Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1688]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2606]
Конкурсные работы [0]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4828]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2397]
Все люди [15133]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14442]
Альтернатива [9028]
СЛЭШ и НЦ [9054]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4377]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей февраля
Top Latest News
Галерея
Фотография 4
Фотография 3
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав за февраль

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Кровные узы
Белле Свон не повезло: она перешла в нашу школу в последнем классе, в середине года, когда дружба между школьниками давно распределена и новеньких не жалуют в компаниях. К тому же ее отец был шерифом, не раз разгонявшим шумные молодежные вечеринки, что априори превращало ее в объект лютой ненависти особенно разнузданных учеников.
История завершена.

Сделка с судьбой
Каждому из этих троих была уготована смерть. Однако высшие силы предложили им сделку – отсрочка гибельного конца в обмен на спасение чужой жизни. Чем обернется для каждого сделка с судьбой?

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Маленькие радости жизни
У агента Аарона Кросса никогда не было времени на маленькие радости жизни, так что можете себе представить его удивление, когда он обнаружил, что доктор Марта Ширинг всё своё время посвящает именно им. В тот день на судне он понял, что большинство людей живёт именно ради таких вот маленьких радостей.

Искусство после пяти/Art After 5
До встречи с шестнадцатилетним Эдвардом Калленом жизнь Беллы Свон была разложена по полочкам. Но проходит несколько месяцев - и благодаря впечатляющей эмоциональной связи с новым знакомым она вдруг оказывается на пути к принятию самой себя, параллельно ставя под сомнение всё, что раньше казалось ей прописной истиной.
В переводе команды TwilightRussia
Перевод завершен

Каллены и незнакомка, или цена жизн
Эта история о девушке, которая находится на краю жизни, и о Калленах, которые мечтают о детях. Романтика. Мини. Закончен.

Мы приглашаем Вас в нашу команду!
Вам нравится не только читать фанфики, но и слушать их?
И может вы хотели бы попробовать себя в этой интересной работе?
Тогда мы приглашаем Вас попробовать вступить в нашу дружную команду!

Милые обманщики
Белле понравился Эдвард. Сможет ли она сказать ему правду о себе? А может, этот милый, заботливый, положительный во всех отношениях мужчина тоже что-то скрывает от нее? К чему приведет их маленькая ложь?
Рождественский мини от Валлери.



А вы знаете?

...что теперь вам не обязательно самостоятельно подавать заявку на рекламу, вы можете доверить это нашему Рекламному агенству в ЭТОМ разделе.





А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Какие жанры литературы вам ближе?
1. Любовный роман, мелодрама
2. Фантастика, фэнтези, мистика
3. Детектив, военные, экшен
4. Драма, трагедия
5. Юмор, комедия, стеб
6. Сказки, мифы
7. Документальные труды
Всего ответов: 444
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Наши переводы

Начни сначала... Глава 21. Семейная ценность

2020-4-5
16
0
«Семейная ценность» - Коньяк Деламен (60 лет выдержки)


Двадцатое июня тысяча девятьсот девяносто шестой год.

