Глава 6.

«Объявляется посадка на рейс S74365 авиакомпании Pan-American до Лос-Анджелеса. Посадка производится у выходов G5 и G6»

- Ой, ой, ой, девушка, вы не могли бы побыстрее? Мой рейс уже объявили! – затарахтела Элис, нервно стуча ногтями с идеальным маникюром по прилавку. На кассовой ленте огромного магазина Duty Free лежала гора всевозможной декоративной косметики, флакончиков духов, коробок конфет и бутылок спиртного.

Кассирша раздраженно на нее зыркнула и ничего не сказала, продолжая методично отбивать товар.

- Ну девушкаааа, - заныла Элис, переминаясь с ноги на ногу и кусая губы.

- Ничего не могу поделать. Быстрее никак, - плохо скрывая торжество, ответила кассирша.

Элис присмотрелась к ее бейджику.

- Эмм, Мэгги, давайте я тогда…что-нибудь не буду брать? Девушка! Подойдите сюда, пожалуйста! – Элис подозвала еще одного продавца из зала и всучила ей в руки корзинку.

- Так, вот давайте уберем Hennessy, так, еще вот Moet et Chandon (о-о-о-очень дорогие марки коньяка и шампанского - примечание автора)…

Когда первая корзинка, полная спиртного, была унесена, Элис всерьез задумалась о том, что же брать из косметики.

- Нет, я не могу не взять этот блеск…и тушь, - размышляла она вслух, пока обе продавщицы смотрели на нее и ждали указаний. – Вот этот наборчик от Dior можно конечно не брать, но тут такая подборка теней! Я даже не знаю…

- Девушка, по-моему, вы спешили на рейс, - подняв одну бровь, заметила кассирша.

- Черт, черт, ладно, только вот этот набор отбейте и вот эту пудру и все, - засуетилась Элис.

«Продолжается посадка на рейс S74365 авиакомпании Pan-American до Лос-Анджелеса. Посадка производится у выходов G5 и G6»

Обвешенная фирменными пакетами Duty Free Элис о’Доннел неслась по длинному коридору нью-йоркского аэропорта Кеннеди к залу ожидания первого класса, который, как на зло, находился черт знает на каком расстоянии от знаменитого магазина беспошлинной торговли. На входе в зал ожидания стоял строгий таможенник.

- Ваш посадочный талон.

- Ооо, ээм, он где-то в сумке, я сейчас не достану… - промямлила девушка, указывая на кучу пакетов в руках.

- Ваш посадочный талон, - голосом тупого солдата гаркнул таможенник.

- Да ну что же вы! Черт с ним, могу и не заходить! Там моя подруга спит, разбудите ее, чтобы сюда пришла. Мы уже опаздываем на самолет! – показывать было нечем, поэтому в подтверждение своих слов Элис вытянула шею в сторону стеклянной прозрачной стены зала ожидания, где на мягком стуле в неестественной позе сидела девушка с длинными каштановыми волосами.

- Ваш посадочный талон, - уперто повторил мужчина, смотря на Элис сверху вниз.

Девушка чуть ли не зарычала сквозь зубы и сунула в руки таможеннику пакет с парфюмерией, а все остальное грохнула об пол. Порывшись в сумке, она достала продолговатый посадочный талон и помахала им перед носом у мужчины.

- Элис о’Доннел, рейс S74365, место 4B и бла-бла-бла. За сумками посмотрите, пожалуйста.

Она обошла служителя порядка стороной и зашла в зал ожидания. Белла Свон сидела на одном из стульчиков и, подперев голову рукой, крепко спала.

- Беллз! Беллз, вставай! – Элис начала тормошить ее за плечо, и девушка с тихим стоном приоткрыла глаза. – Мы уже опаздываем! Давай бегом. Ну вставай же, Белла!

- Элис, не трещи, пожалуйста, - взмолилась Белла, хватаясь за голову и стиснув виски.

- Не надо было вчера так надираться, - пожала плечами подруга и потянула Беллу за руку. – Пошли, Беллз.

Девушка послушно встала и потащилась за подругой, которая в ускоренном темпе неслась к выходу G6.

