Глава 16.

Эдвард

Последние месяцы я провел словно в тумане, после разрыва с Беллой я потерял себя. Я чувствовал себя предателем, и хоть умом понимал, что поступаю правильно, эмоциям не прикажешь.
Сердце болело, душа металась в истоме, жутко хотелось бросить все и вернуться к своей женщине, чтобы крепко держать в своих объятиях и делить вместе каждую ночь, каждый день…

Но в суровом настоящем я был игрушкой в руках Клэр, эта чертовка использовала меня всякий раз, когда ей было необходимо.
Мы играли в «любовников», постоянно подогревая интерес к своей «паре». На всех приемах Стоуна мы появлялись вместе, при любом свидетеле, даже обычном шофере, мы проявляли свои «чувства».

Вся эта фальшь была ей просто необходима… Клэр обожала двуличность, и игра ее забавляла. Тем временем Стоун не расслаблялся, он чувствовал, что кто-то под него копает, и не раз спрашивал о моих догадках и подозрениях.

Я изображал бурную деятельность, проводил какие-то липовые проверки своих подчиненных и всячески запутывал Артура еще больше. Но этот лис будто обладал шестым чувством, ему не давала покоя вся та утечка информации, которая произошла до моего появления. Он страстно хотел выйти на предателя, и теперь его ищейки проверяли всех и вся. Артур подозревал каждого, и я был единственным, кого не проверяли.

Вся эта ситуация очень осложняла мою жизнь. На мои плечи легло много работы - постоянные судебные тяжбы, интервью, работа с архивами документов и постоянное прикрытие для Клэр… это было невыносимо.

Я не заметил, как пролетели октябрь и ноябрь, и на носу уже была зима. За все это время я ни на йоту не приблизился к своей цели, Клэр все так же молчала, она только повторяла, что я должен добиться еще большего доверия, твердила про «Мужской Клуб Артура».

Все эти разговоры казались мне бреднями, какими-то отговорками, пока однажды я не оказался на заседании этого самого клуба.

Поздним вечером, когда я валялся в кровати, пытаясь расслабиться после очередного безумного дня, мне позвонил Стоун и попросил срочно приехать в офис.

Он быстро отключился, ничего не объясняя, и я даже напрягся. Вечерние встречи были совершенно не характерны для Артура, часы показывали начало одиннадцатого. Я поспешно сел и, потирая виски, стал думать, что все это значит. Он сказал срочно… Значит ли это, что я пропал? Или, может, это связано с Клэр?

Машинально я стал одеваться, проверил свой «Вальтер» и поспешно покинул дом. В рекордное время я прибыл на место, кроме охраны в офисе никого не было, быстро поднявшись на лифте до нужного этажа, я влетел в приемную мистера Стоуна.

В зале было темно, только маленькая полоска света выглядывала из под двери в кабинет. Легко толкнув ее, я медленно вошел. В кабинете горели тусклые бра, обстановка была интимная, завораживающая.
Бар был открыт, и Артур разливал для своих гостей напитки. Завидев меня, он расплылся в широченной улыбке, быстро подошел и обнял за плечи. Я слегка выдохнул, отпуская лишнюю нервозность, и, взяв бокал с янтарной жидкостью, быстро её пригубил.

Мне предложили присесть в кресло, и я, наконец, смог лицезреть всех ночных гостей.
Публика была сплошь известная, тут были бывший мэр Сиэтла Чарльз Ройер и губернатор штата Невада Грег Никелс, министр юстиции США Эрик Холдер, сенатор штата Вашингтон Дэйв Фишер и еще два незнакомых мужчины.
Все потягивали коньяк, у некоторых в руках тлели кубинские сигары, это и вправду было похоже на клуб сильных представителей мира сего.
За исключением двух неизвестных мне мужчин, все имели высокие должности, громкое имя, власть и безграничные возможности. Я оглядывал каждого, тихо пожимая им руки, концентрируясь на информации, которую мне предоставлял Артур.

Всех членов клуба он представлял по имени и кратко пояснял, какой бизнес их связывает.
В основном Стоун отмывал государственные деньги, легализовал запрещённую к ввозу из третьего мира продукцию, импортировал сигареты, занимался фармацевтическим бизнесом с неким Абу Милошем и, конечно, криминальный отдел с Йеном Чаном, сухопарым китайцем.