Босоножки, которые я надела на день рождения Эдварда, не так ужасны. В отличие от тех чёрных лакированных кожаных туфель, что я примеряла в бутике, у этих есть ремешок, и пятка закрыта, так что мне не приходится волноваться, что мои ноги выскочат из обуви, как только я сделаю первый шаг. Но обувь ‒ это не проблема, а вот моё нижнее бельё, а точнее, его отсутствие, ‒ уже совсем другая история. Синее платье так обтягивает моё тело, что видна каждая складочка. В первый раз в своей жизни у меня не остаётся иного выбора, кроме как надеть стринги. Тоненькая полоска лайкры между ног ничего не прикрывает, но я мысленно уговариваю себя не беспокоиться об этом, ведь платье почти до колен. Но всё идёт крахом, как только мы выходим на улицу, и моих «задних щёк» касается прохладный воздух: до меня вдруг доходит, что я иду на встречу с отцом своего парня, практически, с голой задницей. Призываю себя не нервничать по этому поводу, ведь на взгляд нельзя определить, есть на мне бельё или нет. Когда мы подъезжаем к ресторану, все мои переживания всё ещё при мне. Пока Эдвард называет своё имя метрдотелю, я прислушиваюсь к музыке, льющейся из колонок. Бах «Air on the G String» Мы идём к нашему столу, и я всё ещё мечтаю умереть.
Заметив нас, мистер Каллен поднимается:
– Здравствуй, Эдвард.
– Добрый вечер, сэр.
Эдвард пожимает руку отца и указывает на меня:
– Вы помните Изабеллу?
Я ожидаю увидеть хоть какие-то признаки узнавания на лице мистера Каллена, но напрасно. Нет, он не смотрит на меня осуждающе, но и тепла в этом взгляде нет. Интересно, заметил ли он, как моё платье подходит для сегодняшнего вечера, и предположил ли он, что я одна из тех девушек, которые приходят в четырёхзвёздочный ресторан в форме «истинного шотландца». И тут я осознаю, что, если отец моего парня осуждает меня, то это значит, что он смотрел на мою задницу, и только от этой мысли мне становится плохо. Жаль, что я сдалась, желая угодить Эдварду. Если бы я не повела себя как тряпка, мне сейчас бы не пришлось волноваться и стоять тут с идиотским видом перед мистером Калленом. Я должна была надеть свои любимые гриндерсы и настоять на покупке платья, которое подразумевает ношение под собой нормального нижнего белья, а не этой нелепой ниточки, прикрывающей мой задний проход.
Выдавливая улыбку, я сжимаю бёдра и произношу:
– Мы встречались однажды, в день переезда Элис в общежитие.
– А, да, припоминаю, – он наклоняется вперёд, будто собирается поцеловать меня в щёку, его дыхание опаляет мою кожу, но его губы меня не касаются, – моя дочь с восторгом отзывается о вас.
Не знаю, вздохнуть ли мне с облегчением или возмутиться тем, что мистер Каллен лишь сделал вид, что целует меня. Ведь, если вспомнить слова Эдварда, его отец не особо разборчив в связях, и у него даже есть ребёнок от случайной женщины. Кто знает, где были его губы? А, с другой стороны, я выгляжу так, словно на мне нет нижнего белья. Возможно, мистер Каллен думает, что я одна тех распутных женщин, «золотоискательниц», и то, что его сын купил для меня это платье, словно подтверждает эту теорию. Присаживаясь за стол, я осматриваюсь. В основном, все женщины одеты, как и я. И, насколько я могу судить, платья им также покупали их бойфренды. Чёрт, а ведь все они могут быть девушками по вызову. Но это означает, что я одета, как нанятый на ночь эскорт. Боже мой, я выгляжу словно проститутка. Не думаю, что мне когда-то хотелось чувствовать изношенный хлопок своих любимых джинсов сильнее, чем сейчас. И какая мне разница, что кто-то считает их не фешенебельными или не роскошными? Зато я купила их сама, и это говорит в мою пользу.
В течение всего ужина мистер Каллен ведёт себя несколько прохладно и официально, но, кажется, он всех встречает так же, как меня, так что я не принимаю это на свой счёт. Он не даёт мне ни одного явного повода почувствовать себя неуютно, но мне всё равно немного неудобно. Поэтому, я сижу молча рядом с Эдвардом, слушая, как он обсуждает со своим отцом места, где я ни разу не была, и людей, с которыми, я надеюсь, мне никогда не придётся встречаться. Иногда я киваю, чтобы показать, что я слушаю их, при этом, не переставая теребить салфетку, что лежит у меня на коленях.
– Всё это не так важно, – говорит мистер Каллен, – к счастью, Клинтон почти гарантировал себе второй срок, при условии, что он сможет удержать свою жену под контролем.
Эдвард кивает:
– Полагаю, Вы правы.
– Такую, как она, всегда больше волнует финансовая сторона.
Я жду, что Эдвард не согласиться с ним, но он молчит. Собственный вздох кажется мне таким громким, что, когда я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, отчаянно нуждаясь хоть в каком-нибудь признаке того, что человек, сидящий рядом со мной, именно такой, как я думаю. Паника длится всего секунду. Когда наши взгляды встречаются, Эдвард улыбается, и хотя его молчание в ответ на фразу отца странно для меня, чувства необходимости и чистого обожания, которые я обычно испытываю к нему, по-прежнему при мне. Я не удивлюсь, если это и есть любовь, но сейчас я не могу избавиться от мысли о том, хорошо ли я его знаю. Остаток ужина я провожу, пытаясь убедить себя, что одно не исключает другого.
-o-O-o-

