Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1647]
Из жизни актеров [1615]
Мини-фанфики [2463]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [4]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4673]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2368]
Все люди [14874]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14184]
Альтернатива [8953]
СЛЭШ и НЦ [8715]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4231]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей мая
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (01-31 мая)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

И настанет время свободы/There Will Be Freedom
Сиквел истории «И прольется кровь». Прошло два года. Эдвард и Белла находятся в полной безопасности на своем острове, но затянет ли их обратно омут преступного мира?
Перевод возобновлен!

Любовь напрокат / Обратный отсчет
За прошедшие два года многое изменилось. Роботы, пройдя тесты с высокими результатами, вызвали у одиноких женщин настоящий ажиотаж. Производство не успевало за спросом: сотни, тысячи женщин покупали их в надежде стать счастливыми женами и матерями. И, похоже, никого, кроме Мии, не волновала подлинность их чувств. (в сборнике «Такая разная любовь»)

"Сказочная" страна
Сборник мини-истори и драбблов по фандому "Однажды в сказке".
Крюк/Эмма Свон.

Almost Perfect, Almost Yours
Семья чистокровных волшебников похитила Гермиону, когда она только родилась. В мире красоты и богатства она - девушка мечты Драко Малфоя. Что произойдет, если он узнает, что ее кровь не так чиста, как он думал?..
История "Почти идеальна, почти твоя..." от команды переводчиков TwilightRussia
Работа над переводом ЗАВЕРШЕНА!

Паутина
Порой счастье запутывается в паутине лжи, и получается липкий клубок измен, подстав, предательств и боли.
История о Драко и Гермионе от Shantanel
Завершена!

Porno for Pixelated People
Скучная жизнь, скучная работа, скучный парень... Скучный секс! Сможет ли случайный спам в электронном ящике изменить ее жизнь?

Игольница Марго (Margot's Pincushion)
Ему всего-то двадцать один год, но жизнь его уже загублена окончательно. Он, Гарри Поттер, герой Магической войны, «мальчик-который-выжил» и победил, по сути, не более чем неполноценный, негодящий мужчина, всего несколько часов назад объявленный абсолютно несостоятельным в постели.



А вы знаете?

А вы знаете, что победителей всех премий по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?

...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания?
Заинтересовало? Кликни СЮДА.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Самый ожидаемый проект Роберта Паттинсона?
1. The Rover
2. Жизнь
3. Миссия: Черный список
4. Королева пустыни
5. Звездная карта
Всего ответов: 229
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Свободное творчество

Виноградные глазницы (1.5 - 1.6)

2018-6-24
4
0
Напомню, часть "Она" - это воспоминания о самых ярких моментах от лица Ари. Если что-то кажется непонятным, это, скорее всего, будет объяснено в след. части - "Он".

1.5


Дорогая, как твое имя?
Слышишь ли ты меня?
Скажи, почему ты так поздно здесь одна?
Блеск бриллиантов отражается на твоем лице,
Я держу тебя
Гравий сверкает черным и красным.
© Hurts – The Road


«Снова бесцельно иду. Теплый осенний ветер развивает мои волосы и подол легкого белого платьица, норовит забраться под куртку; последние лучи солнца будто смеются надо мной. И остается по крупицам собирать внутри себя воспоминания, согреваться ими.

Дотащив Стивена Рэтбоуна до машины, я нашла его IPhone и, в истерике, позвонила на последний набранный номер. «Шон». Мужчина с теплым, словно молоко с медом, голосом, попросил оставаться на месте и даже не спросил, кто я, почему звоню с номера известного музыканта, будто совсем не удивился. Я не помню, что говорила тогда. Рыдания мешали услышать собственный голос. Через пятнадцать минут серебристая иномарка забрала меня обратно домой к Стивену. Шон, пиарщик группы, француз со смольными кудрями, золотистым загаром, горбинкой на носу, трехдневной щетиной и добрыми серыми глазами. Был вежлив и мил. Я качала головой, просила отвезти меня в аэропорт, но он сказал, что стоит остаться. С убедительностью психолога Шон говорил со мной обо всем и ни о чем сразу, пока мы ехали, пока дали Стивену отоспаться несколько часов, пока я успокаивалась, и на смену боли приходил каменный ступор. Все мои мысли врезались в стену, я не видела будущего и не знала, что делать дальше. А потом Шон оставил меня со Стивеном наедине.

