And I don't know what to do
But sit here and wait for the end of the world
Smile Empty Soul - End of the World
________________________________________
BPOV
Я проснулась где-то около четырех часов утра от пульсирующей боли в голове. Как будто, кто-то стучал по ней кувалдой. Я обхватила голову руками и поморщилась. Блядь, как больно! Я вылезла из кровати, схватила упаковку таблеток, прописанных мне доктором, и сунула две в рот. Странно, что Чарли был не против пополнения их запаса. Он часто бил Рене, бессмысленно и жестоко, потом вез ее в больницу, притворяясь, что сожалеет, хотя на самом деле, это было не так. Твою мать! Если бы он действительно сожалел, избиения бы не повторялись. По чесноку, я никогда не понимала, почему Рене не сопротивлялась, никогда, до сегодняшнего момента. Дело никогда еще не доходило до больницы, поэтому сейчас я напугана до чертиков. И теперь я честно могу признаться, что каждый раз, встречаясь с Чарли, я жду, что он заедет мне по голове горячей сковородой, или выкинет что-нибудь подобное. Я всегда считала себя сильной, ведь я заботилась о Рене, никогда не перечившей мужу. Но оказалось, что я ничем не лучше нее. Я жалкая трусиха. Единственное отличие между нами, то, что я все еще здесь. Я не сбежала. Почему? Да все просто. Мне просто некуда бежать. И в полицию я пойти не могу. Рене пробовала однажды, когда Чарли сломал ей ребра и выбил зубы. Но они не смогли ничего сделать без специального судебного решения, что-то типа того, а мама была слишком напугана. У Чарли, к слову, много общего с полицией. Он, как отец, обязан защищать, помогать (так же как полиция). Но когда видишь полицейскую машину, непроизвольно сжимаешься и ждешь, что тебя схватят и запихнут в каталажку. Чувствуешь себя уродом, хотя знаешь, что ни в чем не виноват. Так и с Чарли. Даже если я не нарушала правила, все равно чувствую себя как «на краю пропасти». Жду, что он мне врежет ни за что. Казалось бы, Чарли должен меня защищать, а я его боюсь до ужаса.

Год назад.
- Белла, марш в свою комнату и закрой дверь. Я позову, когда понадобишься. - Слова Чарли звучали угрожающе. Он даже не смотрел на меня, готовый убить меня за слабые попытки защитить мать. Сегодня была годовщина свадьбы, и Рене решила устроить скандал. Она кричала, ломала все, что попадет под руку, говорила, что лучше бы никогда не выходила замуж, что Чарли ее достал. И все такое. Она здорово накрутила себя к приходу Чарли. Он тогда работал в полиции. Смешно? Когда Чарли вошел, Рене встретила его ледяным молчанием. Повсюду валялись сломанные вещи. Она держала в руках лампу, готовая запустить ее в Чарли. Я стояла и смотрела, не зная, что делать. Рене больше меня не слушала. Во всем она винила меня. Никогда не давала никаких объяснений. Только одно: «Ты во всем виновата, глупое чудовище»!
Упс!
Поэтому, когда выпивший Чарли вернулся домой и увидел беспорядок, я знала, что скандала не избежать. Я поднялась к себе, и как только закрыла за собой дверь, услышала мамины крики и звук разбившейся лампы. Я сидела на полу посреди своей комнаты, подтянув колени к груди, зажав уши руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Я даже напевала, пытаясь заглушить крики. Бесполезно.
– Чарли! О Боже, нет! - доносились до меня леденящие душу крики Рене. Вдруг все затихло, были слышны только звуки маминых рыданий. Я уже решила, что все закончилось, пока не распахнулась дверь. Чарли влетел и схватил меня за волосы, заставляя подняться. Я закричала. Мы оказались лицом к лицу, всего в паре сантиметров друг от друга. Я чувствовала запах крови на его руках. И это было не впервые.
