поразительно знакомый рывок, и похожий, и непохожий на действие портключа. Скорее… скорее это ощущение напоминало то, какое испытываешь в лифте, когда он начинает двигаться, или, скорее, в вагоне трогающегося поезда. Пол под нами мелко завибрировал, и меня охватило смутное осознание движения, дополняя возникшее ощущение. И плюс ко всему – внутри меня возникло, постепенно нарастая, какое-то необычное чувство – словно из меня по капле вытекает… даже не кровь, а скорее, магическая сила. И при этом я не то чтобы терял магию или лишался способностей – нет, чувство было такое, словно неведомые чары используют меня, как источник энергии, творя заклятие, но без всякого активного участия с моей стороны, просто пользуясь моей силой. Я не знал, было ли это связано с движением шкафа или была какая-то другая, независимая причина. Схожее чувство возникало у меня порой, когда мы с Драко действовали в паре при помощи Родовой Магии и Малфой творил чары сам, просто усиливая их за мой счёт. Однако сейчас я был почему-то уверен в том, что это никак не его рук дело – слизеринец всё ещё не до конца оправился от шока.
Через какое-то время Драко за моей спиной наконец-то ожил и завозился, поворачиваясь ко мне лицом. Внутри шкафа не было темно, как ни странно – такое показалось только в первый момент. В стенах и дверцах оказались проделаны продолговатые горизонтальные отверстия, через которые проникал свет – правда, когда я попытался выглянуть в одно из них, чтобы посмотреть, где это мы, я ничего не увидел, кроме чистой, беловато-жёлтой пустоты. Дождавшись, пока мой сосед по несчастью повернётся, я повторил его маневр. Проделать это одновременно нам бы не удалось: слишком тесно было внутри шкафа, даже несмотря на то, что я не отличался массивным телосложением, не говоря уже об аристократически изящном Малфое. Но даже при всём этом в той возне, которую мы устроили, поворачиваясь, мы оба ухитрились не по одному разу весьма чувствительно – и совершенно ненамеренно, – пихнуть один другого локтями и коленями. Однако, пошебуршившись некоторое время, мы всё-таки оказались лицом друг к другу… и я чуть было не пожалел об этом. Глаза Драко, казалось, метали молнии, а на лице был ярдовыми буквами начертан гнев, граничащий с яростью.
- Ну и что это было? – прорычал он, буквально испепеляя меня взглядом. Впрочем, если Малфой думал смутить или испугать меня, он зря надеялся.
- Что именно? – пожал плечами я (точнее, попытался пожать в этой тесноте).
- Ты хоть понимаешь, что натворил? – спросил он. Несмотря на пылающее пламя во взгляде, голос прозвучал с убийственным холодом.
- Да – спас наши шкуры, – в тон ему отозвался я. – Ещё минута, и мы бы попали прямиком в объятия этого милого урагана, который уготовал охотникам за его душой Волдеморт. Не знаю, как ты, но я предпочитаю шкаф.
- Он сломан, придурок! – рыкнул Драко. – Монтегю из него выбрался по чистой случайности, и я сильно сомневаюсь, что положение улучшились с тех пор! И, кстати, топор в крышке тоже не прибавляет магии шкафа действенности!
- Сам придурок, Малфой, ты знал выход лучше? – взорвался я. – Так взял бы и сделал, как думаешь сам! На тот момент ты что-то ничего не предлагал!
- А ты… – Драко запнулся, и полыхающее пламя гнева в его глазах вдруг разом угасло.
Слизеринец сглотнул и отвёл взгляд, а по Узам я ощутил, что в его душе волной поднялось опустошающее разочарование, смешанное с каким-то безотчётным страхом и отчетливым привкусом горечи. Помня о том, что нашёптывал ему крестраж, я невольно испугался его реакции, однако Малфой, казалось, утратил запал окончательно. Помолчав какое-то время, Драко наконец медленно покачал головой.
- Извини, – хрипло выдавил он с таким видом, словно само это слово в кровь исцарапало ему горло. Я тяжело вздохнул, моё раздражение тоже улеглось, и мне стало немного совестно за то, что я накричал на него.
- Ты тоже, – быстро сказал я и осторожно коснулся его плеча. – Я… Я признаю, план не из лучших, просто… Ну, почему-то из двух зол это показалось меньшим. И вообще, смог же Монтегю выбраться, хоть и случайно. Хочется верить, что мы с тобой вдвоём будем посильнее Монтегю. И удачи у нас побольше.
- Угу, – буркнул Драко, и, тоже тяжело вздохнув, как-то обмяк, опёршись спиной о заднюю стенку шкафа. – Ладно, не сердись, я… Я думаю, ты прав, просто… Просто я был в шоке. Честно, у меня до сих пор мысли слегка путаются, – подняв голову, Драко слабо улыбнулся. – Адреналин…
- Ага, у меня тоже, – с облечением усмехнулся я, и мы, переглянувшись, синхронно с облегчением вздохнули. Хвала Мерлину, обида и горечь Малфоя улеглись, и теперь я ощущал в нем лишь тяжёлую, отупляющую усталость. Я и сам, признаться, чувствовал себя разбитым, да вдобавок ощущение плетущихся независимо от меня чар осталось и даже усилилось. Казалось, Родовая Магия окутывает нас обоих со всех сторон своего рода покровом – никогда, пожалуй, я ещё не ощущал её так отчетливо. Драко поёжился и машинально потёр руки, словно у него затёкли пальцы и он надеялся восстановить ток крови. Внезапно слизеринец вздрогнул и уставился куда-то вниз.
- Что случилось? – спросил я.
- Меня вызывают, – удивлённо проговорил он и сунул руку вниз, в карман. – Кому, интересно?…
Немного повозившись, он всё-таки сумел вытащить зеркальце и поднёс его поближе к лицу.
- Да! Я здесь. Ветроног?!
- Нет, Годрик Гриффиндор! – раздражённо и одновременно облегчённо ответил голос Блэка, исходивший от зеркальца. – Ты где?!
- Хм… ты поверишь мне, если я скажу, что и сам не знаю? – хмыкнул Драко.
- Что ты имеешь в виду? – уже намного серьёзней спросил Альтаир спустя пару секунд молчания. – Что случилось?
- Ох, история долгая. Но если предельно коротко – я подслушал разговор двух призраков, попёрся с Гарри и Роном в Выручай-комнату, предварительно забежав в Комнату Тайную, и мы благополучно разодрали клыком василиска диадему Кандиды Когтевран, которая и была той самой «реликвией икс», последним крестражем.
На этот раз молчание было намного более долгим. Судя по довольной и немного торжествующей улыбке Драко, Альтаир явно был изрядно шокирован.
- Охренеть, – наконец констатировал он. – Извини, но иначе и не скажешь. Это ж надо! А что ж меня не позвали?
- Мм… Не хотел тебя отрывать от важного дела, – отозвался Малфой. – Ты ведь в больничном крыле всё это время был, да? Что с Гермионой?
- Всё хорошо, – счастливо засмеялся Альтаир. – Теперь дело пойдёт на лад.
- Прекрасно, – облегчённо кивнул Драко. – Ладно, подробности потом расскажешь, а сейчас вот что: найди Рона, он должен был сейчас уже добраться до Дамблдора. Хотя, наверное, проще сразу к Выручай-комнате. Когда мы уничтожали крестраж, он вызвал… своего рода ураган. Чтобы спастись, нам пришлось забежать в Исчезательный шкаф, где сейчас и находимся.
- В шкафу? – удивлённо переспросил Альтаир. – Вы с Гарри?
- Ну да. Вот он, – фыркнул Драко, на несколько мгновений поворачивая зеркальце ко мне – так, что я увидел ошеломлённую физиономию Блэка. – В общем, мы сейчас понятия не имеем, где мы – то ли всё ещё в Выручай-комнате, то ли уже нет, и если нет, то где тогда…
- Драко, – вздохнул Альтаир. – Вот, видишь, где я? Именно в Выручай-комнате. Здесь словно стадо бешеных слонов пробежало. Кругом одно крошево. И никакого шкафа… никакого шкафа я что-то не вижу. Целого, во всяком случае.
- Поня-я-атно, – протянул Малфой, склоняя голову из стороны в сторону – видимо, пытаясь получше рассмотреть демонстрируемую в зеркальце картину. – Поня-я-атно… Так, ты там один или нет?
