Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1655]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2495]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [22]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4718]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2369]
Все люди [14963]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14215]
Альтернатива [8964]
СЛЭШ и НЦ [8773]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4335]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей августа
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (16-30 сентября)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Любовь началась со стакана воды
Вот оно счастье! А началось все осенним вечером со стакана воды в переполненном кафе.

Любовь понарошку
В Голливуде много известных пар. Половина этих романов – фикция. Вот и Белла по настоянию своего агента понарошку встречается с «плохим мальчиком» Голливуда Эдвардом Калленом. Она пойдет на многое ради своей группы и своей музыки.

Каждому своё
Юношеская любовь. Что может быть слаще и милей? Но если нежные чувства будут приправлены горечью измены и лжи, то станет ли привязанность роковой ошибкой? Обман иногда тоже приносит немного удовольствия. Куда же заводят подобные отношения? На грани между жизнью и смертью ты понимаешь, что уже всё равно. Лишь бы смотреть в любимые глаза, положившись на собственное сердце…

Под надгробными плитами
Если бы наши истории заканчивались хорошо, мы все лежали бы сейчас под могильными плитами.

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Задай вопрос специалисту
Авторы! Если по ходу сюжета у вас возникает вопрос, а специалиста, способного дать консультацию, нет среди знакомых, вы всегда можете обратиться в тему, где вам помогут профессионалы!
Профессионалы и специалисты всех профессий, нужна ваша помощь, авторы ждут ответов на вопросы!

Такая разная Dramione
Сборник мини-переводов о Драко и Гермионе: собрание забавных и романтичных, нелепых и сказочных, трогательных и животрепещущих приключений самой неоднозначной пары фандома.
В переводе от Shantanel

Immortality
Ему казалось, что уходя, он дарит ей жизнь. Но что, если Эдвард ошибся? Что, если в жизни Беллы всё было предопределено? Что, если бессмертие - её судьба?



А вы знаете?

...что в ЭТОЙ теме можете или найти соавтора, или сами стать соавтором?



... что попросить о повторной активации главы, закреплении шапки или переносе темы фанфика в раздел "Завершенные" можно в ЭТОЙ теме?




Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Мой Клуб - это...
1. Робстен
2. team Эдвард
3. Другое
4. team Элис
5. team Джаспер
6. team Джейк
7. team Эммет
8. team Роб
9. team Кристен
10. team Тэйлор
11. team Белла
12. team Роуз
13. антиРобстен
14. team антиРоб
15. антиТэйлор
Всего ответов: 8878
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Мини-фанфики

Ночь темнее всего перед рассветом

2018-10-23
21
0





Что может испугать вампира? Заставить дрожать всем телом, почти теряя сознание от ужаса? Ответ прост: мы боимся того, что переносим из старой жизни. Той, где были людьми. Ведь проходя через перерождение, мы сохраняем старые страхи, еще больше усилив их…

Первые годы нового существования я не знал страха. Время незаметно утекало из-под рук год за годом, и каждую минуту я посвящал величайшему для каждого вампира божеству – жажде. Прекрасная и смертоносная богиня представала передо мной в трех лицах, и открывались они постепенно, словно маски спадали с лица.

Сначала, сразу после обращения, главенствовала жажда крови. Властная, не терпящая возражений. Диктующая образ жизни и направление мыслей, не допускающая малейшего своеволия. Я поклонялся ей с истовостью, свойственной любому неофиту, сначала стремясь задобрить свою владычицу количеством принесенных жертв, но постепенно количество перешло в качество: я стал более разборчив. У каждого вампира свои пристрастия. Кому-то важен возраст жертвы, кому-то – её пол. Я же всегда выбирал по особому, сладко-горькому оттенку эмоций, свидетельствующему, как я понял много позже, о сложном отношении человека с жизнью. Далеко не всегда конфликт был неразрешимым, однако самоубийцы в мои руки попадали нередко. Смею надеяться, что смерть, подаренная мной, была куда приятнее для них, чем, например, под колесами повозки или в ледяной воде.

Постепенно первая ипостась слегка побледнела, и на главный план вышла иная жажда: во мне проснулась страсть, даже похоть. То были годы властвования надо мной Марии, именно она смогла дать необходимое в полной мере. Нетти и Люси успели нас покинуть, новорожденные, составляющее наше войско, думали лишь о крови, редко доживая до иных мыслей, люди же были слишком хрупки, чтобы залить пожар плотских желаний, пробудившийся в моем теле. Зато Мария оказалась идеальной партнершей. Она могла и хотела помочь, сама в том нуждаясь не меньше меня. Первый наш раз запомнился надолго: в том соитии не было нежности и каких-либо чувств, речь не шла даже о малейшей прелюдии. Создательница застала меня в момент осознания остроты новой потребности, и для меня не составило труда ощутить её согласие без единого произнесенного слова. Вскоре одежда клочьями повисла на наших телах, и я брал Марию так, как изголодавшиеся по женскому телу матросы, пробывшие несколько месяцев в море, берут разнузданную проститутку в оживленном порту, заботясь лишь о личном удовольствии и только. Если бы мы не были бессмертными вампирами, мои руки оставили бы синяки на белых бёдрах, животе и округлой груди, а её ногти, без сомнения, расцарапали бы мою спину в кровь: моя партнерша ни на йоту не уступала мне в силе страсти. Поцелуи походили на злые укусы, объятия – на судороги. Старое здание, давшее нам приют, грозило обрушиться на головы от ударов о пол и стены тел, стоны и крики раздавались далеко окрест. Почти сутки мы не отходили друг от друга, пока не достигли хотя бы тени удовлетворения. С тех пор и эта жажда вечно пребывала со мной, никогда не оставляя в покое до конца.

