Глава 14

Время шло. Нет, даже бежало. Быстро, безостановочно, неумолимо. Оно не хотело подождать меня.
Я была не готова. Да, определенно, я боялась больше всего на свете того счастливого для остальных людей момента, который приближался и приближался. От досады хотелось лезть на стенку. Я с ужасом понимала, что не чувствую радостного трепета. Только страх. Пронизывающий и всепоглощающий. Страх матери за своего ребенка.
До рождения моего маленького, самого дорогого на свете существа оставалась неделя. Всего каких-то семь дней – и моя кроха будет засыпать уже в моих руках. Не знаю, почему я так сильно боялась этого. Хотя нет, самой себе не солжешь. Я знала. Потому что на моей клетке под названием «брак с Блэком» захлопывался последний замок.
Я совсем измучила себя за прошедшие три недели. После того, как Блэк забрал меня из больницы, я замкнулась. Практически никуда не выходила¸ ни с кем не общалась. Блэк даже не пытался заговорить со мной, только все просил прощения. А я слушала и делала вид, что принимаю. Теперь я ненавидела себя еще больше.
Надежда на то, что мой ребенок когда-нибудь выслушает эту историю и поймет меня, постепенно таяла. Как кто-то, пусть и настолько родной, сможет простить, если я сама себя простить не могу? А Эдвард? Где бы он ни был, он все видел. Я была уверена на сто процентов, что сложившаяся ситуация причиняет ему боль. Даже несмотря на то, что я таким образом спасала нашего ребенка. Все всегда говорили, что после смерти люди ничего не чувствуют. Но я была не согласна с этим. Каждый раз, поднимая глаза в небо, я словно чувствовала на себе его укоряющий взгляд.
Я осталась одна. И не потому, что люди вокруг меня исчезли. Они просто потеряли свою значимость. Все разом. Осталась только Марта. Только ей я могла доверить все свои страхи, все, что наболело. Она приходила ко мне на дом. Человеческое общество давило на меня, поэтому я предпочитала прятаться в своей скорлупе. Марта единственная могла найти такие слова, которые меня успокаивали. Но по ее взглядам, которые она на меня бросала, было понятно, насколько дерьмово я выгляжу.
Я лежала на кровати и выводила пальцем на покрывале узоры. Солнечный луч, наконец, до меня добрался, и я встала, чтобы задернуть занавеску. Передвигаться было уже очень трудно. Еле-еле доковыляв до окна, я оперлась на подоконник. Тело свела судорога, и пришлось согнуться. Малыш опять пнул меня. Он был слишком активен, и Марта не могла понять причину этому. А вот я знала. Мой малыш просто наказывал меня. Я мучилась сама и мучила его. Не было еще ни одной ночи, когда бы я не рыдала в подушку.
Почему я так страдала в то время, как должна была прыгать от нетерпения и скупать детскую одежду? Может, себя жалела? А, может, гормоны все еще «играли»?
Нет, причина была совсем другая.
«И ты знаешь ее», - шептал внутренний голос.
Том. Я не видела его после того, как он выпрыгнул из окна в больнице. Кем он стал для меня за это короткое время? Я не могла понять, откуда он взялся, и загадочность меня привлекала. Наверное, я внушила себе всякую ерунду, но, когда я вспоминала о нем, сердце стучало в два раза быстрее, щеки покрывались румянцем, а глаза начинали блестеть. Я не хотела себе признаваться, но с появлением Тома я ожила. Моя жизнь не стала ни лучше, ни хуже. Я просто начала чувствовать ее. Я оттаяла. Моя душа словно возродилась из пепла. Вместе с ней вернулась и боль. Та, которую чувствуешь, когда теряешь кого-то родного.
Я тряхнула головой, чтобы отогнать эти мысли. Дрожащими руками затянула занавеску и поспешила вернуться в лежачее положение. Рука автоматически опустилась на живот.
Мое спокойствие длилось недолго. Я уже почти уснула, как в дверь постучали.
- Да, - недовольно буркнула я и, помогая себе руками, поднялась на постели.
Дверь открылась, и вошла Кармен.
- Привет, - проговорила она с, как мне показалось, искренней улыбкой. – Ну, как вы тут? Вот, я тебе принесла сок, - она поставила стакан на прикроватную тумбочку и присела на край кровати.