- Я? – немного истерически усмехнулся Альтаир. – Один? Да здесь половина преподавательского состава. Плюс Блейз и Рон. Разгребаем завалы и стоим на ушах, где же вы можете быть. Северус наложил чары – вас в комнате нет, ни живых, ни мёртвых.
- Последнее обнадёживает, – хмыкнул Драко. – Ладно, передай, что мы сейчас, как ни крути, а находимся внутри Исчезательного шкафа. Судя по тому, что ты говоришь, ураган успел в самой комнате его разрушить. Раз мы живы, то, видно, этот шкаф – один из парных. Понятия не имею, как мы его в таком случае запустили – он был сломан… но как-то запустили. Короче, просто передай всё это Блейз и Северусу, ладно? Ну, и директору тоже… А я с тобой свяжусь, как доберёмся.
Последняя фраза прозвучала в контексте данной ситуации донельзя забавно – словно мы просто-напросто ехали в поезде. Мы, все трое, дружно засмеялись.
- Ладно, договорились, – согласился Ветроног. – Удачи вам. Свяжись побыстрее, если получится, ладно? Ну, я побежал!
Зеркальце мигнуло серебристым светом и погасло – на какое-то время показалось, что вокруг стало темней, чем раньше.
- Ну вот, – успокоенно вздохнул Драко, снова с усилием добираясь рукой до кармана, – теперь, по крайней мере, можно не беспокоиться, что крёстный и Блейз от беспокойства с ума посходят. А то после того, как они открыли Выручай-комнату и увидели, во что она превратилась… Боюсь даже представить, что они почувствовали при этом. Ладно хоть, ураган там кончился.
- Как я понимаю, так и должно было случиться, – пожал я плечами. – Когда внутри никого нет, комнаты как бы и не существует, так что, думаю, там всё закончилось, как только мы оттуда исчезли…
- Хорошо бы, – согласно кивнул Малфой. Я поёжился.
- Как думаешь… а с нами что теперь будет? – спросил я. Конечно, злить его снова, напоминая о моём безрассудстве, не хотелось, но, с другой стороны, Драко, в отличие от меня, знал о таких шкафах хоть что-то. Впрочем, он и не разозлился, лишь устало покачал головой.
- Сложно сказать. Дело тут вот в чём… Будь это обычный, односторонний шкаф, мы бы уже были мертвы, несмотря ни на какую магию. Сколько мы уже здесь? Минут пять-десять, это уж точно. Урагану в десять раз меньшего времени хватило бы, чтобы уничтожить шкаф, и, судя по словам Ветронога, так и случилось. А когда магия вещи, подобной Исчезательному шкафу, разрушается, с тем, что внутри, происходят ужасные вещи. Нам с тобой ещё очень бы повезло, если бы мы просто затерялись в свёрнутом пространстве, а не, скажем, рассеялись бы по кусочкам где-нибудь над Северным морем…
- Но ведь шкаф как-то простоял до тех пор, пока мы там не оказались… – пробормотал я, с невольной опаской оглядываясь по сторонам. – Значит, какие-то чары должны его оберегать…
- Не знаю, – покачал головой Малфой. – Но сомневаюсь. На несколько секунд их, видно, хватило, но не более того. В Выручай-комнате сейчас действительно полный бардак стоит, словно Взрывными заклятиями всё перемолотило. Ураган явно уничтожил тот шкаф, в который мы забрались. А раз мы, хм, в отличие от него не уничтожены… – он развёл руками и как-то отстранённо ухмыльнулся. – Видно, этот шкаф, как я уже и сказал, один из парных. И мы сейчас движемся куда-то в пространстве… надеюсь, что ко второму шкафу. Если он цел – мы сможем выбраться через него.
- Движемся в пространстве, значит… – пробормотал я, машинально касаясь рукой бока. Странное ощущение пассивного использования моей магической силы усилилось, напоминая теперь щекотку где-то внутри, и я наконец решился вслух обратить на это внимание.
- Дрей, ты ничего не чувствуешь… необычного?
- Необычного? Поттер, ради всего волшебного, а что ты тут вообще ухитрился обычного найти? – чуточку истерично усмехнулся Малфой. Я сглотнул. Неужели он не чувствует? Неужели это только я?
- У меня такое чувство, словно… Ну, не знаю, словно через меня течёт магия, и сама собой складывается в какие-то чары… – пробормотал я. Малфой кивнул.
- Ты разве не понял? – спросил он. – Это Родовая Сила. Я тоже это чувствую.
- Так это ты делаешь?
- Нет, – покачал он головой. – Хотя не исключаю, что это по моей инициативе. Родовая Магия порой взаимодействует со всяческими заклятиями и артефактами странным образом. Вспомни, как мы с тобой попали в Башню Восхода…
- Ты хочешь сказать, что это наша с тобой Родовая Магия запустила в действие этот шкаф? Несмотря на то, что он сломан?
- Я бы не стал исключать такую возможность, – задумчиво отозвался Драко. – По идее, он не должен был сработать с такими повреждениями… Мне кажется, что именно Родовая Магия сгладила все… мм… недостатки, и запустила чары шкафа в действие.
- Значит, она снова спасла нам жизнь, – констатировал я. – Если бы не это, мы бы уже были фаршем. Ну что ж… А как ты думаешь – где мы окажемся, когда выберемся из другого шкафа?
- Понятия не имею, – устало вздохнул Драко. – Владельцы шкафов мне о них, как ни странно, не докладывают. Процентов на восемьдесят – на чердаке какого-нибудь особняка одного из старинных семейств.
- Ну замеча-а-ательно… – протянул я, в лучших традициях Малфоя на младших курсах. – То есть мы можем выскочить из шкафа прямиком в загребущие лапчонки Упивающихся Смертью?
- Ну, это вряд ли, – хмыкнул он. – Шкафы были популярны во время прошлой войны, но предназначались чаще всего как раз для того, чтобы скрыться от Упивающихся. Нет, шанс угодить к ним, конечно, есть, но я бы скорее поставил на какое-нибудь мирное семейство простых обывателей. Что, впрочем, не означает, что мы не наживем себе неприятностей.
- Почему? – я пожал плечами.
- Ну хотя бы потому, что сейчас уже давно заполночь, – отозвался Драко, бросив беглый взгляд на часы у себя на запястье. – Представь себе пару здоровых парней, вываливающихся посреди ночи на чердаке или в кладовке твоего дома – что бы ты о них подумал? Процентов на девяносто – что они воры.
- Ну, не такие уж мы с тобой здоровые… – пробормотал я, однако в душе был вынужден с ним согласиться. – Ну, может, если нас узнают, нам поверят, что мы это не нарочно? И потом, на нас форма, мы ведь явно студенты, так что…
- Ну да, и твой опознавательный знак тоже нельзя проигнорировать, – со вздохом кивнул Малфой, бросив красноречивый взгляд на мой шрам. Вздохнув, я попытался пальцами пригладить волосы, чтобы по привычке прикрыть его чёлкой, но Драко вдруг удержал меня за руку.
- Гарри, я ведь серьёзно. Не прячь его: тот факт, что ты – Гарри Поттер, может действительно помочь нам выпутаться. Обыватели тебя любят. Ты ведь всеобщий герой, Надежда Магического Мира, Мальчик-Который-Выжил, Избранный…
Я вздохнул. Не знаю даже, которое из этих своих прозвищ я ненавижу в большей степени – первое, второе или третье…
- А если мы всё-таки попадём к Упивающимся? – пожал плечами я, чтобы отвлечь разговор от неприятной темы. Драко покачал головой, с сожалением глядя на меня.
- Гарри, думаю, тут вариантов ненамного больше. Твоя внешность достаточно хорошо известна большинству Упивающихся, – сказал он со вздохом. – Если кто-нибудь из них увидит растрёпанного зеленоглазого парня в очках и в гриффиндорской мантии, сомневаюсь, что ему понадобится ещё и шрам в доказательство того, что перед ним – Гарри Поттер.
- Ну да. Не говоря уже о том, что среди Упивающихся ты тоже персона нон грата, а не узнать твои волосы и глаза невозможно в принципе, – отозвался я, смерив Малфоя взглядом, самую каплю насмешливым. Драко на мгновение захлопал ресницами, а потом с коротким смешком кивнул.
