Саундтрек к главе...

Райан
- Вот ведь китайцы! - рычал я, пытаясь вытащить застрявший тост из типичного китайского тостера. Параллельно справа от меня вскипал кофе, а слева звонил телефон. Я больно обжегся, все еще держа в руках бледно-голубой галстук, и взял трубку.
- Эй, МакКарти, благодаря твоим маниакальным способностям я уже на рабочем месте. Жду вас, шеф, и раскладываю ваши дурацкие папочки в конференц-зале, - бубнила в трубку Розали.
- Ладно, Роуз. Молодец!.. - Я кинул трубку на стол, услышав напоследок нечто вроде:
- Избалованный, необразованный питекантроп…
И да, в этом была вся Розали. Когда-то миленькая девочка с двумя светлыми, как пшеница, косами, она сидела рядом со мной в песочнице. Сейчас же эта милая девушка работает моим секретарем, и если бы не моя память о «песочных» приключениях, я бы убил ее на месте.
Я вылил кофе, который не успел до конца выкипеть, в раковину, выкинул тосты и, схватив ключи от машины, побежал к выходу. Только около двери меня осенило, что свой английский "Бентли" я сдал на техосмотр. Дрянь! День никак не хотел идти по моему расписанию, и это было странно. Ведь раньше я никогда не отклонялся от графика. Словно точный механизм часов ходил туда, куда было указанно в моем ежедневнике, не минутой позже.
Я вылетел на подъездную дорожку, впечатавшись в красный "Порше". И опять провалы в моей утренней памяти были восстановлены. Ведь Эммет был таким же акционером, как и я, и должен был присутствовать на собрании, как и я. Ну и умный Райан МакКарти припахал своего младшего брата подвезти его к офису.
И именно сейчас, в районе Восточного Лос-Анджелеса, города ангелов, в шесть часов утра, этот идиот включил непонятную аборигенскую музыку на всю улицу. Я покосился на миссис Стоун.
- Извините… - прошептал я, улыбнувшись, и стал бить в окно непутевому родственнику.
После третьего достаточно сильного удара по окну парень проснулся и, выключив музыку, открыл мне дверь.
- Ты можешь хоть раз не облажаться? - прошипел я, залезая на переднее сиденье.
- О, мистер зануда, - усмехнулся большой брат. - Неужто теперь эта бабка занесет тебя в черный список и установит круглосуточное наблюдение? - Он завел мотор и поправил на удивление хороший костюм. - Хотя чего за тобой наблюдать, у тебя наверняка даже дочь непорочно зачата…
Братец издал непонятные звуки, издали напоминающие ржания коня. Я промолчал, глянув в окно. Была весна, и этим все было сказано. Солнце повернулось и стало светить доброжелательнее, теплее, зазывая людей раздеться и расслабиться. Через некоторое время хорошенькие домики сменились более массивными домами, а потом и вовсе огромными, словно вытянутыми в самое небо, офисными зданиями. Мы остановились около одного из таких. Не успел я вылезти из машины, как меня ослепила яркая вспышка фотоаппарата. Я не успел сориентироваться, и пока тер глаза, которым явно не понравились утренние световые вариации, несчастный папарацци смылся.
- Ох, лучше бы меня сфотографировали! - заорал Эммет.
- Не позорься… - опять выдохнул я.
- Ты так и будешь держать в руке галстук? - опять захохотал этот засранец. Я обратил внимание на свою руку, в которой был зажат все тот же голубой кусок ткани, и швырнул его в мусорку. - Придурок, это же «Армани».
Парень брезгливо заглянул в урну, но я уже был не в этом мире. Не в мире смертных прохожих, не в мире разносчиков газет, я был здесь – в сердце компании. Здесь пахло властью и деньгами. Это был слегка солоноватый и в тоже время горький привкус, который сводил меня с ума. Холл был выдержан в бежевых тонах. Белый мраморный пол блестел, отражая мое лицо.
