Я на четвертый раз листала книжку Гейзенберга, совсем уже измучилась и около двух ночи хотела пойти и перетащить портрет Лили в подвал, когда передо мной появился Кричер.

— Началось! — с экзальтированным видом воскликнул он и исчез. А через секунду из коридора послышались крики.

— Ремус! Ремус! Нарси! Началось!

Я бросила книжку и по привычке схватила рюкзак.

Ну а что? Родильное отделение Св. Мунго место загадочное и малоизученное. И еще неизвестно, есть ли там автомат с печеньками.



— У меня сын! Сын! — встрепанный Сириус бешеным вихрем носился по коридору родильного отделения и целовал всех подряд. Я, прикрыв глаза, смотрела взглядом Тома на сморщенного младенчика в палате через стену. Люпин и Кричер вытирали слезы радости. Суровая эльфийка Грэм стерегла дверь в палату. Нарцисса взволнованно улыбалась и потирала живот, который теперь стал очень заметен. Неудивительно, что даже Сириус догадался.

Мы вернулись домой уже на рассвете. Сириус еще немного побегал по этажам, пока его по моей просьбе не вырубил Пигли. А что? Еще не хватало им с Люпином начать праздновать — пусть днем отправляется в госпиталь к Рите и младенчику!

Я тоже подумывала пойти спать, когда в гостиной вдруг появились Драко с Гермионой и Добби.

— Вся школа говорит о том, что у Сириуса родился сын! — радостно сообщила Гермиона.

Радостным было и лицо Драко, пока тот не увидел Нарциссу.

— Мама?!



Они ругались долго и громко. Гермиона трижды ловила меня за руку, когда я хотела вмешаться. Наконец, дверь с шумом распахнулась и с грохотом врезалась в стену. Я вздрогнула и вскочила на ноги.

— Ты мне больше не друг! — Драко обвиняюще ткнул в меня пальцем, выжигая дырку яростным взглядом. — Ты знала! И не сказала мне!

— Драко... — протянула я.

— Моя мама — и этот нечесаный байкер! Да он немного старше меня! А ты... Я с тобой больше не разговариваю!

Он развернулся и улетел в коридор. Громко хлопнула дверь. В прихожей что-то упало.

Я села рядом с Гермионой и почесала шрам.

— Ты должна с ним поговорить, — сказала я ей.

Она кивнула.

Какой-то напряженный день.



Драко дулся и демонстративно со мной не разговаривал.

Я сильно боялась, что он наделает глупостей, а потому очень просила приглядывать за ним Гермиону, к большому удовольствию самого Драко и большому неудовольствию — Тома, Рона и Седрика, который, кажется, все еще по ней вздыхал. Хаффлпаффцы такие однолюбы.



В родовом доме Блэков было сумрачно и тихо. Кухню, гостиную и прихожую окутывали заглушающие звуки чары — наверху спали детишки.

В противовес общей тишине и спокойствию на кухне градус эмоций стремился к сотне.

— Как вышло, что моего сына зарегистрировали под именем Арктурус?! — возмущался Сириус, брызгая слюной и экспрессивно размахивая руками.

Ну, не Джеймс же, в самом деле. Джеймс Блэк — чего смеяться-то.

— Не знаю, Сириус, — сказала я, делая удивленные глаза. — Это же твой сын, тебе виднее. Может быть, регистратор был пьян? — предположила я.

— И внес имя Арктурус?!

— Вполне распространенное имя.

— Было — в позапрошлом веке!

Я пожала плечами.

— Ну, ты же не будешь от этого любить его меньше. К тому же именно благодаря Арку ребеночек-то родился. Не найди он меня… Не вытащи я тебя из Азкабана..

— Вот и называла бы своего сына Арктурусом! — вскипел он.

Я сдержала рвущийся наружу смешок.

— Ты готов стать дедушкой?

— Даже и не думай! — он грохнул кулаком по столу, и конфетки эм-эм-дэмс брызнули из вазочки на нем. Я поймала одну и сунула в рот. — Ты ведешь себя отвратительно!

Странно, то же самое не далее как час назад мне сказал Снейп, когда мы с Симусом Финниганом встали в пару на его уроке и сварили фантастическое взрывательное зелье вместо сиропа от лихорадки Эбола.

— Не кипятись, Сириус, — примирительно сказала я. — Следующего сына называй, как хочешь: хоть Джеймсом, хоть Альбусом.

К тому же, Рита против Арктуруса не возражала.

Я ее спрашивала как-то вскользь. Когда они еще не были женаты.

Я посмотрела на часы, загребла конфет из вазы и встала.

— Мне пора в школу. Увидимся позже.

А у меня урок для Амбридж.