- Да, это верно, – отозвался он. – Хотя узнают ли меня в столь грязном и растрёпанном виде – ещё вопрос…
- Да, это тоже правда, – со смешком согласился я. В самом деле, видок у нас обоих был тот ещё – волосы, даже у Драко, растрёпаны, лица чумазые, перепачканные пылью и грязью, потом и сажей, а мантии, как ни отряхивайся, покрыты всё той же пылью, пеплом от сгоревшего покрова-паутины и Мерлин знает чем ещё. Что ни говори, а вид не самый презентабельный, хотя, с другой стороны, столь неопрятных воров лично мне тоже представить себе было затруднительно. В моём представлении квартирные жулики должны были одеваться по меньшей мере чисто, чтобы оставлять как можно меньше следов.
- Ну ничего, – сказал я, пожав плечами, – значит, есть шанс, что нас примут за каких-нибудь бродяг. Твоя Малфоевская гордость это переживёт?
- Она постарается, – хмыкнул Дрей. – Ну что ж, в любом случае – мы в одной лодке.
- Угу. А точнее, в одном шкафу, – хихикнул я. – Чем займёмся? И кстати, долго нам тут ещё торчать?
- Не имею ни малейшего понятия, – честно ответил Драко. – Наверное, нужно дождаться, пока шкаф остановится. Тебя, часом, в транспорте не укачивает?
Я фыркнул.
- Меня – нет. А тебя?
- Могло бы, но выташниваться мне сейчас нечем, – отозвался он. – Я уже и не помню, когда ел нормально в последний раз.
- Ох, Дрей… – покачал головой я, но Малфой только поморщился.
- Да ладно, не бери в голову. Всё прошло, – сказал он.
Я хотел было что-то сказать – толком сам не знаю что, но думаю, что-нибудь утешительное, однако в этот момент шкаф ощутимо затрясся, раздался скрип, словно его дно с размаху врезалось во что-то твёрдое, и нас рывком швырнуло друг на друга. Ну точно как в маггловском кино, когда показывают сцену остановки лифта. Оттолкнувшись от Драко, я снова развернулся лицом к дверям шкафа и заглянул в одно из смотровых отверстий. Желтоватая пустота вокруг никуда не делась, но теперь она стремительно наливалась тьмой – где-то погуще, а где-то почти незаметно, и чем дальше, тем больше мне чудились в этих переливах очертания каких-то предметов. Малфой за моей спиной снова завозился, перемещая меня вбок и тоже проталкиваясь к двери. Сделать это в узком пространстве шкафа было непросто, но в конце концов, с горем пополам, нам удалось разместиться так, чтобы мы оба могли заглянуть в смотровые отверстия.
Некоторое время Малфой молчал, пристально вглядываясь в переливы теней, а потом осторожно толкнул дверцу шкафа изнутри. Она не поддалась. Парень налёг сильнее, я, глядя на него, стал помогать – но дверцы словно превратились в единый монолит, сдвинуть который с места не под силу было, наверное, и Хагриду. Драко, кажется, пришёл к такому же выводу. Чем дальше, тем более встревоженным он выглядел.
- Мне кажется, мы приехали, – пробормотал слизеринец. – Но почему-то процесс не переходит в последнюю стадию, чтобы вот это пространство, где мы находимся, окончательно соединилось со вторым шкафом, и мы могли выйти. Одно из двух – или он тоже сломан, или…
- Или что?
- Или – я не знаю, – помолчав, отозвался Драко с тяжёлым вздохом. – Почему-то даже Родовая Магия не помогает.
- А ты не чувствуешь? – я поёжился. Как только движение остановилось, ощущение плетущихся чар вокруг исчезло. Так же внезапно и непонятно почему, как и начала своё действие, Родовая Магия его прекратила. Малфой снова помолчал, взгляд его был серьёзен, как никогда. Драко внимательно прислушивался к себе.
- Что бы нам ни помогало, этого больше нет, – пробормотал он. – Не могу понять причину, но чары прекратили своё действие… Может, в этом всё и дело…
- О чём ты? – я нахмурился. Дрей покачал головой.
- Монтегю – тоже чистокровный и старший в роду, у него тоже есть Родовая Сила, – сказал он. – Но ему она не помогла выбраться – ну, точнее, помогла лишь отчасти. Благодаря ей он не развалился и не расщепился по дороге, но выбираться-то ему пришлось всё-таки самому… Значит и мы дальше должны что-то придумывать сами.
- Аппарировать? – предложил я, пожимая плечами. – У Монтегю не было лицензии, он не прошёл тестов, поэтому у него так плохо получилось. Мы сможем…
- Мы толком не знаем, где мы, – возразил Малфой. – Даже отдалённо не представляем себе, где может располагаться второй шкаф. Это может быть где угодно – и в каком направлении ты собрался аппарировать? Маршрут ведь надо представлять, хоть приблизительно…
- Ну… а если аппарировать на короткое расстояние? – предложил я, подумав. – Ну, допустим, просто – по ту сторону дверей?
- Не уверен, что это сработает. Вот если бы могли увидеть хоть что-то конкретное через эти отверстия… – с сомнением проговорил Драко.
- Ну, выхода-то другого всё равно нет, – заметил я. Слизеринец тяжело вздохнул и как-то беспомощно посмотрел на меня.
- Похоже, что так, – согласился он. – Ладно, давай попробуем. Только вместе, чтобы ещё и друг друга не потерять.
- Хорошо. Ты поведёшь? – спросил я, прекрасно зная, что Малфой всегда чувствует себя увереннее, когда контроль находится в его руках. Ну или хотя бы видимость контроля… Однако, к моему удивлению, Драко отрицательно покачал головой.
- Нет, лучше ты, – поспешно отозвался он. – Я… У меня слишком много сомнений, это может сыграть дурную роль. Если не возражаешь, я бы лучше просто доверился тебе…
- Ладно, – тихо сказал я, стараясь не показать, что от его слов у меня перехватило дыхание. Конечно, за время нашей дружбы в последний год я немного привык и к нему самому, и его обществу, но всё-таки, если подумать отвлечённо о том, что происходит… Драко Малфой доверяет свою жизнь Гарри Поттеру – с ума можно сойти! Видимо, Дрей и в самом деле уже находился на пределе своих как душевных, так и физических сил. Впрочем, с другой стороны, после Башни Восхода мне пора бы уже и привыкнуть к его доверию… Я нашарил и сжал его руку – ледяную, несмотря на то, что в шкафу вовсе не было холодно.
- Готов?
- Я… – он сглотнул и снова с каким-то отчаянием посмотрел мне в лицо. – Погоди. Дай мне минутку, ладно?
- Дрей, да что с тобой? – тихо спросил я, надеясь немного отвлечь и успокоить не на шутку разнервничавшегося Малфоя. – Ты всё это время очертя голову кидался в самые немыслимые авантюры – и вдруг пасуешь перед простой аппарацией?
- Просто я слишком хорошо представляю себе неудачные последствия, – проговорил Драко, полуприкрыв глаза и делая глубокий вдох. Его ладонь в моей по-прежнему была просто ледяной, губы побелели, а лицо казалось слишком бледным даже сквозь покрывавшие его пыль и копоть. Вздохнув, я положил руку ему на плечо и крепко сжал – не настолько, чтоб причинить парню боль, а просто чтобы позволить ему ощутить мою поддержку.
- Не думай об этом, – решительно сказал я. – Просто доверься своим инстинктам и держись крепче. На самом деле ведь бояться нечего. Ты знаешь всё, что нужно для успешной аппарации. Ну а я… – я хмыкнул и улыбнулся, рассчитывая немного подбодрить Малфоя. – Если принимать во внимание, что мой «дедуля» – председатель комиссии по аппарации, то, теоретически, некоторый талант к этому делу я вполне мог от него унаследовать. Так что – не дрейфь, Малфой, прорвёмся.
- Гарри… – Драко не успел договорить. Сжав палочку свободной рукой, я крепче ухватился за его плечо и аппарировал, сосредоточившись на одной только мысли – оказаться по ту сторону шкафа, где бы это ни было.
Тонкие пальцы Малфоя конвульсивно сжались на моём предплечье, впиваясь в мою руку почти до синяков. Помня предупреждение Драко о его сомнениях, я старался игнорировать узы нашей мысленной связи, хотя и без них прекрасно понимал, как ему, должно быть, страшно. Ощущения от аппарации были на сей раз куда более мощными и неприятными, чем обычно. Даже мне стало не по себе, хоть я упорно гнал от себя сомнения. Казалось, что нас не просто проталкивает в невероятно узкую резиновую трубу – было полное ощущение, что и сама труба при этом перекручивается, изгибается и переворачивается самым невероятным образом. Наконец – оглушительный хлопок, и, зашатавшись, изо всех сил стараясь не упасть и цепляясь друг за друга, мы буквально вывалились в ошеломляюще спокойную, кажущуюся почти невероятной после этой дикой свистопляски реальность.