*

Будто перекрыли кислород или сильно ударили куда-то в область груди. Я не могла дышать, думать, двигаться. Только моргала, собирая в уголках глаз крупинки слез. Размытость немного пугала. Стивен вел меня в комнату, крепко сжимая мою ладонь оледеневшими пальцами. Я не осознавала, что происходит. В ушах шумело, а к щекам прилила кровь. С трудом передвигала ноги, но не сопротивлялась. Его слова были трудны для моего восприятия, и я никак не могла в них поверить. Он сказал, что… любит меня? Как такое вообще возможно? Мои мечты, желания... Все наконец-то обрело форму. Но потеряло смысл. Как бы глупо ни звучало, я не верила Стивену. Как ОН может полюбить МЕНЯ? Да еще и так быстро. Особенно после того, что произошло в баре. Утешает, жалеет, боится принять на душу грех – кто знает, что сделает с собой восемнадцатилетняя дурочка, когда выйдет из его квартиры. Джентльменское воспитание и чуткость восхищали меня, но стали проблемой. Потому что не может все из-за меня полететь к черту. Резко изменить курс. Вместо самодостаточной девушки его возраста – едва переступившая порог совершеннолетия девчонка, которая не хочет ехать домой.
Но Стивен пытался убедить меня в обратном:

– Ари, послушай, пожалуйста, послушай.

Хорошо, что я сидела к нему спиной, и он не знал, как тяжело мне терять его; каким родным он стал мне. Стивен осторожно коснулся пальцами моего голого плеча. У него холодные руки, но прикосновения почему-то согревают.

Больше Стив ничего не сказал. Он пресек расстояние между нами и крепко обнял меня. Прижимал к себе, водил руками по плечам и ключице, нежно целовал волосы. Еще не было слов о любви, но я чувствовала: все рушится. Еще вчера, в баре, выслушивая оскорбления, я все поняла.
И я плакала, я знала, что должна буду отпустить его. Вроде, бери, пока дают, радуйся, не будь идиоткой. Клянусь, я не ждала, что все зайдет далеко. Нельзя быть эгоистичной с человеком, которого любишь всем сердцем. Он и так сделал для меня много. Я благодарна.
Признаюсь, совершенно не знаю, что делать с его признанием, нашими отношениями. Не потому, что вдруг разлюбила его. Напротив, жизнь без Стивена теперь кажется мне невыносимой. Но делать невыносимой еще и его жизнь, его будущее... «Отпусти, если любишь – отпусти», – звучало в голове. У самой двери я услышала тяжелые шаги. Дыхание Стивена резало слух. Громко стучало сердце. Только теперь, когда все стало реальным, я поняла, как нелепо выглядит наш роман. Мне хотелось остаться рядом с ним. Очень...

Какой бы мотив ни был у Джерада, он, безусловно, прав. Сейчас Стивен очень точно обрисовал свое будущее – все полетит к чертям. Я не могу допустить этого. Я не подхожу ему. Люблю ли я Стивена Рэтбоуна? Безусловно. Но я хочу, чтобы он был счастлив, двигался дальше, не тратил свои силы и время на сломленную девушку. Уйти – единственный выход. Пока я в состоянии это сделать, в состоянии отказаться от него ради нас обоих.


Я вздрогнула. Обнимая себя, тихо всхлипывая, я шла по улице, двигаясь к окраине города по спальным районам. Несколько раз я останавливалась, желая вернуться, но в самый последний момент осознавала – не стоит. В кармане куртки я нашла деньги и мобильный телефон, в записной книжке один номер: Стив. Улыбка проскользнула по моему лицу. Все кончено, Ари. Как бы тебе ни было сладко в его объятьях, ты не имеешь никакого права рушить карьеру Стивена Рэтбоуна, его будущее, жизнь.
До вечера я бродила по улицам, отвлекая себя красотой города и музыкой в наушниках. Проводив за горизонт закат, я осталась наедине с темнотой и холодом. Неожиданно для себя я дошла до знакомого района: здесь я жила первую неделю после концерта. Уверена, Эйприл уже давно забыла обо мне, да и брат ее... тот еще козел. Вспомнив бывшего, я поморщилась. Придурок. Сравнивая Стивена и Адама, начинаю еще сильнее скучать и жалеть о своем решении уйти от Стива. Шмыгая носом, я всматривалась в лица прохожих – им все равно, они не удостаивали меня взглядом, а я так хотела помощи, от кого-нибудь... Но мне и так долго везло.

Стивен не позвонил даже просто узнать, как я и что решила делать. Должно быть, к лучшему. Он смог быстро забыть меня…

Я закусила губу, сдерживая очередную истерику. Да кого я, черт возьми, обманываю? Я молила небо: пусть Стивен подумает обо мне, вспомнит (если забыл), что положил в эту куртку телефон и позвонит. Мне нужна помощь, я не знаю, что делать дальше. «Я найду лекарство для тебя, сломленная девушка. Я спасу тебя». Но он не звонил.

