Мы ехали весь здесь. Изредка останавливались, чтобы перекусить и размять затекшие мышцы. Мы много разговаривали: обо всем и не о чем. Я рассказал Белле о своем детстве, об учебе в колледже. Рассказал, как Ден отбил у меня пагубное пристрастие к сигаретам:
- Я учился в старшей школе. Переходный возраста, дух противоречия… Я тогда курил, пил, много дрался. Кстати, умение работать кулаками мне пригодилось, и не один раз.
- О, Эдвард, ты был плохим мальчиком, - усмехнулась Белла.
- Да. – Согласился я. – Но ты уверена, что я им не остался?
Хотелось не много подразнить Беллу.
- Плохие мальчики не спасают девочек, - заметила она.
- Да, ели ему не платать полтора лимона.
- Я не понимаю. – Рассмеялась Белла. – Такое ощущение, что ты хочешь себя в этом убедить.
- Ты хороший, Эдвард, иначе я бы… - Она запнулась на полуслове и резко отвернулась от меня.
Что она хотела сказать? Я не решился спросить это у нее.
- Ну, так вот. – Я продолжил свой рассказ. – Однажды Ден вернулся домой рано и застал меня курящим на заднем дворе. Не то, чтобы я скрывал это. Просто не курил при нем.
- И что Ден. Надрал тебе уши?
- Нет, что ты. Он поступил умнее: заставил выкурить за раз пару пачек. – Я мысленно содрогнулся. Я до сих пор помнил, как мне тогда было плохо. – После этого я к сигаретам не притрагивался.
Мы все говорили, говорили. Утомительная езда уже не казалась такой скучной. Давно я ни с кем так не общался. Мне было хорошо, уютно. Как только одна тема для беседы исчерпывала себя, тут же находилась другая. Мы перескакивали с обсуждения книг, на фильмы снятые по их мотивам. Белла чувствовала себя непринужденно, глаза ее оживленно блестели. Она азартно рассказывала о своих музыкальных предпочтениях.
Но Белла ни слова не сказала о своей семье, о том, кто ее вырастил, ни где училась. Не говорила о своих друзьях, и главное: кто ее похитил и для чего. Я понимал: это серьезный разговор и не торопил ее.
Начинало темнеть. В салоне лилась тихая, расслабляющая мелодия. Белла задремала. Мы подъезжали к Милуоки. В этом городе я не давно купил квартиру.
- Белла, - я погладил ее по щеке, когда мы остановились у нужного дома, - просыпайся. Мы приехали.
Белла недовольно заворчала и неохотно открыла глаза. Ее сонный взгляд остановился на мне. Губы тронула легкая улыбка. Какая же она милая, вот такая не до конца проснувшаяся.
- Мы приехали. – Я улыбнулся ей в ответ.
Я помог Белле выбраться из машины, и мы поднялись в квартиру. Я отпер дверь и отступил в сторону, делая приглашающий жест и пропуская ее внутрь первой.
Она замерла в центре почти стометрового помещения, не разделенного перегородками. Белла начала оглядываться. А я прислонился к стене, наблюдая за ней. Около входа стояло множество коробок, напротив большой диван, заваленный подушками и одеялами.
- Здесь хоть душ есть? – Обреченно спросила она.
- Там за углом кухня и ванная комната.
Белла проследовала в указанном направлении и удивленно вскрикнула:
- Какой контраст!
Я усмехнулся: кухня и ванная были уже отремонтированы и обставлены необходимой мебелью.
Я сел на диван, предварительно отбросил в сторону ворох подушек. Откинулся назад и с облегченным вздохом закрыл глаза. Шея и верх спины ужасно болели. Я потянулся, растягивая мышцы.
- Хочешь массаж?
Я невольно вздрогнул и открыл глаза. Белла стояла совсем рядом. Но я не слышал, как она подошла, и не знал, как долго она наблюдает за мной.
- Ложись на живот, - тоном, не предусматривающим возражения, сказала она, - и сними рубашку.
Я подчинился.
Белла села рядом со мной. Вот она подняла руки и провела ими сверху вниз по моей спине, скользя большими пальцами вдоль позвоночника. Я мысленно застонал от наслаждения и закрыл глаза. Нежные ручки начали умело разминать мышцы, снимая напряжение. Особое внимание Белла уделила основанию шеи. Несколько раз она провела по мои рукам: от кончиков пальцев до плеча, остановилась на бицепсах и сжала их. Ее движения были невесомы, расслабляли, я начал погружаться в мягкую темноту сна.
Как вдруг, словно удар тока. Я почувствовал, что Белла склонилась ниже, и ее волосы коснулись обнаженной спины. Через мгновение она прижалась в легком поцелуе к моей шеи. Я вздрогнул, по телу пробежали предательские мурашки. Еще один поцелуй, Белла медленно поднималась вверх вдоль шеи. Кожу, которой недавно касались ее губы, приятно кололо. Вот она нежно захватило мочку и начала ее посасывать.
- Белла, - со стоном с моих губ слетело ее имя.
Это был и призыв остановиться и мольба продолжать. Я развернулся, опираясь на согнутый локоть, и заглянул ей в глаза. В глаза цвета ночи, они манили, завораживали, в глубине их тлело желание.
Белла медленно подняла руку и провела ей по моей ключице. Как же долго ко мне никто не прикасался вот так …трепетно. Она придвинулась и еще раз коснулась меня. От ее руки шел такой жар! Она звала меня… звала в мир наслаждения.
- Эдвард, - тихо выдохнула она мне в губы.
- Белла, не надо, - я положил руки ей на плечи, удерживая, не давая приблизиться.
- Почему? – Также тихо спросила она. – Ты ведь хочешь. Я вижу это в твоих глазах. И я хочу.
- Я не могу, - слабо простонал я, - я не достоин тебя.
- Посмотри.- Я вытянул перед ней руки. – Это грязные руки вора. Ты хочешь, чтобы
они касались тебя?
- Эдвард. – Ласково сказала она. – Это руки мужчины, желанного мужчины.
Белла снова потянулась ко мне.
- Я лю…
- Нет! – Мой голос сорвался на крик. – Не говори нечего. Нас свел вместе случай. Мы из разных миров. Ты запуталась и не понимаешь, что говоришь.
- Эдвард. – Сказала Белла тоном, которым говорят с детьми, мягким, разъясняющим. – Я всё для себя решила. Но я вижу, что тебя что-то мучает и твое представление о правильности…
- Хорошо, вздохнула она, - я подожду, когда ты разберешься в себе.
Белла отодвинулась на другой конец дивана. Я чувствовал себя паршиво.
- Извини, - тихо пробормотал я.
- Не стоит, - Белла махнула рукой, - просто я слишком не терпеливая.
Я встал с дивана, захватив подушку и одно из одеял, и отошел на другой конец комнаты.
- Я лягу на полу.
Белла понимающе кивнула.
- Спокойной ночи, Эдвард.
- Спокойной ночи, Белла.
Меня разрывали противоречивые чувства. Одна часть меня отчаянно хотела повернуть назад, прижать к себе Беллу и забыться в ее объятиях. Но разумом я понимал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Я боялся, боялся подпустить к себе кого слишком близко. Боялся боли при разрыве, который обязательно последует. Я запутался. Белла права: я должен разобраться в себе.
- Эдвард, - тихо позвала она, - ты хороший мальчик. Верь мне. Ты в очередной раз доказал это.