Я уверен, что он услышал мой вздох. Мое сердце сжалось, боль прихлынула к груди. Шокированный, я не мог заговорить, мой мозг много раз анализировал его слова.

«Мы занимались сексом».

Часть меня умерла с этими словами.

- Я хотел сказать тебе раньше, но Белла попросила молчать. Я... просто подумал, что ты должен знать.

Именно тогда гнев вышел на свободу.

- Что за нахер, Эдвард? Ты говоришь мне, чтобы я держал свой член в штанах, а сам даже не следуешь своему гребанному правилу? - Я никогда не кричал на Эдварда, но и он не причинял мне боль раньше.

- Это было не так. Она... она попросила меня. - Он снял свои очки, бросая на асфальт, еще раз запуская руки в волосы.

- Она, что? - Я не поверил ему.

Нет.

- Она попросила меня. За несколько недель до бала, сразу после тебя с Элис... я знаю. - Он стиснул кулаки.

Блять. Он знал. Все это время он знал.

- Ну, как только Белла узнала, что вы с Элис занимались сексом, она приехала ко мне. И попросила… заняться с ней любовью, - он сделал паузу. Я мог легко видеть вину на его лице, но я не был уверен, потому ли это, что он трахал Беллу, или потому что сказал об этом мне.

- Почему? - едва слышным голосом спросил я. Это все что я мог сказать, кроме слова НЕТ!

Я опустил подбородок, и закрыл глаза. Изображение их обнаженных тел, переплетенных на его большой кровати, ее румянец от удовольствия, что он ей дал. Он шепчет ее имя, глубоко в нее погружаясь, их губы соединились в страстном поцелуе. Это повторялось снова и снова, я просто хотел нажать на кнопку "стереть".

Он покачал головой: - Это не я должен тебе говорить. Если Белла когда-нибудь захочет тебе рассказать, спроси у нее. Это было только один раз... Но я... я чувствовал, что должен сказать тебе. Мне не нравится держать это дерьмо в секрете от тебя. Слушай, я знаю, что ты зол. Я знаю, что сказал держаться от моей сестры подальше, а затем сам с Беллой, но... - Он затих.

- Вы встречаетесь? - перебил я, мне необходимо было это знать. Он быстро покачал головой.

- Нет, нет… ничего подобного.

Я взбесился еще больше, но пытался сдержать его: - Как ты можешь переспать с ней, но не встречаться?

Тяжело вздохнув, он собрал свои мысли: - Я думаю, что это именно та причина, по которой она попросила не рассказывать тебе, - начал он. - Слушай Джаспер, я люблю ее. Ты знаешь это. Я также люблю и тебя. Она только... она... О, черт, я не знаю. Поверь мне, я не принимал решение так просто. Но, в конце концов, я сделал то, о чем она попросила меня.

Ловя мой пристальный взгляд, он посмотрел на меня, как тогда в первый раз: - Ты знаешь, что тоже так сделал бы.

Он был прав. Я не мог отрицать это.

Мы продолжали кружиться в бассейне еще несколько минут в полной тишине. Мой разум все время перематывал наш разговор, в то время как Эдвард опустил свою голову, пытаясь скрыть вину в своих глазах.

В тишине я смотрел на него.

Я чувствовал себя преданным им.

Ею.

То, что я не понимал, было - почему. Я заботился о Белле, я должен быть рад, что ее первый раз прошел с кем-то таким как Эдвард, а не с Ньютоном.

Одна мысль просочилась в мою голову. Если она больше не являлась девственницей, что мешало ей теперь быть с другими парнями? Ревность поселилась во мне так глубоко, что перехватило дыхание. Боль стала еще невыносимей, а разум вернулся к нашему танцу.

Она уже знала тогда, что будет заниматься любовью с Эдвардом той ночью? Все это было запланировано после бала? Это было причиной ее дрожи и печали, это были всего лишь нервы? Часть меня хотела знать все, каждую мелочь: каждый поцелуй, прикосновение, стон. Она кричала так же, как Элис? Она шептала имя Эдварда? С каждой мыслью мой мозг все меньше соображал, а сердце все больше болело, еще немного и, казалось бы, оно рассыплется на мелкие кусочки.

