- Вот, держи, - садясь в машину, сказал я и положил Белле на колени пакет с одеждой.
На колени, потому что руки ее были заняты. Впрочем, как и рот: Белла с большим аппетитом поглощала безумно жирный салат. Такой же безумно жирный цыпленок был уничтожен первым. Приборная панель была заставлена пустыми емкостями из-под еды. Да и вокруг нее валялись какие-то пакетики. Невероятно сколько может влезть в эту хрупкую девушку. Такое ощущение, что Белла не ела лет десять. Хотя если учесть в какую ситуацию она попала … Но видеть, как она есть, не сдерживая свои инстинкты, было так волнующе. Пробуждались какие-то необузданные, первобытные желания.
Спустя час езды, нам пришлось остановиться у придорожного кафе: Белла очень хотела есть. Было решено перекусить в машине, чтобы исключить возможность быть засеченными преследователями. Сейчас надо быть очень аккуратными. На мой вопрос: «Что ты будешь?». Белла ответила: «Всё и побольше». Так я и поступил: купил всего и побольше, а именно каждый пункт меню в двух экземплярах. Я тихо посмеивался, когда шел к машине с горой продуктов, представляя растерянный вид Беллы. Наивный. Она вполне нормально отреагировала. Хотя нормальным трудно было назвать то, как она буквально вырвала из моих рук первый попавшийся пакет. Наверное, Белла была очень голодной.
И сейчас она допила колу, удовлетворенно вздохнула и заглянула в пакет с одеждой.
- Так посмотрим, что ты принес. Джинсы, водолазка, кроссовки. Не много не мой стиль. О, ты даже носки купил.
- Но, Эдвард, ты кое-что забыл.
Белла весело смотрела на меня:
- Кое-что из женского гардероба.
Я не мог понять, что это. Белла продолжала, ухмыляясь, смотреть на меня. Скоро ей надоело ждать, когда меня озарит, и раздраженно выпалила:
- Ты забыл нижнее белье. Белье, Эдвард!
- О, нет!- Я хлопнул себя по лбу.- Ты не заставишь меня его покупать!
Я ненавидел все эти женские штучки. Даже покупая Белле простую одежду, я чувствовал себя неловко. А что будет, если я зайду в отдел нижнего белья?
- Как хочешь. – Иронично протянула Белла. – Мне вполне комфортно и без него.
Без него. Без белья. Смысл ее слов доходил до меня постепенно: грудь Беллы не стянутая бюстгальтером, узкие джинсы на голое тело… Нет! Я вылетел из Вольво и быстрым шагом направился обратно в магазин.
Я нерешительно толкнул дверь женского отдела и замер на пороге. Ко мне тут же подлетела девушка-продавец.
- Чем я вам могу помочь? – слащаво улыбнулась блондинка и глупо захлопала густо накрашенными ресницами.
Вот, опять началось.
- Мне нужен… нужен подарок для свой девушке, - выпалил я.
Улыбка продавщицы несколько померкла.
- Пожалуйста.- Она подвела меня к ближнему стенду. – Новая коллекция.
Это белье было очень эротичным: прозрачные комплекты, слишком открытые, много кружева.
- Вот этот, - я выбрал достаточно простой гладкий синий бюстгальтер с кружевом по верху и к нему обычные трусики. Всё для собственного спокойствия.
- А размер?
Вот про размер я спросить у Беллы забыл. Я озадаченно посмотрел на блондинку.
- Ну, грудь у нее побольше, чем у вас, а бедра постройнее.
- Держите, - злобно прошипела она, сунула мне в руки нужный комплект и раздраженно пошла прочь.
Я про себя рассмеялся. Надо было ее проучить: не чего заглядывать на чужих парней. Хотя Белла не была моей девушкой, но блондинка этого не знала.
В машину я садиться не стал, а передал Белле белье через опущенное стекло.
- Одевайся, - сказал я и отвернулся спиной к машине.