- Эл, как ты думаешь, у них в самолете есть рассол? – простонала Белла на ухо Элис, когда они стояли в очереди на посадку.

- Боюсь, что нет, - хихикнула Элис, подавая паспорт и посадочный билет. – Зато найдется аспирин и стакан воды.

Сегодняшнее утро началось отвратительно. Белла проснулась с ожидаемыми результатами вчерашнего посещения клуба. Голова страшно болела, перед глазами все плыло, а в горле было сухо как в Сахаре – теперь Белла не понаслышке узнала, что такое жестокое похмелье. Элис же словно не понимала плачевного состояния подруги, и все скакала вокруг нее и причитала, что они опоздают на самолет до Лос-Анджелеса.
До Беллы с трудом дошло, чего же они забыли в Городе Ангелов.

- Вообще-то мы летим на концерт твоей любимой группы, - округлила глаза Элис. – Ты что, совсем ничего не помнишь со вчерашнего дня?

Больная голова Беллы отказывалась давать вразумительный ответ на этот вопрос, поэтому Элис с тихим недовольным вздохом вылетела из квартиры. Минут через двадцать она вернулась, держа в руках трехлитровую банку с этикеткой на кириллице.

- Что это? – с трудом сохраняя равновесие на кровати в позе сидя, молвила Белла.

Элис благоразумно промолчала и открыла банку. Достав оттуда несколько продолговатых предметов грязно-зеленого оттенка, она налила жидкость из банки в чистый стакан.

- Так что это? – еще раз спросила Белла, когда Элис протянула ей его.

- Пей и не спрашивай, - скомандовала подруга, и Белла обреченно залпом проглотила солоноватую жидкость.
- Ну как, полегчало?

Головная боль и правда отступила, а перед глазами перестало двоиться. Белла смогла сесть прямо и кивнуть. Элис тут же утащила банку на кухню.

- Это меня один знакомый из Москвы научил, - вернувшись в комнату сообщила девушка, помогая Белле встать наконец с кровати. – Русский метод лечения похмелья – огуречный рассол. Купила только что в русском магазинчике недалеко. Давай, Беллз, собирайся, мы можем опоздать!

Чемоданы с одеждой было решено не брать – зачем они нужны, когда Элис по приезду в Лос-Анджелес сразу собиралась пройтись по Родео Драйв?

В аэропорту Элис усадила Беллу в зал ожидания, а сама помчалась по магазинам. Виски снова стало зажимать от боли, и Белла пожалела, что не взяла банку с рассолом с собой.

В салоне первого класса большого Boeing747 летело всего несколько человек, в том числе и подруги. Как только самолет поднялся в воздух, Белла попросила стюардессу принести стакан воды и таблетку.

- Кстати, ты молодец вчера, хорошо Джейку вмазала, - одобрительна сказала Элис, листая журнал.

Белла поперхнулась водой.

- Я вмазала Джейку??? – выпучила она глаза.

Элис скосила на нее взгляд.

- Ууу, как все запущено. Ты поди и поцелуй с тем парнем не помнишь?

- Какой такой поцелуй? – снова закашлялась Белла.

- Беллз, ты чудо! Что ты вообще помнишь со вчерашнего дня? – заинтересованно спросила Элис, повторяя свой утренний вопрос.

Белла нахмурила лоб, припоминая.

- Значит, Starbucks, «Эдвард Каллен сексуален», разговор с Джейком, разговор с родителями, потом большая примерка одежды, потом ресторан, потом…

Сердце екнуло, и Белла закусила губу. Потом Джейкоб ее бросил.

- Так, проехали, что было дальше? – быстро проговорила Элис, и Белла огромным усилием воли продолжила.
- Потом я разревелась в такси, приехала в клуб, выпила два стакана «Кровавой Мэри», потом я умылась, села за барную стойку, заказала еще «Кровавой Мэри»… - девушка запнулась и посмотрела на подругу, - а потом я проснулась дома от головной боли и твоих визгов.

Элис рассмеялась.

- Детка, ты пропустила все самое интересное!

Значит ей удалось, она правда напилась настолько, что время за барной стойкой полностью выветрилось из ее памяти. Молодец, Белла, ничего не скажешь.