Мистер Каллен делает ещё пару глотков коньяка, прежде чем объявить, что у него назначена встреча. Извинившись, он встаёт из-за стола. Эдвард следует его примеру, жестом показывая мне оставаться на месте.
– С днём рождения, Эдвард.
– Спасибо, сэр.
В этих словах нет ни любви, ни сожаления, что их время подошло к концу. Они просто пожимают друг другу руки через стол, и мистер Каллен уходит. Эдвард всё ещё стоит на том же месте, но он сам не остался со мной. На его лице не проскальзывает ни одной эмоции, пока он смотрит в пространство. Проходят секунды, быть может уже минуты, я слишком устала, чтобы считать. Эдвард садится и откидывается на спинку стула. Облокотившись на стол он опускает голову на руки и выдыхает. Я знаю, что он расстроен, но не знаю почему, и не знаю, как именно поступить мне. Эдвард, который расстраивается в общественном месте, также странен для меня, как и «полагаю» в современном разговоре или обсуждение дохода, поэтому я молчу. Я всё ещё раздумываю об этом, когда Эдвард выпрямляется и тянется к коньяку, салютуя стаканом опустевшему стулу отца:
– Réserve de la Famille (фр. За семейные ценности), – произносит он, глядя на янтарную жидкость, – как кстати, – одним глотком он выпивает содержимое и опускает стакан на стол.
Я делаю небольшой глоток из своего стакана:
– Это мило, я думаю. Разве что, стало немного хуже. Он стал таким на публике лет десять назад или около того. До этого всё оставалось в семейном кругу.
– Как ты можешь–
– Прости. Боже, как я могла быть такой дурой. Я не пыталась сменить тему. Ты представляешь, каково это, когда знаешь, что нужно что-нибудь сказать, но ты понятия не имеешь что именно, поэтому на одном дыхании выпаливаешь какие-то случайные вещи, которые абсолютно ничего не значат? – вздыхая, я закрываю глаза, – конечно, ты не представляешь, – бормочу я себе под нос, – ты всегда знаешь, что сказать.
Я делаю глубокий вздох и пытаюсь начать сначала
– Я не знаю, что тебе нужно, чтобы я сделала прямо сейчас, или, может, тебе от меня ничего не нужно; я только знаю, что тебе плохо, и что-то всё-таки поможет. У тебя на лице этот напряжённый-и-к-тому-же-отсутствующий взгляд и…
Я замолкаю, не зная, что сказать. Я хочу попросить его поделиться со мной своими чувствами, сказать ему, что он может положиться на меня так же, как я полагаюсь на него, но не говорю этого. Я боюсь, что он скажет мне, что я не пойму его.
– Нет, – он качает головой. – Мне интересно, откуда ты это узнала.
– Ох. Сомелье говорил о твоём отце.
– Когда?
– Сразу после того, как я издала этот неприятный и громкий лязг, пытаясь поставить ложку и вилку на четыре часа, но при этом так, чтобы кончики вилки и лезвия ножа были лицом ко мне.
Он морщит лоб, и снова качает головой.
– Что? Не притворяйся, что не слышал этот скрежет.
– Они говорили по-французски, Белла.
Я пожимаю плечами, чуть смущаясь:
– Я хороша в языках.
– Очевидно. Единственная фраза, которую я понял из этого разговора, была «pied-à-terre» (временное жилище). И сейчас я уже должен был к этому привыкнуть. Мой отец всегда был свиньей-шовинистом, использующим всех, кого считает ниже себя. А, по его мнению, равных ему нет.
– Я знаю, что pied-à-terre имеет дополнительное значение, иногда это может означать второй дом.
– Если не считать, что мы говорим о моём отце, – качая головой, произносит Эдвард и протягивает руку к почти нетронутому стакану с коньяком мистера Каллена.
Наши взгляды встречаются, но, вместо того, чтобы тут же выпить коньяк, он ставит его на стол перед собой.
– Прости, – говорит он, вздыхая, – плакаться в четырёхзвёздном ресторане как-то неприлично.
– Прилично, меня это не беспокоит.
– Меня беспокоит.
Не вставая со стула, он поворачивается лицом ко мне. Когда я пытаюсь сделать то же самое, мои ноги касаются его. Он кладёт руку мне на колено, поглаживая кожу большим пальцем, будто пытаясь стереть боль.
– Ты не должен этого делать, – говорю я. – Мне не больно.
– А я и не думал об этом.
Я всё жду, что Эдвард перестанет трогать меня; я знаю, что он не любит проявления физической активности на людях, но он не прекращает. Выражение его лица очень похоже на то, которое бывает у Элис, когда она хочет о чём-то спросить, но боится моей реакции. По привычке, я уже открываю рот, чтобы спросить его сама. Но потом я вспоминаю, как отличается Эдвард от Элис. Я могу только предполагать то, что ему нужно от меня, но нет ни одного способа вытащить это из него.
– Я не хочу быть похожим на него, – говорит Эдвард.
– Ты не будешь.
Больше всего на свете мне хочется увидеть его улыбку. Не зная, что ещё сделать, чтобы это случилось, я пробую сменить тему.
– Ты не говорил мне, что ты хочешь на день рождения.
В его ответе нет и намёка на веселье.
– Напиться, – произносит он, глядя на стакан перед ним.
– Если это то, что тебе нужно для того, чтобы чувствовать себя лучше, то я просто закрою глаза.
Когда я открываю глаза, все три стакана на столе пусты.
-o-O-o-

