Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1619]
Мини-фанфики [2345]
Кроссовер [679]
Конкурсные работы [5]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4560]
Продолжение по Сумеречной саге [1230]
Стихи [2325]
Все люди [14640]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13769]
Альтернатива [8924]
СЛЭШ и НЦ [8334]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [152]
Литературные дуэли [104]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3912]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Топ новостей января
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 января

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Быть сладкоежкой не страшно
История о минусах кулинарных шоу, больших животах и особенных видах десертов.
Гермиона/Драко; мини; Юмор, Любовный роман

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

Девочка
Я повернула голову вперед, и наши взгляды встретились. По спине прошел озноб. За столом сидел хозяин жизни. Это был мужчина лет тридцати. Он был красив, но его красота была пугающей, холодной и отталкивающей, как у Дориана Грея Оскара Уайльда, подернутая патиной пресыщенности и вседозволенности.

Клуб Критиков открывает свои двери!
Самый сварливый и вредный коллектив сайта заскучал в своем тесном кружке и жаждет свежей крови!

Нам необходимы увлекающиеся фанфикшеном пользователи, которые не стесняются авторов не только похвалить, но и, когда это нужно, поругать – в максимальном количестве!

И это не шутки! Если мы не получим желаемое до полуночи, то начнем убивать авторов, т.е. заложников!

Краски вне линий
Да, это - продолжение "Красной Линии", наконец! Эдвард и его семья начинают новую жизнь в Вайоминге и это не будет легко. Сможет ли Эдвард оставить свое прошлое позади и начать все сначала, будучи отцом, любимым и ковбоем?
Автор: WinddSinger
Завершен.

Итака - это ущелья (Новолуние Калленов)
После того, как Каллены оставили Форкс и переехали в штат Нью-Йорк, Карлайл борется за сохранение своей семьи - боль Эдварда угрожает разлучить их. Итака - это история о стремлениях сына, любви отца и уникальной семьи, изо всех сил пытающейся поддерживать их обоих…
Это - Новолуние Калленов

Его личный помощник
Белла Свон, помощница красивого, богатого и успешного бизнесмена Эдварда Каллена, следует совету друзей влюбить Эдварда Каллена в себя.



А вы знаете?

...что можете помочь авторам рекламировать их истории, став рекламным агентом в ЭТОЙ теме.





...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания?
Заинтересовало? Кликни СЮДА.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Какой персонаж из Волтури в "Новолунии" удался лучше других?
1. Джейн
2. Аро
3. Алек
4. Деметрий
5. Феликс
6. Кайус
7. Маркус
8. Хайди
Всего ответов: 9753
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Наши переводы

Сущность, облаченная в полумрак. Эпилог

2017-2-19
16
0
Эпилог

Мне было дано прорвать кольцо полночной осады,
переступить желанье и похоть было дано.

Память искусанных губ и зацелованной кожи,
память голодных зубов и тел, заплетённых в жгут.
Бешеное сближенье жадности и надежды,
которое нас сплотило и навек развело.
Нежность робкой воды и муки шелестящей,
слово, которое губы тронуло — и ушло.
Такая судьба постигла парус моих желаний,
сорванный ветром судьбы, и вот — кораблём на дно!

Много лет тому назад из глубин моря простерлись руки,
пальцы вцепились во влажную человеческую плоть,
утаскивая вниз, вниз, вниз
поймав в плен
и погрузив в морские глубины.
— Я поведаю тебе историю, — шепчет шелки
на ухо мореплавателю.

