Иногда Дьявол искушает меня поверить в Бога.
Станислав Ежи Лец

Наверное, я бы нисколько не удивился, увидев на пороге своей квартиры Элизабет или Доминика. Кто знает, что их заставило бы прийти в столь поздний час? Я бы не повел и бровью, открыв дверь Дракуле или Франкенштейну. Все они казались мне абсолютно реальными гостями в моей квартире в два часа ночи по сравнению с тем человеком, который виновато улыбался и наивно хлопал глазками.

- Кира? – Я плохо соображал, что происходит.

- Как видишь, - улыбнулась она улыбкой «я маленький милый котенок, да, я напроказничал, но посмотри на меня, разве на меня можно злиться?».

- Ты… Ты ненормальная, - выдохнул я, с обожанием оглядывая Киру.

- О, а ты нормальный! Я каждый день встречаю сотню другую вампиров! – девушка картинно закатила глаза.

Она и пять минут не может не язвить! Но видимо девушка вспомнила, что все еще виновата и опять включила котенка:
- А вообще я пришла к тебе подписывать соглашение.

Она проскользнула мимо меня в квартиру. Я со вздохом закрыл за ней дверь. Сейчас я любил ее как никогда раньше. Потому что она вернулась. Вернулась ко мне. И, судя по всему, она спешила. Волосы она так и не расчесала. Они спутанными локонами спадали на ее лицо. Кровь запеклась на нижней губе, на щеке проявился синяк. Одежда порвана в некоторых местах, испачкана. Руки в песке и мелких царапинках. Но она прекрасна. Это самая необыкновенная девушка, которую я когда-либо встречал. Второй такой нет, и никогда не будет ни через десять лет, ни через десять тысяч лет. Она неповторима, уникальна. Порой больше всего на свете хочется вырвать ей язык, но еще больше хочется с умилением смотреть на нее, до тех пор, пока она опять не начнет говорить.

Я подошел к ней и взял ее лицо в ладони. Провел большим пальцем по ее щеке. Кира обняла меня и прикрыла глаза. С ней я готов верить в Бога, я готов верить в чудеса. Ведь она – это чудо. Это лучшее, что могло со мной случиться. С ней я почти слышу, как бьется мое мертвое сердце. Ее дыхание, ее сердцебиение – лучшая мелодия для меня. И мне будет этого не хватать, но если она будет рядом вечность, но все это кажется мелким, в сравнении с тем будущим, которое нас ждет.

Я прикоснулся губами к месту, где она прикусила свою губу. И внутри вспыхнуло пламя. Пусть это была лишь капелька ее крови, но этого было достаточно, чтобы почувствовать ее сладкий ароматный вкус. Я зажмурил глаза, напоминая себе, что еще рано, не сейчас она станет бессмертной. Этот вкус… Бесподобен. Кровь взбудоражила мой рассудок. Огромным усилием воли мне удалось оторваться.

- Моя кровь… - прошептала Кира.

- Да, - тихо ей в губы ответил я.

Она знала, она чувствовала, мою внутреннюю борьбу.

- Ден, - сглотнув, сказала она, - то есть, Деметрий, я хотела с тобой поговорить. Серьезно.

О! Кира и серьезно? Впечатляет.

Я отошел от нее на шаг, давая возможность высказаться.

- Я приняла решение, - начала она, садясь на диван, - я не уверена, что оно правильное и логичное. Хотя какая может быть логика, ты же вампир…

Я не в силах дышать опустился рядом с ней на колени, взяв ее за руки. Сейчас решается моя судьба. Решаются НАШИ судьбы. В голубом океане ее глаз отразилась тоска и смятение. Она не уверена. А я не мог ничего сказать. Я ждал ее решения как приговора.

- Деметрий, я хочу стать такой как ты, но у меня есть одно условие.

- Какое?

Хотя какая разница, какое? Я выполню все, что в моих и не в моих силах! Господи! Она хочет стать такой как я! Она этого хочет! И пусть меня осудят, но я ни за что на свете не буду ее в этом переубеждать!

- Я хочу окончить университет, - с какой-то тоской сказала она. – Отец… - она осеклась, а потом, собравшись с духом, сказала, - он мечтал, чтобы я стала юристом. Я хочу, чтобы его мечта сбылась. Я уверена, что папа видит меня и примет мое решение. Он…

Тут ее голос задрожал, и Кира спрятала лицо в волосах. Девочка моя, как же тебе больно.
Я сел на диван рядом с ней и прижал ее к себе. Она уткнулась мне в грудь, обняв за шею. Я гладил ее по волосам, а она плакала. Плакала, не сдерживая слез. Она скучала по своим родителям. И сейчас я понял, насколько сильно ей нужен я. Алекс говорил, что Кира носила долгое время все в себе, а сейчас она плачет.

Я никогда-никогда ее не оставлю, не брошу. Не сделаю ей больно. Этот последний год ее обучения я буду оберегать ее, я всегда буду рядом.

Мы так и сидели где-то еще около часа. Кира успокоилась и просто молчала, прижимаясь ко мне.
- Я скучаю по папе, - Кира первая нарушила тишину. – Они с мамой погибли в автокатастрофе. Я сидела на заднем сидении и поэтому выжила. Водитель фуры был пьян и не справился с управлением. Мама умерла сразу, на месте. Папа по пути в больницу. Я ехала рядом с ним и долго не верила, что они погибли с мамой. Меня взял к себе Алекс, но не мог заменить мне отца. Он всегда любил меня, но на тот момент он сам переживал развод со второй женой. И я была одна. В Америке, куда я переехала к Алексу, у меня не было друзей. Мне казалось, что я никому не нужна. И с тех пор я не плакала, потому что мне надо было быть сильной. Я увлеклась мотогонками, чтобы побороть страх перед дорогой. И я сильная, Деметрий. Просто иногда мне так хочется быть слабой. Хотя бы иногда.

По ее щеке снова скатилась слеза. Я поднял ее лицо и провел ладошкой, утирая слезу.
- Кира, твои родители бы гордились тобой. И я тоже тобой горжусь. Со мной ты можешь быть любой, я просто люблю тебя как никого на свете. Если бы я мог, хоть как-то помочь тебе с твоим горем, я бы помог.

- Ты рядом, а большего не надо, - слабо улыбнулась она.

Я взял ее на руки и отнес в спальню. Ее сердце сегодня билось спокойно, она устала. Слишком много случилось с ней за этот день. Слишком много. Я уложил ее на кровать и достал из шкафа свою футболку.

- Держи, переоденешься, - улыбнулся я, выходя за дверь.

- Деметрий, а куда ты?

- А к тебе домой за твоими вещами. Теперь я не могу отпускать тебя далеко от себя. Так что, Кира, ты переезжаешь ко мне. И перед тем, как ты начнешь возмущаться, я спешу тебе напомнить, что сегодня ты слабая, а я – жесткий и властный вампир.

- Главное, не поверь в это, - Кира чуть из-под бровей посмотрела на меня.

- Спи, девочка моя, - я подошел к ней и легонько поцеловал ее в губы, - завтра трудный день. Переезд и официальное подтверждение в офисе наших отношений.

Я еще раз поцеловал ее и вышел из комнаты. Внутри меня что-то сломалось. Громко, с треском. Я знал, что уже никогда не стану прежним Деметрием. И я был счастлив. Впервые я с улыбкой смотрел в свое будущее. Я просто счастлив.



Автор: Катя Макеева

---