EsmePOV

— У меня начались схватки, — сказала она, схватившись за живот.

Я почувствовала острую боль внизу живота и схватилась за него. А потом вода потекла по моим ногам, и я поняла, что рожаю. Паника накрыла меня с головой. Эта ночь обещала быть очень захватывающей и эмоциональной…

CarlisePOV

Я находился в больнице уже часов пять и был взвинчен. Эдвард уснул после двух часов ожидания, и я попросил положить его на кушетку. Этот день был слишком насыщенным для него. Впервые я оказался на месте родственника пациента, а не врача. Теперь я почувствовал все эмоции: страх, волнение, раздражение, радость. Я не мог успокоиться, хотя всегда отлично себя контролировал. Вдруг из палаты выбежала медсестра. Я поймал её и спросил:

— Как Эсме? С ней всё хорошо? — Она с раздражением посмотрела на меня.

— С ней всё в порядке. Мистер Каллен, потерпите ещё немного, и ваш малыш появится на свет, — устало ответила она. — Вам бы не помешало отдохнуть, пока есть возможность. Если вы понимаете, о чём я. А теперь, если вы меня отпустите, я смогу выпить чашечку бодрящего кофе.

Из палаты всё ещё раздавались крики и ругательства. Я успел уже проверить Эдварда и немного подремать. Прошло ещё некоторое время, а роды всё не заканчивались.

Сев на стул, я запустил руки в волосы и на несколько минут закрыл глаза, пытаясь хоть немного расслабиться.

С Эсме Мейсон я познакомился в юности. Мой отец лечил её, когда она сломала ногу, упав с дерева, а я наблюдал за всем процессом – тогда я проходил практику в больнице. Эсме оставила после себя настолько глубокое впечатление, что я еще долго не мог её забыть.

В моих планах было познакомиться поближе и узнать её. Я приглашал её на прогулки, в кино, музеи и парки. Постепенно девушка открывалась мне и рассказывала о своих планах.

Она собиралась переехать на запад страны и стать школьным учителем, но против этого воспротивились ее родители – они настояли на том, чтобы она вышла замуж за Чарльза Эвенсона. Она была так молода и неопытна для женитьбы, хотелось уберечь её ото всех, тем более от жениха.

Муж оказался очень грубым человеком, который поднимал руку на свою молодую жену, но деваться ей было некуда, и, чтобы угодить родителям, она терпела все побои и издевательства. Каждый раз, когда я видел новые синяки на её теле, то чувствовал страх за неё, ужас от того, что однажды он убьёт её. Я умолял Эсме сбежать от Чарльза, но она говорила, что он не переживёт, если она уйдёт от него.

Когда мужа-тирана отправили в командировку, Эсме только обрадовалась. Мы много времени проводили вместе, как раньше, пока не вернулся Чарльз и не продолжил избивать жену. Эсме не выдержала и однажды, когда мужа не было дома, сбежала.

Когда ее нашли, она была очень слаба, но доктор Каллен, по счастливой случайности работавший на том участке, понял, что в ней еще теплится жизнь. Он был поражен, узнав в разбитом и изуродованном теле полную сил девочку, которую лечил когда-то, и решил её вылечить. Спустя какое-то время между Карлайлом и Эсме завязались тёплые отношения, и они поженились, а Чарльз был арестован за побои жены.

Спустя тридцать минут

Крики прекратились, но слышно было, что что-то происходит, какая-то суматоха. Наверное, роды подходят к концу. Потом раздался оглушающий крик, затмевающий все предыдущие. Это был крик боли, страдания, безысходности и потери. Я вскочил со стула и метнулся к палате. Оттуда выходил врач, который преградил дорогу ко входу.

— Что происходит? Почему она так кричит? — вёл себя я, как безумный.

— Мистер Каллен, с вашей женой всё хорошо в физическом плане, — он замялся. Что он имел в виду, говоря это? Тогда почему крик такой невыносимо громкий? А дальше я услышал вой. — Карлайл, ваш ребёнок мёртв. Мы не смогли его спасти. — Душа ушла в пятки.

— Как не смогли? — прохрипел я.

— Он запутался в пуповине и задохнулся. Вы должны поддержать свою жену, она не в лучшем состоянии сейчас, — он cжал моё плечо, сочувствуя. Эта новость была как пощёчина – такая же неожиданная и болезненная.

Я знал, как она мечтала о большой семье. Но теперь все эти надежды умерли вместе с ребёнком.

Когда я вошёл в палату, там не было никого… кроме убитой горем Эсме.

EsmePOV

Я потеряла моего ребёнка, мою надежду на счастье. Мне было очень больно от осознания, что у меня не будет дружной большой крепкой семьи. Я не была хорошей женой, так что же говорить о том, какая я мать? Я заплакала.

Я не смогу подарить Карлайлу детей, так зачем ему такая жена? Я не достойна его. Наш дом никогда не будет наполнен радостным детским смехом, я не смогу увидеть первые шаги, не смогу услышать первое слово, посмотреть, как мои дети идут в школу и заканчивают её. Я ещё громче заплакала, когда в палату зашёл бледный и опустошённый Карлайл. У меня началась истерика, а он подошёл ко мне и сгрёб в охапку.

— Тише, — он вытирал мои слёзы, ещё крепче обнимая меня.

— За что нам это? — всхлипнула я.

— Не знаю, милая, не знаю. — Слеза скользнула по его щеке. — Но нам нельзя опускать руки, мы будем пытаться ещё и ещё. — Я замотала головой:

— У нас не получится, — севшим голосом сказала я.

— Конечно, с первого раза не получится, — продолжил Карлайл.

— Я не смогу родить ребёнка, — твёрдо сказала я, сжимая челюсть, чтобы не закричать снова, и он ещё крепче обнял меня.

— Может, эта авария была нужна, чтобы подарить нам Эдварда? — прошептал он.

— Но какими жертвами! — Я была в ярости, что он так подумал. — Лишить его матери, чтобы отдать его мне? — прошипела я. Карлайл поджал губы и посмотрел на меня печально.

— Эсме, Элизабет была… больна и… она всё равно не смогла бы выжить. — Мои глаза широко открылись от шока. Рой вопросов закружился в голове.

— Но, но… почему? Почему она не сказала мне? Чем она была больна? А Эдвард знал? Почему ты мне ничего не сказал?

— Тише, — он погладил меня по щеке, стирая остатки слёз, — она не хотела никому говорить, чтобы не беспокоить, не быть обузой. И попросила меня, чтобы после её смерти мы чаще заходили к Эдварду и не дали замкнуться в себе.

— Сколько ей оставалось жить? — безжизненным голосом спросила я.

— Со дня аварии ещё год. Месяцем больше или меньше.

— Она была слишком молодой, чтобы умирать. Это так несправедливо.

— Жизнь вообще несправедливая штука, знаешь ли, — с горькой усмешкой сказал Карлайл.

— Ты не оставишь меня? — спросила я с надеждой.

— Конечно, нет! — воскликнул он. — Как ты могла такое подумать? — Я спокойно вздохнула и опустила голову на плечо Карлайла.

Послышался скрип двери и в палату вошёл Эдвард, потирающий глаза. Он подошёл к моей кровати и остановился, сначала посмотрев на меня, а потом на Карлайла.

— Что происходит? — сонно спросил он. — А где мой братик? — Я всхлипнула, и слёзы опять потекли из моих глаз, а Эдвард испуганно посмотрел на меня.

— Эдвард, его нет. Он умер, — сказал Карлайл, опустив голову.

Эдвард, ничего не сказав, залез на кушетку, крепко обнял меня и сказал:

— Зато я люблю тебя, — посмотрел на меня он, и я как будто заглянула в свои глаза. Такие родные и знакомые. В нём есть частичка и от меня. Я поняла: вот каким мог бы быть мой сын. Вот он сидит рядом со мной и обнимает меня. Теперь Эдвард мой ребёнок, мы будем любить его как родного.

— Я тоже тебя люблю, малыш.

Предыдущая глава || Следующая глава