Повествование от Беллы
Месяц… Целый месяц я нахожусь уже здесь… В одной и той же камере, на одной и той же кровати, с одними и теми же женщинами. Не смотря на то, что они преступницы, мы стали довольно неплохо общаться. Поддерживали друг друга, как могли. Это, конечно, ничто по сравнению с моими друзьями – Розали, Анж и Элис, Джаспером и Эмметом, и тем более, ни в какое сравнение не идет в общении с Эдвардом.
Эдвард, как и обещал, приезжал ко мне каждый день, поддерживал, утешал, только мне легче не становилось. Мне и так не хватало времени, проведенного с ним. Хотелось больше, больше, больше… Постоянно – лучшее, что могло бы быть. Просто находиться рядом и общаться. Дальше общения за это время мы с ним никогда не заходили. Он знал, что мне больно, тяжело, и никогда не пытался. Я видела, что моё общение тоже приносит ему радость, его глаза сверкали, искрились, горели! Но, когда приходило время расставаться, он сникал, потухал, как уголек, сгоревший дотла… В этом мы были одинаковы…
Я с содроганием вспоминаю двойной допрос с Викторией. В её глазах больше не было счастья. Они горели ненавистью и злобой. Только я не понимала: почему? Когда я её увидела, хотелось тут же броситься на неё, орать, плакать и умолять сказать правду. Но я молча шла к своему месту возле адвоката. Она сидела напротив со своим адвокатом. Между нашими сторонами находился следователь.
- Виктория Марена! – назвал следователь эту бесстыжую рыжую бестию, а она содрогнувшись подняла голову на него. – Вы обвиняетесь в хранении и распространении наркотиков! Вы хотите сказать что-то, что может вам помочь сократить срок?
- Понимаете ли, - начал её адвокат, - у моей подзащитной очень неуравновешенное душевное состояние. Я думаю, что это поможет сократить срок. – Я взглянула на Викторию. Её глаза не выражали никакого интереса к происходящему, но когда она услышала про свое состояние, уголки её губ слегка дернулись в насмешливую улыбку, и она мельком глянула на меня. Я же сидела в шоке. Её адвокат продолжал что-то доказывать следователю, но я уже не слушала. В голове не укладывалось, как она смогла? Теперь её выпустят, а я останусь сидеть?
- Изабелла Мария Свон, - вырвал меня из мыслей голос следователя, - вы обвиняетесь в сообщничестве с Викторией Марена. Вы хотите что-то добавить? – мой адвокат хотел уже начать выступать, но я его остановила и встала.
- Да! – начала я ровным и уверенным голосом. – Я не считаю себя виновной! – я подняла глаза и встретилась с вопросом в глазах следователя. – Да, я передавала пакеты с содержимым Лорен Мелори. Но я и не предполагала, что там наркотики. Виктория просила выполнить несколько раз просьбу, я ей помогла, не подозревая ни-че-го!
- Простите, мисс, но не только Лорен Мелори утверждает, что вы знали про товар, но и обвиняемая Марена утверждает то же самое! Тем более, что у нас есть ваши отпечатки пальцев на пакетах с товаром. Да и зачем им обвинять вас, если вы не виновны?
- Я не знаю, сэр. И сама бы хотела узнать! Но я не виновна, ни в чем! Не подозревая ничего, я сделала одолжение и попала за решетку! Вы считаете это справедливым?
- Если бы вы не были виновны, вы не сидели бы здесь! – отрезал следователь и начал обсуждать дату окончательного решения, суда и прочего. Я лишь безмолвно опустилась на стул. Я смотрела на Викторию, и в моих глазах горел лишь один вопрос: «За что?», на что лишь получила наглую ухмылку в свой адрес.
- Окончательное слушание назначено ровно через месяц. Учитывая тот факт, Виктория марена является душевно неуравновешенной, то это может быть поможет сократить срок. Вам же, мисс Свон, я советую приготовиться к худшему!
Даже теперь, спустя месяц, я не понимаю ничего. Я просто жду приговора. Мои родители, друзья делали все возможное и невозможное, искали хоть какую-то информацию. Но ничего не находили. Все факты были против меня. У них было подтверждение двух человек, хотя и людьми-то их назвать после такого трудно – Виктория и Лорен, плюс ко всему мои отпечатки. Показания Розали, которая утверждала, что я не знала о наркотиках, они посчитали абсурдными и предположили, что она выгораживает меня. Доказать ничего не получилось.
С Викторией мы находились в разных камерах, и даже в разных блоках. Я с ней никогда не пересекалась. А хотелось бы встретить её и повыдирать все волосы. Или выцарапать эти наглые и лживые глаза.
Осталось три дня до суда. Три дня моей свободной жизни, если её таковой можно назвать. Ведь через три дня я буду официально названа заключенной.
Ко мне снова приехал Эдвард… Сколько прекрасных звуков в одном любимом слове… Я готова повторять это имя постоянно. И для этого у меня будет достаточно времени в тюрьме.
- Здравствуй, Эдвард! – подошла я к нему, а он меня обнял и прижал к себе.
- Здравствуй, моя любовь! – прошептал он на ухо. Складывалось такое впечатление, что он боится произносить эти слова громче, чтобы их не украли, не услышали, не испортили.
- Эдвард, я хотела бы поговорить с тобой, - начала я неуверенно, а он взглянул на меня вопросительно. Мы сидели по разные стороны стола, но держались за руки. Он так нежно их гладил, иногда поднося к губам, и целуя.
- О чем же ты хотела поговорить?
- Эдвард, я знаю, что ты сейчас начнешь меня упрекать, но выслушай, пожалуйста…
- Я весь во внимании, - теперь его голос был уже настороженным.
- Я хотела поговорить с тобой насчет суда. Я не хочу, чтобы вы приезжали на суд, - а в голове проносились мысли: «О, Боже! С каким трудом дались мне эти слова. Я хочу тебя видеть постоянно, но не в этот день!»
- Белла, об этом не может быть и речи! Мы обязательно будем! Мы должны тебя поддержать, что бы ни случилось!
- Эдвард! Ты не понимаешь! Я не смогу пережить всего этого под взглядами моих друзей и любимых! Я не смогу сдержаться. И за вас я переживаю. Вам будет тоже тяжело. Я не знаю чего ждать! – я почти сорвалась на крик.
- Малышка, ты не представляешь, как я переживаю за тебя, волнуюсь, хочу быть рядом. И этот день не станет исключением! Даже, если бы я находился на другом континенте, то нашел бы способ попасть к тебе раньше, чем начнется суд! Тем более, мне кажется, что тебе должно понравиться наше присутствие.
- Я все прекрасно понимаю, Эдвард, но мне будет проще одной… - тут я запнулась. – Я боюсь, что не смогу сдержать истерики, когда узнаю приговор.
- Вот именно для того, чтобы тебе помочь, мы там и будем! – сказал Эдвард стальным голосом. Спорить было бесполезно. Я лишь обреченно вздохнула. Мой спор закончился его победой.
За день до суда, нас вели снова к следователю, который должен был нам объяснить, чего завтра ждать. Но нас привели рано, и мы с Викторией остались вдвоем в приемной. Я решила с ней поговорить. Я должна была узнать все.
- Виктория! – начала я, но увидела её безразличный взгляд в мою сторону. – Я не понимаю, что я тебе сделала, в чем я виновата?
- Как в чем? Ты моя соучастница! Ты поставляла наркотики клиентам! – ухмыльнулась она.
- Виктория, ты же знаешь, что это ложь! И вы с Мелори придумали её!
- Мы ничего не придумывали, есть даже факты, подтверждающие все!
- Но именно ваши заявления моего обвинения являются главными! Пойми же ты! Я не виновата! Я не хочу сидеть 5 лет ни за что! Я хочу провести это время как нормальные люди, а не жить по вашей прихоти в тюрьме! У меня не будет будущего! У меня не будет образования! У меня не будет друзей! И так уже половина отвернулась благодаря этому инциденту! Я хочу любить и быть любимой! – после моей речи я заметила в её глазах замешательство, но она быстро с ним справилась и снова сделала безразличный вид.
- Это твои проблемы! Меня они не касаются! – уже не таким уверенным тоном сказала она.
На этом разговор был закончен. Нас вызвали к следователю. Суд был назначен на 12.00. Ну что же? Осталось совсем немного – и я заключенная. Эта мысль заставляла дрожать мое тело.
Последнюю ночь я не спала. Не хотелось тратить на сон ночь, когда впереди светит пять лет.
Нас вывели в зал к адвокатам. Пока я шла, я видела своих родителей, друзей, Эдварда. Они все были слишком напряжены, но старались приободрить меня, улыбаясь. И, как и сказал Эдвард, мне на самом деле было приятно всех их видеть… Но боль в сердце заглушала все. Она перерастала в большой ком, который разрывал меня изнутри.
- Господа присяжные! Сегодня слушается дело по обвинению Виктории марена в хранении и распространении наркотиков и Изабеллы Марии Свон в сообщничестве, - начал судья. Странно, но мне он показался очень добрым. Его лицо выражало крайнее спокойствие и безразличие. Он продолжал говорить, но я его не слушала. Потом выступали адвокаты в нашу защиту, а я иногда посматривала в зал, чтобы увидеть всех любимых мне людей.
Родители сидели в обнимку. Мама улыбалась, хоть я видела, что улыбка натянута как маска, а лицо заплакано. Она не хотела меня расстраивать. Папа видимо сдерживал себя из последних сил, чтобы не броситься ко мне. Элис, Анж, Джейкоб, Розали, Джаспер и Эммет слушали судью, адвокатов, свидетелей, иногда смотрели на меня, улыбались и махали руками. Эдвард постоянно наблюдал за мной. Он не сводил глаз с меня. Его улыбка была грустной. Мой ангел понимал, что сейчас решается НАША судьба.
- В соответствии с законодательством и решением присяжных вынесен приговор:
Виктория Марена – 7 лет заключения. Изабелла Мария Свон… - не успел судья договорить, как раздался женский крик.
- Нет! Подождите! Остановите суд!
Все бросили взгляд в одну сторону – на Викторию.
- Вы что-то хотите добавить миссис Марена? – спросил недовольно судья.
- Я… Да… Я хочу дать показания в невиновности Беллы… - выговорила она. Зал загудел. Я даже услышала, как свистели Эммет и Джаспер. А я лишь недоумевающее глядела на неё. Только вчера эта женщина считала меня преступницей, а сегодня заявляет о моей невиновности. Зачем было месяц меня мучить?
- И о чем же вы хотели уведомить нас?
- Я хотела бы сказать, что Белла Свон невиновна! Она действительно не подозревала о том, что находилось в пакетах. Это моя вина!
- Хм… Интересный поворот, - пробормотал судья, а потом обратился ко мне. – Это правда, мисс Свон?
Я кивала головой и не могла выговорить ни слова. Шок, непонимание, смешавшиеся с радостью и счастьем, не давали мыслям спокойно обдумать, а голосу - сказать.
- Ну раз так… Подозреваемая Изабелла Мария Свон объявляется невиновной!
Я не помню больше ничего. Все происходила, как в тумане. Помню только несколько пар рук, которые меня обнимали, и голоса, которые поздравляли. Розали, Эммет, Джаспер, Элис, Анж, Джейкоб, родители… Все они рядом, но не хватает одного человека. Я обернулась в зал, но он уже был пуст…

Очень жду ваши комментарии!!! ФОРУМ!