Бонус

В огромном кабинете за большим деревянным столом сидели двое мужчин. Было видно, что беседа шла не о девушках или развлечениях. Они казались очень напряженными, как всегда, когда встречались в этом помещении.

Заговорил мужчина постарше:

– Надеюсь, ты меня понял.

– Тебя невозможно не понять, – с сарказмом ответил парень.

– Тогда завтра ровно в десять вечера на Пятой Авеню тебя будут ждать, – со злой улыбкой проинформировал мужчина.

– Окей, – кивнул юноша и вышел из кабинета. Едва покинув его, он сорвался и побежал вниз. Ему хотелось крушить все на своем пути. Парень сел на байк и уехал прочь, в темноту, туда, на восход. Его мысли занимала девушка, которую он любил, и у них скоро должна состояться свадьба, но быть ей не суждено. Из-за этого бедному парню хотелось выть от безысходности: он понимал, что не сможет попасть завтра на Пятую Авеню.



Очередная ночь и очередной кошмар. Боже, как же страшно. Ладно, нужно вставать, ведь сегодня суббота. Но тут я услышала шорох за моей дверью, стало страшно. Они нашли меня? За створкой зазвучали голоса, я почти ничего не могла разобрать, но тут все-таки донеслось несколько фраз:

– Блядь, Элис, не прыгай ты! – шикнул кто-то, но я не поняла кто именно.

– А сам-то! Трясешься, как током ударенный! – с сарказмом ответила девушка.

– Ладно. На счет три заходим. Раз, два, ТРИ.

Я притворилась спящей, дверь комнаты распахнулась:

– С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, БЕЛЛА!!! – хором закричали ребята. Господи, слава богу! А я-то чуть не обмочилась от страха. Залилась смехом, переходящим в истерику, вспоминая то, свидетелем чему стала три дня назад. Совсем забыла про свой день рождения.

– Эй, ну ты чего, малыш? – Это Эдвард или у меня глюки?

– ЭДВАРД? Боже, боже, как я рада тебя видеть! – я бросилась ему на шею, он поцеловал меня. Ммм, как же я скучала по нему. Он здесь, рядом, просто невозможно поверить! – Ты здесь, я так рада, – все еще всхлипывая, сказала я.

– Как же я мог не приехать, котенок? Я люблю тебя! Мой подарок будет вечером, – шепотом добавил он.

– Так, малышка Беллз сегодня стала на год взрослей. Ну что, скоро будешь одного возраста с «мустангом», – ржал Эммет.

– Не скажи, тебе-то уже двадцать пять, скорее ты станешь ему ровесником, – с огромной улыбкой ответила я.

– Ладно, ребятки, расступитесь, где тут моя сестренка? – деланно недовольным голосом спросил Джейкоб.

Я расплылась в улыбке. Братишка, мой любимый братишка.

– Хей, малышка, с днем рождения! Иди-ка я тебя обниму! – Кхм… скорее всего, он хотел сказать «придушу». Он такой сильный, что я начала задыхаться! Боже, я понимаю, что он меня любит, но не так же!

– Кхм… кхм… Джейк… кхее-кхее… отпусти, мне нужен воздух, – прохрипела я.

Он поставил меня на пол. Ох, свобода, я все еще могу дышать.

– Ладно, Беллз, хочешь получить свой подарок? – спросил Джей.

Как я могла не хотеть получить свой подарок? Мы всей толпой спустились и вышли на улицу. Передо мной стояло нечто накрытое тканью, я и понятия не имела, что там находилось. Глянула на брата таким жалостливым взглядом, что тот рассмеялся, подошел к моему подарку и сдернул материю. Вокруг раздались вздохи и ахи, а моя челюсть фактически упала куда-то и не собиралась подниматься. Я была потрясена! Передо мной, как на выставке, стоял новенький MTT turbine superbike Y2K. Байк моей мечты. Боже, о лучшем подарке и мечтать нельзя! Я запрыгнула на Джейка с громким криком «СПАСИБООО!!!», не заметив, как из дома вышла мама.

– Белла, доченька с днем рождения! – она подошла ко мне, обняла и вручила сертификат в СПА-салон, но вряд ли я когда-нибудь его использую, нужно будет отдать его Роуз и Элис, пусть делят между собой. Я обняла маму, и она снова ушла в дом. Отца я не видела.

– Ну что, ребят, погуляем, а вечером в КЛУУУУБ! – поставила всех перед фактом Элис, и присутствующие посмотрели на нее… хм… ладно, это же Элис, на нее невозможно злиться.