- Слышишь, наркоман, так и будешь стоять в проходе? - прошептал мне на ухо Эм, и я, словно проснувшись, двинулся к лифту. Мой путь лежал в главный офис, на пятый этаж. Как только механизм издал этот проклятый, раздражающий меня звук и дверь открылась, моему взору предстал пустой ресепшен. Это заставило меня нахмуриться.
- Не корчи рожи, МакКарти, я здесь, - раздался голос из-под стола. Я вместе с Эмметом, нагнувшись, прошествовал к источнику звука и, только подойдя ближе, заметил сидящую под этим самым столом Хейл.
- Какого черта ты там делаешь? - удивился я.
- Рассыпала скрепки. - Она попыталась вылезти, демонстрируя при этом нам свои неплохие формы. Я закатил глаза, а брат довольно замурчал. Ведь он с детства был безумно влюблен в тогдашнюю блондинку, теперешнюю брюнетку. - Готов, босс?
- Кажется, - ответил я и попытался поправить несуществующий галстук. - Я совсем забыл вчера еще раз прочесть доклад, поэтому если запнусь…
- Тебя все равно никто не будет слушать, - вмешался Эммет. - Каждый день одно и то же. Хочешь сказать, эти жирные тюфяки не знают доходов этой мебельной богадельни?
Я замахал головой и прошел прямо в свой кабинет. Здесь еще пахло отцом, ощущалось его присутствие и казалось, я даже чувствую его хмурый, строгий взгляд. Портрет на стене словно грозил мне пальцем, мол, «Не опозорь, сынок». Я поморщился, прекрасно зная, что мистер Энтони Джейк МакКарти уехал вместе с женой на Мальдивы.
Я взял годовую отчетность в правую руку, а свой доклад в левую, и, расхаживая по кабинету, попытался свести их воедино. Текст молниеносно складывался у меня в голове, и я аккуратным каллиграфическим почерком записывал его на листе формата «А четыре». Мои раздумья прервала чья-то легкая, словно пушинка, рука, которая легла мне на плечо. Я перевел взгляд и увидел изящные тонкие пальцы в дорогих перстнях.
- Элис, - улыбнулся я.
- Bonjour, mon cher*! - пролепетала она. - Ты как-никак напряжен. - Она убрала руку и присела на краешек стола. - Нервничаешь, босс?
- Эл, я такой же босс, как и ты.
- О нет, увольте. - Она грациозно махнула рукой. - Я всего лишь обладатель большого пакета акций, а вот ты - генеральный директор.
Я улыбнулся этой маленькой, но поистине очаровательной женщине. С Элис Мори я был знаком так же давно, как и с Роуз. Наши родители основали эту фирму, а нас назначили наследниками. Но когда Элис исполнилось двадцать, она уехала на родину во Францию и там удачно вышла замуж. Наши контакты практически оборвались, если бы не желание наших отцов отдохнуть и передать дело нам.
- Надеюсь, что теперь буду видеть тебя чаще, - улыбнулся я.
- Вот так-то лучше, Райан. - Девушка поправила маленькую шляпку на голове и взглянула на меня своими зелеными, красиво обведенными черным карандашом глазками. - Ты красив, когда улыбаешься. Но ты перестал улыбаться лет эдак с восемнадцати. Я рада видеть тебя, mon cher.
- Взаимно Элли.
- Ну, не буду тебе мешать.
Старая знакомая вышла, а я занялся своим делом.
** ** **
Показательное выступление в роли клоуна и нового главы компании прошло успешно. Я как всегда отключился от внешнего мира, погрузившись в уйму достоверных и неопровержимых фактов, которые подтверждают мощность системы, созданной отцами. Элис, попивая минеральную воду, исподтишка наблюдала за мной, словно проверяя степень моего волнения.
Как только все сидящие в кабинете захлопали, я пришел в себя, в полном и переносном смысле этого слова. Кажется, душа вернулась в тело. Я фанатично забегал глазами по лицам присутствующих. Они, коротко кивнув, поблагодарили меня за выступление и ушли. Выдохнув, я повалился в кресло.
- Вечно ты закрутишь все так, что здравый человек не поймет, - оскалился Эммет. Открыв один глаз, я покосился на него.