Ошеломление от столь напряжённой аппарации не могло, конечно же, не сказаться на нас обоих. Всё-таки, что ни говори, а опыта что у Дрея, что у меня было маловато. Цепляясь друг за друга и чуть ли не повиснув один на другом, мы постепенно приходили в себя. Наконец, удостоверившись в том, что мы оба целы и невредимы и не потеряли при перемещении никаких особенно важных частей тела – и не очень важных, кстати, тоже, – мы вспомнили об окружающем мире и начали оглядываться по сторонам.
Место, где мы оказались, почему-то казалось мне смутно знакомым, и меня не оставляло назойливое ощущение, что когда-то я здесь уже бывал. Ощущения от Драко по узам доходили тоже не самые радужные – похоже, Малфой, в отличие от моего, в этом заведении не просто бывал, но и знал его довольно неплохо. Подтверждая мои подозрения, Дрей негромко выругался сквозь зубы.
Я протёр очки полой мантии – правда, это не очень помогло, потому что она тоже не отличалась сейчас особенной чистотой – и осмотрелся внимательнее. После огромного зала Выручай-комнаты помещение, в котором мы оказались, показалось мне чуть ли не крохотным, хотя на самом деле было довольно просторным. Постепенно мои глаза привыкли к полумраку, и сквозь запылённые очки я рассмотрел волшебную лавочку, торгующую явно темномагическими предметами – на прилавках лежали кости самых разных форм и размеров, какие-то отрубленные и высушенные или мумифицированные конечности, зловещего вида драгоценности, окутанные почти ощутимой аурой проклятий, петли – видимо, веревки повешенных, – и прочая темномагическая атрибутика. С потолка свешивались частью заржавленные, частью, напротив, смазанные и отполированные пыточные инструменты – по крайней мере, по моим представлениям, именно так пыточные инструменты должны были выглядеть, хотя на самом деле я понятия о них не имел. Сквозь довольно большие, хотя и запылённые, а точнее, словно бы слегка закопчённые окна виднелся кусочек тёмной узкой улочки, слабо освещённой колеблющимся желтоватым светом дальнего фонаря. Ощущение дежа вю усилилось – я был уверен на сто процентов, что уже бывал здесь, по меньшей мере, однажды.
В памяти всплыл единственный случай, когда я посещал такого рода заведение – когда, впервые используя Летучий Порох, случайно пролетел на один камин дальше, летом, перед вторым курсом. В голове словно что-то щёлкнуло, и в тот же момент я понял, что судьба сыграла со мной злую шутку – я снова оказался в том же самом заведении, и – нет, ну это уже просто смешно! – второй раз я тут в компании Малфоя! Ну, правда, в прошлое мое посещение он о моём присутствии и не подозревал…
Из-под двери по ту сторону прилавка падала узкая полоска света. Странно, похоже, хозяин не спал, несмотря на столь поздний час. Я прикусил губу. Похоже, от разговоров нам лучше воздержаться, если мы не хотим привлечь его внимание – вот когда понимаешь прелесть телепатических возможностей!
- «Горбин и Бэркс», – пробормотал я мысленно. – «М-да, Лютный переулок – не то местечко, где я хотел бы оказаться в третьем часу ночи, да ещё и после того, через что мы сегодня прошли…»
- «Мерлин, Поттер, ты не перестаёшь меня удивлять», – так же мысленно фыркнул Драко, однако тон его был далек как от веселья, так и от его обычной невозмутимой иронии. Слизеринец устал не меньше моего. – «Это-то ты откуда знаешь? Только не говори мне, что это – то место, где ты обычно покупаешь школьные принадлежности!»
- «Нет. Похоже, это – то место, где вы с Ветроногом обычно покупаете себе игрушки и сувениры», – съязвил я, живо припомнив, с каким детским любопытством и энтузиазмом рассматривали выставленные товары двенадцатилетние Стервятники. Сейчас Малфой с недоумением таращился на меня, и по узам я ощутил, что он самую капельку смущён.
- «Ну… Не то чтобы обычно, но случалось…» – малость растерянно заметил он. – «Гарри, откуда ты знаешь?»
- «Овладел легилименцией!» – внаглую заявил я, театрально поиграв бровями. Лицо Дрея приобрело нечитаемое выражение – на нём были одновременно скептика, недоверие, потрясение и растерянность, словно он никак не мог решить, поверить мне, высмеять меня или просто усомниться в моих словах без всяких насмешек.
- «Врёшь», – наконец решил Малфой. – «Даже несмотря на нашу связь и на невозможность врать телепатически. К шуткам это не относится. Салазар побери, Поттер, брось прикалываться! Нашёл время!»
- «Ладно, ладно, не заморачивайся», – сдался я, признав, что время пошутить и впрямь выбрано не очень удачно. – «Просто я видел тебя и Альтаира с вашими отцами, когда вы были здесь перед вторым курсом».
- «Ты нас видел?» – переспросил Драко. – «А что ты сам-то делал в Лютном Переулке? Да еще и в двенадцатилетнем возрасте! Ты хоть понимаешь, чем рисковал, дубина ты стоеросовая?»
- «Какая дубина?» – переспросил я, с трудом сдерживая смех. – «Ладно, не важно. Я тут оказался не нарочно. Просто перемещался при помощи Летучего Пороха первый раз в жизни, ну и… пролетел на один камин дальше. Вместо «Дырявого котла» вывалился из камина здесь. Мы с семейством Уизли ездили в Косой переулок за школьными принадлежностями – ну да ты, наверно, помнишь, мы ещё столкнулись во «Флориш и Блоттс», когда там Локонс давал автографы, и меня вытащили с ним фотографироваться. А ты, как всегда, начал язвить…»
- «Ну да, а потом, пока мы с Алси дрались с Рональдом, отец подрался с Уизлевским папашей», – хихикнул Драко. – «Никогда этого не забуду… Как он потом с матерью объяснялся, почему позволил себе потерять над собой контроль и подать мне дурной пример… А она потом – мне: «Драко, ты понял, что так вести себя нельзя?» Я ей: «Да, мам». А сам думаю – «Надо, чтобы свидетелей не было!»
- «М-да, могу себе представить…» – улыбнулся я. – «Неужели он действительно не сдержался?»
- «Да нет – на самом деле ему просто нужно было отвлечь внимание от того, как он подкидывает Джинни дневник Реддла», – вздохнул Драко, мигом помрачнев. Как я теперь знал, Дрей не был с самого начала посвящен во всю тёмную подоплеку этой истории, хотя, несомненно, кое-что ему было известно, а о чём-то он и сам догадался. Закрыв глаза, я вздохнул. Порой во мне ещё поднималась волной застарелая злость и на Малфоя, и на всё его семейство, но стоило напомнить себе события этого года, и она если не рассеивалась, то по меньшей мере отступала.
- «Ладно, забыли…» – примирительно подумал я. Однако, если я надеялся, что Малфой забыл то, о чём допытывался с самого начала, то зря.
- «И всё-таки, что тогда с тобой произошло? Ну, я имею в виду, в тот раз, когда ты оказался здесь, как говоришь? Почему мы не заметили тебя здесь – ты что, успел где-то спрятаться?» – настаивал он. Я пожал плечами.
- «Ну, понимаешь… Я тогда изрядно перепачкался в камине, очки треснули, и всё такое… В общем, не тот вид, в котором я хотел бы быть, когда придётся столкнуться с двумя злейшими школьными врагами разом! Ну, я увидел вас в окно, как вы с отцами подходили к магазину, и спрятался в шкаф».
- «КУДА?» – резко переспросил Драко, разом побледнев и даже встревожившись.
- «Да вот в этот самый шкаф… Ой, мамочки!» – я сдавленно охнул, только тут осознав, какой опасности подвёргся тогда, сам того не понимая. Ведь если бы, по счастливой случайности, я не оставил щёлочку в дверях, чтобы подглядывать за Малфоями и Блэками, сломанный шкаф мог бы заработать, и что бы я тогда делал? Аппарировать я ещё не умел, Родовой Магии, которая сгладила неисправности для нас сегодня, у меня тогда ещё тоже не было… Я запросто мог погибнуть!
- «Вот именно», – мрачно подтвердил Дрей, качая головой. – «Поттер, про удачливых детей говорят, что они родились в рубашке… Так вот – твоя, видимо, была кольчугой!»
