Элис аккуратно отгладила все складки короткой темно-синей юбки, вернула к жизни огромный красный бант, широкие концы которого свешивались сзади игривым хвостом, расправила мелкие бусинки, украшавшие пышные рукава. Белле не нужно было долго крутиться перед зеркалом. Она и так знала, что выглядит в платье сестры как…

– Выглядишь как шлюха или стриптизерша. Вырез такой большой, что кажется, будто грудь вот-вот вывалится. Я уж не говорю про юбку. Если с моим ростом это еще можно надеть, то… – начала возмущаться Элис.

– Я выше всего на пару дюймов. Так что, перестань портить мне настроение, Элли. Поищи лучше подходящие туфли, – спокойно улыбнулась Белла, присаживаясь на край кровати и чуть ли не полностью оголяя тем самым свою соблазнительную спину.

– Делай, как знаешь, – прошипела сестра. – Но если тебя сегодня изнасилуют… Белла, ты хоть плечи чем-нибудь прикрой!

– Чем-нибудь с перьями? – усмехнулась девушка.

– Не напоминай. Я с тех пор не переношу запах паленого.

– Не надо было поджигать в конце выпускного собственную накидку.

– Это Тайлер Кроули зло пошутил. Сама бы я не стала портить… произведение искусства.

Белла рассмеялась. Она вспомнила тот день. И вечер накануне. А как давно, казалось, все это было! Двенадцать лет прошло – пол жизни. Элис шила платье сама. И делала она это не потому, что папа дал мало денег. Нет, Чарли потакал любому капризу дочерей. Только вот ни в одном приличном магазине Форкса и Порт-Анджелеса не нашлось наряда, который Элли посчитала бы подходящим. Было куплено несколько метров синего шелка, красная органза и черное кружево. Отец впал в состояние легкого шока, когда увидел Элис в этом и никак не хотел выпускать дочь из дома в новом платье. Пришлось пойти на компромисс: смастерить в одну ночь накидку из прозрачных шелковых обрезков и найденного в чулане бабушкиного боа. Страусиные перья полчаса варились в черной краске. Тринадцатилетняя Белла аккуратно помешивала длинной деревянной ложкой весело бурлящее содержимое большой кастрюли. Рене сидела в дальнем углу кухни и весьма подозрительно следила за воплощением в жизнь задумки дочерей. А Чарли только морщил нос и что-то недовольно бормотал. Он-то прекрасно осознавал, что в перьях Элли будет смотреться еще более развратно, чем с голой спиной.

В день выпускного Элис они еще были вместе, вчетвером. Крепкая дружная семья. Папа работает в полиции, мама в местной школе. Маленький домик на окраине города, облицованный белым сайдингом фасад, розы под окнами, коврик под дверью. После того, как Элли уехала в колледж, что-то изменилось. Что? Тогда Белла об этом не задумывалась. Пытаться анализировать тот год она взялась уже позже. Многие вещи оставались для нее загадкой до сих пор. Например, Фил. Откуда он взялся? Когда в первый раз вторгся в спокойную и размеренную жизнь их семьи? А кто такой Фил? Ловец удачи. Человек, скитающийся по жизни без определенной цели. Тот, кто просто ждет волну, и неважно ему, в какую сторону будет дуть ветер. Вечный поиск приключений – вот его задача. Миссис Свон подкупила его белоснежная улыбка. Хотя, накачанные бицепсы тоже сыграли свою роль.

– У нас в школе теперь новый тренер, – небрежно сказала за ужином Рене где-то в середине сентября. – Он раньше играл в Главной лиге. Сезон или два, – поспешила она добавить в попытке хоть как-то заинтересовать мужа и дочь.

Попытка не удалась. Изабелла не захотела интересоваться Филом даже после того, как познакомилась с ним лично. Ее раздражала чрезмерная общительность нового друга мамы, всегда готового что-то про себя рассказать. В его шумном обществе девушке начинало казаться, будто весь мир вертится вокруг когда-то выигранных матчей, взятых кубков, важных встреч. Чарли становился угрюмым, начал позже приходить с работы домой и перестал смотреть спортивный канал. Он просто брал из холодильника банку с холодным пивом и, откупорив ее, устраивался молча на диване – пил, периодически поглядывая то на выключенный телевизор, то на Беллу, старавшуюся передвигаться по дому быстро и бесшумно.

В середине зимы, когда пушистый снег раскрасил белым мамины розы, давно успевшие скинуть сухие листья, а тонкий лед покрыл выложенную гравием дорожку к дому, приехала на каникулы Элли. Первый день ее пребывания в семье прошел гладко. Она бегала с этажа на этаж, весело упаковывала привезенные подарки и водружала их под елку, украшенную бантиками и ангелочками; раскладывала в комнате сестры новые кофточки и жутко короткие платья, хвасталась задорным ежиком, который красовался теперь на ее голове вместо когда-то длинных волос. Потом начались скандалы. От проницательной Элис не могли скрыться изменения, произошедшие в семье. Сначала она поругалась с матерью, через день с отцом, к концу недели никто в доме уже не разговаривал друг с другом.