- Ты знаешь, кто контролирует тебя и твою мать? И так будет до конца вашей поганой жизни! Вы не смеете даже дышать без моего разрешения! Это ясно? - орал Чарли.
Я кивнула в отчаянии.
- У тебя есть голос, воспользуйся им! - он сильно дернул меня за волосы, вынуждая прокричать «да».
- Вы живете по моим правилам. Теперь у вас есть выбор: либо уважать меня, либо бояться. В любом случае, спокойной жизни вам не видать.
Я выпалила ответ, даже не подумав о последствиях.
- Возможно, я и боюсь тебя, Чарли, но уважать не буду никогда. - Сказала я, плюнув ему в лицо. Он на секунду шокировано замер, потом сказал, прищурив глаза. - Ты сделала выбор. - Затем швырнул меня на пол и опробовал свои новые сапоги уже на втором человеке за день. Это был единственный раз, когда я попыталась перечить Чарли.
Он был моим живым кошмаром. Адом на Земле. Он никогда не позволял забыть, что меня прокляли еще в день моего рождения.
Я ничего не чувствовала, собираясь в школу. Чарли подтолкнул меня к самому краю, и я потеряла всякую надежду. Я онемела. Никаких чувств, никаких эмоций. Я не чувствовала ни шампунь, попавший в глаза в душе, ни джинсы, когда пыталась их натянуть, ни вкус яиц, приготовленных на завтрак. Я действовала на автопилоте. Ничего не замечала, не ощущала. Я схватила таблетки, засунула в рюкзак. Сев в машину и добравшись до школы, я даже не смогла вспомнить, как доехала туда. Мне казалось, что я так переборщила с наркотиками, так далеко зашла, что теперь постоянно как в тумане. Я залезла в грузовик, выкурила пару косяков и две сигареты, сжевала таблетку лортаба. Я не ощущала ни наркотики в организме, ни тротуар под ногами.
Боковым зрением я заметила Эллис, но не подала виду, все еще находясь в ступоре. Весь день я ничего не слышала, не говорила, не ела. Я закрылась от всего мира. Внутренняя пустота поглотила меня. Люди вокруг ходили, улыбались, болтали. Никто не обращал внимания на девушку, потерявшую всякую надежду на нормальную жизнь, и вынужденную существовать с отцом, использовавшим ее как боксерскую грушу. Никто не заметил пустоту в моих глазах и движениях. У меня больше не было причин жить дальше. Не на что было надеяться. Чарли выиграл, и хотя внутри было пусто, я чувствовала некое подобие удовлетворения. Больше никакого страха, беспокойства или злости. Мне оставалось только ждать, что будет дальше. Настанет для меня завтрашний день или нет. Чарли сам решит мою судьбу, и меня это даже радовало. От меня уже больше ничего не зависело. У меня больше не было выбора. Я полностью принадлежала Чарли.
В конце дня, тупо подходя к своему шкафчику, я даже не остановилась, заметив какое-то безликое тело рядом с ним. Заметив вспышку бронзы, я поняла, кто меня ждал, но никак не отреагировала. Я не слышала, что он говорит, просто закинула сумку на плечи и собралась уходить. Почувствовав, что меня кто-то тянет за руку, я медленно повернулась и уставилась на вцепившегося в меня Эдварда. Я даже не вздрогнула и не съежилась, как это обычно бывает, когда кто-нибудь меня хватает. Я просто смотрела на него и тут услышала его быстрый вздох. Не знаю, что он там увидел, но хватка ослабла. Этого было достаточно, чтобы уйти. Так я и сделала. Так я и добралась до дома, не оглядываясь на окружающих, понятия не имевших, что со мной творится.
Дома я без проблем справилась с уроками. Хотя в школе я не вникала в то, о чем рассказывалось на уроках, что-то видимо автоматически отложилось в памяти.