- «Ну да…» – не очень уверенно отозвался я, снова сглатывая. Откуда-то из дальнего угла послышался едва различимый шорох, но я не придал ему значения. Насколько мне помнилась обстановка Лютного переулка – место было самое подходящее для крыс и прочей живности, и я даже думать не хотел, какие ещё паразиты могли водиться в Магическом Мире и восприниматься волшебниками в порядке вещей.
- «Нет, я знал, что с самого начала был прав: Гриффиндор – это диагноз!» – не унимался Малфой. – «Это же надо додуматься, прятаться в шкаф в темномагической лавочке! Да ещё и в пустой, и выставленный среди товара!»
Я содрогнулся. Раньше я как-то не задумывался об этом, но, если посмотреть с такой точки зрения…
- «Ладно, что-то мне чем дальше, тем больше не по себе», – заметил я, сглотнув уже, наверное, в десятый раз. Во рту ясно ощущался привкус горечи. – «Пошли отсюда!»
- «Ты думаешь, это так просто?» – насмешливо фыркнул Драко. – «Гарри, мы в темномагическом заведении! Да тут такие охранные чары против воров, что… мало не покажется! И кстати, не уверен, что какие-то из них уже не сработали…»
- «Тогда тем более – почему мы всё ещё здесь?! Чего мы ждём?»
- «А что ты предлагаешь? Разбить окно и бежать? Да мы переполошим весь Лютный переулок!»
- «А если опять аппарировать?»
Драко не успел ответить. Шорох повторился – громче и явственнее, так что теперь мы оба ясно услышали его. Я инстинктивно поднял палочку наизготовку, Малфой почти зеркально повторил мои действия.
- «Какие паразиты вроде крыс могут тут возиться?» – осведомился я, чтобы хоть как-то подготовиться к тому, с чем придется столкнуться.
- «Паразиты? Не думаю. Это что-то из охранных чар или…»
Драко снова не успел договорить. В камине запылало зелёное пламя, возвещая приход путешественника по каминной сети, и в ту же минуту где-то в глубине раздался резкий звон колокольчика, а за ним – шаркающие шаги, приближающиеся к двери. Свет под дверью замерцал.
Паника, пронзившая нас обоих, чуть было не заставила меня метнуться обратно к шкафу, но упрёки Драко всё ещё звучали в ушах, и я не двинулся с места. Вместо этого в голове с быстротой молнии мелькнула другая спасительная мысль, и я, опустив палочку, настолько быстро, как только это было возможно, выхватил из внутреннего кармана мантии сложенную в аккуратный серебристый квадратик мантию-невидмку.
- «Дрей, скорее!» – мысленно крикнул я, за руку дёргая Малфоя к себе, и едва успел накрыть нас обоих мантией, когда дверь всё-таки открылась. Силуэт, показавшийся в освещённом проеме, тоже был мне отчасти знаком – насколько, по крайней мере, я мог доверять воспоминаниям более чем пятилетней давности. Это был Горбин, хозяин лавки. Коротким заклинанием он зажёг свечи и масляные лампы, расставленные по магазинчику, и, как только это произошло, пламя в камине полыхнуло яркой вспышкой и выплюнуло приземистую, полноватую женскую фигуру в длинной тёмной мантии, напоминающей «форменный» наряд Упивающихся, но только с откинутым на спину остроконечным капюшоном и без маски. Черты её лица были грубоватыми, лишёнными изящества, да и двигалась она хоть и не неуклюже, но всё же далёко не похоже на полную достоинства грацию чистокровных.
Но что было куда удивительнее и непонятнее, так это реакция Драко. При виде этой женщины Малфой буквально затрясся от ярости. Казалось, помедли я мгновение – и он кинется на незнакомку, чтобы задушить голыми руками, но я среагировал вовремя и буквально повис на нём, не давая Слизеринскому Принцу натворить глупостей.
- «Пусти! Пусти меня, Поттер!» – то ли в силу привычки, то ли просто по невероятному везению, сопутствовавшему нам, Малфой всё ещё говорил мысленно.
- «Остынь, Драко! Что с тобой?» – попытался его образумить я. – «Кто она такая, что ты так взъелся – что она тебе сделала?»
- Мадам Кэрроу, какая честь! – послышался тем временем елейный, приторно-вежливый голос Горбина, и он склонился перед ней в глубоком поклоне. Незнакомка тем временем закончила отряхивать мантию от сажи и, скривившись, кивнула .
- Ничё, что я поздно? – грубовато спросила она. Голос у нее был хриплый, словно прокуренный.
- Ну что вы. Всегда рад, в любое время! Для меня честь ваше посещение, ведь вы в такой милости у Тёмного Лорда! Как изволит поживать дорогой Амикус?– продолжал соловьём разливаться Горбин. Кажется, даже перед Малфоем-старшим он так не расстилался в своем время, как перед этой… Кэрроу. Кэрроу, хм, что-то знакомое…
- «Пусти меня!» – снова дёрнулся Малфой, но я лишь крепче вцепился в него, чуть ли не обнимая парня за плечи.
- «Нет, пока ты не успокоишься!» – упрямо ответил я. – «Да что с тобой, в конце концов? Сбрендил, что ли, в нашем положении ввязываться в бой с Упивающейся Смертью, да ещё и на их территории?!»
- «Ты не понимаешь!» – чуть ли не зарычал Драко в ответ. – «Это она похитила Джинни!»
От потрясения я застыл, и мои руки сами собой разжались. Но Малфой не торопился вырываться – он замер, точно изваяние, и внимательно прислушался к разговору Кэрроу и Горбина. Они обсуждали, кажется, что-то вроде сделки…
- Это редкие ингредиенты, моя дорогая мадам, я делаю всё, что в моих силах, поверьте… – говорил лавочник. – Я вполне понимаю, что вы торопитесь, не извольте беспокоиться! Те, что пришли, вы можете получить уже сейчас, остальные прибудут к концу недели, как мы и договаривались!
- Смотри мне, Горбин, если по твоей вине сорвётся приготовление зелья, я твою лавчонку в порошок сотру! – высокомерно нахмурилась Кэрроу, но раболепие хозяина явно льстило ей. – Тёмный Лорд доволен мной, и я не намерена терять его расположение, как эти придурки Лестрейнджи! Один в плен попался, другой без братца ничего не может… – Упивающаяся скорчила гримасу. – Вокруг Долохова теперь крутится, только что в рот не заглядывает! Тьфу!
- Опасные слова, моя дорогая леди Алекто… – затаив дыхание, прошептал Горбин. – Господин Антонин не из тех, кто допускает к себе подобное обращение…
Алекто поморщилась.
- Я тя умоляю, лавочник! – фыркнула она, передёрнув плечами. – Да Долохову пофиг на всех, кроме Лорда! Нет, конечно, если в лоб сказать что-нибудь эдакое, можно и проклятие схлопотать, но Антонин никогда не возился со слухами! А после того, как Лорд его вытащил из Азкабана, и вовсе никого, кроме него, и не слушает…
- «А что если прямо сейчас наложить Петрификус на них обоих, и…» – тихо предложил я, дыша буквально в ухо Драко. Говорил я мысленно, но места под мантией было немного, поэтому приходилось стоять, чуть ли не вжавшись друг в друга. Малфой, словно очнувшись, помолчал.
- «Помолчи, ты был прав. Горячиться не стоит, это бессмысленно. Я пытаюсь понять, что они замыслили», – отозвался он. – «А нападать на них на территории Горбина – чистое безумие… Это не Родовое поместье, конечно, но тут у него такая охранная система, что конфликтовать с ним в лавке и отец бы не решился. И вообще, Гарри, сделай одолжение, не отвлекай меня? Я хочу понять, чего от них ждать».
- Неужели? – тем временем с любопытством отозвался в ответ на откровенность Алекто Горбин. – Ну, я хочу сказать, господин Антонин всегда был несколько… хм, решителен в симпатиях и антипатиях, но, всё-таки… Так вот теперь ни на кого больше и внимания не обращает?
- Тоже мне, тайна! – пренебрежительно хмыкнула Кэрроу. – Да всем нашим это давно уже известно. Чесслово, не знай я, что Антонин – нормальный мужчина в смысле ориентации, подумала бы, что он влюблён в Лорда по уши!