Мы все отправились в парк развлечений. Сначала нас не хотели пускать на американские горки: видите ли Эммет и Джейкоб у нас очень мускулистые. Ну и что? С горем пополам после нескольких минут громких препирательств Эммета с кассиршей, мы все-таки попали на эти чертовы горки. Мы с девчонками сели вместе, а парни устроились где-то позади нас. Кричали мы так, что, наверное, было слышно и в космосе! Вероятно, нас можно было записать в книгу рекордов Гиннеса за то количество мегагерц, которое мы смогли воспроизвести. Наконец, мы выбрались из этого аттракциона-убийцы: нас с подругами жутко мутило, а у парней был… эм, не совсем «свежий» вид. Больше мы не решились прокатиться ни на одном аттракционе. Вместо этого гонялись друг за другом по всему парку, кидались попкорном и сахарной ватой, гуляющие пялились на нас, как на умалишённых. И хотя на дворе было девятнадцатое октября, на улице оказалось очень тепло. Примерно в шесть часов мы отправились домой, а точнее девочки пошли ко мне, а Джейк, Эммет, Джаспер и Эдвард – в отель, в котором поселился любимый. Подруги мучили меня почти два часа: то прическа, то макияж. Боже, они издевались надо мной, как могли, но наконец-то оставили в покое и пошли заниматься собой, а я прилегла на кровать и задремала. Меня разбудили крики:

– Ты совсем сдурела?! – орала Элис.

– Да, да! Мы два часа старались, а ты почти все испортила! – голосом строгой мамочки выговаривала Роуз.

– Эй, девчонки, да будет вам, зато вы отлично смотритесь.

Я ничуть не соврала: Элис и Роуз действительно выглядели потрясающе. На обеих были платья: у Элис – синее чуть ниже колена, а у Роуз красное, которое... эмм, едва закрывало задницу. На мне было надето белое обтягивающее платье без лямок, так что сегодня я – красотка. Жалко, что Анжела отсутствовала – уехала на примерку свадебного платья. Она бы порадовалась за меня, Джейку повезло с невестой. Примерно через полчаса за нами приехали парни, мы вышли, и они присвистнули, а бедный Эммет покрылся испариной, но, увы, ему сегодня ничего не светило.



Мы расселись по автомобилям: я – с Эдвардом, а остальные ребята – на «хаммере» Эммета. К клубу подъехали одновременно, вышли из машин и сразу же направились к входу. Я была потрясена, увидев, какая очередь скопилась у входа. Слава богу, что имя нашего папочки что-то значило в этом городе. Хоть за это ему спасибо – не пришлось полночи торчать на улице. Мы подошли к охраннику. Я узнала его – Маркус, хороший парень, телосложением не отличался от Эммета, такой же громила, но в душе – добряк. Он приветливо нам улыбнулся и пропустил внутрь. Толпа начала верещать. Не успели мы войти, как в нос сразу же ударил запах пота, смешанный с алкоголем и табаком. Мы прошли вглубь зала, столики там стояли на некотором возвышении, так что оттуда было видно все до мельчайших деталей. К нам тут же подошла официантка, приняла заказ и удалилась. Минут через десять все напитки уже стояли на нашем столе. Я опрокинула в себя стопку текилы. Не удивляйтесь, мне хоть только сегодня исполнилось восемнадцать, но в попойках уже участвовала, и не раз. За первой стопкой понеслись вторая и третья. До четвертой я добраться не успела – девчонки утащили меня на танцпол. Заиграла абсолютно незнакомая мне песня (прим.: везде, где есть поход в клуб, всегда начинает играть знакомая песня, но я решила отойти от традиций). Она была довольно зажигательной, и я начала двигаться в такт. Танцами я занималась уже лет десять, так что мне это нравилось. Одна песня сменяла другую, я уже потеряла счет времени, отдавшись ритму без остатка: двигала бедрами, прикасалась к себе, и, черт возьми, была возбуждена. Неожиданно почувствовала у себя на талии горячие руки. Мне не нужно было гадать, кому они принадлежат: знала это наверняка. Эдвард. Заиграла новая мелодия и любимый присоединился ко мне. Его руки ласкали мое тело, движения были резкими, но в то же время изящными. Я терлась об него бедрами, и кажется, услышала его рычание. Мммм... интересно. Он резко развернул меня к себе лицом и впился поцелуем, который оказался совсем не нежным, а был полон страсти и похоти. Я застонала. Эдвард прикусил мою губу и оттянул. Боже, кажется я уже мокрая. Я настолько близко прижалась к Эдварду, что ощутила: все эти манипуляции не прошли для него даром, в живот мне упирался его возбужденный член. Ой-ей-ей, и не надо округлять глаза, ну и что с того, что я девственница? Меня воспитывал озабоченный старший брат. Я оторвалась от парня, схватила его за руку и повела на выход. Он не сопротивлялся, наоборот бежал быстрее меня. Мы выбрались на улицу. Там как раз стояло такси, в него мы и сели. По дороге целовались так, что мои губы распухли, а легкие горели от недостатка воздуха. Машина остановилось возле отеля, где поселился Эдвард, и через несколько мгновений мы оказались в его номере. Я накинулась на парня, как изголодавшийся зверь, но тут Эдвард меня отстранил:

– Белла, Белла, остановись, прошу тебя, – хрипло попросил он.

– Нет, я хочу тебя, пожалуйста, – простонала я и снова накинулась на него.