- Ты общалась с каким-то парнем, который сидел рядом с тобой. Потом вы с бухты барахты решили выпить на брудершафт и естественно поцеловались… Что, не припоминаешь?

- Слушай, ты ничего не выдумываешь? – строго спросила Белла, и Элис фыркнула.

- А потом я заметила, что в клуб пришел Джейкоб, обнимая какую-то страшноватую на вид блондинку. Я хотела тебя вывести на улицу, но ты заметила эту сладкую парочку и влепила Джейкобу пощечину, а потом разбила ему нос. Я тобой даже горжусь, было красиво.

Эти события ни о чем не говорила Белле. Они действительно как кадры фильмы были вырезаны из ее памяти и выброшены в урну. Она ударила Джейка и поцеловалась с каким-то парнем…

- А как выглядел тот парень?

- С которым ты налаживала дружественные контакты? – съязвила Элис. – Ну, я то лица его не видела. Он был вроде в темных джинсах и зеленой водолазке…Что еще? О, у него волосы растрепаны были.

- Вау, просто супер описание. Под него каждый второй подходит.

- Ты так быстро забыла Джейкоба? – огрызнулась Элис и тут же осеклась, увидев как побледнела и сжала губы Белла. – Ой, Беллз, прости, я не хотела.

- Ничего, Эл. Все нормально, - безжизненно ответила девушка и отвернулась к иллюминатору.

Она сама не знала, что теперь чувствовала к Джейкобу Блэку. Два года она любила его и думала, что он любит ее. Два года она считала его одним из самых близких ей людей на Земле. Она доверяла ему. А сейчас…Она уже не знала, что думать.

В душе было пусто. Как будто кто-то осторожно и очень аккуратно вырезал из ее груди Джейкоба. И вместо него осталась пустота. Она не болела, даже не ощущалась. Она переплеталась с безмерное сожаление. Белла ничего не чувствовала по отношению к Джейкобу Блэку, который бросил ее в ресторане Le Bernardin. Но она скучала по тому Джейкобу, которого любила.

Наверное, если бы Джейк сказал, что уходит, потому что полюбил другую, Белла Свон сейчас бы не смотрела пустым взглядом в иллюминатор. Она бы испытывала непередаваемую муку и боль. Но ей было бы проще. Джейк ушел к деньгам. И это убило любовь. Белла поняла, что любила совсем не Джейкоба Блэка, а того человека, которого хотела видеть в нем. Она могла только корить себя за то, что не увидела разницы раньше.

И любовь умерла, не оставив после себя ничего. Просто исчезла из ее сердца. Не было ни праха этой любви, ни ее могилы. Она не оставила после себя следов. Словно ее и не было.

Она хотела бы, чтобы так и было.

Лос-Анджелес встретил их теплым ветром и припекающим солнцем. Быстро пройдя все необходимые контроли, девушки отправились в дом родителей Беллы. Подруги решили, что поживут там, а не в отеле или у родителей Элис. Терри и Мартина о’Доннелы жили в большом доме с собственным бассейном и садом. Его им подарила любимая дочка, и родители с распростертыми объятиями приняли бы Элис и Беллу. Но пустой и такой же роскошный дом Рене и Чарли Свонов явно выигрывал перед домом о’Доннелов, в котором жили родители Элис и ее брат Эммет. Семья Элис безумно расстроилась, и подруги пообещали, что сразу же после концерта они приедут навестить о’Доннелов.

Время до концерта девушки провели гуляя по магазинам и кафешкам. Шоппинг был стихией Элис, ее манией, ее хобби. Среди вешалок и примерочных она чувствовала себя как рыба в воде. Раньше Белла пыталась отнекиваться от походов по магазинам вместе с подругой, но с годами поняла, что от судьбы не уйдешь. Поэтому Элис было разрешено считать Беллу своей персональной моделью и куклой Барби, которую можно было по-разному наряжать и переодевать. Из торговых центров девушки всегда выходили с таким количеством сумок и пакетов, что они обычно не влезали в одно такси. Это позволяло Элис надевать каждый день разные комплекты, а Белле носить одни и те же джинсы и футболки – пакеты с ее обновками обычно пылились в кладовке.