- А… позвольте полюбопытствовать, – Горбин «доверительно» понизил голос, и в нём послышались чуточку игривые нотки, – а почему же Лорд допускает такое безудержное преклонение перед собой, если в последнее время, как я слышал, господину Антонину не слишком везёт в плане… как бы это… военных достижений? Вроде бы его Темнейшество не из тех, кто держит при себе кого-то лишь для слушания восхвалений… Неужели господину Антонину продолжают предоставлять первое место по старой памяти, или в надежде на хорошие перспективы? Умоляю, поймите меня правильно, мадам Кэрроу, но не является ли Лорд… хм,.. сторонником альтернативных вариантов… э…?
- У-у, Горбин, а, старый проказник? – захихикала Упивающаяся, подхватив игривый тон. – Ну, скажу тебе по секрету, – она заговорщически наклонилась к лавочнику, переходя на громкий шёпот, – вообще вроде нет, но Лорд как мужчина – по-любому полный ноль! – и она издала неприличный звук, разводя руками, а потом снова захихикала. – И – ещё секретнее! – сам он от этого не в восторге! Именно потому – только тсссссс! – он и был так доволен тем, что мы по ошибке приволокли ему не ту девчонку! Он сказал, что приманку для Поттера найти всегда успеет, а здоровая молодая девка, да ещё из такой плодовитой семьи, как Уизли, ему ещё пригодится!
- Ух! – лавочник аж содрогнулся, а Малфой под мантией замер, точно громом поражённый. Да у меня и у самого подгибались колени при мысли о том, что это могло значить. Джинни…
- А для чего именно она нужна ему, как вы думаете? – полюбопытствовал тем временем Горбин. Алекто скорчила гримасу.
- Не для того, о чём ты подумал! – истерично засмеялась она. – Я не знаю подробностей плана – да их никто, кроме самого Лорда, не знает. Знаю только, что есть у него намерение что-то изменить в своём теле с её помощью. Якобы он то ли раскопал, то ли сам разработал какой-то не то обряд, не то ритуал, а может, и то и другое сразу, шут его разберёт… в общем, он считает, что это ему поможет окончательно добиться того, чего он желает. Ну, я в том смысле, что привлекательная внешность может и помочь в деле завоевания власти над миром, особенно Лорду – он бессмертен, и спешить ему особо некуда. Так вот, по слухам, готовятся какие-то заклятия, вот, всё те же зелья, самые разные… Не поверишь, но Лорд некоторые из них делает лично! А для других, – она ещё больше понизила голос, наклоняясь к собеседнику поближе, – а для других он специально отправил отряд во Францию, чтобы они доставили ему, ни много ни мало, самого Годфруа Лавуазье! Как тебе?
- Профессора Лавуазье, зельевара? – переспросил потрясённый Горбин.
Драко рядом со мной тоже беззвучно выдохнул сквозь стиснутые зубы от удивления – но я даже и без того ощутил по нашей связи, что новость впечатлила его. Мне лично имя Лавуазье ничего не говорило, хотя, возможно, я и мог прочитать его где-то так же, как в своё время имя Николаса Фламеля. Может быть, даже на тех же карточках из шоколадных лягушек?
- Но зачем Лорду ещё и Лавуазье? – спросил Горбин. – Ведь в его распоряжении Северус Снейп, а эти двое мало в чём уступают друг другу.
- Снейп нужен Лорду там, где он есть, – покачала головой Кэрроу. – Он слишком занят, а за зельями нужен круглосуточный присмотр. Правда, Лавуазье не горит желанием сотрудничать, но несколько Круциатусов, а потом Империус живо поправят дело.
- В самом деле, – с долей восхищения отозвался лавочник.
- Единственной помехой остается Поттер, но… – Упивающаяся вздохнула. – Всё решаемо. Со временем Лорд придумает способ добраться и до мальчишки. Спешить ему, опять же, некуда, да и Дамбик, опять же не вечен, к счастью. В общем, если повезёт, то старикашка долго не протянет, так что защиты у Поттера поубавится… Ну ладно, заболталась я с тобой! Давай уже свои компоненты-ингредиенты!
- Да, да, мадам Кэрроу, конечно, – тут же снова залебезил лавочник, опять переходя с доверительного тона на подобострастный. – Следуйте за мной. Это такая редкость, такая редкость, вы же понимаете… Приходится держать всё в секрете от других покупателей, иначе в момент завалят требованиями достать это и им тоже, а мне ни к чему привлекать министерское внимание крупными партиями… – бормотал он по пути к дверце за прилавком.
- Это наш шанс! – буквально сорвался с места Драко, когда Алекто и Горбин скрылись в соседней комнате и мы услышали, что они поднимаются наверх, – видимо, «особые заказы» Горбин держал на втором этаже. Я осторожно последовал за Малфоем, на ходу сворачивая мантию и засовывая её за пазуху.
- Что ты собираешься делать? – пробормотал я.
- Поттер, не тормози! – нетерпеливо бросил Малфой, сгребая с каминной полки банку с Летучим Порохом. – Ты хоть понимаешь, что мы с тобой только что услышали? Надо сообщить об этом в Орден, а хорошо бы и в аврорат, и как можно скорее!
- Да, но камины… Они ведь… небезопасны… – пролепетал я. Драко снова закатил глаза, поражаясь, видно, моей тупости.
- Гарри, подключи мозги! Этот конкретный камин был открыт для Алекто, и предполагается, что перемещаться назад по нему будет она же! Зачем Упивающимся отслеживать перемещения своей же коллеги, да ещё и находящейся в милости у Лорда?
- Ты прав, – сообразил наконец я. – Но только нам надо тогда перемещаться побыстрее и недалеко, чтобы не помешать самой Алекто, верно?
- Верно, – согласился Драко. – Думаю, «Дырявый Котёл» нам подойдёт. В Хогсмид было бы надёжнее, но путь до «Трёх Мётел» займет слишком много времени. Алекто может засечь нас, и на выходе нас будет ожидать просто адски горячий приём.
- Погоди, а разве можно перемещаться по каминной сети вдвоём сразу? – засомневался я, зачерпывая горсть Летучего Пороха из банки, которую он протянул мне. Драко нетерпеливо тряхнул головой.
- Ну, будет тесновато, но нам недалеко, к тому же за сегодня нам к тесноте не привыкать, не так ли? – заговорщически подмигнул он. – Пошли, Гарри, на болтовню времени нет! – он дёрнул меня за руку, подтягивая к камину. Синхронно – не в последнюю очередь благодаря мысленной связи, – мы швырнули Порох в камин и шагнули во вспыхнувшее зелёное пламя.
- Дырявый Котёл! – хором произнесли мы, стараясь говорить ясно и чётко, и зелёный вихрь закружил нас, овевая тёплым ветром, гуляющим по каминной сети…
Да уж, относительно тесноты Малфой был прав. Нас притиснуло друг к другу куда плотнее, чем в Исчезательном шкафу, буквально впечатывая один в другого, так что мне отчасти стало даже слегка неловко. До сих пор так крепко ко мне прижималась только Блейз – и случалось это в куда более интимные моменты. Хвала Мерлину, я не испытал никакого возбуждения, ощущая прижатое ко мне тело – в отличие от нежной и податливой девушки, Драко, казалось, весь состоял только из костей и твёрдых мускулов, да к тому же то и дело шипел, когда я невольно слишком сильно надавливал ему на чувствительные точки тела. Сажа и пепел, летающие по трубе вместе с нами, тоже не добавляли нашему положению комфорта, и я, «ругательски ругаясь» про себя, в тысячный раз вспоминал, почему я так не люблю каминное перемещение. Уж лучше бы мы аппарировали! Хотя… после такой напряжённой ночки, как выдалась сегодня, хватило ли хотя бы у одного из нас сил на аппарацию – ещё вопрос…
Впрочем, на наше счастье, путешествие действительно оказалось недолгим – через пару минут нас уже выбросило из камина в полутёмный и абсолютно пустой зал «Дырявого Котла». Негромко постанывая, мы кое-как встали на ноги, держась друг за друга, и стали отряхиваться, попутно осматривая помещение. Странно, но было полное ощущение, что бар уже несколько дней, если не недель, не работает. Я вспомнил, как жил тут какое-то время перед третьим курсом, после того как сбежал от Дурслей, раздув тётушку Мардж. Тогда даже в самые глухие часы ночи кто-то из постояльцев всегда всё-таки ошивался внизу, и уж по крайней мере, я никогда не видел такого, чтобы пол и барную стойку покрывал небольшой, но заметный слой пыли, а стулья были перевёрнуты и поставлены на столы, словно для уборки, да так и оставлены. Драко тоже недоумённо оглядывался по сторонам.