- Мы в порядке, - ответила я.
Кармен подозрительно на меня посмотрела.
- Что?
- У тебя ничего не случилось, Белла? Может, есть что-то, что ты не можешь сказать Джейку? Эти мужчины всегда относятся к нашим проблемам несерьезно.
«Вряд ли ей по силам будет переварить все, что у меня в душе», - пронеслось у меня в голове.
Я улыбнулась ей, чтобы развеять ее сомнения.
- Кармен, я просто сильно беременная женщина. Мне по статусу хандрить положено.
И мы засмеялись вместе.
- Белла, а можно… ну…
- Конечно, - я всегда понимала, чего хотят девушки, когда так мямлят перед беременной. Потрогать живот – это как аттракцион.
Кармен приложила ладонь к верхушке живота. Малыш не остался в долгу и пнул именно в то место. Я скривилась.
- Ой, я что-то сделала? Тебе больно? – испуганно пробормотала она и отдернула руку.
- Нет-нет, это ребенок шалит.
Сестра Блэка еще раз меня осмотрела.
- Слушай, у тебя случайно не двойня?
И я почти физически почувствовала, как мое сердце ухнуло куда-то вниз. Я напряглась.
- Мне кажется, что у тебя какой-то просто огромный живот.
- Тебе кажется, - стараясь скрыть дрожь в голосе, сказала я. – У всех по-разному… бывает.
За ту паузу, которая повисла между нами, я чуть не сошла с ума. Кармен сначала нахмурилась, а потом ее лицо прояснилось.
- Ну, да, я в этом не специалист. Я просто подумала, что нужно иметь нереальную храбрость, чтобы решиться на это. Я уж лучше с племяшкой нянчиться буду.
Кармен слишком много болтала. У меня даже голова разболелась. Я сослалась на плохое самочувствие, и Кармен быстро удалилась. Все-таки мое положение имело свои плюсы. Вот и Блэк меня совсем не доставал. Наши разговоры ограничивались только короткими фразами. И жизнь казалась сносной. Правда, только казалась…
Я и не заметила, как заснула. Сон был неспокойным, но к этому я привыкла. Мелькали лица, отрывки фраз, непонятные картинки. Словно мой мозг пытался что-то сопоставить, но не мог. Это очень выматывало. Единственное, что я помнила отчетливо, - это пронзительные зеленые глаза, смотрящие на меня с любовью. Я их ненавидела, эти глаза. И еще больше я ненавидела то, что уже не могла разобрать, чьи они. Или это были одни и те же?
Когда я проснулась, уже темнело. В комнате было ужасно душно, и я поплелась к окну, чтобы открыть форточку. Холодный ветер ворвался в комнату. А вместе с ним долетели какие-то звуки. Я прислушалась. Они шли откуда-то из дома. Скорее всего, из кабинета Блэка. Там оживленно спорили два человека.
Так и знала, что любопытство губит людей. Еще больше оно подстегивалось тем, что эти злосчастные голоса принадлежали тем людям, которые никак не хотели меня отпускать. Джейкоб и Том. Фигура Тома была самой непонятной, и желание все расставить по местам было огромным. Наверное, именно оно и погнало меня к кабинету.
Я тихо приоткрыла дверь своей комнаты. Моя цель находилась в самом конце коридора. Добиралась туда я на цыпочках. В темноте выделялась лишь тонкая полоска света, пробивавшаяся из-за неплотно закрытой двери.
Прижавшись к стене, я заглянула внутрь. И увидела Тома. Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу. И почему-то я почувствовала, как будто кто-то полоснул по сердцу ножом. Больно…
Я отвлеклась от своих чувств и прислушалась. Мужчины долго молчали. Позже заговорил Блэк:
- Тебе нравится моя жена?
Том никак не отреагировал на этот вопрос. В его сторону полетела рамка для фотографий, и он умело поймал ее.
- Хорошая реакция, - сказал Джейкоб.
Том повернул рамку снимком вверх и долго в нее всматривался. Я видела, как он напрягся, борясь с собой.
- Ну, так как? Нравится?
- Твоя жена, несомненно, очень красивая женщина.
- Естественно, я выбираю только лучшее.