*

Часы у магазинчика на углу показывали ровно десять вечера. Мысли о том, где ночевать и что делать дальше меня не сильно волновали; не так сильно, как в день приезда. Я с улыбкой вспомнила то время. Тогда я и подумать не могла, что откажу Стивену Рэтбоуну, да еще и уйду от него.
Я вытерла мокрое от слез лицо рукавом куртки и зашла в магазин. В глаза бросилась полка с сигаретами. Я не курила и не собиралась начинать. Ну, а после слов Стивена о том, что он не любит курящих девушек и сам «пытается» бросить, я и вовсе закинула мысли о сигаретах в дальний уголок своего подсознания. Теперь же, когда я осталась одна, в мою голову проникли мысли из тех самых уголков сознания. Говорят, сигареты хорошо успокаивают и помогают отвлечься... Поглядим, так ли это.

– Пачку красных «Marlboro», – уверенно сказала я первую марку, что пришла в голову. Вру, Стивен часто их курил.

– Документы, – безразлично ответил усатый мужчина за прилавком.

– Я… забыла.

– Вспомнишь – приходи, – он рассмеялся неприятным грубым смехом.

Я с шумом втянула в себя воздух. Даже человек, который видит меня впервые, понял, что мне нет двадцати одного года. Что уж говорить об умных и хитрых журналистах? Что уж говорить о Стивене, которому так и не удалось убедить себя: возраст – не главное.
Теплая рука упала на мое плечо и несильно сжала его. Вслед за этим последовал знакомый мужской голос. Сердце бешено заколотилось.

– Пачку «Marlboro». Красную.

Продавец смерил меня и того, кто стоял за моей спиной, недоверчивым взглядом и вручил пачку сигарет, с жадностью во взгляде забрав хрустящие купюры.

– Держи.

Когда я обернулась, из моего рта чудом не вырвался крик.

– Что ТЫ тут делаешь? – завизжала я, когда мы вышли из магазина. Я так надеялась, что обозналась!

– Покупаю тебе сигареты, – он пожал плечами. – Может, перестанешь уже дуться на меня?

– О, Адам, ничего же не произошло. Ты просто-напросто изменил мне! – фыркнула я, забирая у него сигареты. Меня лихорадило от вечернего ветра, и от присутствия бывшего рядом, и от того, что Рэтбоун до сих пор не позвонил. Один процент из ста, что именно сейчас Адам вышел на прогулку. Один процент из миллиона, что он изменился.

– Ты куришь?

– Не переводи тему, – хмуро буркнула я, сминая в руке пачку.

– Увидел тебя из окна, подумал, какой отличный шанс извиниться, – Адам пожал плечами, смахнув с глаз черную челку. Сейчас он казался мне отвратительным, несмотря на привлекательную внешность. Я смотрела на Адама, но видела перед глазами сцену измены и то, как Адам называл меня грязной иммигранткой, и смеялся мне в лицо. Я также вспомнила оскорбления Стивена: «глупая девчонка, смазливая пустышка». Стоят ли слова Рэтбоуна о любви хоть что-то после этого? Даже когда я узнала истинную причину его срыва.

Адам предложил прогуляться и, за неимением других вариантов, я согласилась. Мы зашли в уютный бар. Из колонок играл панк-рок, придавая мне дух бунтарства. Я узнала группу «AFI» и песню-cover «Head Like a Hole». Адам выглядел на редкость спокойным, вежливым; раньше он быстро срывался, если что-то шло не так, как он хотел.

– Что будешь?

– Текилу, – беспечно ответила я, пытаясь отогнать нехорошее предчувствие и надеясь, что алкоголь поможет мне все забыть. Плевать, как кончится этот вечер.

– Вау, – выдохнул Адам, но все же заказал. – Помню, со мной ты даже пиво пить отказывалась.
– Не люблю пиво.

Адам хмыкнул и тоже заказал себе текилу.

– Как там Эйприл? – я залпом выпила одну из принесенных стопок – их было пять – и откусила кусочек лайма.

Каким бы подонком ни был Адам, он и его сестра – мои единственные знакомые в городе. Пару дней можно снова пожить у них. Я буду использовать Адама? Ха, это меньшее, что он может сделать для меня. И то, что благодаря его предательству я познакомилась со Стивеном... не будем вспоминать.

– Она чуть не убила меня, когда узнала, что ты ушла, – Адам рассмеялся и выпил одну из стопок. – Да я и сам, когда протрезвел, понял, что натворил...

– Едем к тебе, – бесцеремонно заявила я, прикончив еще три кисловато-горькие стопки. Алкоголь давал о себе знать. Я пьяно усмехнулась. Правда единственное, что мне сейчас хотелось – упасть на диван и заснуть.

– Хорошая идея, – Адам осушил оставшиеся стопки текилы и кинул на стол пару купюр.

Он встал и повел меня домой, иногда опуская руку с талии и лапая ниже поясницы. Если честно, сейчас мне было абсолютно плевать, пусть только даст мне ночлег, а утром я придумаю, что делать.

В квартире Адама ничего не изменилось, только вещей Эйприл не хватало. Алкоголь отключил инстинкт самосохранения, но краешком сознания я надеялась, что Эйприл дома, поэтому со мной ничего не случится. Но ее не было, и холодок прошелся по позвоночнику.