- Джаспер, я...

Я поднял руку, останавливая его. Я не мог больше этого слушать...

- Не надо, - попросил я. И попытался продолжить: - Я просто не могу… не теперь.

Я спрыгнул с матраса в воду, вызывая этим легкое головокружение, когда мои ноги почувствовали основание бассейна. Он молчал, его глаза следили за каждым моим движением. Я подплыл к бортику, чтобы залезть на землю.

Я дрогнул при звуке его голоса.

- Мне жаль, Джаспер, - сказал он почти шепотом. Я не мог его видеть, потому что стоял спиной, но повернуться не было сил, мне было слишком больно. Я не хотел показывать ему это. Я знал, что сейчас он хмурился, плечи его упали, а голова опущена. Часть меня хотела подойти и сказать ему, что все хорошо, что мы в порядке.

И я знал, что будем. Но не прямо сейчас.

Вместо этого все, что я мог сделать, это немного кивнуть ему. Не говоря ни слова, я вылез из бассейна, взял свое полотенце и, не потрудившись вытереться, пошел к своему байку.

Я не ответил своей матери, когда она спросила, как прошел мой день; вместо этого я просто прошел мимо нее в свою комнату. Я закрыл дверь, ну, на самом деле хлопнул, после чего бросил сумку на пол, а потом сам упал на кровать.

«Мы занимались сексом».

Там. Вместе. Снова и снова в моей голове играли эти образы. Я лежал на спине, запустив руки в волосы, пытаясь избавиться от образов, где они лежали на кровати, голые, целуясь... занимаясь сексом. Вопросы очень быстро возникали в моей голове.

Она удовлетворяла его?

Он пробовал ее внизу?

Она кончила?

Он причинил ей боль?

Я услышал стук по двери: - Джаспер, все хорошо?

Вздохнув, я собрал волю в кулак перед ответом, не желая, чтобы мама поняла о моем горе: - Да, мама, все в порядке. Просто переучился, устал.

- Хорошо. - Я мог услышать, как она отошла от моей комнаты.

Застонав, я перевернулся на живот, пряча лицо в подушку...

Сплетенные тела. Распухшие губы. Потная кожа. Тихие стоны. Громкие стоны. Имена, которые выкрикивали.

Моя наволочка стала мокрой в течение нескольких минут, потому что слезы полились из моих глаз.

"**~~**"
Школа закончилась.

Лето началось.

А я продолжал разваливаться.

Возможно, «разваливался» звучало слишком сильно, но со мной происходило что-то похожее. Моя жизнь была похожа на спадающую вниз спираль, которой я не мог управлять.

Отношения между мной и Эдвардом все еще оставались напряженными, и я взял ответственность за это на себя. Ведь он был честен со мной, говоря мне о Белле и себе, он выполнял обязанности лучшего друга.

Теперь это было моей проблемой.

Это была не его вина, что я не мог выбросить из головы картинки, где они вместе занимались сексом, когда мы были вместе. Каждое невинное прикосновение между ними теперь имело другое значение; также как и ее улыбки ему; то как он шептал ей что-то на ухо и держал за руку; или небрежное поглаживание его плеча, пока она сидела на заднем сидение его автомобиля.

Каждое гребанное прикосновение убивало меня.

Моя неспособность смириться с тем, что она попросила стать его своим первым сексуальным партнером, была именно тем, что хранило напряженность между нами, несмотря на все его усилия, которые он делал, чтобы оставить все позади. Он постоянно приглашал меня к себе, независимо от того, сколько времени я был «занят». Иногда он появлялся в музыкальном магазине, чтобы принести мне обед, поскольку думал о том, что я мог быть голоден. Он даже предложил платить за мой байк, когда деньги были для меня проблемой.

Почему он просто не может позволить мне быть сердитым? Почему он просто не мог мне позволить некоторое время плыть по течению, вместо того чтобы протягивать руку, будто спасательный плот, пытаясь поймать мою тонущую душу?

Просто дайте мне утонуть! Пожалуйста.

Но он не сделал этого. Это был бы не Эдвард... и я благодарен ему за это. Таким образом, он продолжал предлагать мне способы выбраться, а я продолжал игнорировать его, глубже забираясь в воду, прежде чем все-таки ухватиться за плот и его дружбу еще раз.

В то время как мы с Эдвардом думали, что способны скрыть напряженность между нами в компании Элис и Беллы, мы, очевидно, глубоко ошибались. Белла ни разу не сказала нам ни слова, но все время хмурилась и продолжала кидать на меня пристальные взгляды, подвергая сомнению мое едкое замечание к чему-то.

Я был уверен, что она не знала, что причина моего плохого настроения заключалась в ней. Это бы убило ее, если бы она узнала, но я не собирался этого делать.

Ньютон иногда присоединялся к нашим групповым пикникам, к просмотру фильмов, плаванью в бассейне Калленов и даже однажды на поляне, когда они с Беллой начали встречаться регулярно. Я любыми попытками пытался избегать, когда они были вместе; картинки обнаженных тел Эдварда и Беллы и так нанесли мне большой ущерб, я не хотел видеть, как руки Ньютона скользят по ее заднице, в то время как они целовались. Мое воображение разыгралось, поскольку я мог видеть как голый Ньютон навис над Беллой, готовый войти в нее.

Я прикрыл рот, отворачиваясь, пытаясь задержать отвратительный вкус желчи у себя во рту.

Столько сколько я презирал его, Белла радовалась его компании. Эдвард тоже казался довольным ими как парой, и я, наконец, пытался свыкнуться с тем, что это была моя личная проблема. Каждый раз, когда они ворковали, я закрывал глаза и глубоко вдыхал, пытаясь облегчить каждый такой момент.

Постепенно я перестал думать о долгой и мучительной смерти Ньютона, вместо этого мечтая, чтобы его переехал автобус.

Даже невозмутимый, опьяняющий дух Элис пострадал от моего плохого настроения. Я был настолько погружен в свои страдания, что был не в состоянии заметить медленный спуск Элис вместе со мной по одинокой длинной дороге. Она редко делала покупки, отменила несколько вечеринок, которые мы запланировали, и даже позволила миссис К. планировать праздник в честь Дня Независимости США.

Именно тогда я понял, что что-то не так.

Во мне росла вина, когда я понял, насколько невнимательным был, слишком занят своими мыслями о Белле, Ньютоне и Эдварде, что не заметил, как озорной огонек в глазах Элис потух. С осознанными усилиями я начал уделять ей больше внимания, блокируя другие мысли, и пытаясь сосредоточить свое внимание только на Элис. Мы потратили большую часть времени на просмотр фильмов, на посиделки около бассейна и прогулки в лесу около особняка Калленов.

Единственное, что я заметил - мы не делали -мы не занимались любовью.

Каждый раз она избегала моих прикосновений, умело оправдываясь, чтобы я отстранился от ее губ, когда начинал тереться своей эрекцией о ее тело, в то время как мы целовались ночью или, когда я рассматривал ее тело в бикини вверх вниз. Сначала я думал это из-за отсутствия возможности, но в следующие разы, когда было выбрано правильное место и время, между нами все равно ничего не было. Я понял, что дело было не во времени и месте, а в Элис.

Не нужно было никаких попыток или усилий, поскольку Элис, по-видимому, не хотела заниматься со мной любовью, ограничиваясь только целомудренным поцелуем на прощание.

Это было лето, когда моя правая рука стала моим лучшим другом. Каждое утро я стоял под душем, воображая Элис, стоявшую передо мной на коленях, массирующую мою задницу, в то время как ее рот творил чудеса с моим членом, после чего я кончал в свой кулак.

То, что мы делали дальше - продолжали бороться. Мое раздраженное настроение заставляло меня быстро злиться из-за таких мелочей, как то, что она говорила мне не носить джинсы, или что мои волосы слишком длинные, или что Роджер Мур лучший Джеймс Бонд. Те качества, что раньше покорили меня, теперь становились причиной наших ссор.