Я презрительно скривилась. Так говорят, когда покупают новую тачку или скаковую лошадь. На лице Тома появилось то же выражение, но он быстро с собой справился.
- Я видел, как ты смотрел на нее на приеме.
- Джейк, такая женщина, как Изабелла, не может не нравится мужчине. Ты должен был привыкнуть к этому. Но она замужем, - он словно выплюнул это слово, - для меня это не пустой звук. Тем более в этом положении…
- Тут ты прав, - радостно проговорил Блэк. – Я смог добиться ее.
- Вообще-то я пришел поговорить о деле, - перебил его Том. – О нашем деле, - он сделал ударение на слове «нашем».
Радость Блэка как ветром сдуло.
- Я слушаю тебя, - серьезно сказал он.
- Наше предложение все еще в силе, оно только лишь немного видоизменяется, - Том поменял позу и потянулся в карман за чем-то. – Я закурю, - он чиркнул зажигалкой и поджег сигарету.
Мне пришлось прикрыть рукавом кофты нос, потому что я не переносила запах табачного дыма.
- Так вот. Наши партнеры из Иллинойса предпочли выйти из игры. Наивные, они полагают, что это так легко сделать. В итоге на всем Восточном побережье остался лишь ты. И если ты не струсишь, то заказ будет удвоен. И сумма сделки, соответственно, тоже.
- Сколько? – дрожащим голосом спросил Блэк.
Том потянулся за листком, что-то написал на нем и передал Джейкобу.
Мое сердце застучало так сильно, что своим грохотом вполне могло меня выдать. Я не понимала, что именно происходило в кабинете, но это точно было что-то плохое.
Блэк присвистнул.
- Стоит попытаться.
- Блэк, не нужно пытаться, - стальным голосом сказал Том. – Нужно взять и сделать. Товар нужен очень серьезным людям, они ждать не будут. Быстро найдут тех, кто сможет это сделать. И ненужных свидетелей устранят. А у тебя семья…
Я похолодела от страха. Мое представление о Томе никак не вязалось с теми угрозами, что он сейчас высказывал.
- У меня есть склад под Детройтом. Оружие можно хранить там.
Оружие? Мои глаза, наверное, уже поползли на лоб. Боже, во что я ввязалась?!
- Тише ты, - шикнул на Блэка Том. – Оружие, оружие. Тебя, что, не учили, что даже у стен есть уши? Будешь много трепаться - и тебе не позавидуешь. Учти это.
По моим щекам потекли слезы. Как я могла так ошибиться? Ну, как? Доверчивая¸ влюбчивая дура. Дура! Дура! Дура! Там, в больнице, я окончательно доверилась этому человеку. Интересно, именно по этой причине он просил меня его ни о чем не спрашивать? Я ведь поверила, хоть и на секунду, поверила, что он хочет защитить меня.
Если от Блэка я могла ожидать что-то подобное, то Том…. Это не было предательством, только в груди все болезненно сжалось.
- Ну, что, партнеры? – Том протянул руку.
- Партнеры, - ответил Блэк, пожав ее.
Я уже не понимала, что делала. Первое желание было убежать из этого чертового дома и спрятаться там, где меня никто бы не нашел. Я поддалась этому порыву. Я не знала, куда я бегу. Но должна была бежать. Побыстрее и подальше.
Я добежала до лестницы и стала спускаться. Ноги совсем не слушались. Это было почти как во сне, когда пытаешься идти, но ничего не получается. Не в силах выполнить все команды моего мозга, работавшего в ультраскоростном режиме, мои конечности запутались, и я поняла: падения не избежать. И тут же потеряла равновесие. И не сдержалась и завопила.
Не знаю, как, но я упала на спину. Видно, сработал какой-то рефлекс. Когда я встретилась с полом, мое тело пронзила резкая боль. Она прошла волной все части тела, начиная с головы и ног, и сконцентрировалась в области живота. Мысль о том, что и мой ребенок чувствует ее, заставила меня застонать. Я хотела встать, хотела хоть чем-то помочь своему малышу, но не могла пошевелить ни руками, ни ногами. Словно меня пригвоздили к полу. Оставалось только плакать от беспомощности.
- Белла, нет, - будто через вату донесся голос Джейкоба.
Надо мной склонились два обеспокоенных лица.