Эдвард настаивает, что не пьян, но мне виднее. Выпив вино за ужином, а после ещё и коньяк, он вдвое увеличил количество выпитого им спиртного по сравнению с предновогодней ночью, а тогда ему пришлось идти в ванную по стеночке. И, хотя, он пока может устоять на ногах, у него исчезла привычная для него грациозность, и я осознаю, что это лишь вопрос времени, когда и координация последует за ней. Я предлагаю взять такси до дома, я едва могу идти на этих каблуках, спотыкаясь на каждом шаге. Нет ни никакой надежды, что я смогу его удержать. Но он не хочет, он хочет пройтись, и, поскольку у него сегодня день рождения, я не спорю.
Когда мы, наконец-то, доходим до его дома, он не останавливается и идёт дальше.
– Куда мы идём? – спрашиваю я, следуя за ним, спотыкаясь.
Он ведёт меня к соседнему переулку и останавливается только тогда, когда доходит до места, не освещенного фонарём.
С моих губ слетает нервный смешок:
– Что?
Он поворачивается ко мне, но ничего не говорит. Вместо этого, он запускает руки в мои волосы и целует меня. И это не просто поцелуй, это очень хороший поцелуй, такой поцелуй, от которого у меня кружится голова. Такой поцелуй, который он бы никогда не подарил мне там, где нас могли увидеть.
– Ты нужна мне, – выдыхает он.
– Я твоя.
Он целует меня снова. Он делает несколько шагов вперёд, я, спотыкаясь, отступаю, пока моя спина не прижимается к кирпичной стене дома.
– А если ты нужна мне сейчас? – Его руки путешествуют по моему телу, сжимая грудь.
– Здесь?
– Здесь.
– О’кей, – хихикая, говорю я, ни на секунду не веря ему.
– Оберни ноги вокруг меня.
– Не могу, платье слишком узкое.
Он хватает края моего платья и тянет их, разрывая ткань, оголяя мои бёдра.
Я смотрю на свои ничем неприкрытые ноги, а потом на его лицо:
– Не могу поверить, что ты это сделал.
– Обхвати меня ногами, – повторяет он, расстёгивая свой ремень, – если ты не хочешь…
Я делаю то, что он говорит. Я хочу сделать его счастливым больше, чем это возможно.
Он отодвигает мои стринги в сторону.
– Мне нужно, чтобы ты молчала. Острые ощущения того, что нас могут поймать… это возбуждает. Если будет нужно, кусай плечо, только не издавай ни звука.
Спустя несколько секунд он во мне. С каждым его движением кирпичи всё больше царапают мне спину, но я не прошу его остановиться. Мне нужно доказать ему, что не все такие, как его отец, что любовь бывает бескорыстной, и что я готова ставить его на первое место в своей жизни.
Что я и делаю.
-o-O-o-

Двадцать шестое ноября две тысячи девятого года.
– Ужин был восхитительным… Нет, папа, – смеётся Элис, – конечно, готовила не я. Иззи, ты ведь помнишь её? На этой неделе она прилетела из Чикаго, и приготовила для нас ужин. Ты знаком с Un Souvenir Léger? Ох… Ну, Иззи, сомелье. Она приготовила всё, что любит Эдвард. Кстати, он тоже здесь.
В тот момент, когда Элис произносит его имя, Эдвард начинает качать головой.
– Хочешь поговорить с ним? – спрашивает она, игнорируя протесты Эдварда, – подожди секунду, – она протягивает трубку, – это наш отец.
Он взмахивает рукой и беззвучно шевелит губами «И что?»
Элис закатывает глаза и снова протягивает брату телефонную трубку:
– Поговори с ним, – шепчет она.
Эдвард подносит телефон к уху:
– С Днём Благодарения, сэр.
Не желая ещё больше усложнять ситуацию, я тяну Элис за собой в комнату для гостей.
– Это так необходимо?
– Да, – настаивает она.
– Почему? Что хорошего может из этого выйти?
– Они не в ладах друг с другом уже почти двадцать лет.
Я всплёскиваю руками
– Точно!
– Пришло время Эдварду забыть об этом.
– Ты хоть сама понимаешь, каково это? – спрашиваю я.
– Нет, – признаётся она, – но я уверена, что всё это из-за какой-то глупости, и это меня очень расстраивает. Ведь наша жизнь слишком коротка, чтобы ссориться из-за всякой ерунды, Иззи.
Я не спорю с ней, мне ещё нужно сервировать сыр.
-o-O-o-
– Ты всё ещё такая нежная. Всегда любил твоё тело… любил ощущение твоей кожи на своей.
Я не могу сдержать смешок. Он голый за исключением трусов. На мне – трусики и одна из его футболок.
– Что? – Спрашивает он.
– Ты не можешь почувствовать мои самые хорошие части.
– Все твои части хороши.
– Некоторые из них лучше, чем другие.
– Тогда покажи мне эти некоторые части, – произносит Эдвард, поднимая вверх мою футболку.
Я знаю, чего он хочет и почему он это делает. Каждый раз после разговора с отцом ему нужен комфорт, который он, как правило, получает через секс. Насколько я хочу ему в этом помочь, настолько я понимаю, как это неправильно. Десять лет назад я навсегда отдала ему свою душу, и хотя, отдав ему своё тело снова, я не должна чувствовать, будто это нечто особенное, но так и есть. Нет, ещё слишком рано, это было бы неправильно по многим причинам.
– Я хочу быть большим для тебя, чем средством кончить.
– Ты больше, – настаивает он.
– Но не сегодня ночью.
– Я не такой, как отец. Для меня многое важнее, чем оргазм и алчность.
Мне не хочется огорчать его, но если он хочет, чтобы наши отношения выжили, мы не должны обходить эти проблемы. Политик он или нет, он должен понимать всю степень своего лицемерия.
– Я покажу тебе алчность.
– Ты ведь несерьёзно.
– Давай будем честными сейчас. Ты сам признавался, что спал с женщинами без всякой цели, кроме своего собственного удовольствия.
– При чём тут это?
– Я отказываюсь быть одной из них.
Он сжимает мои руки и смотрит в глаза.
– Ты не будешь.
– Была бы сегодня ночью.
Даже если он и не согласен, то решает промолчать. Вздохнув, от одёргивает края футболки, так что мой живот снова скрыт.
– Можно мне обнять тебя? – спрашивает он.
– Мне бы этого хотелось.
Он кладёт голову мне на грудь, покрытую хлопковой тканью его футболки. И, не смотря на то, что он в трусах, засыпает в то же мгновение.


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/111-12380-9
Категория: Наши переводы | Добавил: Caramella (12.09.2014) | Автор: Перевела: Лисбет
Просмотров: 4156 | Комментарии: 16


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 16
0
16 Вирджиния   (06.02.2016 16:00) [Материал]
Что- то в Белле такое... ханжеское. А кем ей хочется быть для него? Другом, сотрудницей,
любимой женщиной ?Но он и так её любит. Но любит не так как ей бы хотелось? по моему
её гложет разница в их социальном положении. Он богат, сенатор, а она по прежнему экономит, а потому и бунтарка. Спасибо за перевод. wink

0
15 Alin@   (22.01.2016 23:06) [Материал]
Они потрясающе гармонируют.

0
14 Olga_Malina   (14.07.2015 14:23) [Материал]
Да все таки не видеть друг друг десять лет это много wink

0
13 Marina1319   (20.10.2014 18:55) [Материал]
Спасибо smile

0
12 alerim   (18.09.2014 22:35) [Материал]
спасибо

0
11 gulieva   (15.09.2014 20:47) [Материал]
Спасибо.

+1
9 Helen77   (14.09.2014 20:47) [Материал]
Спасибо большое.

+1
10 Caramella   (14.09.2014 22:35) [Материал]
И тебе спасибо, что читаешь эту историю. happy

+1
4 mamamis   (13.09.2014 09:42) [Материал]
спасибо

+1
8 Caramella   (13.09.2014 14:02) [Материал]
А вам спасибо за внимание к переводу. wink

+2
3 робокашка   (13.09.2014 07:09) [Материал]
всегда понимающая

+2
7 Caramella   (13.09.2014 14:02) [Материал]
Этим мне нравится это Белла. smile

+2
2 terica   (13.09.2014 00:10) [Материал]
Как хорошо она его понимает...в нем осталось много от прошлого. Очень хочется ,
чтобы они доверяли друг другу. Большое спасибо за перевод.

+1
6 Caramella   (13.09.2014 14:01) [Материал]
Она изменилась и её поведение тоже. сейчас они ведут иначе в отношении друг друга, что только плюс для обоих)

+1
1 Lepis   (12.09.2014 23:49) [Материал]
Спасибо.

+1
5 Caramella   (13.09.2014 14:01) [Материал]
Спасибо большое за интерес к переводу. smile

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]