– Где твоя сестра?

– Она от меня… ик… съехала, – с трудом держась на ногах, сказал Адам. – А на кой черт она тебе нужна? Ты же ко мне пришла.

– Да, но… – я внимательно посмотрела в его лицо – обычно бледное, оно раскраснелось. Кажется, я постепенно трезвею, и идея остаться с бывшим наедине больше не кажется мне забавной. – Адам, я не хочу спать с тобой. Я думала, ты изменился и хочешь искупить вину передо мной, а не...

В ответ Адам лишь рассмеялся. Щелкнул дверной замок.

До меня только сейчас дошел весь ужас происходящего: Адам никогда не умел пить, а когда выпивал, терял контроль. Эйприл же говорила мне... И ведь Адам всегда хотел лишь переспать со мной, я иммигрантка, которая должна отплатить ему за ухаживания и проживание... «Я тратил на тебя время и деньги, а ты ломалась, грязная иммигрантка!».

– О чем задумалась? – Адам скользнул губами по моей шее и резко потащил за руку в сторону спальни. От запаха перегара затошнило, страх заковал легкие. – Пора тебе искупить вину.

Грубый толчок. Я споткнулась и упала на кровать. Адам навалился сверху. Пыталась вырваться, но бесполезно. Двадцатидвухлетний мужчина и так сильнее меня, да я еще и едва могу двигаться из-за алкоголя и паники. Руки не слушались, он, будто кукловод, делал со мной, что хотел. Властно целовал, одновременно стягивая куртку. Через секунду она полетела в угол, к шкафу, а мои плечи обдало холодом. Захлебываясь слезами, я пыталась что-то говорить, уворачивалась от его поцелуев, дрожала от прикосновений. Противно, страшно, больно. В голове мелькнула мысль – надо было надеть джинсы. Его руки спускались ниже, попутно разрывая ткань платья. Пальцы лезли в трусики, а мои попытки стиснуть ноги тут же получали реакцию – удары по бедрам.

– Адам... – умоляла я. Как мне хотелось снова оказаться на улице, а еще больше дома у Стивена.

– Ари, – прохрипел Адам, передразнив мой жалостливый тон. – Ну, ты давно уже не маленькая. Хватит играть со мной! Спровоцировала, а теперь ломаешься.

– Нет, пожалуйста... Прости меня, я ошиблась, я не хочу...

– Видел я фотографии тебя с тем звездным ублюдком! – заорал Адам, наотмашь ударив меня по щеке и спихнув с кровати. Я, дрожа всем телом, отползла к стене, прижимая руку к горящей щеке. – Ты спишь с ним, Ари?! Конечно, спишь! Он же популярный! Богатый и знаменитый! Куда мне до него!

Адам схватил с тумбочки вазу и со всей силы швырнул ее в меня. Та разбилась о шкаф в паре сантиметров от моей головы. Страх мешал дышать. Слезы текли по щекам и губам, размывая комнату. Я задыхалась и что-то шептала о прощении. Паника сковала тело. Даже смерть не казалась мне сейчас страшной. Только бы все скорее закончилось. И в сотый раз я спрашивала себя, навзрыд плача: зачем я пошла сюда, почему не осталась с любимым, со Стивеном...

Адам грубо одернул меня, словно я была тряпичной куклой. В ушах шумело.

– Насколько он старше тебя?! На десять лет? На двадцать?!

– Мы…

Слова застряли в горле, я кашляла, ревела. Темная комната, в которой виден лишь силуэт насильника, с каждой минутой становилась все чернее, засасывала меня в бездну. Я теряла сознание. Слабела с каждой секундой. Как вспышки – то комната, то темнота. Напротив я видела искаженное яростью лицо Адама, когда на него изредка падал лунный свет. Он убьет меня. Убьет.

– Дрянь! – выплюнул Адам, со всей силы толкая.

Ударившись головой о дверцу шкафа, я осела на пол. Минуту царила оглушающая тишина. Я больше не плакала, не кричала, не умоляла. Собрать всю волю в кулак. Вырваться. Спастись. Ты сильная, Ари. Ты сможешь. Не должно все закончиться вот так.

Рядом с собой я увидела обломки вазы. Недолго думая, проткнула острым осколком ногу парня. Адам хрипло закричал. В полумраке, изнемогая от сильной боли, он пытался найти меня, громко ругаясь, обещая убить. И я верила. С трудом двигаясь, стирая в кровь голые колени, я нащупала мобильник, выпавший из моей куртки, и отползла к дальней стене. Пальцы не слушались, все в крови, они скользили по кнопкам, оставляя густые следы. Мысль звонить в службу спасения сразу отпала. Я была уверена, что не успею им все объяснить – умру раньше. В записной книжке один номер. Самый нужный. Тот, на который сразу хотела позвонить, а пальцы машинально нажали кнопку вызова. Тот, кто знает, где меня искать.