- Белла, Белла, Белла, - кричал Блэк и тряс меня, чем причинял еще большую боль. Он всегда делал мне больно. Всегда. Я застонала сильнее и попыталась оттолкнуть его руки. Что-то холодное капнуло мне на щеку. Слезы? Блэк плакал?
Послышался звук удара. Том обрушил свой кулак на лицо Блэка.
- Успокойся, подбери сопли. Ты же делаешь ей еще больнее. Звони в девять-один-один. И ее врачу тоже.
Джейкоб куда-то побежал, и мы остались наедине. Том осторожно провел ладонью по моей щеке. Прикосновение было нежным, мягким. Оно забирало боль. В глазах Тома блестели слезы.
«Он переживает», - сказал мой внутренний голос. «Так нельзя сыграть».
- Родная моя, я рядом, я с тобой, - прошептал он, целуя мою руку. – Все будет хорошо, я тебе обещаю. Потерпи немного. Прости, эту боль я не смогу облегчить, но обещаю, что огражу тебя от всего остального. Ты веришь мне?
Может, мое сознание было слишком затуманено болью, а, может, я дала Тому такой лимит доверия, что даже сцена в кабинете не исчерпала его. Кивнуть я не смогла, поэтому лишь моргнула. И он меня понял. Когда вернулся Джейкоб, Том отпустил мою руку.
- Они сейчас приедут, - пробормотал он и сжал мою ладонь в своей.
- Не трогай ее, - жестко проговорил Том, - любое прикосновение делает ей хуже. Не надо еще больше мучить ее.
Через пару секунд к уже притупившейся боли прибавилась новая. Ни на что не похожая. Малыш просился на свет. Я в защитном жесте сложила руки на животе и закричала.
Уже второй раз за этот месяц меня увозили на каталке.
«Такими темпами я вряд ли дотяну до тридцати», - промелькнула мысль в голове.
- Я ее муж. Я поеду с ней, - долетел до меня голос Джейкоба, когда меня грузили в машину скоро помощи.
Последнее, что я видела, были полные страдания, такие ненавистные мне глаза Тома. Потом дверца машины захлопнулась, и меня поглотила тьма.
***************************
Мне показалось, что я нахожусь в этой темноте слишком долго. Сначала не было ничего. Одна я. Потом появился еще кто-то. Я не видела его лица, но чувствовала, как он дышит мне в спину. Рука опустилась на мое плечо. Мой рот открылся в безмолвном крике. Я резко обернулась, и этот кто-то притянул меня к себе. И стало так хорошо. Я уже не чувствовала опасности.
Картинка резко изменилась. Я ощутила холод. Даже мороз. До меня долетел детский плач. Я стала оглядываться по сторонам. Где-то вдалеке виднелся силуэт мальчика. Он плакал и тянул ко мне свои крохотные ручонки. Чем ближе я подходила, тем холоднее становилось. И в мгновение ока нас разделила ледяная стена. Я бросилась туда и стала колотить руками по льду. Он, естественно, не поддавался. Этот образ даже не завершился логически, и его сменил другой.
Блэк. Я зашипела, увидев его. Где он – там боль. Ия мысленно к этому приготовилась. Его глаза сверкнули во тьме. Он приближался. А я не убегала, только пятилась. Потом в моих руках неизвестно откуда появился пистолет. И я, даже не задумываясь, нажала на курок. Из отверстия на лбу Блэка начала сочиться кровь. Только она была не красной, а черной.
Все образы оборвались так же внезапно, как и начались. До меня начали долетать звуки, сквозь закрытые веки я чувствовала свет.
Я повернула голову на другой бок. Стало немного удобнее.
- Вам нужно выйти, - я услышала чей-то голос. Очень знакомый. Но медленно работающий мозг пока его не узнал.
- Она приходит в себя. Я должен быть рядом.
- Она очень слаба. Ничего вам сейчас ваша жена не ответит. Я лучше знаю, что нужно женщине в такой ситуации.
Послышались удаляющиеся шаги.
- Марта, вы отвечаете за нее.
Затем хлопнула дверь. Я почувствовала руку на своем запястье и немного подвигала им, чтобы подать знак.
- Белла, ты меня слышишь?
Я попробовала разлепить губы. Было очень трудно, но у меня таки вышел хрип. Свободная рука автоматически проследовала туда, где должен был находиться ребенок.