Из рассказа я понял, что за каждой из этих персон стоит еще не одна организация, все они имеют широкое распространение по всей территории США и даже зарубежья. Эта была самая настоящая мафия, и эпицентром был Стоун.
Он содержал «общаг», на нескольких темных счетах Стоуна лежали огромные деньги, которые не компрометировали остальных членов Клуба и при этом постоянно находились в работе. Стоун крутил их на биржах, скупал акции, занимался безопасностью и сохранностью.
За это Артур имел огромный процент, а партнеры оказывали разного рода услуги для легального бизнеса.
Все было просто и ясно.

У каждого члена клуба было идеальное резюме, чистая анкета, легальный доход, но на самом деле каждый был миллионером. Так называемое "взаимовыгодное партнерство". Я даже нервно засмеялся, представляя, какие заоблачные суммы могут там крутиться…

Потом настал черед представлять меня, и я с интересом посмотрел на Стоуна: как он это сделает?

- Друзья, - сказал он громко, слегка откашливаясь. - Эдвард Каллен, моя правая рука, - четко проговорил Артур, а у меня перехватило дыхание от его слов. Неужели я продвинулся так близко к своей цели?

Все ободряюще улыбнулись и в разговоре высоко оценили мою работу на Стоуна за последние полгода, мой профессионализм их впечатлял, особенно мне запомнилась улыбка министра юстиции.
Но затем разговоры стихли и все выжидающе посмотрели на Стоуна, как только исчезли все посторонние звуки, он начал говорить вновь.

- Как вы все хорошо знаете, раньше моим доверенным лицом был мой сын, Джеймс. Но судьба распорядилась жестоко и забрала моего мальчика у меня, - Артур тяжело вздохнул, но потом вновь взял себя в руки и продолжил: - Как вам известно, мы все рисковали последние месяцы. Мое здоровье сильно пошатнулось, годы берут свое… Почти полгода мы жили без «доверенного лица». Все это время я присматривался и растил для этой роли «приемника». И, наконец, я могу смело заявить, что нашел то, что искал, – его взгляд уперся в меня и на губах расплылась отеческая улыбка. - Господа, Эдвард доказал своим трудом и преданностью, что сможет оказать всем нам такую услугу, сейчас я в нем уверен, как в самом себе. Он молод, умен, здоров, как бык. Он прошел все мои проверки и доказал свою состоятельность. Предлагаю его кандидатуру на рассмотрение. Попрошу проголосовать, - мужчины медленно и вальяжно поднимали руки за мою кандидатуру.

Шесть за, один воздержался…
Стоун озадаченно посмотрел на мистера Чана, желтоватого китайца, специализирующегося на криминале, и недовольно вскинул бровь.

- Мистер Чан. Какие-то проблемы? – проворчал Стоун.

Но китаец не торопился отвечать, он буравил меня странным взглядом, а потом тихо проговорил:
- Я не имею никаких личных причин показать свое недоверие мистеру Каллену, просто я больше доверяю кровным узам, и ваш сын, Джеймс, устраивал меня намного больше… Но в настоящий момент я готов смириться с мнением большинства, я доверяю вашему выбору, Артур, – и он осторожно склонил голову, выказывая свое уважение.

Стоун моментально ответно кивнул и продолжил:

- Что ж, господа. Тогда решено. Мистер Каллен - полноправный член нашего клуба, и сегодня он познакомиться со своими новыми обязанностями. Мы все хотим доверять друг другу, так давайте доверимся и мистеру Каллену.

Мужчины начали вставать и привлекли мое внимание к рабочему компьютеру Стоуна.
На экране была открыта какая-то программа.
Артур открыл вкладку, и я увидел, что это данные о сотнях банковских счетов в самых разных банках и регионах страны, тот самый «общаг».
Суммы были разные, но количество нулей в строчках никогда не уменьшалось до шести. Там были миллиарды долларов, йен, евро и фунтов… Баснословный объем денег.