Гудок. Длинный, протяжный гудок. Щурясь, я не могла понять, что у Адама в руке – будильник? лампа? нож?

– Возьми трубку... Стивен, пожалуйста, возьми трубку!

– Алло?»

1.6


Я увидел твое лицо сквозь ночь,
Мы были совсем не в том месте,
Но это было идеальное время.
В этой темной комнате ты провела меня к свету.
Мы были совсем не в том месте,
Но это было идеальное время.
(с) Hurts – Perfect timing


«Непередаваемое ощущение – части сознания воюют друг с другом. Хорошо, что Стив вернул меня. Плохо, что наше совместное будущее по-прежнему шатко, едва возможно.

Я очнулась в таком же положении, в каком уснула днем ранее. Встреча с Адамом казалась мерзким ночным кошмаром. Будто не было всего этого: Стивен не напивался, не говорил, что влюбленностью в меня уничтожает свое будущее, и не признавался мне в любви... я не уходила, поэтому не было перекошенного от гнева лица Адама, не было и страха. Я оказалась не в больнице, а в квартире Стивена Рэтбоуна, и тщетно пыталась вспомнить, что случилось после звонка ему. Удар. Темнота. И глаза. Его прекрасные зеленые глаза! Казалось, я видела их тогда впервые. Они стали для меня проводником, освещали тьму, чуть не поглотившую меня.

– Как ты?

Стивен застыл на пороге спальни, подперев плечом дверной косяк. Он только что посетил душ: капли воды медленно стекали с его волос, оставляя на обнаженной груди сверкающие дорожки и разбиваясь о края полотенца. В комнате витал аромат малины, корицы и терпкого мужского одеколона. Прокашлявшись, Стивен медленно подошел к кровати.

– Ари...

Я отчего-то испугалась и неосознанно отстранилась. По рукам бежали неприятные мурашки-воспоминания. Кошмар не был сном. Синяки от грубых пальцев – немые свидетели.

– Ари?

– Да? – приглушенно отозвалась, не узнав свой голос, и стерла капли воды со щек Стива, на их место тут же упали новые. – Что с Адамом?

– Жив, – односложно ответил Стивен. – Твое состояние заботит меня куда больше.

– Думала, будет хуже, – честно ответила я. Меня волновало самочувствие Адама потому, что во всем была виновата только я: если бы я вспомнила о неумении бывшего пить и не поддалась легкомысленному желанию пойти к нему домой, никто бы не пострадал. – Кажется, он ударил меня будильником, – задумчиво сказала я и машинально потерла голову. – Но, похоже, обошлось.

– Да, обошлось, – глухо повторил Рэтбоун.

Я протянула к Стивену ладонь, непрерывно глядя ему в глаза: неприятные воспоминания, будто ночные чудовища, пряталась в страхе под кровать от света – его зеленых глаз. Спасение. Стив нежно, с облегчением, улыбнулся, когда моя рука достигла его щеки. В следующую секунду он крепко обнимал меня. По телу пробежались приятные мурашки. Позади, все позади.

Но часть меня все еще находилась в квартире Адама и помнила о несостоявшемся по счастливой случайности изнасиловании. Эта часть эгоистично понимала, что Стивен чувствует себя виновным за произошедшее. И теперь я могу, лишь только постоянно напоминая: «меня чуть не изнасиловали, если бы ты меня не отпустил, я была бы в порядке, а так, меня чуть не изнасиловали», оставаться рядом с ним. Но чего стоит такая "любовь"? Я никогда не хотела, чтобы он любил меня из жалости. Это страшно. Манипуляции не несут радости, как и фальшивые чувства. Поэтому я сказала то, что должна была сказать:

– Спасибо, Стивен. Правда, я почти ничего не помню. Была слишком пьяна и напугана. Мы пили в баре, потом Адам позвал меня домой, и, кажется, начал толкать, да? Я помню, звонила тебе, потому что он не рассчитал силу и ударил меня о дверцу шкафа... Так?

Рэтбоун хмурился пару секунд и недоверчиво изучал мое лицо. Я попыталась воссоздать самое невинное и неосведомленное выражение.

– Все было так, как ты сказала, – согласился Стивен.

И он прильнул ко мне, крепко обнимая и целуя в губы, шею, ключицу. От его действий я невольно улыбнулась. Плохой из тебя актер, Стивен Рэтбоун. Чувствую, как дрожат всегда ледяные пальцы, а дыхание похоже на штормовой ветер.

– Не надо было тебе уходить. Никогда больше так не делай.

Я чувствовала его горячее дыхание, слышала стук сердца, видела нежность в глазах. Но Стивен не пошел дальше. Меня чуть не изнасиловали, и мы оба это знали.

– Очень хочу, чтобы твои слова о любви оказались правдой.

– Это правда, – легко ответил Стив. – Отдохни немного, я сделаю тебе чай.