Пусто. Я нащупала лишь плоскую поверхность.
- Нет, нет, нет, нет, - бормотала я, метаясь по кровати.
- Белла, все хорошо. Успокойся, - Марта сдерживала меня как могла. – Тебе нельзя двигаться.
Охватившая меня паника облегчила возвращение в реальность. Я распахнула глаза.
- Белла, милая, не двигайся, швы могут разойтись.
Какие швы? О чем она вообще говорит?
- У нас получилось. Детка, у тебя получилось. Он поверил. Ничего не заподозрил. Пока ты была без сознания, я сделала все, что нужно.
- Что случилось? – прошептала я.
Марта принесла мне воды и помогла попить.
- Я была в шоке, когда узнала, что ты упала с лестницы. Сначала я подумала, что это он тебя так… Ну, после того инцидента… Но он клялся, чуть не на колени становился, чтобы меня убедить. Нам срочно нужно было спасать ребенка, ждать было нельзя. Мы сделали тебе кесарево. Удивительно, но у тебя самой даже переломов нет, только ушибы. Как будто ангел-хранитель стоял над тобой в тот момент.
Не знаю, что имела в виду Марта, но я тут же вспомнила слова Тома. Ну как посторонний человек мог знать, что сказать мне? Я хотела услышать именно это.
«Родная моя». Моя? То есть, его? Что он хотел этим сказать? Что побудило его сказать это?
Где-то в самом дальнем участке мозга вспомнилась причина моей спешки, из-за которой я упала. Но все эти мысли были ничтожны по сравнению с волнением, которое бушевало во мне. Мой ребенок родился! Теперь я буду защищать его собственными руками.
- Ребенок, - выдавила я из себя.
- Мальчик. Два восемьсот. Такой маленький. Он здоров. Твое падение лишь ускорило роды.
Мальчик. Конечно! Я все эти месяцы в своих снах видела мальчика. Мое маленькое солнышко уже тогда давало мне о себе знать. А теперь вот он, реальный. Мой. Моя часть. И часть Эдварда. Он был бы безмерно счастлив, если б смог быть рядом…
По щекам опять покатились слезы.
- Ну, что ты? Все закончилось, - успокаивала меня Марта. – Ты окрепнешь, и, возможно, завтра я принесу тебе твоего малыша.
- А почему только завтра?
Марта улыбнулась.
- Не терпится? – я кивнула ей в ответ. – Понимаю, только вряд ли ты сейчас сможешь поднять руки и удержать ребенка.
Я усмехнулась сквозь слезы. Я уже чувствовала себя намного лучше.
- Я пойду. Сейчас придет медсестра и вколет тебе успокоительное. Тебе нужно больше спать и набираться сил.
Марта встала, поправила одеяло и направилась к двери.
- Марта, - прохрипела я, - а ты можешь сделать так, чтобы он не приходил?
- Ничего не обещаю. Здесь мои полномочия заканчиваются.
Я кивнула.
- Марта, а больше ко мне никто не приходил?
Женщина вернулась к моей кровати.
- Белла, Белла, - укоризненно проговорила она. – Догадываюсь, о ком ты. Нет, его не было. Его тоже не пускать, если что?
- А стоит? – прошептала я в ответ.
- Боюсь, ответ на это вопрос принесет тебе слишком много проблем.
Она постояла еще немного, а потом вышла.
Я спала почти все время. Но и мои мысли, и мои сны крутились вокруг моего новорожденного сына. Я пыталась представить, какой он. С нетерпением ждала момента, когда, наконец, увижу его.
Все страхи отошли на задний план. Здесь и сейчас я была счастлива.
На следующий день я уже могла приподняться на кровати. Марта осмотрела меня и, ничего не сказав, вышла из палаты. Приходил и Блэк. С первого взгляда было видно, что наш разговор не клеился. Он что-то говорил, я делала вид, что слушаю, и отвечала, если надо. Пришлось придумать историю о том, как я хотела спуститься, чтобы взять сока. Не могла же я сказать, что подслушала все о их грязных делишках. Еще через некоторое время я притворилась, что мне хуже, и Джейкоб ускакал как ошпаренный.
Марта сдержала свое обещание: после обеда она принесла мою кроху.