"Песнь отчаяния", Пабло Неруда


+.+.+.+


Статья из раздела Бизнес в «Вашингтон-Пост» от 25 апреля 20… года.
Masen Global Enterprises (MGE) объявила сына своего президента новым исполнительным директором, поскольку обосновавшаяся на Манхэттене компания решила заняться коммерческим развитием за границей.
С этого момента Стивена Хансена сменит Эдвард Каллен, возглавивший головной европейский офис MGE в Париже ввиду «расширения международных продаж и деятельности по привлечению клиентуры», — заявил сегодня представитель MGE.
«Каллен обладает глубокими познаниями в сфере американского и европейского рынков, а это неоценимое качество, поскольку мы стараемся развивать качество и энергоэффективные технологии».
В дополнение к новой должности Каллен возьмет на себя роль президента и соруководителя фонда Cullen Consulting, LLP, инвестиционной компании, основанной в 1921 году его прадедом. Компания относится к шестому по величине в мире хеджевому фонду с 35,8 миллиардами долларов среди инвесторов средств под управлением и имеет долевой процент 1.22 в Уэллс Фарго.
«Я с нетерпением жду дальнейшего знакомства с делом, начатым моим отцом, — сообщил Каллен в своем заявлении, опубликованном его представителями на этой неделе. — Не терпится узнать, что нам готовит будущее».

+.+.+.+


Первые дни мне непривычны.
Эдвард не отходит от меня ни на шаг, а когда он целует, хватает и обнимает меня посреди ночи, взгляд его рассеянный и горит угрызениями совести зависимого.
Я — молчаливый, но равный партнер, не противлюсь, если он царапает, трахает, а потом дрожит и стонет, когда я кончаю вместе с ним. Внизу нас окружает город, поющий серенаду бодрящим гулом царящей в нем суеты, пока мы спим мертвым сном в кремовой башне Эдварда.
А когда в холодную комнату вторгается утренний свет, отбелив ее еще сильнее, Эдвард, проснувшись, удивляется, обнаружив меня в своей постели.
— Ты еще здесь, — замечает он, и я касаюсь его лица, стирая любые следы удивления.
— Ты счастлив? — спрашиваю я, и ответом мне становится его улыбка.

+.+.+.+


Иногда он начинает сопротивляться,
руки и ноги сражаются с силой моря.
Она ласкает его лицо, воркующим голоском рассказывая
тайны, поет морские колыбельные —
только чтобы он вспомнил
однообразие старой земли,
рабство своей родины,
и морскую клятву, что он ей дал.

+.+.+.+


Выдержка из биографического очерка на Чарльза Свона, журнал «The New Yorker».
Свон неоднократно, глядя людям прямо в глаза, стойко отрицал мифы о Создателе королей. С другой стороны, кажется, ему не претит находиться в центре внимания и спекуляций, как не претит и мнение о том, что он всесилен. Свон — человек сложный. Привычный ему метод — какая ирония — выражать негодование по поводу несправедливо приписываемому ему огромному влиянию, но притом в его взгляде иногда появляется какой-то блеск.
Однако в последнее время в новостях редко мелькают заметки о его несомненном уме. Ходили слухи о личных разногласиях в семье Свон после внезапной кончины Рене Хиггинботэм-Свон, случившейся три года назад. Полученные из уст близких людей вести о нынешнем отчуждении между Своном и его дочерью Изабеллой указывают на то, что тот семейный уклад, расхваленный Своном как «американская мечта», в действительности далек от совершенства.
Для любого авторитетного политика это стало бы не столько разоблачением, сколько фактом. Но в случае Создателя королей его репутация зависит не только от интуиции и умения работать на публику — она тесно переплетается с образом жизни, семьей, которую он пытается идеализировать в сознании американцев: преданный муж и отец, участливая жена, всегда готовая поддержать, и чудесный ребенок.
В последние годы Свон заметно волнуется, когда его спрашивают о семье.
«Это никого, черт возьми, не касается», — бросил он репортеру спустя несколько месяцев после смерти жены. Но сегодня он — образец профессионализма.
— Мы справляемся, — заверяет меня он и переводит взгляд на старый снимок его семьи на рабочем столе. — Справляемся.

+.+.+.+


Первые месяцы в Париже проходят бурно: это вихрь одержимости, морального падения и свободы.
Мы несчастные влюбленные, неспособные поверить в такую удачу: ласкаемся, целуемся, трахаемся на любой горизонтальной поверхности как подростки на пороге пубертата. Мы неукротимые, ненасытные.
Он часами занимается со мной сексом, покрываясь потом, стеная и чертыхаясь, когда кончает, демонстрируя инстинкты зверя, помечающего свою территорию.
— Чувствуешь это? — частенько спрашивает он. Шеей чувствую его жаркое дыхание, пока его пальцы нежно гладят меня между ног, где он был секундами раньше. — Ты моя.
Я дарую ему такие моменты и, соглашаясь, киваю. Потом помечаю его сама, зубами и когтями оставляя на его плоти следы, по которым потом смогу составить карту своих прикосновений на его коже.
Это дикие отношения: иногда мы сливаемся в лютом энтузиазме горячего секса, а иногда кружим вокруг друг друга как опасливые животные, изучающие противника опытным взглядом.
Я хочу знать о нем все, и это рвение меня пугает.

+.+.+.+


Но каждый пузырь лопается.
И хотя есть желание,
хотя есть страсть, одержимость,
нет
и никогда не будет
сказки.

+.+.+.+


— Изабелла.
Стучит в дверь.
— Уходи, — бормочу я влажными губами.
— Белла, открой дверь.
Я медленно открываю глаза, смотря на инертную воду в ванной, накрывающую бледность моих обнаженных ног. В дверь ванной комнаты снова начинают стучать.
— Изабелла.
Я, пошатываясь, встаю; вода стекает по коже, струйками падая по спине.
Выхожу и тянусь вниз, пальцы снова сминают лежащий на полу лоскут черного шелка, засунув его в карман махрового халата, в который я кутаюсь.
Эдвард стучит в дверь, и я отпираю щеколду, впуская его.
— Ты провела тут несколько часов, — говорит он, в его глазах виднеется непрошеный вопрос.
Я лишь думаю, размышляю над тем, каким существом я стала.
Но ему в этом не признаюсь.
— Мы счастливы? — спрашиваю я, и влага стекает на ковер.

+.+.+.+


— Взгляни на мужчину у меня за спиной, — тихо говорит мне Эдвард, протягивая бокал вина. — Того в очках в темной оправе.
Я подчиняюсь, заглянув ему за спину и увидев среди гостей вечеринки указанного мне мужчину.
Вот он: улыбается висящей на его руке блондинке, которая что-то прошептала ему сейчас на ухо. Худощавый джентльмен в смокинге, его длинные руки придают ему облик молящегося на похоронах богомола.
— Вижу, — смотря, отвечаю я.
— Это Николя Беллан.
— Друг Карлайла?
— Его шпион, — поправляет Эдвард, раздраженно поджимая губы. — Мой отец следит за мной.
Я продолжаю смотреть на Беллана. Через какое-то время мы встречаемся с ним взглядом, и он невинно на нас смотрит. Я улыбаюсь мужчине, отсалютовав ему бокалом.
Он еле заметно краснеет, отводя взгляд. Но мы остаемся в поле его видимости.
— Что ты делаешь? — спрашивает Эдвард, удивленно изогнув брови, когда я ставлю бокал. Я кладу руки на его лацканы и притягиваю к себе.
— Даю Николя повод доложить папочке, — отвечаю я, срывая с его губ вздох.
И целую, а Николя закатывает глаза, обратив свое внимание на кого-то иного.
— Что бы я без тебя делал? — тихо посмеивается Эдвард.
Я улыбаюсь.

+.+.+.+


Мы одни из них, но нет.
— Есть в тебе что-то ядовитое, — призналась мне как-то Элис, ее губы возле моего уха, словно мы делимся друг с другом секретами. — Что-то чудовищное.
— Как тебе будет угодно, — с улыбкой отвечаю я, и она делает шаг назад.
— Забавно. А знаешь, что еще забавно? — Она понижает голос. — Свон гоняется за Мэйсеном. Яблонько от яблони недалеко падает, верно?
— Если не ошибаюсь, он Каллен, — любезно отвечаю.
Когда в конце этого благотворительного вечера, устроенного его отцом, мы садимся в машину, я рассказываю Эдварду о стычке с Элис, и он вздыхает, взяв меня за руку, и смотрит прямо перед собой.
Порой легко забыть, почему мы так крепко держимся друг за друга.