В хрипловатом голосе столько заботы, искренности, любви, что я больше не хотела забивать свою голову сомнениями. Оставшись к комнате одна, я откинулась на постель и только сейчас заметила, что лежу в нижнем белье, прикрыта шелковыми простынями алого цвета. Выгляжу я, вероятно, странно: заспанная, немного испуганная, но счастливая.

В комнате темно, шторы на окнах плотно завешаны. Чтобы понять, какой сейчас час, я, закутавшись в приятно щекочущие тело простыни, подошла к огромному окну. Резким движением распахнула шторы и замерла в немом восхищении. Волшебно. Я жила в Сан-Диего около двух недель, но никогда не замечала всей красоты города: тысяча разноцветных огней на верхушках зданий, сверкающая фарами машин автострада, вдалеке яхты, пристань, я словно оказалась в голливудском фильме и исполняла роль главной героини. Сказка.

– Красиво, правда?

Одетый Стивен вернулся в комнату. Присел рядом, поставил на тумбочку кружку с земляничным чаем и осторожно провел пальцами по моей спине. Я судорожно вздохнула. В животе бабочки.

– Ты точно в порядке? В больнице сказали – ушиб и легкое сотрясение мозга, – Стив помолчал, растолковав мои раскрасневшиеся щеки и сбитый пульс совсем иначе, потом серьезно добавил: – Тебе повезло... И мне разрешили забрать тебя домой. Теперь я сомневаюсь, правильно ли поступил.

– Я была в больнице?

Перед глазами резкие вспышки: больничные халаты, крик Стивена, яркий свет, автомобиль... Джерада?

– Разумеется, была, – Стив невесело улыбнулся. – После ты проспала часов семь, но все обошлось. Папарацци свято верили, что я на закрытой вечеринке в Лас-Вегасе. Спасибо Шону. Никто даже не заметил нас.

– А как мы попали в больницу? Помню, ты был не совсем трезв.

Единственное, что я всплывало в памяти: зеленые глаза и тошнотворный запах спиртного. Ненавижу этот кисловатый аромат.

– Джерад помог, – вот оно что... Имя друга прозвучало на удивление сухо. – Он уехал сразу, как мы оказались у здания больницы. Назад ехали на такси.

– Вы поссорились?

– Нет.

– Ладно, – тихо отозвалась я, сконфуженная своим любопытством, и, перекинув волосы назад, серьезно уставилась на Стивена. – Что ж, вернемся к тому, на чем мы, собственно, остановились.

– Ты снова хочешь уйти?

– Не хочу, – я облизала пересохшие губы. – Объясни, как мы собираемся жить дальше.

– Также, – Стивен дернул плечами. – Все будет хорошо.

– Как ты это представляешь? – голос звучал жалко. – До окончания контракта делать вид, что мы просто знакомые? Целый год мой "дядя" будет неизвестно где, а я буду с тобой? У нас нет будущего...
Я прикрыла глаза, чтобы Стив не видел моего отчаянья. На что я надеялась, когда ехала сюда? Да, я хотела быть со Стивеном Рэтбоуном, но я и подумать не могла, что такое действительно возможно. Мой план завершался на концентре, далее – импровизация.

Стивен хотел возразить, но я, вцепившись в его руку, покачала головой. Слезы хлынули из глаз, и, чтобы сдержать их, я чуть ли не до крови прикусила щеку. Стив прижал меня к себе, гладя по спутанным волосам, и начал что-то шептать на ухо. Я ничего не понимала, всхлипывая, обнимала Стива, боясь, что все исчезнет. ОН исчезнет.

– Тяжело, – прошептала я, уткнувшись ему в грудь.

– Знаю, – он резко разжал объятья, подошел к окну и закурил. – Но, черт побери, давай разойдемся, раз ты этого хочешь. Тебе проще сбежать. Да, Ари? – от неожиданной смены его тона, я прекратила плакать. – Ах, да, ты уже делала так! Легкомысленно и безумно ты бросила все и приехала сюда! Ну? Стало легче? – Стивен тяжело дышал, срываясь на крик. В короткий миг он переменился в лице и поведении – вспыльчивый. От шока я не могла вымолвить ни слова. – Нет, не отвечай. Стало, вижу! Ты нашла мужчину своей мечты, – он фыркнул, произнеся эти слова. – Может, если ты уедешь, к примеру, в Париж или Берлин, то и там найдешь мужчину своей второй мечты? А позже и третьей?

Стивен кричал, а я молча смотрела на него и с ужасом осознавала, что он прав. Каждое слово точно в цель. Я хочу сбежать, но теперь сбежать от человека, ради которого я все затеяла. Любая на моем месте была бы счастлива хотя бы тому, что Стивен Рэтбоун позволил ей пожить у него пару дней, теперь говорит о любви, а я…

– Ну что скажешь, Ари? Куда теперь направишься? – язвил Стивен.

– Никуда, – прошептала я. – Останусь с тобой.