Если первых два образа богини мне удалось познать относительно скоро, то третий облик на долгое время оставался скрыт и, явившись мне, внес весомые перемены в размеренное существование, которое продолжалось почти сотню лет. Конечно, подспудно я понимал, что чего-то не хватает. Эмоциональный голод не могли утолить капли, перепадающие мне во время поиска жертв, как и ограниченный спектр чувств, свойственный моему обычному окружению, не исключая Марию. Разум был настолько наполнен кровью и сексом, что я годами умудрялся не замечать, сколь скудным набором эмоций довольствовалась моя создательница. От молодых вампиров, недавно себя осознавших, её отличало лишь практически неодолимое стремление к власти, столь всепоглощающее, что оно заменяло иные желания и стремления. Для Марии именно власть оказалась третьей ипостасью богини жажды, тем идолом, на алтарь которого она готова была положить всё. В том числе и меня, о чем я долгое время не догадывался.

Прошло немало лет, прежде чем я разглядел истину, и то понадобилась помощь Питера и Шарлотты. Их взаимные чувства позволили мне увидеть полную картину мира, и это ощущение оказалось сродни глотку свежего горного воздуха после заточения в душном сыром подвале, сродни прохладному водопаду для путника, проведшего месяцы в пустыне под раскаленным солнцем. Третья ипостась богини наконец-то предстала передо мной: однажды узрев, какими могут быть настоящие чувства, я уже не мог довольствоваться меньшим, что закономерно привело к моему уходу от Марии.

В первые недели мне достаточно было находиться рядом с друзьями. Их искренность, расположение ко мне без тени корысти, благодарность за спасение долгое время питали меня, позволяя даже радоваться существованию в новом мире без войны и амбиций Марии. Однако по мере отрезвления я разглядел под ногами бездну, в которой жил страх, преследовавший меня в прошлой жизни. Впустив в себя что-либо помимо похоти и жажды крови, я пустил и его. Усиленного настолько же, насколько вампир сильнее человека.

***

Впервые отголосок любимого кошмара я увидел, когда мне было лет семь, на рисунке странного нищего, забредшего к нашему дому. Неизвестно как, но он прошел через поля и парк, никому на глаза не попавшись, и оказался в тенистом углу матушкиного сада, где я проводил много часов летом, к тому времени виртуозно научившись убегать от учителей и нянек и отлично прятаться.

Нищий производил неприятное впечатление: одетый в длинные лохмотья, давно утратившие изначальный цвет, с нахлобученной на самый лоб широкополой шляпой, он передвигался, нарочито прихрамывая на правую ногу и опираясь на суковатую палку, покрытую замысловатой резьбой. Под мышкой его были зажаты несколько картонных листов, а из карманов торчали карандаши. Не приметив сразу моего присутствия, он с тяжелым вздохом опустился под дерево, выбрал лист и принялся, похоже, рисовать. Любопытство меня подвело – впрочем, как нередко случалось, - и я подкрался ближе, тем самым давая возможность себя услышать, чем незнакомец и воспользовался тут же.

- Эй, малец, - окликнул он, близоруко щурясь на дневной свет, пусть солнце и было надежно спрятано за облаками. Глаза его имели странный светло-карий цвет, а взгляд отличался остротой. Казалось, он видел меня насквозь со всеми намерениями и желаниями, что порядком пугало. – Можешь подойти, я не кусаюсь.

Я приблизился и вгляделся. Действительно, на картоне грубыми штрихами были нарисованы картинки. Лица - от очень красивых до ужасных, достойных настоящих кошмаров, фигурки людей. Каждую часть листа занимала сцена, настолько талантливо нарисованная, что будто бы оживала под моим взглядом.

- У каждого человека своя жизнь, - усмехнулся мужчина, заметив мою реакцию на грязные тряпки, служившие ему одеждой. – И я могу это увидеть. Бог наделил способностью…

Кинув на меня быстрый взгляд, от которого по телу пробежала волна дрожи, он перевернул картон, закрыл глаза и принялся рисовать. Через несколько минут, которые я провел, непрерывно пялясь на длинные бледные пальцы, держащие карандаш, на листе проступили две фигуры – мужчины, от которого была видна лишь спина с разметавшимися по темной одежде светлыми прядями, и девушки. Короткие волосы, торчащие в разные стороны, тонкая изящная фигура, аккуратные черты лица – её облик я запомнил навсегда. Но моим личным ужасом стали огромные глаза незнакомки, казалось, заглядывающие в душу и обвиняющие меня в произошедшем с ней. Даже в том возрасте я осознал не слишком добрые намерения мужчины: его поза выглядела угрожающей, а девушка казалась испуганной. Пусть я не мог видеть его лица, твердо понимал: он несет девушке опасность, настолько живым казался набросок.