+.+.+.+


Идет время.
Мы - партнеры, связанные непонятным для нас притяжением и жаждой чувств, пусть даже иногда бывает лишь боль.
Порой Эдвард меня удивляет, ужаснув двойственным сочетанием страсти и безволия.
— Что думаешь? — однажды вечером, когда мы идем домой с ужина, спрашивает он. Я недоуменно хмурюсь и вдруг замечаю, что мы стоим у зеркальной витрины ювелирного магазина.
Я вспоминаю овальный бриллиант своей матери, мерцающий на золотком ободке, который она никогда не снимала. Вспоминаю про отца, находящегося в своем одиноком доме.
Думаю о неизбежности, о бесконечной извилистой змее.
И говорю ему: «да».

+.+.+.+


— Я ухожу, — однажды днем говорю ему я, бесчувственная, злая и мечущая глазами молнии, потому что устала от этой жизни, всего этого однообразия, денежной клетки, в которую меня заточили.
Но Эдвард, сидя за фортепиано, лишь зловеще улыбается, тихонько наигрывая медленную и печальную мелодию.
И потому я действительно ухожу, хлопнув напоследок дверью. Ловлю такси в аэропорт.
Вернувшись несколько часов спустя, я вижу темную квартиру и Эдварда, в одежде лежащего на кровати. Грудная клетка равномерно поднимается и опускается под шелком его галстука.
Замечаю отражение своего лица в дамском зеркале: бледное, осунувшееся, с огромными темными глазами — двумя свирепыми пропастями потерпевшего кораблекрушение. Я кажусь потерянной, покинутой как пирс на рассвете.
Проходит еще много времени, и я решаюсь подойти к кровати, поднять руку, чтобы провести по красновато-каштановой путанице его волос, теперь тронутой легкой сединой. Не успеваю моргнуть глазом, как его рука обхватывает мое запястье.
Я встречаюсь с ним взглядом и не могу его понять.
— Ты вернулась, — плоским голосом говорит он.
— Да.
— Прошло шесть часов.
— Да.
Он тянет меня вниз, и я иду на попятный, усаживаясь ему на бедра и прислонившись к его груди. Поворачиваюсь к нему лицом и прижимаюсь губами к шее, чувствуя, как он сглатывает.
— Больше я не уйду, — шепчу я.
И мы засыпаем. Наши тела разделяет только шелк моего платья и его накрахмаленная рубашка.

+.+.+.+


Нас женит французский священник, и на мне красное платье.
В ту ночь Эдвард целует мне руки, берет в рот мои пальцы, нежно прикусывает кольцо. Я смеюсь над тем восхищением, с которым он изучает камень.
— Я люблю тебя, — позже стонет он мне в шею, когда я кончаю. — Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя.

+.+.+.+


Дни, недели, месяцы стекаются воедино и становятся годами.
Сегодня вечером я, молчаливая и смирная, резко просыпаюсь, когда Эдвард хлопает дверью в спальне. Он вернулся, его шаги — интермедия к тем трем неделям, что он провел за работой в Нью-Йорке.
Разбудит ли он меня? — интересно мне. Несколько последних недель — это лишь краткие, сжатые беседы, потому что он занят, а я спокойна.
Мгновение спустя по моей спине пробегают неугомонные пальцы.
Он касается губами моих плеч, спускаясь по спине и дергая, дергая, дергая мою ночнушку, которая теперь висит у меня на талии.
Сначала не удается разобрать, что он говорит, настолько я удивлена его прикосновениями. Но вскоре слышу, как бездумно срываются с его губ слова.
«Оголодал, — говорит он против моей кожи. — Как я по тебе оголодал».
Он одетым забирается на кровать, раздвигая мои ноги, приподнимая бедра, жадно собирает пальцами мою влагу. Потом стаскивает с себя брюки. Я чувствую тепло его обручального кольца, когда он, придерживая за бедра, вонзается в меня, бормоча проклятия, и я вскрикиваю. Но шелковый узел черного галстука на моих плечах не сравнится со жгучей болью, которую я испытываю, когда он входит в меня со всей силы.
Его губы на моей шее, он кончает ожесточенными, неконтролируемыми движениями и исторгает отчаянный вопль.
Мы переводим дыхание, потные и вялые. Он выходит из меня, рухнув на кровать.
— Прости, — шепчет он. — Я скучал по тебе.
— Мы счастливы? — спрашиваю его я, смотря на силуэт его профиля.
— Конечно, — отвечает он, и я смотрю ему прямо в лицо, проводя пальцами по его губам, и улыбаюсь, притворяясь, что верю ему.