Показав мне базу, Стоун закрыл программу и начал вводить для ее защиты пароль.

Первую цифру он ввел сам, потом по очереди по одной цифре вводили данные члены клуба.
Последнюю, восьмую, доверили ввести мне.
При этом кроме меня и Стоуна никто не видел получающийся итоговый код…

Когда программа приняла новый шифр доступа, она предложила повторить комбинацию. Стоун с некой ухмылкой попросил меня ввести цифры по памяти. Я осторожно набрал код, и программа вновь открыла доступ.

Стоун довольно похлопал меня по плечу и вновь привлек всех гостей выпить.
Раздался звон бокалов, началась непринужденная беседа, а я все так и стоял в некой растерянности.
Я не понял ровным счетом ничего… Зачем мне знать код? Почему он такой простой? Эти ли данные мечтает увидеть Клэр? Почему она до сих пор не взломала эту программу?
Тысячи мыслей кружились в голове, ничего не объясняя…

Я озадаченно смотрел на Стоуна готовясь задать главный вопрос.

- Артур. Я благодарен тебе за доверие, но я до сих пор ничего не понимаю… Какова моя роль? - шум голосов вновь стих.

Стоун подошел ко мне вплотную и, подавив легкую улыбку, хрипло сказал:

- Слушай внимательно. Партнеры доверяют мне свои деньги, и я с ними работаю. Код доступа будет меняться каждую неделю. Его будем знать только ты и я. Уверяю, за это время его никто не взломает… После смерти сына, когда я никому не доверял, я менял код каждый день, и мои партнеры безоговорочно доверяли только мне, хотя понимали, что могут лишиться всего. Твоя роль мизерная, но при этом очень важная, - Стоун понизил голос и проговорил буквально только мне: - В случае моей смерти… ты незамедлительно открываешь программу и запускаешь самоликвидацию. При этом все деньги партнёров клуба автоматически возвращаются своим хозяевам на запасные счета. И все в расчете, даже при таком плохом раскладе для меня. Тебе же за работу автоматически упадет процент. Так что никто не будет обижен. Понятно? – и он ободряюще улыбнулся, потрепав меня по-отечески по плечу.

Я озадаченно выдохнул, все было понятно, ясно, как божий день.

Но вместо того, чтобы почувствовать облегчения, я лишь осознал, что теперь попал точно.
Клэр предполагала, что там, в «клубе», куда ей вход воспрещен, какая-то важная информация.
А на самом деле, это всего лишь номера счетов…
Она попросит меня вскрыть программу, отказать я ей не смогу.
Стоун узнает об этом, и тогда меня прикончат, едва я успею моргнуть.
И я думаю, этот прекрасный мафиози Чан собственноручно засадит мне пулю между глаз. И еще будет долго трясти над моим хладным трупом своим корявым пальцем, приговаривая, что он знал, что я не заслуживаю доверия…
Перспектива была ужасающая, и никакая Клэр мне не поможет… не спасет. Тут бы самой унести ноги.
Ведь это не просто бандиты, это мафия.

Все это время я стоял в центре кабинета и отчаянно искал смысл жизни на дне бокала. Да… жизнь неумолимо стремилась к финалу истории. Печально…

Я быстро проглотил одним махом янтарную жидкость, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, и с траурным лицом вернулся к партнерам.
Теперь все оживленно беседовали ни о чем, шутили, пили, смеялись… о работе не упоминали.
Я присоединился к компании, только тело не покидало напряжение, страх за жизнь сковал все мускулы и разжег в груди огонь ненависти.

Уже поздней ночью, когда я ехал в сторону дома, я задумался о смерти.
Невольно я вспомнил Беллу, мои цветочные любовные послания…
Я рассеянно думал, какие цветы означают скорую смерть? Наверное, черные розы?

Но, представив себе выражение лица моей девочки, когда она получит такой букет, по телу прошла волна дрожи. Я отчаянно помотал головой, сбрасывая наваждение, и, яростно стиснув зубы, пообещал себе выкрутиться из передряги и отсрочить этот печальный момент.

Белла верит мне, ждет, любит… А я опять раскисал. Нет, сказал я себе твердо. Я должен хотя бы попытаться…