- А не наоборот ли?
- Ооо… нет! Ты что, съязвил?! - притворно ужаснулся братец и затем вышел из конференц-зала, впустив в него Розали.
- Шеф, давай сваливай на обед. У тебя по расписанию ресторан с какими-то китайцами.
- Японцами.
- Без разницы. Узкоглазые же. - Девушка пожала плечами и хотела подойти ближе, но замешкавшись, лишь бросила на меня какой-то непонятный взгляд и оставила меня одного. Я часто не понимал, что именно означают такие вот взгляды Эммета или Розали. Раньше так же смотрела на меня и Элис.
Я забрал из кабинета свой легкий плащ классического покроя и попросил отвезти меня к ресторану на служебной машине, хотя так я, в принципе, никогда не делал.
На улице меня встретил совсем не приветливый, холодный, предательский ветер. Весна поистине лукава, ведь заманивает снять с себя все, открыв душу холодному, пронизывающему ветру. Я поежился и приподнял воротник плаща. И вновь, как и утром, меня ослепила яркая вспышка, на этот раз я успел увернуться. Я прикрыл лицо рукой и попытался разглядеть надоедливого папарацци, но меня сфотографировали еще раз.
- Какого черта? - прошептал я и сощурился, словно так будет легче найти его. К сожалению, в толпе прохожих, которые так часто возникают в Лос-Анджелесе, было просто затеряться.
- Какие-то проблемы, мистер МакКарти? - поинтересовался шофер. Я отрицательно покачал головой, все еще присматриваясь к толпе.
После обеда с приветливыми и вечно улыбающимися японцами, судя по записям в ежедневнике, я должен был заехать на фабрику и познакомиться с персоналом.
Японцы улыбались всегда, то ли из-за того, что жили в стране восходящего солнца, то ли такое впечатление создавалось от их узких глаз. Или же я вовсе все это себе придумал. Но стоило мне повернуть голову к окну, как в углу улицы я увидел парня в кепке, сидящего на корточках и старательно меня фотографирующего. Мое сердце забилось быстрее, и я, вскочив со стула и едва ли до смерти не перепугав японцев, выскочил на улицу. Но парень уже бежал по другой стороне улицы, загородившись толпой жаждущих открытия магазина людей. Я досадливо топнул ногой в поисках шофера.
На заводе все прошло не менее гадко, чем с заморскими коллегами. Рабочие оказались достаточно милыми людьми в синих комбинезонах. Цвет мне определенно не понравился, и я внес в список своих дел обязательно поменять им форму.
Когда в ежедневнике остался единственный не зачеркнутый пункт - стоматолог, я втайне украл ручку со служебной машины и зачеркнул его сам. Дантист был одним из тех страхов, которые преследовали меня всю жизнь.
Домой я приехал ближе к десяти часам вечера. Огляделся в поисках неотступного преследователя. Никого не заметил и, отпустив шофера, спокойно прошел к дому.
- Я дома, милая! - сказал я с порога и получил сердитый взгляд своей любимой жены. Яркая, солнечная, любимая женщина. Ее взгляд серых глаз пронизывал, убивая, сражая наповал. Я улыбнулся и понял, Катрин спит.
- Как прошел твой день, любимый? - Она наконец смягчилась и оставила легкий поцелуй у меня на губах.
- Устал.
- Как всегда… - Ее плечи опустились под невидимым грузом.
- Вик, прости меня. - Я тяжело вздохнул и поцеловал возлюбленную в плечо. - Я попытаюсь разобраться со всем этим в ближайшем будущем.
Наконец она расслабилась, повернулась в моих руках и, обняв, поцеловала. Я стал отвечать на поцелуй, перебирая пальцами ее шелковые волосы, доставляя удовольствие. Ее объятия стали крепче. Мой рассудок опьянел от родного, такого близкого мне запаха, который уводил меня в мои собственные размышления. Я стал покрывать поцелуями ее лицо, не пропуская ни одного ее идеального изгиба. Вот здесь… Именно здесь я существую. Я весь тут.

*Привет, мой дорогой!(франц.)
______________