+.+.+.+


— Миссис Каллен?
Я отрываюсь от книги и вижу стоящего рядом с моим столиком молодого мужчину. Я частенько захожу в это кафе, где молчаливое обслуживание и близость к нашему дому становится идеальным выбором для чтения и размышлений.
— Да?
— Гаррет Спрингер, — говорит он, протягивая мне руку. Он американец, юный, привлекательный и элегантный, и рука его слишком долго держит мою. — Я работаю на вашего мужа.
— Разумеется, — вежливо отвечаю я. — Присядете?
— Спасибо. Что вы читаете?
— Ахматову.
— Хороший писатель?
— Она весьма хороша.
— О. Поэзия?
— Да.
— Значит, вам нравится поэзия… Изабелла?
Я откидываюсь на спинку стула, беспристрастно его оценивая. На какое-то мгновение он непринужденно пялится на мое лицо, шею, грудь.
Я ухмыляюсь. Мне почти сорок, а ему за тридцать, и он такой понятный мне и необученный.
— Вы что-то хотели от меня, Гаррет? — невозмутимо спрашиваю я.
— Я… я заметил вас и решил…
— Решили поздороваться? — перебиваю я.
— Да.
— Тогда здравствуйте. Спасибо, что заглянули.
Поняв намек, он встает.
— До свидания, миссис Каллен.
— До свидания, Гаррет.
Он отходит, но резко поворачивается и размашисто шагает обратно к моему столику. Ничего не говоря, он берет меня за руку и подносит ее к своим губам.
— До свидания, — снова бормочет он и спешно уходит.
Я улыбаюсь и возвращаюсь к книге.
Но на том все не заканчивается.
— Ты ходила сегодня в кафе? — спрашивает за ужином Эдвард.
— Взяла томик Ахматовой и ненадолго отлучилась.
Не услышав ответа, я смотрю на него поверх бокала с вином и вздыхаю.
Ревность Эдварда становится изощренной и вкрадчивой как ее владелец. Жаркое лезвие страсти накаляется временем и возрастом до чего-то более острого и опасного. Я перестала спрашивать, откуда он знает, с кем я вижусь и чем занимаюсь. Больше нечего скрывать.
Но сейчас на моей руке остался отпечаток губ молодого мужчины, и я знаю, что почувствую на собственной шкуре жало задетого самолюбия Эдварда, продлю мою к нему преданность гортанными стонами, вырывающимися из моего горла, пока он меня будет меня трахать.
Не на меня он злится. Он презирает только себя и мужчин, которых, по его мнению, презирать должно.
— Ты меня любишь, верно? — спрашивает он той ночью. Взгляд его такой же пронизывающий, а еще мальчишеский рот смягчается обиженной недовольной гримасой.
— Глупый мужчина, — ухмыльнувшись, отвечаю я, проводя пальцами по его лбу, волосам, которые не утратили свою буйную шевелюру. Я притягиваю его к себе для поцелуя, но он не поддается.
— Скажи, — настаивает он.
Я думаю о его лице: о прекрасной гримасе, когда он кончает, и обманчивом спокойствии, с которым он наблюдает, как я танцую с молодыми мужчинами.
Он неверно истолковывает мою молчаливость, его брови хмурятся.
— Скажи, громко, — подталкивает он.
Поэтому я говорю.