Через полгода родители развелись. Они долго решали, с кем же будет теперь жить ставшая никому ненужной четырнадцатилетняя младшая дочь. Чарли боялся ответственности. Рене собиралась уехать с Филом в Аризону. Они планировали устроить себе там медовый месяц. Белла бы только помешала. Она никогда не любила бейсбол, поэтому чувствовать себя кидаемым то и дело через все поле мячиком было вдвойне противно. Она пряталась в своей комнате, залазила под одеяло и совала голову под подушку, но даже это не могло заглушить непрекращающиеся крики, доносившиеся из кухни, из гостиной, с лестницы, ото всюду.

– Белла, ты поедешь со мной в Бостон. Тебе там понравится, – сказала приехавшая всего на день Элли, улыбаясь. – Мы же семья, сестренка. Разве я тебя брошу?

Не бросила. Увезла из ада, в который превратился когда-то тихий и уютный дом.

– Элли, почему ты перестала встречаться с Тайлером? Из-за перьев? – спросила вышедшая из задумчивости Белла.

– Наверно, сама уже не знаю. А он тебе нравился, да? Помнишь, как этот придурок улыбался и корчил смешные рожи? А когда он нарядился розовым пасхальным кроликом? Ты без ума была от того пушистого хвостика и длинных ушей.

– Элис! Мне было двенадцать! – засмущалась Белла. Старшая сестра торжествовала.

– По-моему, ничего с тех пор не изменилось. Ты все так же любишь розовых кроликов. Только не хочешь себе признаться в этом. Держи туфли. Надеюсь, ты в них сегодня не навернешься, – Белла недовольно поджала губы. – Что? Посмотрю я на тебя часа через четыре. Будешь ли ты все еще ходить на этих шестидюймовых каблуках или уже ляжешь трупом?

– Спасибо за напутствие. Я тебя тоже люблю. Звони в полицию, если не приду ночевать, – крикнула Белла уже с порога.

– Белла! – вместо прощания, всплеснув руками, произнесла Элли. А потом улыбнулась и, довольная, раскинулась на кровати. Розовые кролики, так же, как и белые, ее жутко веселили.

Оказавшись на улице, Изабелла достала из кармана куртки телефон и набрала нужный номер, брезгливо вдавливая кончиками пальцев потертые кнопки. Эдвард ответил сразу.

– Здравствуй, Эдвард, дорогой! Твоя куколка готова. Не забыл, где встречаемся? – сладко пропела Белла в трубку.

– Десять минут, Изабелла. И я тебе не дорогой, – прошипел парень перед тем, как от разговора остались одни лишь гудки.

Белла, яростно сжав зубы, натянула на голову капюшон и спрятала ладони в рукава. Ей нужно было пройти до пересечения двух соседних улиц – не такое большое расстояние, чтобы о чем-то переживать. Только вот каблуки резко уменьшали ее скорость, а любопытные взгляды попадавшихся навстречу мужчин заставляли краснеть.

– Успокойся, Белла. Все хорошо. Представь, что ты во сне, – думала она, пытаясь себя успокоить. – Какой, к черту, сон, Изабелла? Лечиться тебе пора, дура! – восставала та часть подсознания, которую не удавалось никоим образом заглушить. И только руки все сильнее натягивали капюшон в попытке скрыть лицо.

– Привет! – торжественно произнес подъехавший к условному месту голубоглазый парень. Его широкая улыбка была растянута аж до самых ушей. Украшенные очаровательными ямочками щеки горели здоровым румянцем, короткие темные волосы тугими мелкими колечками обрамляли простоватое лицо.

– Привет! – скептически улыбнулась в ответ Изабелла. – Наверно, принял меня за проститутку. Хочет снять, – не без повода добавила она уже про себя.

– Я Эммет, – представился парень, довольно кладя руку на капот облезлого красного Шевроле.

– Я Белла, – нервно сказала девушка, отодвигая в сторону прилипшую к губам прядь волос.

– Эдвард говорил, тебя Изабелла зовут, – беспечно заметил Эммет. – Кажется, – поспешно добавил он, замечая крайнее недовольство, появившееся на лице собеседницы буквально в один миг.