Это было в середине августа, когда мы сидели на расстоянии нескольких футов на краю бассейна, погружая ноги в теплую воду. Тишина висела между нами, она была с нами в течении прошлых нескольких месяцев, и я свыкся с мыслью, что это стало частью того, кем мы стали. Мой подбородок опирался на грудь, потому что я наблюдал за волнами воды, делая небольшие круги ногой, после чего вода закручивалась вокруг моей икры.

- Джаспер, - прощебетала Элис, обрывая тишину, которая висела между нами. Я медленно поднял на не глаза.

Это было то, чего я ожидал. Мне не нужно было смотреть на Элис, чтобы понять, что последует дальше.

- Я думаю, нам нужно поговорить.

Эти шесть слов еще раз изменили мою жизнь.

Я вздохнул, смотря искоса на нее в солнечных лучах, от чего ее темные волосы стали синеватого оттенка.

- В чем дело, Элис? - начал я. Давай покончим с этим.

- Ты знаешь, в чем дело, Джаспер. В нас. - Она махнула рукой между нашими телами, - Дело в нас.

Я кивнул, но промолчал: - Ты кажешься таким... отдаленным? - Она продолжила. - В последнее время мы только и делаем, что ссоримся. А в те промежутки, когда у нас перемирие, я хожу как на иголках, потому что понятия не имею, что из того, что я скажу или сделаю, выведет тебя из себя.

Я снова повернулся к бассейну, мое сердце, затронутое ее словами, стало биться тяжелей.

Она смотрела вниз на воду, шепча: - Мы даже перестали заниматься любовью.

Все во мне взорвалось, и я инстинктивно наклонился к ней: - А чья эта чертова вина, Элис? Поскольку я, блять, уверен, что не моя! - Я защищался. Я мог взять вину за расстояние между нами, но за ее нежелание я не собирался брать вину. - Я пробовал… много раз. Ты никогда не хотела. Всегда искала оправдание, и хочу заметить, что со временем они начали повторяться. И, в конце концов, я сдался.

Я почувствовал себя виноватым из-за моей вспышки гнева. Я немного наклонился: - Слушай, я сожалею. Я просто... я знаю, что виноват. Я знаю, что отдалился, я просто... я не знаю почему.

Она вытерла слезы со щек, когда немного заерзала на месте. Глупой привычкой Эдварда, когда он нервничал, было запускать руку в волосы, а Элис... ерзала. Следующий вопрос шокировал меня.

- Это потому что они переспали?

Я недоверчиво посмотрел на нее: - Откуда ты знаешь? - Я с замиранием сердца ждал ее ответа, пропуская удар, а ноги начали быстрее дергаться в воде. У всех были разные признаки того, что они нервничают.

- Белла сказала мне. На самом деле она сказала мне прежде, чем она попросила стать его, ее первым мужчиной.

Я был последний, кто узнал об этом.

- И ты не сказала мне?

- Джаспер. - Она вздохнула. - Это было не мое дело. То, что происходит между ними, или между нами, это личное. Я заметила, что сразу после бала ты стал очень угрюмым. Ты и раньше был таким, но это было другое. Ты был зол, раздражен и тих. Каждый день, каждая минута была адом для меня. Я устала от этого, и просто хотела, чтобы старый Джас вернулся. Когда я начала реально смотреть на то, что происходит, то сделала заключение, что это должно быть из-за них... или того, что они сделали.

Она перевела дыхание, оценивая мою реакцию. Оставшись довольной ею, она продолжила:

- Я задавала себе вопрос, тебе было больно от того, что Эдвард не сказал тебе об этом раньше, или потому, что Белла не сказала тебе после этого, или... потому, что это был Эдвард, а не ты.

Я бросил на нее взгляд, своего рода предупреждение, после чего она начала нервно кусать нижнюю губу, и не решалась продолжить.

- Почему она рассказала тебе?

- Я не знаю, предполагаю, что она хотела убедиться, что делает все правильно.

Но это не было правильно.

- Поэтому я предполагаю, она хотела узнать, что ожидать от первого раза, где и как... - Но замолчала, вспоминая, о чем говорит. Я рискнул пошутить, чтобы повысить ей настроение.