+.+.+.+


Статья, опубликованная в разделе «Бизнес» The New York Post, 12 февраля 20… года.
Команда отца Карлайла Мэйсена и его сына Эдварда Каллена проделала отличную работу по планированию исправления всех юридических проблем Мэйсена, широко освещавшихся в прессе, однако источники «Поста» утверждают, что в кулуарах напряжение между ними нарастает. Эдвард Каллен стал значимой фигурой, возглавив американский филиал MGE, строительную компанию, основанную его отцом более тридцати пяти лет назад.
Среди основных источников напряженности в их отношениях называют требование Каллена сохранить свою должность председателя правления в Cullen Associates — фирме, учрежденной в 1952 году Лиамом Калленом, отцом бывшего президента Элизабет Каллен и дедушкой нынешнего председателя. По имеющимся сведениям, Мэйсен попросил своего сына передать управление фирмой совету директоров компании — это требование Каллен с отвращением отверг, учитывая недавние проблемы его отца с Федеральным управлением жилищного строительства.
«Наш единственный интерес — гарантии того, что все застройщики соблюдают строительные нормы. Покупатели должны получать гарантировано безопасное жилье, — сообщил репортерам представитель Федерального управления Брайан Салливан. — На данный момент от MGE не поступало доказательств о том, что они пытались соблюдать эти нормы».
«Эдвард Каллен — хозяин положения, — сказал анонимный сотрудник из главного офиса MGE. — Он не видит оснований для отказа передачи принадлежащей ему по праву успешной консалтинговой фирмы, чтобы затем спустить ее ко дну вместе с возможно уже тонущим судном».
Источники сообщают, что Мэйсен и Каллен начали общаться исключительно через своих доверенных лиц, хотя нормативно-правовые проблемы в американском офисе MGE лишь верхушка айсберга в семейной драме. Как стало известно, случившийся в прошлом году тайный побег Каллена с Изабеллой Свон, дочерью суперполитика Чарльза Свона, вызвал обострение напряженности в лагерях Мэйсена-Каллена.
Когда просочились новости о свадьбе и репортеры задали вопросы о его невестке, Карлайл Мэйсен отбросил дипломатию.
«Она сумасшедшая», — сказал он репортерам. Позднее он принес извинения, назвав причиной своего выпада личные переживания и усталость.
Однако эти напряженные отношения породили сомнения относительно преемника Мэйсена в MGE — например, станет ли им его дочь Элис, незапятнанная негативными сообщениями в СМИ, внезапным бракосочетанием или обманщиками в своей предыстории, но тогда встает вопрос: а останется ли вообще на плаву компания MGE.
И Мэйсен, и Каллен через своих представителей отказались давать интервью.

+.+.+.+


Я не несчастлива.
Случаются моменты экстаза, воодушевления. Бывают дни, когда я не могу поверить в то, что он мой.
Но мир существует не для того, чтобы вечно приносить нам счастье.
Есть и бесконечные общественные мероприятия, времена скучных бесед, уведомляющих застежкой на дизайнерском платье, пальцами Эдварда, легонько касающегося моей шеи и говорящего, что я чудесно выгляжу.
Теперь я улыбаюсь, кивая в такт льющимся потоком словам женщины, стоящей напротив, словно я заинтересована, увлечена ее несмолкаемой глупой болтовней…
— Это Розали Маккарти? — вдруг спрашивает она, заглядывая мне за спину.
Я поворачиваюсь, заметив объект ее интереса — статную красивую блондинку, в эту минуту разговаривающую с моим мужем.
Ее лицо навевает воспоминания: молодая женщина на благотворительном бале много лет назад.
— Еда хороша? — тогда спросила у нее я, заинтересованная, почему она посещает столько приемов, если вынуждена унижаться, покупая билет.
— Нет, — ответила она. — Но рыбка неплоха.
Оценив ее наряд, ее идеально сохранившиеся лицо и фигуру, понимаю, что она обрела владельца.
Эдвард смеется над ее словами, его взгляд опускается в вырез ее декольте. Не смею винить его — она великолепна.
Я делаю глоток вина и смотрю — истинная дочь своей матери.