- А вот и мы, - она влетела в палату, открыла шире дверь и вкатила специальный столик.
Она помогла мне принять сидячее положение, а затем передала мне ребенка.
Как только я взяла на руки малютку, все сразу встало на свои места. Именно ради этого момента я пожертвовала всем. От нахлынувших чувств на глаза навернулись слезы.
- Он очень просился к тебе. С самого рождения показывает характер. Нянечки уже все извелись, пытаясь успокоить его.
Я улыбнулась и осторожно обвела пальцем его личико. Малыш причмокнул и продолжил спокойно спать.
- Мне не верится, - сказала я. – Не верится, что он в моих руках. Теперь я сделаю все, чтобы оградить его от опасностей. Я еще не знаю, как, но уверена, что смогу.
- Конечно, сможешь. Только мать способна творить невероятные вещи, чтобы защитить своего ребенка.
Я всматривалась в каждую черточку моего сына. Словно его могли у меня забрать.
- Как ты назовешь его?
- Дэниэл. Дэнни, - тут же ответила я. – Я всегда хотела, чтобы сына звали так. Это имя отца Эдварда.
- Понятно. А он, - она сделала ударение на этом слове, - не будет против? Он ведь действительно поверил, что это его ребенок. И он переживает.
Я хмыкнула.
- Я мать. И я имею хотя бы право сама назвать собственного сына.
Больше мы не разговаривали. Я наслаждалась минутами, проведенными вместе с моим маленьким Дэнни. Поэтому я долго не хотела их отпускать.
Но отпустить пришлось. Сердце болезненно сжалось, когда Марта позвала медсестру, чтобы увезти сына обратно.
Марта уже второй день была не слишком разговорчива. Вот и теперь собралась уйти, не сказав ни слова.
- Марта, - окликнула я женщину, когда она была у двери.
Я опустила глаза, не решаясь продолжить. Она покачала головой.
- Итак, я полагаю, сеанс промывания мозгов можно считать начатым. Белла, что ты творишь? Ради этого ты рисковала многим?
- Не знаю, Марта, - ответила я. – Не знаю.
- Вспомни, что ты пережила, пытаясь убедить Блэка, что он своего добился. А теперь этот…
Я жалобно посмотрела на нее.
- Он не приходил, если ты это хочешь знать, - Марта встала и начала ходить туда-сюда.
- Ты что-то чувствуешь к нему, - по интонации было понятно, что это совсем не вопрос.
Я замотала головой, пытаясь то ли опровергнуть ее фразу, то ли доказать ее неверность самой себе.
- Нет, чувствуешь. Кто он? – Почему именно он? Сколько ты его знаешь?
Вопросы сыпались на меня и ударяли, словно пощечины.
- Марта, - вскрикнула я, - если б я знала ответы на эти вопросы. Если б знала…
В этот раз Марта не стала меня успокаивать, а просто вышла, хлопнув дверью. Что же, я заслужила это. Но ведь глупому сердцу не объяснишь и уж тем более не прикажешь.
********************
На следующее утро я проснулась от того, что кто-то сжимал мою руку. Мягко, нежно. Приятно!
Потом меня погладили по плечу. Потом снова вернулись к запястью. И я ощутила прикосновение губ к тыльной стороне ладони. Сердце затрепетало, дыхание участилось, воздуха стало не хватать.
Я открыла глаза и поморгала, чтобы сфокусировать взгляд. И не удержалась. Увидев того, кого больше всего ждала, я просто расплылась в улыбке.
- Я же говорил, что все будет хорошо. Я никогда не лгу. По крайней мере, тебе.
Воспоминания дали о себе знать, но я смогла не подать виду. С преступной частью моей жизни лучше будет разбираться, стоя на своих ногах.
- Ждала меня? – спросил Том, усмехнувшись. Я неосознанно кивнула. Он с улыбкой поднес мою руку к губам и продолжил покрывать ее поцелуями.
- Моя родная, - протянул он.
- Как она тебя пускает? – спросила я. - Ты что, ее заколдовываешь?
- Нет, просто Марта хорошо разбирается в людях. И она видит, кто есть кто.
Только сейчас сквозь клубящийся в голове туман счастья стали пробиваться тревожные нотки. Я не должна была позволять ему так на меня влиять!