– Подожди, Белла, у меня для тебя есть подарок. Помнишь, я о нем говорил? – все таким же голосом спросил парень, еле отстранив меня.

Я молча кивнула, села на кровать и молилась всем богам, чтобы те дали мне сил выдержать и снова на него не накинуться. Эдвард подошел к своему чемодану, я услышала, как расстегнулась молния, он достал какую-то длинную коробку. Подошел, сел передо мной на колени, открыл футляр, и я чуть не задохнулась.

– Белла, милая, я дарю тебе этот кулон в честь моей любви. Я люблю тебя так, что ты даже не можешь себе представить. Этот кулон – олицетворение моего сердца и теперь принадлежит тебе, хотя оно уже давно твое. Знай, что однажды я так же встану на колени и буду просить твоей руки, и надеюсь, ты мне не откажешь, – шепотом сказал Эдвард.

У меня не было слов, из глаз уже текли слезы. Боже, он только что сказал, что женится на мне! Господи, спасибо тебе за то, что создал такого мужчину и подарил его мне! Я сползла с кровати, обняла любимого и поцеловала. Сначала поцелуй был невинным, полным нежности, но потом стал приобретать совсем другой характер. В нем появились вновь вспыхнувшие желание и страсть. Эдвард поднял меня на ноги, снова поцеловал. Я начала покрываться мурашками, руки парня были везде и оставляли пылающие следы. Он повернул меня спиной и начал расстегивать платье, но делал настолько медленно, что вызывал во мне раздражение. Я захныкала. Неужели нельзя просто взять и сорвать его с меня? Эдвард чуть слышно захихикал, и через несколько секунд я оказалась только в трусиках, так как платье не предполагало лифчика. Я была готова провалиться сквозь землю от стыда, но, по-моему, любимого это ничуть не смутило. Он отошел на несколько шагов и оглядел меня с ног до головы. Под его пристальным взглядом я залилась румянцем, а в его глазах зажегся огонь. Боже. Я чувствовала, что соки возбуждения уже вот-вот польются из меня, а он все смотрел. Словно прочитав мои мысли, он подошел, притянул меня к себе, поцеловал и опустил на кровать. Принялся ласкать и гладить мое тело, его руки оказывались всюду, от чего кожа просто пылала огнем. Я даже не заметила, когда Эдвард успел раздеться, но он был прекрасен. Разорвав поцелуй, посмотрел на меня. Его глаза затуманила пелена страсти. Он начал спускаться ниже, я почувствовала, как что-то коснулось моего соска, потом еще и еще, и уже не могла сдерживать стоны. Одна его рука гладила мою грудь, в то время как вторая путешествовала по моей ноге от колена до внутренней стороны бедра. Я почувствовала, как его пальцы задели разгоряченный центр. Казалось, парень испытывал меня на прочность. Через мгновение он оторвался и одним рывком сорвал с меня трусики. Боже, если бы я не была сейчас так возбуждена, то тут же покраснела бы. Я видела, как в его глазах плясали бесенята. Эдвард резко опустился, и его голова оказалась на уровне моей киски. Господи, господи, ну сделай уже что-нибудь! В это же мгновение я почувствовала теплое дыхание возле клитора. Он покрывал поцелуями внутреннюю сторону моих бедер, и внезапно я ощутила легкое касание к плоти, и в тот же момент была готова взорваться. Его язык совершал круговые движения, просто порхал над клитором, доводя до самого пика раз за разом.

– Эдвард, пожалуйста! – взмолилась я.

Просить дважды не пришлось: он оторвался от меня всего на несколько секунд, и в следующее мгновение я почувствовала возле моего входа член. Любимый наклонился, поцеловал меня и резким движением вошел. Я закричала от боли, казалось, меня разорвали на куски, из глаз покатились слезы, и Эдвард принялся их стирать поцелуями. Он шептал мне ласковые слова, говорил, что любит. Он не двигался, и через некоторое время я поняла, что боли больше нет и сделала движение навстречу. В его глазах стоял вопрос: «Тебе не больно?» Я просто кивнула. Эдвард закрыл в глаза и сделал еще одно движение вперед, я зажмурилась в ожидании новой порции боли, но ее не было, а, наоборот, по телу прошла волна наслаждения. С каждым толчком любимый увеличивал их силу, и о, да, мне было приятно. Черт возьми, я была на седьмом небе от удовольствия. Слышала наши стоны. Эдвард продолжал резкие движения, и через некоторое время я почувствовала, что внутри что-то зарождается, нечто новое и непознанное. Я чувствовала, что я вот-вот взорвусь. Следующим движением Эдвард дал толчок этой бомбе замедленного действия, и все взорвалось: я не чувствовала ничего, кроме счастья, наслаждения и благодарности. В следующее мгновение любимый зарычал, как зверь, поймавший свою добычу, и я почувствовала, как в меня излилось что-то теплое. Лучший день рождения в моей жизни. Я была счастлива!