+.+.+.+


— Мы счастливы? — спрашивает он меня.
Этот вопрос отражается в каждом прикосновении, взгляде и слове.
Сейчас я смотрю на него, красивые черты лица покрыты морщинками из-за работы и возраста. Эти волосы, когда-то бывшие цвета отполированного пенни, с каждым годом становятся более седыми.
— Я счастлива, — отвечаю. — А ты?
Он кивает, целует мою руку.
И я ему верю.

+.+.+.+


Все постепенно заканчивается, что бы я ни обещала Эдварду много лет назад.
Он перестанет дышать, или я перестану.
Время еще будет тикать,
и один из нас начнет бродить по прошедшим годам как потерявший память.
Ведь именно так и бывает: старые миры на наших глазах постоянно сменяются новыми.
Мой мир ничем не отличается. Но я получила Эдварда и держусь за него.
А призраки прежних богинь постепенно меркнут.

+.+.+.+


Запись передачи «Судя по всему» Национального общественного радио от 23 октября, 20… года.
Чарльз Свон, человек, которого большинство считали одним из самых влиятельных деятелей в консервативной политике, скончался в эту среду утром, в возрасте шестидесяти одного года.
Пол Стриклэнд, глава штаба Свона и давний наперсник, заявил, что человек, известный как «Создатель королей», умер у себя дома в Джорджтауне, штат Мэриленд, от осложнений, связанных с болезнью сердца. У него осталась единственная дочь, Изабелла Свон-Каллен.
Еще в юности Свон умело обрушил свой гнев на секуляризацию американского общества в организованные митинги, а также, будучи в Дартмуте президентом республиканцев, опубликовал несколько язвительных критик на недостатки либерализма шестидесятых-семидесятых годов. Его влияние продолжало расти, когда он стал принимать участие в подготовке молодых политиков и координировании самых успешных политических кампаний за всю американскую историю.
Свон также защищал общественные ценности, корнями уходящие в христианские традиции, и выступал против регулирования бизнеса и экономики.
Стриклэнд вспоминает, что Чарльз Свон стремился прежде всего сделать консерватизм силой, с которой будут считаться.
За последние годы его здоровье значительно ухудшилось после трагической смерти его жены, и жизнь Свона стала гораздо сложнее. Стриклэнд перефразировал Шекспира в размышлениях о жизни и смерти гиганта, пропагандировавшего консерватизм.
«Я опубликовал заявление сегодня утром, разослав сообщения информационным агентствам, — сказал он, — и позволил себе процитировать строку из «Гамлета»:
«Он человек был в полном смысле слова.
Уж мне такого больше не видать!»


Ну, вот и всё, мои дорогие читатели. Вопреки всем мешающим обстоятельствам я все-таки завершила перевод этой истории и могу сказать, что она станет особенно значимой для меня работой, поскольку этот фик я нежно люблю. И потому я очень, практически слёзно, прошу показаться тех, кто читал эту историю и кому она понравилась - можете просто отспасибить или написать мне в личку, я ЗА обратную связь wink Прошу только потому что возможности такой больше не будет smile
ФОРУМ


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/110-15258-1
Категория: Наши переводы | Добавил: Sensuous (16.10.2016)
Просмотров: 1056 | Комментарии: 21


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 21
+1
21 kotЯ   (28.10.2016 18:59)
Какая Белла в этом эпилоге? Смирившаяся? Нет, однозначно. Она повзрослела и помудрела. Она мне напоминает кошку, которая полуприкрыв глаза, одна понимает, кто в доме хозяин.

+1
20 axana3684   (21.10.2016 01:06)
Спасибо! Очень нежно и грустно и на мой взгляд подтвержает пословицу о том,что нужно бояться своих желаний,они имеют тенденцию сбываться...

+3
19 Berberis   (19.10.2016 22:03)
Спасибо большое, что поделились этой историей. Такой необычной, сложной и увлекающей. Всё в ней продумано до мелочей и повествование, несмотря на некоторые неоднозначные и неприятные моменты, всё равно увлекало и звало читать и читать дальше. Совершенно особенная история и такие единственные в своём роде Эдвард и Белла. Очень радостно, что они смогли найти свой совместный путь и счастливы.