- Зачем ты пришел? – сказала я, вырвав руку из его объятий.
- Я волновался, - неуверенно произнес он, смущенный моей внезапной переменой настроения.
- Не стоило.
- Что-то случилось?
- Да, случилось, - прокричала я, - случилось. У меня счастье случилось.
- Ага, конечно, - озлобленно гаркнул он. – Ты просто очень счастлива. Особенно, когда Блэк не уделяет тебе должного внимания, и ты бродишь по дому одна и падаешь с лестниц.
- Да кто ты такой, чтобы лезть в мою семью? Хочу – и падаю с лестниц, не хочу – не падаю. И, между прочим, у меня пополнение. И я хочу полностью прочувствовать всю радость. Но ты мне не позволяешь.
Я почти рыдала. Том приблизился, схватил меня за подбородок и погладил по щеке.
- Я тебе мешаю?
- Мне не нужна твоя защита. У меня есть муж, ребенок. Вот моя защита. Ты мне не нужен.
В его глазах мелькнул гнев.
- Так как еще я тебе мешаю? – жестко спросил Том. Потом пытливо посмотрел в мои глаза. И это меня довело. Я взорвалась.
- Ты не знаешь, как? Неужели ты не видишь? Ты не отпускаешь меня. После того приема я не могу выбросить тебя из головы. Даже глаза твои долбанные мне уже снятся. И даже сейчас, когда я должна думать о своем сыне, я думаю о тебе. Вот как ты мне мешаешь.
Он застыл как вкопанный.
- Ты думаешь обо мне? - он смотрел на меня так, как будто я была с другой планеты. – Боже, какой я идиот! Милая моя, я… я…
Наши глаза встретились. Вспышка – и нас уже не остановить.
Его горячие губы сводили меня с ума. Я давно не чувствовала ничего подобного. Его поцелуй словно вдохнул в меня что-то новое. Я обняла Тома за шею и еще сильнее прижалась к нему.
Так не должно было быть. Не должно. Только я уже позволила этому случиться. Когда я опомнилась, я всеми силами попыталась оттолкнуть Тома. Мне это легко удалось. Мы оба тяжело дышали.
- Скажешь что-нибудь? Или лучше ударишь меня?
Я помотала головой.
Том немного прошелся по палате, потом вернулся ко мне и снова взял мою руку.
- Как твой ребенок? Надеюсь, он не пострадал при твоем падении?
- Все хорошо, - все еще задыхаясь, проговорила я.
- Том, - помолчав, сказала я, - так все-таки кто ты?
Он повернулся ко мне и улыбнулся.
- Я поняла. Мне лучше этого не знать.
Он кивнул.
- Белла, придет время – и ты обо всем узнаешь. Пока еще рано.
Он присел на корточки, притянул меня к себе и еще раз поцеловал.
- А ты отвечаешь на мои поцелуи! И еще как отвечаешь! – сказал он, проводя своей рукой по моим волосам.
После этого Том начал поспешно собираться уходить. Он спешил куда-то, постоянно посматривая на часы. Уже в дверях он остановился и проговорил:
- Помни только одно: что бы ты ни услышала обо мне или что бы тебе обо мне ни сказали, верь мне. Я хороший парень. Правда.
И я осталась одна. У меня было очень много времени, чтобы обдумать все, что случилось. Я опять упустила контроль. И что получила?
Муж, который лучше убьет меня, чем отпустит. А теперь, когда он думает, что я родила его ребенка, он сможет угрожать мне еще и этим. Поэтому я до конца своей жизни привязана к нему.
Ребенок, который никогда не узнает своего настоящего отца.
И Том – мужчина, с которым я целовалась только что в собственной палате.
Молодец, Белла! Браво! Аплодисменты в студию. И как теперь ты будешь выкручиваться?
Не знаешь?!
Ну и флаг тебе в руки, барабан на шею… А лучше камень. И сразу в воду…
--------------------------------
Доброго времени суток, мои дорогие читатели! Я даже не думала, что эта глава получится настолько большой. Не хотелось уже больше тянуть с рождением ребенка Беллы. Теперь вас ждет совершенно новый поворот этой истории. Вот такой я человек, захотелось мне добавить криминала)))) Но, как я и обещала, все будет хорошо…

ФОРУМ