Через несколько секунд нищий очнулся, уставился на дело своих рук, а потом поднял на меня глаза, в которых промелькнуло нечто странное, похожее на жалость или сочувствие.

- Э, парень, - покачал он головой, - не шибко тебе везет, как я погляжу. Есть тонкая ниточка, но шансов… немного. Она вряд ли выживет, и тебе тогда придётся нелегко. А жаль. Ты мог бы далеко пойти, но один не справишься. Не ты…

Он не лгал – такие вещи я чуял с младенчества, - но искренне сожалел о том, что увидел. Безотчетно проникаясь безнадежностью, которая полностью овладела на тот момент художником, я, как это бывает с детьми, испугался не ситуации или слов – я мало что понял из сказанного, хоть и запомнил, как потом оказалось, накрепко, - но самого испуга. Настолько сильно, что закричал на весь сад. Через несколько минут меня нашли слуги, однако незнакомец к тому моменту исчез, забрав рисунки, а я толком рассказать что-либо был не в состоянии. Заходился плачем до самого вечера, успокоить меня домашним удалось с большим трудом.

Дети быстро забывают, и вскоре я перестал думать о странном художнике, переключившись на другие насущные дела. До момента, когда мне приснился сон настолько яркий, что перепутать с реальностью его ничего не стоило. Сон, который внезапно оживил увиденный мной рисунок.

Закрыв глаза, я оказался у старого, порядком пошарпанного дома, вокруг которого росли вековые вязы и дубы, плотно обхватывая ветками кровлю, пропуская совсем мало света. Побуревшие и пожелтевшие листья, жухлая трава и стылая сырость довершали безрадостную картину. И то была лишь видимая часть атмосферы. Только очутившись здесь, мне захотелось сразу оказаться максимально далеко, желательно – на другом конце света. Безнадежностью горчил даже воздух, и я невольно задержал дыхание - во сне это не составило труда.

Влекомый неведомым хозяином снов, руководившим моими действиями, я обогнул поросший мхом и лишайниками угол здания, держась в тени деревьев, и остановился, оказавшись под стеной с рядом окон, забранных железными ржавыми решетками. Заглядывать внутрь я не желал, догадываясь заранее, что ничего светлого и доброго не увижу. Хватало звуков: в прозрачном вечернем воздухе разносились хриплые стоны, бормотание, а временами и крики, моего обоняния достигал затхлый дух болезни, старости и близкой смерти.

Вдруг одна оконная рама громко стукнула о каменную кладку, распахнутая сильной рукой. Стекло задребезжало на грани слышимости, а в следующий момент наружу выбрался мужчина, в чьих руках безвольно повисло тело, закутанное в белую робу. Я не увидел его лица, углядел лишь светлые волосы, свисавшие до плеч, да белые руки.

Похититель двигался невероятно быстро, но во сне я легко последовал за ним. Гонка длилась недолго: через несколько минут неизвестный выбежал на поляну у шумного ручья глубоко в лесу и опустился на колени, по-прежнему сжимая в руках тело, ни разу не издавшее и звука. Я приблизился и чуть не заорал: я знал лицо этой девушки. Именно его я увидел впервые на рисунке нищего. Только теперь глаза были закрыты, губы сомкнуты, а голова безвольно свешивалась, открывая доступ к тонкой шее. Я аккуратно переместился, стараясь разглядеть мужчину. Я не осознавал, что сплю, потому старался двигаться тихо, чтобы максимально долго остаться незаметным. Похититель был смертельно опасен, я в этом ни капли не сомневался, но убегать я не мог и не хотел. Особенно теперь.

Незнакомец рукой провел по беззащитной коже, поднимая выше девичий подбородок, еле слышно что-то пробормотал, - я не сумел разобрать слов, но осознал поглотившее его удовольствие, - и наклонился. Тихий-тихий звук разрываемой кожи показался мне громче воя беснующейся бури. Девушка вздрогнула и открыла глаза – бездонные карие омуты, которые я хорошо запомнил по наброску нищего, наполненные болью и страданием. Меня с ног до головы окатило ощущением близкой смерти, страшная картина передо мной будто бы сузилась до размеров картонного листа, и, не удержавшись, я сдавленно вскрикнул. Незнакомец вздрогнул и поднял голову, сразу же безошибочно находя меня глазами. Алыми, цвета крови, стекающей по его подбородку и меняющей бело-серый цвет больничной робы на красный. Кроме них я не смог рассмотреть ничего, но они тянули меня вперед, как магическое зеркало, заставляющее падать в свою черную бездну. Я закричал опять - и проснулся, обливаясь потом. Вокруг меня стояли взволнованные родители и всполошенные слуги - мои вопли перебудили весь дом. Успокоиться мне удалось далеко не сразу. Лихорадка не отпускала меня, я метался между сном и явью, одновременно желая и боясь повторения, всю долгую ночь.