+3
18 klaypeda   (19.10.2016 18:24)
Спасибо Вам огромное за перевод!!! Обожаю и люблю эту историю, как мазахистка, читала и плакала огромное количество раз, и в оригинале и в переводе. Это что-то неописуемое...

+3
17 terica   (18.10.2016 17:02)
Жизнь продолжается..., и как у всех она неоднозначна- встречаются трудности, недопонимание, недоверие, но ревность Эдварда присутствует всегда - как допинг, как стимул для того, чтобы быть достойным и ни упустить любимую женщину. Они давно вместе, и очень хочется надеяться, что любовь никогда их ни покинет...
Большое спасибо за выбор этой провокационной, манящей, запутанной, таинственной и эмоциональной истории. Большое спасибо за прекрасный литературный перевод (что ни так часто встречается) и за замечательную редактуру. До сих пор под впечатлением...

+2
16 Elfo4ka71   (18.10.2016 11:57)
Спасибо! Таким интересным слогом написана история! Завораживает!
Думаю большая часть этого волшебства - ваша заслуга!

+2
15 joker86   (18.10.2016 00:21)
Спасибо большое за Ваш труд!

+2
14 робокашка   (17.10.2016 22:55)
Неоднозначная история, спасибо, что перевели ее!

+2
13 Kataru   (17.10.2016 22:16)
Спасибо за перевод, читала не все, присоединилась на середине и не смогла оторваться. Было интересно.

+2
12 серп   (17.10.2016 20:36)
Большое спасибо за перевод!

+2
11 Russo   (17.10.2016 20:22)
Спасибо большое

+3
10 prokofieva   (17.10.2016 17:11)
Спасибо перевод и история , очаровательные . Благодарю ,Вас , это произведение значимо , не только для Вас . Каждая глава , не забываемая , яркая и не однозначная . Конечно , не приторная сказочка , а реальная , временами не понятная , действительность . Иногда Белла бесила своими поступками . Но не одна глава , не оставляет равнодушными . Спасибо , за Ваш выбор истории и отличный перевод . Успеха Вам . Жду новых Ваших работ . СПАСИБО .

+2
9 tatia010   (17.10.2016 13:00)
Спасибо большое за великолепный перевод.

+2
8 pola_gre   (17.10.2016 12:22)
Спасибо за законченный перевод интересной истории об обоюдной зависимости!

Я тоже боялась, что она сбежит... smile

+2
7 Piratus   (17.10.2016 11:55)
большое спасибо за перевод! читала эпилог с некой опаской...не веря,что Изабелла не выкинет что-нибудь...странно,но этого почти не случилось...не считая ее шестичасового отсутствия....конец неоднозначен...имеет ли значение этот взгляд в декольте Розали...обозначает ли это,что Э.стал прежним бабником? детей у них не случилось...однообразие жизни...а Изабелла "истинная дочь своей матери..." осталась какая-то тревога...может я преувеличиваю? спасибо еще раз!

+3
6 ghbdtn555   (17.10.2016 08:52)
Спасибо большое за эту историю! Она необыкновенная! Глубокое, вдумчивое повествование! После прочтения остаются ноьки грусти! Но рада, что герои вместе не смотря ни на что! Это больше, чем фанфик...

+2
5 veronika25   (17.10.2016 08:09)
Спасибо!!!

+2
4 Lepis   (17.10.2016 04:00)
Спасибо

+3
3 Маш7386   (17.10.2016 00:36)
Большое спасибо за замечательный перевод! История необычная и очень интересная!

+3
2 жанета   (16.10.2016 23:53)
Огромное спасибо за историю.. она завораживает , притягивает к себе и не отпускает ! Очень сильная , необычная и такая живая история , Спасибо !!!

+3
1 riddle   (16.10.2016 23:28)
Большое спасибо за историю.

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]