На его лице недоумение, а через секунду легкая улыбка. Стив подошел и, наклонившись, поцеловал меня, доказывая, что никуда отпускать не собирается. О большем я и не просила. Когда-нибудь я привыкну к мысли, что он мой. Когда-нибудь».

«Посиделки ночью на кухне стали традицией. Каждый вечер под шум улиц сидим в темноте и разговариваем ни о чем, дурачимся, иногда молчим.

Кроме того, что я живу у Стивена, папарацци больше ничего не удалось вынюхать. Многие его поклонницы относились ко мне враждебно, несмотря на отсутствие фактов, но я не обижалась – сама бы вела себя также, узнав, что некая девчонка проживает с ним в одном доме. Ревность.

Бен поправился, и мы уехали в Лос-Анджелес. Как-то спонтанно Стив предложил, а я, себя не помня от счастья, только смотрела на него и кивала. Рэтбоун расценил мой ответ как согласие. Поверить не могу, еще месяц назад у меня были мечты, а теперь они реальны. Я ничего не планирую и боюсь думать о будущем. Виза медленно истекает».

«Стивен показывал мне достопримечательности города. Я впервые в жизни побывала на «Аллее славы» и в других красивых и знаменитых местах Лос-Анджелеса. Дух Голливуда вскружил голову. И тот факт, что я совершаю эту мини-экскурсию с самым желанным мужчиной на свете, делал меня по-настоящему счастливой. Мы возвращались домой поздней ночью. Неслись на черном «Nissan Teana» Стивена под огни ночного города и зажигательную музыку из магнитолы. Я прилипла к открытому окну, разглядывая город и позволяя волосам свободно развиваться и лезть мне в лицо. Стивен громко подпевал, заставляя меня смеяться. «Город Ангелов», я бы назвала тебя «Город Мечты».

Стивен остановился у многоэтажного дома – здесь его квартира тоже на двадцать девятом этаже. Я хотела выйти из машины, но Стив не позволил: прижав к сидению, целовал в шею. Его привычно-холодные руки бродили по моей талии, спускаясь все ниже.

– Эй, нас могут увидеть.

– Тебя это волнует? – От его сладкого хрипа мой пульс подскочил.

– Вдруг опять придется тащить тебя пьяного до машины, – ответила я, не в силах убрать ладонь с массивной пряжки его ремня. Наверняка сидение подо мной уже испачкано.

– М-да, – протянул Рэтбоун. – Тогда альтернатива.

Прежде чем я успела что-либо понять, Стивен вывернул руль и помчался прочь от дома в неизвестном мне направлении. Спустя пару минут он затормозил на пустыре недалеко от города. Уединенно и тихо. Мурашки бежали по позвоночнику.

– Нам здесь никто не помешает, – горячий шепот; длинные пальцы Рэтбоуна крутанули колесико магнитолы на максимум, заглушая стон, сорвавшийся с моих приоткрытых губ.

Вот так сходят с ума.

Стивен притянул меня на свои колени и начал жадно изучать руками мое разгоряченное тело. Невыносимое желание, страсть, перехватывает дух. Целовала губы Стивена, пока он забирался ледяными пальцами мне под майку. Пыталась снять с него рубашку – руки дрожали от нетерпения, не слушались. Музыка рвала барабанные перепонки, капли пота стекали по моей пояснице, волосы прилипли к спине; я нетерпеливо избавлялась от одежды, ненасытно ловя губами воздух меж страстными поцелуями. Безумие. Прежде чем Стивен успел что-либо понять, я надела его шляпу и расстегнула ремень.

– Тебе идет, – сквозь поцелуй засмеялся он, помогая мне снять с него рубашку.

Я хихикнула, нетерпеливо сдергивая ненужную ткань – свою майку. Как жарко! Мои руки скользили по обнаженному торсу Стива, спускались ниже. Ремень, ширинка, джинсы. Вздохи становились прерывистыми, стоны протяжными. Дышать трудно. Кислорода катастрофически не хватает. Стивен нащупал ручку двери и, не отрываясь от поцелуя, распахнул ее. Приятный свежий воздух прошелся по телам. Музыка, как и страсть, вырвалась наружу. Через несколько секунд мы оказались на заднем сидении. Кожаная обивка прохладная – для двух разгоряченных тел кайф. Сладко улыбнувшись, я прижала Стива. Он, привыкший всегда руководить процессом, был слегка удивлен, но не скажу, что неприятно – скорее напротив. Провела руками по своему телу, поддразнивая. В любой другой момент я бы смутилась, не ожидая от себя такого, но, наблюдая за жадным взглядом, кажется абсурдным останавливаться. Наклонилась к его груди и провела по ней языком. Возможно, показалось, но я услышала, как блаженно Стивен замурчал. Резким движением руки он сорвал с меня лиф. Никогда не привыкну к его холодным рукам. Мягкий стон вырвался из моей груди и подействовал на Стивена магнетически. Он чудом не порвал на мне джинсовые шорты, стаскивая их. Покусывая кожу, мужчина возносил меня на вершину блаженства. Снова и снова. Дикий огонь в груди, приятная тяжесть внизу живота. Тут никакого алкоголя не нужно. Я и так пьяна – страстью».