Этот сон приходил много раз, слегка видоизменяясь, но ни разу мне не удалось понять, что я сплю, хотя нередко испытывал чувство «дежавю». Со временем я выучил наизусть окрестности странного здания, знал, как будет действовать похититель, да и вмешиваться пытался не раз. Но всё заканчивалось неизменно: болью и ощущением близкой смерти в огромных карих глазах и каплями крови на белой тонкой шее. Мужчину же и вовсе никогда разглядеть не удавалось. Иногда чудилось, что там действовал не один злодей, а двое: даже цвет глаз его то был алее крови, то таким, как у нищего, светло-карим.

Обращение заставило меня на многие годы забыть о странном, преследующем годами ночном кошмаре. Однако то, что я не нуждался теперь во сне, не стало препятствием для возвращения ужаса, стоило мне отделиться от Марии и ощутить себя эмоционально целым. Мир и спокойствие севера, лишенного вечной войны вампиров за пропитание, стали для меня не спасением, а личной Голгофой.

Через несколько дней после ухода от Марии мне пришлось искать жертву, чтобы утолить жажду крови. Попалась молоденькая девушка. Её отличал тот самый горьковато-сладкий привкус эмоций, на который я был падок раньше и который теперь ощущал особенно остро, так что перед искушением устоять не смог. Она была явно не в себе: брела глухой ночью по дороге, босая, что-то тихо бормоча, представляя собой более чем доступную жертву, а я был слишком голоден, чтобы искать кого-то другого. Однако стоило приблизиться, вглядеться в глаза, привычно окутывая жертву спокойствием, - терпеть не мог ненужного сопротивления и неизменно следующей за ним боли, - и положить пальцы на девичью шею, как тут же в памяти всплыл и рисунок нищего, и навязчивый сон, виденный мной бессчетное количество раз. Знакомая наизусть сцена предстала передо мной с иного ракурса, ведь теперь роль похитителя выполнял я сам.

Рисунок и сны внезапно обрели иное значение. Пусть я отдавал себе отчет в том, что героиня моих кошмаров – не эта несчастная, чья горькая судьба привела её ко мне в руки, обуявший страх свершить непоправимую ошибку чуть не заставил меня отпустить жертву. Только мой внутренний демон, уже учуявший близкую добычу, вмешался, и вскоре в моих руках остался лишь обескровленный труп. А также осознание того, что в любой момент я сам могу загубить последнюю надежду, не удержав в узде жажду крови.

Некоторые детали смутного детского воспоминания о нищем намекали, что вампиром мог быть и он, и передо мной вставал вопрос, были ли рисунки просто рисунками, а слова – просто словами скучающего одинокого человека? Обретенный за столетие опыт заставлял в том сомневаться: я лучше многих знал, сколь разнообразны таланты вампиров, почему не обнаружиться среди них способности видеть будущее, пусть и в такой форме? А если так, то я сам могу в любой момент убить ту, которая могла стать спасением?.. Недаром же я зачастую мысленно представлял свое лицо на месте красноглазого незнакомца. Даже подумать о таком было страшно.

Эпизод оказал на меня сильное воздействие. Я стал охотиться только на мужчин, неосознанно опасаясь повторения сцены, однако это плохо помогало: даже во взгляде вконец опустившегося преступника я находил напоминание о моем кошмаре. Я начал избегать кормления вовсе, растягивая как можно больше паузы между охотой, дожидаясь момента, когда жажда практически отключала сознание, лишая способности сожалеть.

Пришлось покинуть друзей. Питер и Шарлотта видели мои проблемы, переживали за меня, но помочь не могли: они относились к людским жертвам, как к неизбежности, и не понимали моих терзаний. К тому же, расставшись с Марией, я невольно спровоцировал иную проблему: обрек себя на долгое воздержание. А находящаяся рядом пара, не чуравшаяся плотских удовольствий, служила постоянным напоминанием об этом. Гнев двух ипостасей божества оказался слишком силен, чтобы со мной постоянно мог находиться кто-либо, не подвергая жизнь смертельному риску.

Я ушел и постарался большую часть времени проводить в необитаемых краях, скрываясь ото всех. Долгое время я думал, что жизнь рано или поздно приведет меня к тому таинственному зданию посередине леса, и я своими глазами увижу старые вязы, зеленый мох на стенах и пожухлую траву вокруг, узнаю обитателей странного места и наконец-то смогу разобраться в предсказанном событии. Однако этого не случалось. Раз за разом я видел, охотясь, то самое выражение на лице своих жертв. Ту боль, то страдание, ту безысходность, которую нарисовал первый встреченный в моей жизни вампир в глазах незнакомки. Я каждую секунду понимал, что она, возможно, давным-давно мертва либо не существовала вовсе, но в то же время незыблемо знал, что в ней и только в ней одной осталась для меня надежда не на существование, но на жизнь. Та самая тонкая ниточка, о которой упомянул предсказатель, благодаря которой у меня был шанс обрести нечто важное, без чего я не смогу дальше существовать. Я был на грани уже достаточно давно, и если упустил возможность встречи с девушкой, если убийца нашел ее раньше меня, и она умерла, и что еще хуже – если именно я могу оказаться тем убийцей, и нашей встрече лучше бы вовсе не состояться, - то меня ждет самое мрачное будущее, которое только можно вообразить. Моя жизнь представляла собой череду событий, ведущих в пропасть, и я давно стоял на самом ее краю. Я был готов шагнуть вниз, закончив свой мучительный путь. И только картина кошмара, как апофеоз моей страшной жизни, заставляла по инерции двигаться дальше.

Судьба не спешила мне на помощь. Что значит десяток лет по сравнению с вечностью? Капля воды в неиссякаемом водопаде. Однако я отчётливо ощущал каждую минуту долгих странствий, всё глубже и глубже погружаясь в пучину отчаяния и депрессии. Я бегал по кругу, отмечая промежутки не днями, но пределами терпения, когда мне вновь, теряя остатки разума, приходилось выходить на охоту, а потом медленно умирать от боли и безнадежности, подаренных очередной жертвой, и неконтролируемым страхом, что жертва могла оказаться той самой, обрывающей последние нити к спасению…

На исходе десятого года моих странствий дорога привела меня в Филадельфию. Недавно я мучительно сорвался – попавшийся в лесу неосторожный путник был выпит до дна, – и такие дни привычно становились для меня самыми сложными. До того, как мне в руки попадала очередная жертва, жажда ослепляла разум, тем самым принося жестокое, но облегчение. Однако стоило утолить желание крови, как разочарование в себе, невозможность что-либо изменить, глухое отчаяние накатывали волной цунами, заставляя стремиться к одному исходу – к смерти. Я понимал: странствия подходят к концу. Терпение и подспудная надежда на спасение, ещё еле тлевшая глубоко в сердце, постепенно иссякали, и вскоре мне не останется ничего иного, кроме как отправиться на юг и вмешаться в кипевшую там по-прежнему войну. Я был уверен, что достаточно быстро отыщется некто, желающий меня убить, почувствовав угрозу, тем самым раз и навсегда прекратив мои мучения.

Годы беспросветной тоски привели к тому, что я абсолютно разучился испытывать положительные эмоции. Я просто плыл по течению, проходя цикл за циклом, не видя перемен. Не исключено, что часто я просто не замечал их, поглощенный собой и своим отчаянием.

В тот день погода вторила моему настроению – с Атлантики по реке Делавэр надвигалась буря, чуть ли не силой загоняя меня в город. Тяжелые тучи заполнили горизонт, а ветер был настолько яростным, что я с трудом держался на ногах. Улицы большого города стремительно пустели, застигнутые непогодой вне дома жители торопились укрыться в окрестных магазинах и ресторанчиках. Поначалу я думал проигнорировать суету, продолжив свой путь прежним темпом, однако ветер всё усиливался, и выхода оставалось два: или увеличить скорость и, пользуясь обезлюдевшими улицами, как можно быстрее скрыться, или найти приют в одном из кафе, десятки которых приветливо мигали огнями вокруг городской ратуши. Учитывая мой недавний срыв, и, соответственно, относительную сытость и безопасность для окружающих, я предпочел второй вариант. Спустившийся сумрак легко позволял скрывать алую радужку глаз. Выбрав ближайшую дверь, – небо к тому времени разверзлось и принялось выливать галлоны воды на тротуары, - я шагнул в полутемное, достаточно тесное помещение. Здесь не было людно, что не могло не радовать, однако из десятка столиков четыре было занято. Я скользнул взглядом вдоль стенки бара, выискивая подходящее место, и замер.

За стойкой спиной ко мне сидел мужчина. Я увидел лишь темный плащ и светлые, почти белые пряди, разбросанные в беспорядке по плечам, чего хватило, чтобы вздрогнуть всем телом: эту широкую спину я помнил по многочисленным снам в малейших деталях и ошибиться не мог. Почему-то я много лет мечтал отыскать девушку, но никак не ожидал, что коварная фортуна подкинет мне встречу с тем, в ком я видел главного врага. С незнакомцем, чье лицо так и осталось для меня загадкой, но на чьем месте я так опасался оказаться.

На миг мне показалось, что сердце вновь бьется, а лёгким нужен воздух, столь знакомо перехватило дыхание. Так и не родившийся крик застрял в горле, наружу вырвался только неясный булькающий звук: мое рычание. Я усилием воли подавил в себе растерянность и шагнул вперед, готовясь наконец-то увидеть лицо героя моих кошмаров и дать ему отпор. И тут раздался лёгкий стук: из-за широкой спины мужчины вышла, изящно соскользнув с высокого стула, его собеседница. Невысокий рост, непередаваемое изящество и короткие, чуть взъерошенные волосы – без сомнения, то была она, та, которую я бессчетное количество раз видел во сне и о судьбе которой так долго переживал.

- Я тебя заждалась, Джаспер Хейл, - мягко улыбнулась девушка, без тени сомнений и страха подходя совсем близко. Знакомые глаза, не тёмные, но странного светло-карего цвета смотрели на меня ласково и чуть насмешливо. Ни единого оттенка ужаса и боли, которые я помнил. Только свет, подкупающая искренность и то чувство, которое я даже в мыслях боялся назвать, но безошибочно уловил в незнакомке.

- Простите, мэм?

Раздался смех. Я поднял голову и увидел того самого нищего, с которого началась эта история. Он мало изменился, только шляпу, скрывавшую светлые волосы, где-то потерял. Даже одежда, казалось, осталась прежней, разве что стала чуть менее грязной и заношенной. А уж взгляд подавно был таким же.

- Не знаю, повезло тебе либо нет, - хмыкнул он, - но рад, что худшие мои – и твои тоже! - опасения не сбылись. Вы оба, так или иначе, живы, дальше, думаю, разберетесь сами. Я сделал, что смог.

Я перевёл растерянный взгляд с девушки на мужчину, одновременно отмечая, что давно не ощущал себя столь спокойно в чьем-либо обществе, а уж тем более – рядом с вампирами. Да и испытывал ли когда-нибудь с тех пор, как впервые увидел тот самый рисунок? С тех пор, как обрек себя на бесконечные сомнения и терзания?

- Если бы не Себастьян, мы бы вряд ли встретились, - в нежном голосе зазвучала грусть, а карие глаза засветились нежностью. - Не важно, как, от зубов вампира либо от болезни - какая разница? – но я бы погибла. Я не помню прошлой жизни, - пояснила она. - Себастьян забрал меня из психиатрической клиники...

- Тот рисунок изменил не только твою жизнь, парень, - продолжил вампир рассказ вместо замолчавшей и уставившейся в одну точку девушки. - Я всегда вижу чуть больше того, что рисую, и знал, что эта девушка - твоя единственная надежда, но выжить ей будет очень трудно. Будущее изменчиво, и я решил исправить увиденное. Потратил немало времени, но всё-таки нашёл её. И вовремя. Оказалось, что на Элис открыл охоту другой вампир. Пришлось действовать быстро. Я похитил девушку и обратил её. А потом нам пришлось долго ждать этого дня. К счастью, Элис видит будущее даже лучше меня. Я лишь картинками балуюсь...

- Да уж, - хмыкнул я. - Я даром вашим вовсе не обладаю, но впечатлений хватило надолго. Мне не раз снилось, как некто обращал Элис... либо убивал её, выпивая досуха. Конечно, детали я осознал намного позднее - когда сам стал вампиром, но опасность чувствовал всегда. Впрочем, для человека вампир – и есть опасность. А потом я больше всего боялся стать героем своего же сна: моя выдержка далека от идеальной, и удержаться... сложно.

- Не думай об этом, - покачала головой Элис, протягивая мне руку, которую я тут же сжал, как величайшее сокровище. - Всё осталось позади. Больше никаких старых страхов, никаких неверных видений.

- Ей можешь верить, - засмеялся Себастьян. - Элис ошибаться не умеет. Всё у вас получится! А мне пора. Прощайте. Дорога зовет. Может, когда-нибудь встретимся - жизнь длинная. И… держи, на память.

Он протянул мне плотный лист бумаги, махнул рукой, развернулся, открыл дверь и быстрым шагом вышел под проливной дождь, не оглядываясь на нас больше.

Моим глазам предстал большой дом в лесу. На дорожке стояли, без сомнения, мы с Элис, держась за руки. А на крыльце нас встречали пятеро незнакомцев: двое мужчин и три женщины. Эскиз был пронизан умиротворением и солнечным светом, и в нем, в отличие от виденного мной когда-то наброска того же автора, я не ощущал ни грана опасности.

- Встретимся, конечно, - улыбнулась девушка рядом со мной, тоже разглядывая рисунок. - Но это уже совсем другая история. А нас с тобой ждет путь в иную жизнь. Ты же мне веришь?

Я ей верил - как иначе? Ведь впервые за много лет я ощутил надежду. Надежду освободиться из-под власти всех трех ипостасей жажды и обрести свободу рядом с той, которую мне обещали задолго до её появления на свет, и которая была в силах подарить мне то, о чем я не смел и мечтать.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/58-15247-1
Категория: Мини-фанфики | Добавил: Миравия (07.08.2018) | Автор: Миравия
Просмотров: 574 | Комментарии: 15


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 15
0
15 katerina420   (26.08.2018 19:49)
Замечательная история, красивые описания, новизна идеи. happy

К сожалению, не на все 100 процентов испытываю удовлетворение.
Попробую объяснить. Всю историю надвигалось ощущение опасности, ожидания встречи с Элис, битвы с блондином (по моим представлениям, Джеймсом). И в конце все так радужно закончилось, уже никого спасать не надо: "всё уже украдено до нас" (с). Вот от этого я и ощущаю некоторое сожаление(((
Автор так искусно (временами особенно подробно и чувственно) нагнетал ожидание развязки... а ее нет (я об ожидаемой мною).
Себастьян в качестве предсказателя мне понравился, но вызвал разочарование тем, что влез в спасение Элис. Я была настроена, что Джаспер, сам обнаружив тот дом, успеет в последний момент и застанет блондина и терзаемую им Элис!

С вашим окончанием истории у меня теряется ощущение Себастьяна и важности его предсказания. Это он на том, первом, рисунке? Его видел Джаспер в снах, разрывающим Элис? Или он обманул в прошлом, специально нарисовав не то?
Очень многое в судьбе Джаспера завязано на предсказании и спровоцированном им сне, но в жизнь претворяется только их чудом ожившая героиня.
Или я что-то недопоняла...

Спасибо за отличную историю об Элис и Джаспере!

0
14 Noksowl   (24.08.2018 00:06)
Эмоционально окрашенная история. smile Подстать Джасперу с его эмпатией. Дар наложил отпечаток и на восприятие мира. У каждого он свой.)

Джаспер, преодолев новорожденный период, выбрал категорию жертв, при убийстве которых он оставался в согласии с самим собой. Лишал людей жизни, которые сами готовы были от нее избавиться. Давал то, к чему они сами стремились. Но он сначала выбрал их по ощущениям, а потом осознал, что это за люди. Получается, что и ему эти эмоции, стремления к самоубийству близки? Иначе бы выбрал более приятный эмоциональный фон...

Сходный дар у Себастьяна с Элис. Но видит не действо, а замершую сцену из будущего. Но также меняющуюся в зависимости от принятых решений. Но вот то, что после этого у Джаспера таки странные появились сны. Как будто он видит возможные варианты исхода будущих событий, которые актуальны на данный момент, при нынешних принятых решений действующих лиц. Но происходят такие сны только в отношении Элис. Между ними создалась связь уже тогда, когда он только увидел ее на картине? По крайней мере с Элис в сумерках так и было. Она влюбилась в него, когда у нее были только видения о нем. Может и у Джаспера тоже самое произошло в детстве? Он был еще ребенком и человеком, чтобы это была любовь. Но какая-то связь между ними сформировалась. Может эта связь и провоцировала у него такие сны. Все таки самого дара предвидения у него не было, а сон в каких-то деталях менялся.

Безнадежностью горчил даже воздух, и я невольно задержал дыхание - во сне это не составило труда.” Если именно поэтому Джаспер, став вампиром искал именно эти ощущения. То кто же в его сне был самоубийцей. Все таки есть разница в ощущениях человека, который стремится к смерти, и человека, который ее боится, чувствует, что она рядом, но при этом не желает, чтобы это произошло. Мне кажется, что эмоциональный фон должен быть разным. А если все же Джаспер связывает его с Элис, то тем более источники этих ощущений не должны у него ассоциироваться с едой. Он выбрал жертв подсознательно. И во сне, когда он был человеком, раз видел Элис, то связь у них установилась глубокая, также и на подсознательном уровне. Это, я думаю, должно ограждать Джаспера от нападения Элис-человека то, чего он так опасался.)

Хорошо, что Себастьян не остался в стороне и уберег любимую Джаспера от опасности.) Может он этим в своей жизни и занимается. И оттого вечно странствующий...
А встреча Джаспера с Элис... happy

Спасибо за эмоциональную историю! Удачного участия в конкурсе! smile

0
13 FoxyFry   (22.08.2018 00:16)
На мой взгляд, потрясающая каноничная история. Словно вырезанная глава из Саги. На фоне заезженных и обмусоленных со всех сторон сюжетов про ЭдоБеллок, так интересно и освежающе, "сродни прохладному водопаду для путника"))), было почитать про Джаспера, приподнять завесу тайны его прошлого, так искусно обыгранную в трех ипостасях жажды.
Спасибо за глубокий, продуманный сюжет, превосходный слог и Джаспера.

0
12 MissElen   (20.08.2018 16:55)
Эта альтернатива мне кажется очень каноничной и возможно именно так проходил долгий и мучительный путь Джаспера к Элис. Три ипостаси жажды - так точно и метко схвачено! А нищий художник-вампир - посланец судьбы или даже ангел-хранитель помог им встретиться.
Отличная история! Удачи в конкурсе.

0
11 Svetlana♥Z   (18.08.2018 11:19)
Интересная идея - Себастьяна сделать Амуром для "половинок" вампиров! Да, не могу сказать, что Джасперу повезло встретить вампира в детстве. Не было бы этой встречи - не было бы кошмаров по ночам, и возможно всё сложилось бы не так печально для Джаспера. Кто ж знал, что мальчик такой впечатлительный!
Спасибо и удачи на конкурсе! wink

0
10 Galactica   (14.08.2018 11:52)
Да, сильно повлиял рисунок художника на Джаспера. Через всю жизнь он пронес эту тревогу и ужас, но это и понятно, Джаспер же эмпат, у него все эмоции и чувства обострены. История до конца держала меня в напряжении и тем приятнее и радостнее было узнать, что все кончилось хорошо, и девочка, из-за которой он переживал не только жива, но и и ждала встречи с ним. Спасибо, Автор, за интересную историю и удачи.

0
9 Валлери   (13.08.2018 14:16)
Очень красиво и атмосферно написано, саспенс передан замечательно. Необычная идея альтернативы: описать, как кошмар из человеческой жизни вампир переносит в бессмертную. А оказалось то - у страха глаза велики)))) и то, что увидел и нарисовал художник, оказалось намного проще, чем то что Джаспер себе накрутил)))) интересно, какова была бы жизнь Джаспера, если бы он не ждал исполнении этого кошмара и не накручивал себя столько времени?)) Была бы она спокойнее? В таком случае, не виноват ли художник в том, какой стала жизнь Джаспера?
Идея шикарная и воплощена достойно, спасибо и удачи в конкурсе!

+1
8 leverina   (12.08.2018 00:12)
Три жажды изведал и утолил Джаспер - крови, секса и светлых чувств. Красивая мысль, красиво изложенная. Именно третью жажду смогла до конца утолить Элис - столько в ней живой и радостной энергии. Понятно стало, почему он ею так дорожит.

Очень понравился еще вот этот момент в рассказе: горький привкус крови самоубийц, который ощущает Джаспер...

В общем, нелегко живётся парню. И особо-то легче - не будет. Но зато теперь он хотя бы не один. Есть смысл стараться.

0
7 робокашка   (11.08.2018 12:35)
Как, однако, переплелись человеческое детство Джаспера и вампирское грядущее wacko Пальцами Себастьяна, а потом не божьим промыслом, выписалась судьба... Мрачно и красиво. Интересно, а кто те 3 женщины, что встречали Джаспера с Элис на крыльце у дома в лесу? Если это Каллены и учтена уже Белла, то явно отсутствует один мужчин
Спасибо и удачи в конкурсе!

0
6 verocks   (10.08.2018 10:04)
Какая красивая история! Автор меня заворожил своим слогом, и я выпала из жизни на время чтения рассказа. Мне всегда очень нравился Джаспер, его таинственность и внутренний стержень,даже жесткость, которая так дополняла мягкость и живость Элис. И вообще эта пара мне нравится больше всех из Калленов))
Спасибо за то, что позволили заглянуть в сердце Джаспера, проникнуться его мыслями, страхами, воспоминаниями, страданиями.
Очень интересный и не банальный сюжетный ход с кошмаром, преследовашвий Джаспера, когда он еще был человеком.
В общем, мне очень-очень понравилась ваша история, автор! Ваша работа одна из самых сильных на этом конкурсе и точно будет в числе моих фаворитов!

0
5 Ice_Angel   (08.08.2018 10:16)
Тяжело пришлось Джасперу, ничего не скажешь... Такую жизнь никому не пожелаешь! Конечно все мы знаем что было с Джаспером до встречи с Элис, но прочитать его эмиоции было интересно. Да и первая их встреча предстала по новому. Получается его буквально за ручку привели к Элис...

0
4 Dunysha   (08.08.2018 07:09)
Потрясающая инерпритация известной нам истории встречи и жизни Джаспера.
Мне очень понравилось как автор применил сон ещё в человеческой жизни Джаспера и мы узнали немного о его детстве.
Спасибо и удачи в конкурсе

0
3 marykmv   (07.08.2018 20:11)
Это было просто идеально. Слог изящен и легок, не единой запинки. Гармоничный сюжет и, конечно, интрига. Я в таком восторге. Давно не читала что-то настолько завораживающее. А хэппиэнд стал очень приятным бонусом.
Спасибо, автор. Удачи на конкурсе.

0
2 leverina   (07.08.2018 19:47)
Себастиан - просто какой-то добрый и всесильный вампирский бог, помогающий тем, кто в этом нуждается!
Ах, спасибо, это так преступно красиво, заманчиво, глубоко. Буду перечитывать и понемногу понимать cry ! Давно хотела заглянуть в душу Джаспера-вампира.

0
1 Элен159   (07.08.2018 09:58)
Спасибо, дорогой автор, за прекрасную возможность заглянуть в душу едва ли не самого скрытного и спокойного вампира из клана Калленов. Способность увидеть собственными глазами то, через что пришлось пройти Джасперу прежде, чем он нашел Элис. Точнее, некий Себастьян, сам того не ведая, направлял Джаспера к его судьбе, вытаскивая на свет все переживания. Сны это же наша вторая реальность, которая так же помогла Джазу принять самого себя и увидеть, что все может быть хорошо. Когда рядом такая милая девушка, как Элис. smile

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]