Я моргнула, снова закрыла и открыла глаза, потом повернула голову вправо.
Мой взгляд встретился с привычной пустотой рядом, и я тут же прислушалась к звукам квартиры. Короткий, но громкий смешок мгновенно привлек мое внимание.
Я улыбнулась.
Поднявшись с постели, я прошла небольшое расстояние до стоящей у стены детской кроватки.
- Нила, - прошептала я, беря ее на руки и крепко прижимая к себе, - доброе утро, солнышко.
Малышка никак не отреагировала на мое приветствие, а только прижалась своей щечкой к моей, а потом, будто невесомо, коснулась моей щеки и губами.
Хотя нет – это было ее приветствием.
Не переодевая дочь с веселой пижамки, я вынесла ее из спальни и посадила в детскую качельку, которую папа прикрепил своей любимой внучке в проходе в гостиную комнату, когда узнал какую безумную любовь она испытывает к этим развлекающим штукам.
Всю комнату заливало солнце, у моего ребенка было прекрасное настроение, и я была просто обыкновенно счастлива.
Маленькие ручки, тянущиеся ко мне, веселые детские визги, улыбки, открывающие прячущиеся обычно ямочки на пухлых щечках и уже не коротенькие золотистые кудряшки – и это все было моим.
Медленные прогулки по улицам с умилительными улыбками от Чарли, Джейн, Алека и меня, когда пара малышей, еще сами пошатываясь, старательно толкают перед собой свои коляски, сердясь на каждого и любого за помощь.
Изводящие морально и физически плачи ангелочка, когда ее еще не могут понять, но и ей самой объяснить не удается так необходимое желание.
Неизбежные испуги, волнения, страхи, моменты слишком малой веры в себя и упадка сил.
А еще много-много всего и в тоже время ничего.
Это был еще август, но конец. С подозрительно прелестной погодой и совсем не замечательными случаями.
Месяц был бешенным, если можно так сказать. Взять только встречу с Эдвардом и расставание с Питером.
Первый теперь учился в одной из самых престижных военных школ в Америке. И при нашей той давней и недавней встрече пообещал, что мы увидимся еще раз, только уже в день его отъезда. Мои действия? Я не ждала.
Второй продолжал работать в нашем городе и бороться, как сам говорил, с желанием обращаться со мной, как со своей, при наших частых встречах. Что я могу сказать? Мой ребенок любил Питера, только я нет.
Я сейчас была настолько несвободной, что не знаю просто. Или знаю.
Отцу не сказала еще, не обрадовала, а он будет в восторге от того, что я записалась на кое-какие он-лайн предметы, предоставленные университетом Сиэтла.
Я еще кем-то буду.
А с Джейн я забыла поделиться при нашей последней прогулке тем, и всех предыдущих за последний месяц, что моя жизнь, кажется, готовиться к очередному перевороту. А она ведь просила предупредить ее, когда я начну чувствовать это неописуемое гадское ощущение внутри.
Ну и еще я снова стала краситься. Тушью только реснички.
Нила потирала кулачком глазки и вела себя нетерпеливо. Капризничала, хотела спать. Я взяла ее, а когда оказалась в спальне, то вместо того, чтобы положить дочь в кроватку, поместила в центр своей постели. Задернула шторы и совсем быстро и без труда усыпила ее. Прежде чем оставить Нилу одну, я положила с обеих сторон нее подушки, на всякий случай. Двери в комнату оставила приоткрытыми и вернулась на кухню.
Сидела там уже около получаса в руке с пультом и смотрела на экран телевизора, но не видела и не слышала ничего, и не думала тоже.
Складывалось такое ощущение, что к концу этого дня я либо с ума сойду, либо… только чуть-чуть ненормальной стану. И такие нерадужные перспективы совсем не радовали.
Раздался стук в дверь, не звонок. И я сразу знала.
Пройдя в коридор, по пути ведя рукой по стене, я на секунд десять замерла перед входной дверью. И да, я уже чувствовала себя ненормальной. Открыла ее и его впустила. А потом, знаете, стояла так просто, будто уставившись на него, но, не видя его.
И вдруг внезапно вспомнила.
- Уезжаешь? – это прозвучало надменно. Так может быть?
- Да, - без эмоционально. Совсем не волнует.
- Пришел зачем? – раздраженно.
- Попрощаться, - уже не ровно.
- Так же как и в прошлый раз? – я знала уже, что пытаюсь получить от него реакцию. Какую?
- Нет, - зло. Эту?
- А как? – знаете, а ведь сейчас я стояла в защитной позе.
- Просто по-другому, - и он мне ухмыльнулся.
- Знаешь, а я больше тебя не понимаю, - я ушла в гостиную и села на диван, притянув к груди ноги и обняв себя за коленки, - понимала даже, почему ты так поступил со мной, но не понимаю, зачем опять вернулся.
- А как я поступил с тобой? – спросил он даже будто с интересом.
Я посмотрела на него. Прошла секунда, две… может больше.
- Как захотел, - ведь я не могла утверждать, что он считал, что именно так и нужно было поступить. Просто захотел.
- А почему я так поступил с тобой?
И снова подняв на него взгляд, я уже не отводила глаз.
- Потому что я тебя полюбила и не прекратила, что бы ты ни делал, - ответила я.
- Вот видишь, ты сама на свой вопрос и ответила.
- А какой вопрос был, а то я как-то забыла, - мне было смешно, я чувствовала себя пьяной.
- Зачем я вернулся.
И я рассмеялась.
- Что? Понял, что потерял? – Сумасшедше весело спросила я.
- Нет, - ответил он, - не потерял.
Я отвернулась от него и теперь смотрела уже на нас, отражающихся в стеклянной поверхности дверей шкафа.
Мои волосы были собраны в тугой пучок, и только одна прядка выбилась из него. Лицо было немного бледноватым, но это только придавало мне чего-то необычного. Губы были слегка обветренны, от чего выглядели припухшими, и я знала, хоть и не видела, что их цвет был ярко-красный.
- Ты что-то от меня хочешь? – наконец спросила я.
- Я не знаю, - просто ответил он, - это было спонтанно.
Я тяжело вздохнула. И в этот момент с соседней комнаты раздался тихий, неразборчивый детский голосок.
И почему-то тогда мы посмотрели друг на друга. И я хихикнула. Нервы или просто тупо дура?
- Она часто во сне разговаривает, особенно если перед этим смотрела какой-то яркий мультик.
Если это всегда меня умиляло, то у него даже улыбку не вызвало. И как говорит Джейн, печально.
Ну а чего я ждала? Может даже его извинений… Но тут не они нужны… другое, совсем другое что-то.
Я встала и быстро прошла в темную комнату. Он шел за мной. И я не знала точно, что не хочу его рядом.
Несколько минут мы стояли в комнате и смотрели в центр моей постели, где крепко спала наша дочь. Потом я пошла вперед и, подойдя к дальнему краю кровати, легла рядом с Нилой. Эдвард сделал тоже самое, теперь моя малышка была между нами.
В комнате было темно. Плотные, бардовые и на вид тяжелые шторы почти совсем не пропускали свет. Ну и ладно, он все равно был какого-то странного цвета.
Я прикрыла глаза на секунду, а казалось, что открыла через пару минут. Эдварда рядом уже не было.



- Пап? – прокричала я со своей старой спальни в доме отца, когда так и не смогла сама найти школьные записи, которые сейчас могли мне помочь хоть чем-то при подготовке заданий онлайн курсов.
Чарли пришел не так быстро, как мне хотелось бы, просто я уже около получаса обыскивала свою комнату, и мое терпение находилось в очень плохом состоянии, однако его задержанию была хорошая причина. Очень хорошая, маленькая, любимая и много требовательная.
- Ты звала, Белз? – спросил он, остановившись в дверях моей комнаты держа за руку растрепанную и румяную Нилу.
- Я не могу найти школьные тетради, ты не куда не убирал их?
Отец пожал плечами и поднял не стоящую спокойно на месте внучку на руки.
- Возможно, я отнес их в гараж, ты же, кажется, все складывала в коробки, да?
Я вздохнула и недовольно полуулыбнулась.
- Если хочешь, сегодня вечером я разберу там все и достану твои коробки, - предложил отец, увидев, что я недовольна.
- Прости, пап, - сказала я, вновь почувствовав, что веду себя слишком напористо в плохом смысле, - просто я совсем не думала, что выпавший год так сильно повлияет на мои знания, - не хотелось оправдываться, но так получалось, - я ничего не знаю.
Отец понимающе улыбнулся и, пройдя в комнату сел на теперь не используемую кровать, потом указал, чтобы я присела рядом с ним.
Я взяла у него с рук Нилу и просто чтобы, возможно, отвлечь себя, стала переплетать ее испорченные косички. И еще сейчас я не могла смотреть на него.
- Ты скоро привыкнешь, - спокойно и уверенно сказал Чарли, - тебе просто надо… войти в колею.
Я хмыкнула и подняла на него взгляд. Вообще-то он, возможно, не о моих проблемах с занятиями говорил.
- А сколько еще можно входить в колею?
Отец улыбнулся.
- Ровно столько, сколько тебе надо будет.
В это воскресенье мы ушли от него позже, чем обычно. У меня оставалось время только на то чтобы искупать, накормить и уложить Нилу спать. Как только я открыла дверь в квартиру и вошла внутрь за дочерью, мое внимание сразу же привлек еще один букет цветов, стоявший в прихожей в белой матовой вазе на небольшом столике, который мне принес теперь знакомый курьер этим утром перед самым уходом. Тогда у меня не было времени на то, чтобы прочитать всегда имеющуюся в нем карточку, сейчас тоже. Если только позже.
Справившись со всеми делами, мне как на зло не хотелось спать и я даже не чувствовала усталости, которая обычно по вечерам наваливалась на меня за весь прошедший день. Долго не думав, я вышла в прихожую, села на стул, стоящий за тем самым столиком и открыв ящичек, достала с него маленькие, как мне больше нравилось их называть и что им больше подходило, записки.
Их набралось достаточно.
Но прежде чем прочитать новую, я взяла букет.
Это могли быть самые красивые на вид, редкие в своем сорте или невероятные в аромате цветы, но они все равно всегда были обычными.
Эдвард не предавал им большого значения, я знала. Они для него были лишь способом связи со мной. Односторонней.
И я не знаю, что он делал или чего пытался добиться этим. Я лишь знала, что это мой шанс. Мой шанс ему ответить или нет.
____________________________________________________________________________________
И сейчас я скажу свои любимые слова, которые обычно всех бесят в моем исполнении: не делайте поспешных выводов
И да, я знаю, что пишу
Форум.