«Утром следующего дня «Nissan Teana» все-таки оказался у дома Стивена. Я чувствовала себя хорошо, бесконечно счастливой. А если не вспоминать о визе и контракте...
Стивен повернул ключ, толкнул дверь, и мы прошли в квартиру. Убрано, как всегда пахнет корицей, яблоками, дорогим мужским парфюмом и сигаретным дымом. Проветривай, не проветривай, дым останется, словно впитан в стены. Я с жадностью вдохнула прекрасное сочетание запахов. Этакий аромат-ассоциация. С ним связывают определенное время, место, человека, событие. И помнят до смерти.

Закрываю глаза, вижу его милую, слегка кривоватую улыбку – уголки губ вздернуты, левый чуть выше – и готова на все. Вдыхаю глубже и смотрю в глаза: зеленые, будто кошачьи. Еще вдох и одна его бровь медленно ползет вверх. Так умеет только он – сводить с ума. На несколько секунд я впала в нирвану. Стояла, облокотившись о дверной проем, и глупо улыбалась. Вашему вниманию представляется дар богов – «Аромат Стивена Рэтбоуна». Милые дамы, будьте осторожны, чрезмерное употребление вредит здоровью; в данном случае – психологическому. Будете стоять, как я, забыв о том, кто вы, что делали секунду до этого, зачем делали. Отключается разум. Только вы и харизма во флаконе. Спешите, уже на полках магазинов.

– Ты в порядке? – бархатный, слегка встревоженный голос вывел меня из раздумий.

Я лениво приоткрыла глаза.

Ох, только что из душа. Взлохмачивает полотенцем волосы, улыбается одним уголком губ. Брови вздернуты, глаза прищурены...

– Да. Вдыхаю запах счастья».

«Все было не так безоблачно, как хотелось бы. Обстоятельства давили. Дни моей визы похожи на дни моей жизни. Не представляю, что буду делать, когда она закончится. И не представляю, что делать сейчас. Дабы обойти контракт мы придумали (ладно, Стив придумал), что я – племянница его давнего друга, приехала из Германии (ах, родина) поглядеть на солнечную Калифорнию. Значит, я должна буду уехать. К превеликому сожалению, вовсе не в Германию.

Пару раз Стивен заводил разговор о том, что мне стоит подумать о своем будущем, я молода и умна, передо мной открыты все двери. Также он спрашивал, что мне интересно, на кого бы я хотела пойти учиться. Я пожимала плечами, он ведь все равно не устроит меня куда-то здесь нелегально. Даже с хорошими гонорарами пойти против закона практически невозможно. А он не доверяет мне настолько, чтобы нарушить закон, я понимала это. Но ничего не могла предпринять. И времени у него совсем нет – нужно строить карьеру, а не прожигать жизнь с беглянкой. Примерно через три месяца я должна улететь в Москву. Но я по-прежнему ослеплена чувствами, ничего не хотела слушать. Боялась думать о завтрашнем дне. Стивен, вероятно, тоже боялся».


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/304-37810-1
Категория: Свободное творчество | Добавил: Julia_Romantic (08.06.2018)
Просмотров: 118 | Комментарии: 5


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 5
0
5 ValenTyna   (12.06.2018 13:07)
Благодарю за новую главу! wink

0
2 terica   (10.06.2018 16:20)
Странная Ари...или просто неудачница - вроде с благими намерениями не портить Стивену будущее, ушла от него ( он и ни держал), связалась с Адамом, позвала Стивена на помощь...и снова оказалась у него. А дальше?, отсутствие будущего, неблагоприятные обстоятельства..., и в каком качестве она живет у Стивена...
А вот парню я сочувствую...
Большое спасибо за продолжение.

0
4 Julia_Romantic   (10.06.2018 17:15)
спасибо за отзыв!) Ари не видит иного для себя выхода - домой она возвращаться не хочет до такой степени, что готова унижаться и портить всем вокруг жизнь) а насчет стивена, он и сам не слишком решителен, об этом будет скоро в части о нем.

0
1 робокашка   (09.06.2018 09:56)
у Ари тяжелое сотрясение мозга с рождения cool

0
3 Julia_Romantic   (10.06.2018 17:13)
зачем так жестоко) надеюсь, ари все таки будет вызвать у вас симпатию. я думаю, стоит сделать скидку на возраст. скажу, что у ари есть причины не любить свой родной дом. а в силу подросткового склада ума)) она думает, что любовь все преодолеет. может, часть от стивена как-то изменит ыаше мнение. она скоро!) благодарю за отзыв.

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями