Новая жизнь. Вот уже больше двух месяцев она была женой миллионера, жила в роскошном доме, посещала всевозможные тусовки. Отношения с Карлайлом были вполне сносными. Она привыкла к нему, к тому, что он всегда рядом. Привыкла изображать счастливую семейную пару, смотреть на него влюбленными глазами, привыкла к вниманию к своей персоне.
Всё вошло в свою колею: ранний подъем, приготовленный Карлайлом завтрак, школа, занятия, помощь в организации ежегодного осеннего бала, быстрый путь домой, сборы – и вот она светская дама при богатом муже, дежурные улыбки, приторные фразы, полночи за учебниками и «да здравствует новое утро!».

Конечно, такой ускоренный ритм жизни просто не мог на ней не сказаться, и Белла теперь нередко засыпала на уроках, успеваемость падала, усталость и недосып стали её верными спутниками. Глаза потухли, зато синяки под глазами с каждым днем на всё больше бледнеющей коже становились всё четче и четче.

Карлайл замечал, что с Изабеллой что-то происходит, но сначала списывал всё на расставание с родными. Рене месяц назад получила предложение возобновить исследования в Швейцарии, и, как истинный ученый, она откинула все обиды, переживания и с радостью согласилась.

Белла тяжело переживала её отъезд, хоть и не выдавала своих эмоций и внешне была спокойна. Через неделю после отъезда мамы пошедшей на поправку Чарли по настоянию доктора уехал на месячный отдых в хороший санаторий. Вот так Белла осталась одна, а точнее – наедине с Карлайлом.

Жизнь текла быстрой рекой и, казалось, не имела конца, вот только силы быстро её покидали. Финишем стал неожиданный обморок Беллы.

Карлайл как раз находился на совещании, когда ему позвонил директор школы, сообщив, что его жене стало плохо и она в школьном медпункте.
Летел по городу, как сумасшедший, нарушая все возможные правила. В голове то и дело мелькали страшные картинки. В медпункт влетел как разъяренный лев, но, увидев бледное личико жены, остановился как вкопанный. Лицо было белое, слегка дрожащие губы синюшного цвета, под глазами - темные синяки.
- Что случилось? – спросил он.
Женщина-врач объяснила, что Белле стало плохо, упала в обморок, который, скорее всего, вызван переутомлением. И девочке необходим отдых и полноценный сон.

Пока Изабелла пила сладкий чай, вышел в коридор, где столкнулся с директором школы и учителем биологии. Обморок произошел как раз на занятиях мистера Харгида. Он вызвал девушку к доске, та резко встала и тут же стала оседать на пол, благо, находящиеся рядом одноклассники успели её подхватить. Обсудили, что могло вызвать переутомление, и ужаснулись. И как эта хрупкая, по своей сути еще девочка, могла так долго выдерживать такой ритм. Да, хорошим он все-таки оказался муженьком, что даже не знал, чем занимается его жена в школе: занятия, факультативы, организация праздника! И всё это не считая их публичной жизни.

«Надо что-то менять», – решил Карлайл.
Но их публичную жизнь никуда нельзя убрать, это его работа, часть его жизни, а следовательно, и жизни Изабеллы. Школа?! Это не обсуждается. Белле надо получить хорошее образование. Остаётся подготовка к балу.

Дома уложил бледную Изабеллу в постель, заботливо укрыл одеялом.
- Беллз, нам надо поговорить, – сказал он и отвел глаза. Почему-то ему было страшно говорить то, что он хотел сказать. Но он так решил. – Беллз, ты больше не можешь проводить время в школе вне занятий!