Не осознав толком, что делаю, я снова забралась на крышу, с зажигалкой в одной руке и косяком в другой. Я была совершенно потеряна. Я больше не знала, что делать. Так что ничего и не делала. Так дни проходили один за другим - все в том же ступоре. Я ничего не слышала, ни с кем не разговаривала, почти не ела. Когда пыталась что-нибудь проглотить, вкуса не чувствовала. Ночами, лежа в постели, я тщетно пыталась уснуть. Тупо пялилась в потолок и ждала, когда сон одолеет меня. Чарли я больше не видела. Он уходил, пока я еще не встала, а приходил, когда спала. Не знаю, решил ли он устроиться на работу или просто избегал меня после случившегося. Вероятнее всего, это был его способ извиниться. Весь следующий месяц прошел в том же духе. Приехала в школу, вернулась домой, покурила на крыше, и в постель - тупо лежать без сна, погруженная в пустоту и отчаяние.
Так прошло четыре недели. Я в очередной раз собиралась залезть на крышу, когда раздался стук в дверь. Я тупо спустилась вниз и открыла дверь, не заботясь, о том, кто бы это мог быть. В дверях стоял Эдвард. Впервые, я разглядела его лицо. Выглядел он ужасно. Волосы в еще большем беспорядке, чем обычно. Под глазами жуткие мешки. Я никак не реагировала. Просто стояла, глядя мимо него, и ждала, когда он уйдет. Он, вроде, что-то говорил и даже жестикулировал, но я не уверена. За это время я так привыкла находиться в постоянном ступоре, что, кажется, забыла, как разговаривать, как слушать и слышать. Я тупо кивнула и закрыла дверь, кажется, оборвав Эдварда на полуслове.
Не знаю, чего он пришел, я не позволяла себе беспокоиться об этом. Может, ему нужна помощь с домашкой. Все-таки у нас общая биология. Каждый день, он пытался взять меня за руку и поговорить. Но, как и на любом другом занятии, я просто смотрела перед собой и молчала. Я вернулась на крышу. Не знаю, сколько прошло времени, но я так и не видела Чарли. Понятия не имею, почему он редко бывал дома, но, рано или поздно, он снова захочет избить меня, так что это лишь вопрос времени. Поэтому я просто ждала. Каждый день, занимаясь обычными делами, я ждала, когда Чарли стукнет в голову преподать мне очередной урок. Пару часов спустя, я сидела у себя в комнате, разговаривая с Таней по мобиле. Давно мы не общались, и в ее голосе слышалась озабоченность. Это само по себе удивительно, ведь Таня никогда ни о чем не парилась. Видать, обратила внимание, что я за весь разговор не сказала ничего вразумительного, кроме «угу».
Я почти не слышала, о чем она говорила, но поняла, что Таня купила мне билеты, что бы я в выходные рванула к ней. Я ответила «да» и не узнала собственный голос. Таким пустым и безжизненным он был. В общем-то, так и было. Жизни во мне не осталось. Чарли ее забрал.
Некоторое время спустя, я обнаружила себя выходящей из самолета в Фениксе и не смогла вспомнить ничего из прошлого месяца. Как будто, застряла в сумеречной зоне.
Что изменилось во мне, когда я оказалась под теплым солнцем Феникса. Я увидела Таню и стала ждать, когда же появится чувство радости от того, что я ее вижу, когда смогу подбежать к ней и обнять. Потом вспомнила, что я на все это уже не способна. Я ничего не чувствую. У меня не осталось эмоций, которые можно было бы продемонстрировать ей. Надеюсь, она поймет. Когда я подошла, Таня сказала: «Готова вернуть Беллу назад?»
Я просто кивнула. Я не хотела возвращаться назад, к себе прежней. Мне нравилось мое нынешнее состояние ступора. Не надо беспокоиться по поводу Чарли. Я сделала выбор. Плюнула на свою жизнь и надеюсь только, что это все скоро закончится. Я устала от попыток что-то изменить. У меня нет сил бороться за себя. Однако, у Тани, похоже, другое мнение на этот счет.