Et si tu n'existais pas,
Dis-moi pour qui j'existerais?
Des passantes endormies dans mes bras
Que je n'aimerais jamais.¹


Он прорисовывает ее образ, картину полную светлых тонов, среди множества темных рисунков. Бережно, тщательно, мазок за мазком, воссоздавая ее из воспоминаний. Странно, как ни силился, как ни пытался забыться с той девчонкой, он не мог прогнать ее образ, злясь на себя самого за эту манию, начавшую обращаться безумством.

Тихий стук некстати отрывает от работы и, мысленно чертыхнувшись, Клаус направляется к двери.

- Что, волчица, не смогла вытерпеть и… - он застывает, увидев стоящую на пороге.

Ее волосы, обычно так тщательно уложенные, сейчас неряшливыми прядями лежат на плечах, одежда испачкана и кое-где разорвана, девушка мелко дрожит, обнимая себя руками, будто пытаясь согреться, будто умирая от холода, веющего изнутри.

- Кэролайн… - он выдыхает ее имя, не веря в то, что перед ним не мираж.

- Можно? – почти неслышно спрашивает она, и мужчина, отстранившись, пропускает девушку вовнутрь.

Неуверенно переступив порог, Кэролайн бредет к гостиной, Клаус следует за ней, подавив в себе желание, прижать к себе трясущуюся девочку.

- А у тебя здесь все изменилось, - ровным голосом замечает она, - и правильно, что сделал перестановку.

- Кэролайн, ты пьяна?

Она переводит на него свои нежно-голубые, невинные глаза, в которых, как в открытой книге, читается боль, столько боли, что щемит сердце.

- Совсем чуть-чуть, - она отводит взгляд. – О, ты решил повесить здесь эту картину. Так мило.

В мгновение ока он оказался рядом с ней, сжав в пальцах хрупкие плечи, и почувствовав резкий запах виски, понимает, насколько она действительно пьяна.

- Что случилось?

Она опускает глаза, приоткрывая дрожащие губы, силясь что-то сказать, но только горько выдыхает.

- Елена пыталась меня убить, - спустя несколько мучительно долгих секунд вдруг выпаливает Кэролайн, снова на него глядя.

Клаус сам того не сознавая крепче стискивает ее плечи, стараясь подавить внутри безотчетный гнев.

- Что ты сказала?

Теперь он чувствует дрожь и в собственных лежащих на ее плечах ладонях, на мгновение представив, что двойнику удалось задуманное.

- Я говорю это не потому, что хочу твоего гнева, - ровно отвечает она. – Просто… только ты… - Кэролайн бессильно вздыхает, запутавшись в собственных мыслях. – Она столько пережила, ей тяжело, так тяжело, что я просто не имею права злиться на нее, нужно быть выше, сильнее этого. Но я злюсь, - она резко вскидывает на него вспыхнувшие глаза, а в голосе звенит волнение. – Я злюсь, Клаус, я ненавижу то, что она причинила боль моей матери. И ненавижу себя за это. За то, что чувствую себя всеми брошенной, когда о себе вообще не следует думать.

В один момент стены пьяного равнодушия рушатся. Она плачет, так горько и навзрыд, так искренне, как плачут, наверное, только дети, и люди, вмиг потерявшие самое дорогое, зная, что это уже никогда не вернуть. Кэролайн переворачивает своими слезами что-то глубоко в его душе, заставляя его ненавидеть себя за эту слабость, за искренние, глупые попытки стереть ее образ, замазать его ласками других женщин, ненавидя их за то, что они – не Кэролайн. И, переборов в себе трепет перед этой женщиной, одним рывком Клаус притягивает ее к себе. Вопреки ожиданиям, она не отталкивает, она доверчиво прижимается к его груди, уткнувшись лицом в плечо.

- Завтра мне будет так стыдно… Ты говорил, что мы похожи, но я не хочу, понимаешь, не хочу, я боюсь… - сбивающимся голосом шепчет она в ткань его рубашки. – Так уже было с Деймоном… Ужасно. И я боюсь, я же останусь совсем одна… - Клаус успокаивающе гладит ее по волосам, притягивая к себе ближе, стараясь унять ее дрожь. – Даже Стефан меня не поймет, а потом и ты… просто надоем, я всем надоедаю… я не…

- Ты никогда не сможешь мне надоесть, - искренне отвечает Клаус, выловив фразу из потока неразборчивых слов. – Если бы у меня была ты…

- Тебе сейчас так кажется, - легко обрывает его Кэролайн.

Он усмехается от этих слов. Глупая девочка.

Походят долгие минуты, и ее бессвязный, тихий шепот утихает, утихает и дрожь, Кэролайн, наконец, успокаивается в его руках, глубоко дыша, вдыхая терпкий запах его тела.

- Тебе нужно поспать, - ласково шепчет Клаус ослабевшей девушке.

Она сонно что-то бормочет в ответ, будя в его сердце совсем незнакомое чувство, и Клаус подхватывает ее на руки, собираясь отнести в спальню, но, вспомнив произошедшее там сегодня, кладет обессилившую девушку на диван в гостиной. Укутавшись пледом, Кэролайн закрывает глаза, но в полудреме нащупав еще холодными пальцами его ладонь, прижимает ее к щеке.

- Останься.

- Я буду здесь. Спи.



Автор: Evely

---

¹И, если б не было тебя,
Скажи, для кого тогда б я жил...
Ради прохожих (женщин) засыпавших в моих руках,
Которых бы никогда не полюбил?

---