- Похоже, после разгрома Косого Переулка, когда пострадали Фред и Джордж, «Дырявый Котёл» закрыли? – высказал предположение я. Малфой пожал плечами, явно растерянный не меньше моего.
- Ну, если и не закрыли совсем, то работает он теперь скорее как пункт прохода из мира магглов в Магический, а не как гостиница, – заметил он. – Знаешь, предлагаю убираться отсюда. Проследить за нами вроде не должны были, но осторожность не помешает.
- Что будем делать? – спросил я. – Аппарировать в Хогмид? Знаешь, не уверен, что у меня хватит сейчас сил на такой подвиг…
- Согласен, – кивнул Драко. – У меня тоже. Признаться, даже не знаю, где… Хотя постой!
Он сунул руку в карман, но сразу же вытащил и пристально взглянул на меня, переходя на мысленную речь.
- «Нам стоит связаться с Альтаиром. Пока мы Горбина слушали, в Хогвартсе уже, наверное, давным-давно все в Выручай-комнате находятся – ну, не совсем все, то есть – я имел в виду, все наши. Помощь нам сейчас не помешала бы».
- «Согласен», – кивнул я. – «Так почему бы тебе просто с ним не связаться?»
- «Понимаешь… Тебе не кажется, что мы не одни?»
Я мигом ощутил, словно меня окатили ледяной водой – от вялости и усталости не осталось и следа, не считая некоторой тяжести в руках и ногах – признака чисто физического утомления. Но, прислушавшись, я ничего не услышал и вопросительно посмотрел на сосредоточенного, вслушивающегося в окружающие шорохи Малфоя.
- «Я ничего не слышу».
- «Я тоже, но… что-то мне не по себе. Прежде чем связываться с Ветроногом по зеркальцу, нам бы лучше добраться до какого-нибудь безопасного места».
- «Класс!» – фыркнул я. – «Получается, нам нужно добраться до безопасного места, чтобы попросить помощи для того, чтобы перебраться в другое безопасное место?»
Драко поморщился и отвёл глаза.
- «Да, я знаю, звучит глупо. Но факт остаётся фактом. Может, у меня развивается паранойя, но я не хочу связываться через зеркальце здесь. Направленная легилименция в этом случае не сработает».
- «Что ж, видимо, паранойя заразна. Мне тоже кажется, что здесь не место для приватных разговоров. Но что нам тогда делать?»
- «Сравнительно недалеко отсюда площадь Гриммо – на ней расположен Блэк-Холл, Родовое Гнездо Блэков. Он скрыт под заклятием Доверия, у меня допуск есть, но, поскольку я не Хранитель Тайны, провести тебя я не смогу. И всё же там сравнительно безопасно, защитные чары лежат не только на самом доме. Во всяком случае, если бы мы добрались туда, можно было бы либо мне пройти в Блэк-Холл и попросить о помощи, либо, если там сейчас никого нет, найти укромный уголок на самой площади и уже там спокойно наложить противоподслушивающие чары. Вот только как добраться до Гриммо? Признаюсь честно – сильно сомневаюсь, что способен сейчас даже на такую близкую аппарацию. Может, снова рискнём испытать маггловский транспорт?»
- «Метро в такой час не работает», – возразил я. – «А как добираться автобусами, я не знаю, да и сомневаюсь, что мы найдём подходящие маршруты ночью».
- «А если вызвать это, как его – такси, как мы ехали в прошлый раз, в Мунго?» – предложил Драко. Я несколько минут обдумывал эту идею.
- «Хорошо бы», – вздохнул я. – «Но есть одна загвоздка. У меня нет при себе фунтов. Да, по правде говоря, у меня и галлеонов-то при себе нет».
Малфой вздохнул и развёл руками.
- «Аналогично», – признался он. – Я как-то привык не таскать с собой кошелёк в школе – к чему он там? Если что-то и нужно, за ним всегда можно зайти, или уж призвать, на худой конец. Хотя, в принципе, зачем нам вообще в данном случае деньги? Наложим на маггла Конфундус, и дело с концом. Ещё и будет думать, что чаевые получил».
- «Ну уж нет, на это я не пойду. Слушай, а как далеко отсюда площадь Гриммо?»
- «Да сложно сказать точно. Если по прямой… Думаю, что мили полторы, может, чуть больше. А что?»
- «Может, на такое расстояние мы всё-таки сможем аппарировать? Давай выйдем на улицу и – прямо под мантией… Вместе сил уж кое-как наскребём, хотя, признаюсь, я тоже не в лучшей форме».
Драко примерно с минуту раздумывал над моими словами, одновременно сосредоточенно вслушиваясь в окружавшую нас тишину.
- Хорошо, – сказал он вслух. – Думаю… показалось. Ладно, хватит на сегодня. Пошли ловить такси.
- «Это я на всякий случай!» – сразу же снова раздался у меня в голове его голос. – «Ладно, я согласен. Давай тогда – на улицу, под мантию и на Гриммо. Ты там раньше не был, так что поведу я».
- «Ладно, с этим согласен», – кивнул я, нащупывая во внутреннем кармане мантию-невидимку. – «Пусть думают, что мы всё-таки собрались уехать на такси. Пошли».
Я первым двинулся к двери, ведущей в маггловский мир, и удивился, как тяжело она поддалась. Было ощущение, словно отсюда уже давным-давно никто не приходил, а петли заскрипели так, будто их не смазывали несколько лет. Странное дело – я мог бы поклясться, что когда был здесь в прошлый раз – всего лишь в Рождественские каникулы! – ничего подобного не наблюдалось…
Драко выскользнул из бара следом за мной. В школьных мантиях мы оба выглядели на маггловской улице более чем экстравагантно, но в начале апреля, да ещё и ночью на открытом воздухе, было всё же слишком холодно, чтобы снять их. Хотя, в принципе, в темноте мантии вполне могли сойти за длинные пальто… да и некому было сейчас удивляться нашему виду. Я достал мантию-невидимку и, развернув её, накинул на нас обоих.

В целом план вполне удался. Несмотря на крайнее утомление, аппарировали мы вдвоём вполне успешно – правда, для этого пришлось использовать, наверное, все оставшиеся в нашем распоряжении магические ресурсы. Лично я ощущал себя после этого выжатым, как лимон – я бы и простенький «Люмос» не смог бы наколдовать, даже если бы от этого зависела моя жизнь и жизни всех, кто мне дорог. Впрочем, никакой магии больше и не требовалось. Мы оказались на широкой площади, почти со всех сторон окружённой домами. Место было не сказать чтобы уж очень привлекательным – пейзаж выглядел довольно безлико и скучновато.
- Отлично, – тяжело выдохнул Драко, выныривая из-под мантии. – Добрались… Дом Блэков… Тьфу ты. И не скажешь, и не покажешь – чары Доверия… Короче, ладно. С Альтаиром свяжемся или я попробую заглянуть к его родителям?
- А они будут рады нас видеть? – с сомнением спросил я. – Заявляться в гости в два часа ночи… Тем более, что родители Альтаира, наверное, уже давно спят.
- Тьфу ты! – остановился Драко. – Я и не подумал… Ладно, давай тогда с зеркальцем попробуем. М-да, боюсь, придётся обойтись без защитных чар… Давай тогда вон туда, в тень отойдём.
Я покачал головой.
- Не думаю, – заметил я. – Светящееся зеркальце в тени только больше внимания привлечёт. Давай уж тогда прямо здесь – если кто и увидит, сочтёт, что ты просто себя осматриваешь. Незамеченным, опять же, здесь к нам сложней подобраться, чтобы подслушать…
- А ведь верно, – согласился Драко, доставая своё зеркальце. – Альтаир Блэк!
Зеркальце почти мгновенно мигнуло, и в нём отразилось лицо Ветронога, сразу же облегчённо заулыбавшегося нам.
- Мерлин, вы что так долго?! – воскликнул он. – Мы тут все на ушах стоим!
- Извини, дружище, – улыбнулся Малфой. – Была… некоторая задержка.
- Задержка была… – недовольно откликнулся Блэк. – Сириусу уже сообщили, что вы пропали, он там, у себя, наверное, вместе с Ремусом с ума сходит… Слушайте, вы где?!
- На площади Гриммо, – ответил Драко.
- Что?! На Гриммо? Как вы туда попали?!
- Долгая история! Потом расскажу. Мы с Гарри оба вымотаны до предела. Можешь связаться с родителями? Скажи – мы стоим рядом с их домом и просим, хм, «политического убежища».
- Политического убежища? – рассмеялся Альтаир. – Ладно. Жди тогда, сейчас попробую разбудить кого-нибудь. Они вроде оба должны быть дома.
Зеркальце потемнело, а в следующий момент в нём снова отражалось уже лицо Драко. Он с усталым вздохом убрал его в карман и, зевнув, повернулся ко мне.
- Ну вот, надеюсь, теперь всё. Если нас пустят – считай, минут через десять будем под крышей.
- Хорошо бы, – я тоже зевнул. После всего произошедшего усталость наваливалась неподъёмным грузом, да и просто спать тянуло сильно. Я огляделся по сторонам и, заприметив в стороне несколько скамеек, коснулся руки Малфоя и кивнул в их сторону.
- Может, пока присядем?
- Тогда уже не встанем, – возразил он. – Во всяком случае, уснём почти сразу.
Пришлось признать его правоту – я уже на ногах-то держался с усилием, как, впрочем, и Драко. К счастью, долго ждать действительно не пришлось. Я так и не понял, откуда появился мистер Блэк – казалось, вышагнул прямо из воздуха. На нём была тёплая мантия, наброшенная прямо на халат.
- Так-так, интересно, – слегка усмехнулся он, смерив нас взглядом. – В каком вы состоянии, Альтаир мне забыл упомянуть…
- А он и сам не знал, – помотал головой Драко. – Ну, почти. Мистер Блэк, мы всё вам расскажем, но только, если можно, немного позже… Мы очень устали, и, прямо сказать – измотаны. Можно у вас переночевать?
- «Дайте попить, а то так есть хочется, что переночевать негде», – вздохнул мистер Блэк и коротко зевнул, прикрывая рот ладонью. – Ладно уж. Заходите, бродяги вы мои. Ужинать будете?
- Какое там, – улыбнулся Малфой, – до душа бы добраться да до постели…
Мистер Блэк понимающе хмыкнул и, взяв нас за руки, повёл вперёд. Не успели мы сделать пару десятков шагов, как прямо перед нами, откуда ни возьмись, вырос ещё один дом – довольно мрачновато, но богато украшенный трёхэтажный особняк.
- Добро пожаловать в Блэк-Холл, мистер Поттер, – произнёс отец Альтаира.
Втроём мы поднялись на высокое крыльцо. Я заметил, что дверные молотки были выполнены в виде змей, причём сделано это было очень искусно – казалось, змеи были живыми, только застывшими в ожидании. Свет далёких фонарей оставлял блики на чешуе из тёмной стали. Мистер Блэк открыл дверь и отступил в сторону, пропуская нас вперёд. Мы осторожно зашли внутрь, и я ошарашенно заморгал – с меня, казалось, даже сонливость слетела. Передо мной предстала огромная прихожая, больше похожая на небольшой зал. Справа виднелся огромный камин, дальше – широкая лестница, ведущая наверх. Холл был частью погружён в полумрак, но повсюду сияли разноцветные огни. Хотя, «сияли» – громко сказано, скорее, просто окутывали таинственным сиянием предметы, на которых покоились, почти ничего при этом не освещая. Исключение составляли факелы, расположенные во всех важных местах и озарявшие застланный дорогими коврами пол дрожащим разноцветным свечением. В целом, зрелище было… завораживающим.
За нашими спинами мистер Блэк колдовал у двери. Закончив проверять одни чары и накладывать другие, он опустил волшебную палочку и повернулся к нам.
- Ну что ж, господа хорошие – душ да кровать, значит? Тогда прошу на третий этаж. Драко, ты проводишь мистера Поттера? Гостевые занимайте любые, какие понравятся. А я пока сообщу в Хогвартс и Сириусу с Ремусом, что с вами всё в порядке.
- Спасибо… постойте! – внезапно воскликнул Драко, шагая вперёд и слегка пошатываясь при этом. – Пожалуйста, передайте ещё кое-что, это очень важно…
Выслушав сбивчивый рассказ о том, что нам удалось подслушать в лавке Горбина, мистер Блэк сильно нахмурился.
- Не нравится мне это, – мрачно заметил он, подпирая левой рукой правую, а правой – подбородок. – Очень не нравится. Что бы ни задумал Лорд, даже из того, что вам удалось узнать, совершенно ясно – если всё пойдёт по его замыслам, ничего хорошего не ждёт ни мисс Уизли, ни вообще всех нас… Ради мелкой забавы Лорд не стал бы прикладывать такие усилия – и так долго… Хорошо, Драко, спасибо. Идите. Я немедленно сообщу обо всём нашим.
Поблагодарив мистера Блэка, мы стали подниматься наверх. Здесь было посветлее, но ненамного. Несмотря на усталость, я с неослабевающим любопытством вертел головой по сторонам.
- А здесь что, всегда так?
- Смотря что ты имеешь в виду, – ответил Драко. – Если освещение, то да.
- С ума сойти… Никогда такого раньше не видел.
- Завтра утром ещё успеешь насмотреться, – снова зевнул Малфой. – Время, думаю, у нас будет.
Поднявшись на третий этаж, он махнул рукой в сторону ближайшей двери.
- Думаю, сейчас нет смысла подбирать себе комнату по вкусу. Давай вон туда. Душ прямо рядом пристроен.
Я думал, что комната будет освещена в таком же необычном стиле, но, к некоторому даже облегчению, внутри светильники оказались самыми обычными и зажглись, едва мы вошли внутрь. Несмотря на то, что мы едва держались на ногах от усталости, у нас обоих всё же кое-как хватило сил на то, чтобы по очереди принять душ и только после этого расползтись по кроватям. Ну, по крайней мере, лично меня просто коробила мысль о том, чтобы лечь в чистую постель в таком виде, да и смыть с себя грязь и пыль было исключительно приятно, как и ощутить себя после этого снова чистым. Я был уверен, что усну после душа, едва коснувшись головой подушки.
Однако вопреки всему, улёгшись, я с удивлением обнаружил, что сна у меня ни в одном глазу. Поворочавшись немного, я понял, что не в силах даже погрузиться в полудрёму, и решил попробовать отвлечься.
- «Дрей!» – позвал я наудачу, давно уже выяснив, что разбудить человека таким образом невозможно. Сонное сознание воспринимало мысленную речь всего лишь как часть сна.
- «Чего?» – спросил Малфой. Повернувшись, я увидел, что он тоже лежит с открытыми глазами, на спине, молча глядя в потолок.
- «Тоже не можешь уснуть?»
- «Угу».
- «Знаешь, я всё думаю – вот мы уничтожили крестраж, по идее, это победа, а никакой радости на душе что-то нет…» – заметил я. – «Как думаешь, почему так?»
- «Ну, это просто», – отозвался он, поворачивая голову и глядя на меня кажущимися бездонными в полумраке комнаты глазами. – «Слишком много кроме этого произошло, да и сама по себе эта победа – лишь победа в очередной битве. Самое главное ещё впереди… Да и история с Джинни веселья не прибавляет. Что Волдеморт намерен делать с ней?»
- «Не знаю. У меня не было видений на этот счёт», – смущённо отозвался я, как ни парадоксально, чувствуя себя слегка виноватым в этом. – «Впрочем, думаю, ничего хорошего».
- «Да, я согласен. Как ты считаешь, у нас есть шансы её освободить прежде, чем он сделает то, что намеревался?»
- «Не знаю», – честно отозвался я. Милосерднее было бы, наверное, солгать, сказать, что да, я верю, шансы есть, но… лгать телепатически невозможно, да и в любом случае, Малфой не заслуживал лжи, даже если она была направлена на то, чтобы поддержать его.
- «Я правда не знаю, Драко», – повторил я.
- Ладно, не бери в голову, – вслух сказал слизеринец. – Мы всё равно в данный момент ничего не можем сделать. Давай спать. Спокойной ночи.
Он отвернулся к стене и больше не разговаривал, хотя я чувствовал и понимал, что он далёк от того, чтобы уснуть. Да и сам я, одолеваемый печальными размышлениями и растревоженный его словами, не мог уснуть ещё долго, и, лишь когда ночная тьма за окном начала понемногу редеть, наконец кое-как задремал…


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/200-37915-1
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: Элен159 (29.08.2018) | Автор: Silver Shadow
Просмотров: 451


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Всего комментариев: 0


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]