– А ты ему, вообще, кто? – усаживаясь в машину, поинтересовалась Белла. В ее голове одновременно прокручивались сотни вариантов дальнейшего развития событий. То, что мальчишка немного не в себе, было понятно с самого начала. Вопрос, куда именно Эдварда заведет его больная фантазия. Оставалось только надеяться, что не слишком далеко. Все это напоминало Изабелле лабиринт, в который она позволяла себя завести ради азарта, лишь для того, чтобы потом получить возможность найти выход. А если тот, кто сооружал лабиринт, забыл про выход? Бред, выход есть всегда. Всего-то надо – поискать.

– Я его друг. Он тебе ничего про меня не рассказал? – Белла пожала плечами. – Так это подстава!

– Какая подстава? – полюбопытствовала Изабелла.

– Я выгляжу как полный идиот, да?

– Да! – подумала Белла, вслух она сказала другое. – Нет, ты прикольный. Расскажешь, что тебе Эдвард наобещал? – мило улыбаясь, поинтересовалась Белла. Ее глаза уже видели заветную зеленую табличку «Выход». Мальчишка ее просто решил позлить, вогнать в краску? Слишком глупый и простой план. Она подготовилась к большему.

– Обещаешь, что не будешь смеяться? – тоскливо спросил Эммет.

– Клянусь, – Белла картинно приложила правую руку к тому месту, где предполагалось сердце, и опустила голову в попытке спрятать издевательскую улыбку, упорно рвавшуюся наружу.

– Даже не знаю, с чего начать-то… Мы… мы с Эдвардом с шести лет дружим. Его мама знает мою маму, моя мама…

– Может, не так подробно? – скривилась Белла.

– Короче, у Эдварда есть кузина, – выпалил Эммет таким тоном, будто бы оное событие является решающим в его жизни.

– Ну, тогда понятно, почему ты дружишь с этим… – Белла остановилась на секунду, подбирая подходящее слово, – с Эдвардом.

– У Розали Хейл такие красивые светлые волосы…

– Парень предпочитает блондинок. Это хорошо! – подумала Белла, облизнув нижнюю губу.

– … и такие большие… глаза, – все не унимался Эммет.

– А я тут при чем? – спросила Изабелла, решив несколько ускорить происходящее и вернуть разговор в нужное русло.

– У нас в школе сегодня танцы.

– Эдвард сказал, – улыбнулась Белла.

– Розали, она уже учится в колледже, в Гарварде. На первом курсе. Но Эдвард сказал, что недавно видел ее, рассказал про танцы, и она, вроде бы, упомянула, что неплохо было бы сходить, а то они с подругой совсем заскучали, как раз вечер свободный, было бы еще с кем… тогда бы вообще было бы…

– Он тебе это вчера вечером наплел? – Эммет кивнул. – И ты, естественно, предложил себя в качестве спутника очаровательной большеглазой мисс Хейл.

– И ее подруги тоже, – добавил парень. – Планировалось, что сначала я здесь забираю подругу, а потом мы едем за Розали и…

– Ну, ты уже понял, что за Розали мы не поедем, – с притворной печалью констатировала Белла.

– И что мне теперь делать? – мрачно спросил Эммет. – Такая злая шутка… Как он только мог?

– Поехали на танцы. Ты же хотел сегодня повеселиться. Кстати, Эдвард там, надеюсь, будет? – скрестив пальцы, Изабелла ждала положительного ответа. Похоже, теперь они поменялись с Каленым младшим местами. Ее очередь строить лабиринт.

– Эдвард будет. Он пригласил сучку Стенли, а та даже согласилась, – недовольно бормотал Эммет, пока заводил свою видавшую виды машину.

Белла сняла, наконец, капюшон и расстегнула куртку. Довольная улыбка сияла на ее просветлевшем лице.

«Захотел поиграть, гаденыш? Поиграем!» – крутилось в ее голове.

– Белла?

– Да?

– А что Эдвард сказал тебе? Чего ты ждала на том перекрестке? – поинтересовался Эммет.

Белла не знала, чего она там ждала, но готовый ответ у нее уже был припасен.

– Ничего я там не ждала. Это моя работа.

– В смысле, работа? – уточнил парень.

– Я девушка по вызову. Эдвард купил меня на вечер. Заказал по телефону, – Эммет резко ударил по тормозам. – Эй, ты что, шлюх никогда не…

– Даже слышать не хочу. Твою мать! Так меня подставить!

– Расслабься. Ты же не думал, что для этой шутки Эдвард позовет кого-то из знакомых девушек. Или думал? – развеселившаяся Белла старалась подлить как можно больше масла в огонь. Подростки! С ними веселее, чем кажется. – Кстати, раз уж ты вместо Эдварда… Ну, ты понимаешь, после танцев… Все оплачено, а я не привыкла брать деньги просто так.

– Твою мать! – вновь повторил порядком разозленный Эммет. – Твою мать! Твою мать!