Через несколько минуть Белла позвала меня:
- Эдвард, я всё.
Я завел Вольво, и мы наконец продолжили свой путь.
- Эдвард, белье, которое ты подобрал просто великолепно. Оно подошло идеально. Да ты знаток в этом деле.
- Не надо, - простонал я, - не надо смущать меня.
- Все эти походом по магазинам мучительны для меня, - признался я. – А покупать нижнее белье…
- Конечно. Ты, наверное, больше любишь его снимать, - Белла игриво посмотрела на меня.
И что мне ответить? Тут Белла заливисто рассмеялась, снимая напряжение, и я присоединился к ней.
- Видел бы ты себя со стороны, - смеясь, проговорила она.
- Белла, прошу: поговорим о чем-то другом.
- Ладно. Расскажи мне о себе,- попросила Белла.
- Что?
- Всё: сколько тебе лет, какой кино любишь смотреть. Любимый цвет, еда, - она начала закидывать меня вопросами.
- Отвечаю по порядку. – Я сымитировал серьезный тон, как на экзамене. – Первое: мне 28 лет.
- Фильмы я смотрю разные: комедии, боевики, триллеры. – Продолжил я. – Но больше всего мне нравиться психологическое кино. Когда сюжет держит тебя от начала до конца фильма. Еда, я люблю итальянскую кухню.
- Я тоже. А цвет?
- Даже не знаю. Синий, серый, - начал я перебирать, - не знаю. А твой?
- Зеленый. Как твои глаза. Они такие яркие, выразительные. – Белла нежно пробежалась взглядом по моему лицу.
- Так тебе нравиться зеленый цвет или мои глаза? – Я рассмеялся.
- Хорошо, - согласилась Белла, - мне нравятся твои глаза.
- И не только глаза, - тихо добавила она, но я услышал ее.
Мы замолчали. Белла задумчиво смотрела на проносящийся мимо пейзаж. А в моей голове вертелись ее слова: «И не только глаза». На сердце как-то потеплело: я нравился ей. Но что ее привлекало: моя внешность или я сам. Наверное внешность, навряд ли ей понравился бы вор.
И сейчас я ненавидел себя, того кем стал. Раньше меня всё устраивало, и по ночам совесть не грызла. Но в это мгновение я отчаянно захотел стать чище, лучше. Быть достойным Беллы. Но прошлого не вернуть.
- А как тебя в детстве родители называли? – Белла разрушила неловкую тишину.
- Отец говорил: «Мой мальчик». Теперь меня так называет Ден, Ден из клуба.
- Говорил?
- Да, Карлайл умер, когда мне было 15.
Я говорил равнодушно, но на самом деле я очень по нему скучал.
- Прости.
- А матери я не знал. Эсме умерла, когда родила меня, - я предупредил ожидаемый вопрос, заранее отвечая на него.
- А Ден – ты любишь его?
- Не знаю. У нас сложные отношения. Он помог мне, когда я остался один. Поддерживал, научил жизни. Но именно он втянул меня в воровской мир. Ден не стал для меня вторым отцом, но он больше, чем друг.
- Знаешь, - заметила Белла, - Мы с тобой похожи. Моих родителей не стало, когда мне было пять.
- Но тебе наверное было не легко потерять отца. – Продолжила Белла. – Я то своих родителей почти не помню. Нет боли, когда не знаешь, чего ты лишаешься.
- Знать родителей, но рано их потерять или не знть их вовсе. – Задумчиво проговорил я. – Не уверен, что второй вариант лучше.
- Может быть, может быть, - тихо сказала Белла.
Она была грустна, да и мое настроение ухудшилось.
- А… - я начал задавать вопрос, но Белла перебила меня.
- Эдвард, я думаю на сегодня хватит серьезных разговоров.
- Но ты расскажешь о себе? – Мне было необходимо знать о Белле всё: чем она живет, что чувствует.
- Да, расскажу.
- Всё? – С надеждой спросил я.
- Всё.