- Рассказала ей, как украсить комнату? - Я слабо улыбнулся, подтолкнув ее легонько локтем. Ее кожа казалась прохладной из-за сырости окружающей нас.

- Заткнись, - приказала она мне, с намеком на улыбку. Я удивлялся, как девчонка, которая могла шесть раз отрахать меня в воскресенье, но краснеть, когда я заговорил о не сексуальной мелочи. Я думал, что между нами все еще что-то было, просто оно заржавело и покрылось пятнами.

Понимая, что это не конец, я потянулся к ее руке и повернулся к ней, в результате чего вытянул одну ногу из воды на цемент. Мои плавки были не самой удобной одеждой для этого разговора, поэтому я поместил наши руки между своими коленями.

- Просто скажи, детка. Покончи с этим. - Я глубоко вздохнул. Я чувствовал, что окаменел в ожидании ответа. Она кивнула, вытирая слезы свободной рукой, перед тем как начать, ее глаза смотрели на наши переплетенные руки.

Сделав глубокий вдох, она дрожащим голосом прошептала: - Я думаю, мы должны расстаться, Джаспер. Это просто... уже не так. Мы отдаляемся друг о друга, и это в действительности нормально. У нас впереди последний год учебы в школе, а потом колледж. В этом году много произойдет... - Она затихла, но я кивнул, поощряя ее продолжить. Она, наконец, подняла глаза, и они встретились с моими. Настоящее страдание, горе и решительность, которую я увидел в них, сломали меня.

Это, блять, сломало меня.

Какой же задницей я был по отношению к ней, что смог кого-то столь радостного и веселого так опустошить за эти три месяца. Убить ту искру, что возникла между нами. Мне было все равно, что я парень. Слезы стекали по моему лицу.

- Милая. - Я почти рыдал. Я должен был извиниться, прежде чем будет уже поздно: - Мне так жаль.

Слёзы спокойно падали, и я почувствовал руку на своей щеке.

- Шшш... все хорошо, Джаспер. Это не твоя вина... или моя. Это просто случилось.

Я хотел поспорить. Это именно была моя вина, ведь я думал только об Эдварде трахающем Беллу, из-за чего потерял свою девушку. Ту, что всегда готова была мне помочь. Мягкие холодные пальцы на моих губах остановили меня, когда я был готов спорить.

- Позволь мне закончить, милый, - начала она, и я кивнул. - Ты был моей первой любовью. Часть моего сердца всегда будет принадлежать тебе... не смотря на то, с кем я буду. Мы разделили навсегда то, что никогда не сможем забрать назад, я благодарна за это. Я благодарна, что ты был моей первой любовью и моим первым мужчиной, Джаспер.

Она наклонилась и нежно поцеловала меня в последний раз. Соль из-за слез смешалась со сладостью ее губ. Отстранившись, она прислонилась своим лбом к моему.

- Спасибо, Джаспер, - прошептала она, снова положив свою руку на мою щеку, и готовая встать и уйти, но я все еще держал ее за руку.

Что случилось бы, если бы я сказал тебе не уходить? Останься! Останься со мной!

Столь же быстро как эти слова появились, они пропали, так и не оказавшись сказанными вслух.

Я знал, что мое сердце принадлежит другой уже долгое время, наверное, с момента в кафетерии. По отношению к Элис было бы несправедливо, если бы у нее был не весь я - она заслуживает лучшего, она заслуживает большего.

Это не было справедливо по отношению ко мне.

К нам.

Когда она поняла, что не услышит возражений от меня, она встала и отошла немного, увеличивая расстояние между нами.

- Увидимся, Джаспер, - перед тем как уйти, она еще раз посмотрела на меня через плечо.

Когда мои рыдания немного утихли, мне не оставалось ничего, как смотреть на то, как она уходит.

Я сидел там достаточно долго, чтобы увидеть, как она побежала вверх, поскольку ее рыдания пронзили прохладный ночной воздух.

Перевод: Владка
Редактура: len4ikchi


От переводчика: Думаю эта глава о многом нам поведала! Жду ваших отзывов на Форуме