Стадион Staples Center находился в самом центре города и уже к шести часом на дорогах были огромные пробки. От Голливудских холмов, где находился дом родителей Беллы, девушки доехали на такси до улицы Хэмилтон, а оттуда пошли пешком.

- Никогда не думала, что у Coldplay столько фанатов, - прошептала Белла, зачарованно смотря на многокилометровые хвосты из автомобилей.

- Представляешь, что будет на стадионе! – возбужденно сказала Элис.

На стадионе и перед ним бушевала толпа. Полиции с трудом удавалось пропускать зрителей на стадион, потому что вход был запружен людьми, которые выклянчивали у всех встречных «лишний билетик». Ценой испорченной прически Элис девушкам удалось пробраться на свои места, которые находились буквально напротив платформы, где должны были выступать музыканты.

- Вау, у нас шикарные места!

- Все спасибо мне и звукооператору, - подмигнула Белле Элис.

Группа опоздала на традиционные полчаса и, когда музыканты появились на сцене, огромный стадион взорвался. Белла забыла, что сегодня утром у нее болела голова, что вчера вечером она перебрала спиртного и ее бросил молодой человек. Она полностью отдалась музыке.

Ее самые любимые песни она слышала как будто в первый раз. В первый раз она почувствовала какую энергетику они несут в себе, какие сигналы посылают публике. Знаменитый голос Криса Мартина звучал просто волшебно, и, когда группа исполняла свои хиты, ему подпевал многотысячный рев толпы.

Адреналин бурлил в крови, и хотелось, чтобы музыка никогда не кончалась. Но, исполнив несколько любимейших баллад Беллы, Крис объявил последнюю песню. Внутри Беллы все сжалось: эту мелодию она знала лучше остальных, она знала каждый ее аккорд, каждое слово, каждый вздох исполнителя, каждый удар барабанной палочкой по установке, каждое напряжение гитары. Это была их с Джейкобом песня. Till Kingdom Come (Второе пришествие - перевод автора).

Слезы непроизвольно потекли из глаз, когда она шептала слова. Боль пришла и заныла где-то в груди, напоминая о себе. Воздуха стало не хватать, и девушка прислонила руки в груди, чтобы хоть как-то закрыть эту рану.

…Just say you’ll wait
You’ll wait for me…

(просто скажи, что будешь ждать,
будешь ждать меня - перевод автора)

- Я ждала. Каждый день, когда тебя не было рядом я ждала. Но второго пришествия не было, - шепнула себе Белла, и как только музыка смолкла, а зал взорвался аплодисментами она повернулась к Элис.

- Эл, я не поеду к твоим, - стараясь перекричать крики, она сказала подруге.

- Оооооо, на бис, на бис! – прыгала на месте Элис. – Что ты сказала Беллз?

- Я не поеду к твоим, - громко повторила Белла.

Элис взволнованно посмотрела на нее. На лице не было ни кровинки, а губы подрагивали.

- О Господи… Это же ваша песня… Ладно, Белл. С тобой доехать до дома?

- Нет, я сама справлюсь.

Зрители еще долго не хотели отпускать группу. Белла встала с места и быстро двигалась вдоль ряда, чтобы выскользнуть из стадиона, пока там не образовалась куча народу. Но не одна она так же считала.

Продираясь сквозь бесконечную толпу, она уже у выхода почувствовала как кто-то с силой наступил ей на ногу.

- Какого черта! – грубо воскликнула Белла.

- Ой, девушка, извините, не заметил.

Высокий молодой человек с растрепаными бронзовыми волосами, рассыпался в извинениях, расталкивая себе, а заодно и девушке, дорогу к выходу. Когда они оказались на улице, парень повернулся к ней лицом. Его красивые зеленые глаза вспыхнули, когда он увидел Беллу.

- О. Не думал тебя здесь увидеть? – он недоуменно уставился на девушку.

Злая на весь мир Белла, с яростью сжала руки в кулаки. Отдавленная этим придурком нога ужасно болела.

- Мы с тобой еще на брудершафт не пили, чтобы «тыкать», - выдала она парню и унеслась к дороге ловить такси.

- Еще как пили! – расхохотался Эдвард Каллен, но девушка его уже не услышала.