Признание.

Львицы осторожно ступали по земле, перешагивая через тела и обнюхивая их, ища выживших. Внезапно пошел ливень, и кровь, напитавшая глинистую почву, стала быстро подниматься вверх, смешиваясь с водой. Кровавые реки потекли по склону ущелья вниз, к ручью. Земля окрасилась в багровые тона.
– Я нигде не вижу Симбу! – закричала Сараби с другого конца ущелья. – Саффи, ты его видишь где-нибудь?!
– Да! – ответила та, склонив голову над своим королем. Тот был жив, но очень тяжело дышал, лежа без сознания. – Он тут. Живой…
На поле брани появились Рафики с другими помощниками. Они молча обступали раненых и деловито колдовали над телами. Подошли Тимон с Пумбой. Перебросившись несколькими словами с Рафики, поморщившись, они стали оттаскивать тела убитых и складывать их отдельно от раненых.
Наверху ущелья на события внизу почти не обращали внимания. Сахифа пристально смотрела на львицу, подошедшую сзади. Та переводила взгляд с Мзаливы на его мать и обратно, а губы неслышно шептали:
– Этого не может быть… Просто не должно быть…
– Чего не должно быть, Нала? – спросила Зира. – Ты что, тоже их знаешь?
– Не думала, что мы когда-либо встретимся вот так, в таких обстоятельствах, – тихо сказала Сахифа. – Вижу, ты узнала меня.
– Да, – ужасные воспоминания захлестнули память Налы. Она долго не могла выговорить её имя, но собравшись с духом, выдала: – Сахифа, кажется…
– Кажется, ты нас полностью забыла, – сказала та. – А вот теперь пришлось вспомнить.
– Вспомнить что? – спросил Мзалива. – Мам, объясни толком, что происходит.
– Когда-то я рассказала тебе о том, что ты не мой родной сын. Что твоя настоящая мама – львица, чьего имени я не знаю, в прайдленде Шрама. Так вот. Мзалива! Ты пришел в свой родной дом. И она, – Сахифа указала на Налу, – твоя родная мать…
Воцарилось молчание. Мгновение все обдумывали услышанное, потом Зира медленно подошла к поникшей Нале и спросила:
– Ты ничего не хочешь нам тут объяснить?! О чем она толкует?
– Я… – робко начала Нала, – в общем, это правда.
– Но как?! Когда?!
– Когда я сбежала, Зира…
– То есть именно поэтому ты и сбежала?! – воскликнула та. – Значит, слухи, что распространяли гиены, были тоже правдой?! Отвечай!
– Он взял меня силой… Я хотела убедить его уйти, а он…, – Нала заплакала навзрыд. – Я умоляла его, просила отпустить… Тварь! Ненавижу его!!!
– И что дальше? Я понимаю, ты пришла не вовремя, Шрам, кхм… в общем, ты забеременела, – допрашивала Зира. – Но как получилось, что твой сын оказался у Сахифы?! Почему мы о нём ничего не знали?
Нала немного успокоилась и ответила:
– Я так ненавидела Шрама, что не хотела рождения его сына. Тогда у него появилась бы династия, законный наследник. Я этого не хотела. Сначала я прятала живот как могла. А когда пришло время, то убежала во внешние земли, чтобы там родить и…
– И убить новорожденного львенка?!
– Да…
Хлесткий удар по щеке сбил Налу с лап. Она снова села, но не ответила сестре ничем. Впервые она приняла её пощечину как должное.
Зира повернулась к Сухие:
– Ты нашла его?
– Нет, Фики, я помогла при родах. А потом она отдала его мне. Сама и добровольно. Вот и вся история. Прежде, чем уйти, я немного понаблюдала за этими землями. Запомнила, кто тут кто тогда был.
– Вот почему ты стремилась сюда… Хотела увидеть Налу?
– Да, – кивнула головой Сахифа. – И рассказать про Мзаливу, её сына. А оно вон как обернулось…
Флаффи и Мзалива молча переглянулись.
– Какие еще тайны вы скрываете? – спросил Флаффи.
В этот момент на площадке появился Танаби:
– Что тут у вас происходит?! Мам, ты в порядке? А кто эти двое? Они ведь, кажется, не из вчерашнего прайда… Так что тут у вас происходит?!
И тут Налу словно поразило молнией: «…в день, когда соберутся все твои дети, Бог призовет к себе среди многих того, кого сильно любишь». Предсказание Магида! Робким голосом она спросила:
– Симба… Что с ним?!
– Он жив, мама, но без сознания, – ответил Танаби. – Рафики сейчас с ним.
– А мама?!
– Бабушка вообще не дралась. Они пришли под самый конец.
– Подожди, – вмешалась Зира, – а ты-то как тогда с царапинами ходишь?! Или не с Сарафиной пришел?
– Нет, – улыбнулся Танаби. – Мы с бабушкой Сараби пришли раньше, как раз вовремя. А то бы они уже давно всех перебили…
– Но ей было велено оставаться на скале, – продолжила Зира. – Енга тоже с вами пришла?
– Да. И Киншаса с Мзалишей, и… – и тут Танаби словно что-то вспомнил и умолк.
– Где Лиуву?! – закричала Нала.
Её нашли почти сразу в том месте, где они с Киншасой атаковали врага. Внешне она была такой же как и день назад. Все, кто видел её рядом с матерью, говорил, что она унаследовала её красоту. На молодом теле принцессы не было ни царапины. Светло-серебристая шерсть едва колыхалась под легкими порывами ветра. На её лице отражалось спокойствие, словно принцесса ненадолго заснула и вот-вот встанет опять. Но этому не суждено было сбыться.
Негнущимися лапами Нала подошла к телу дочери и легла рядом. Потом уткнулась носом в её шею и беззвучно зарыдала. Вокруг собрались все остальные и склонили головы в знак скорби.
Зира подошла к Сарафане и, коснувшись носом её плеча, тихо сказала:
– Теперь и сестра знает, что такое потерять своего ребенка. Навсегда. Я думала, что она все же не унаследует моего проклятия. Но видно в этом у нас одна судьба. На двоих… Прости меня, мама. Прости, что забрала Флаффи. Прости, что пролила много крови. Из-за меня погибло слишком много невинных львиц…
– Не из-за тебя, дочка, – Сарафина поцеловала Зиру в ответ. – Все знали, на что шли.
– Но если бы не я, ничего бы этого не было!
– Кто знает, что было бы, не похить ты Флаффи, – вздохнула Сарафина. – Но тогда бы ты так и оставалась нашим врагом, жила с ненавистью в сердце. Это ведь Флаффи излечил тебя от неё. Он и твой король Муфти, я же вижу. Значит, он был тебе нужнее, просто необходим. Чтобы спасти твою жизнь. Она слишком коротка, чтобы не наслаждаться каждым днем.
– Слишком велика плата за спасение, мама.
– Да, иногда приходится платить и такую цену. Правда, она же и плата за грехи. А у Налы он очень тяжелый. Что сделано, то сделано. Пожар уничтожает все, но на пепелище потом вырастает новое. И теперь от нас зависит, что будет расти завтра. Мне кажется, Зира, твое место сейчас рядом с любимым.
– Ты простила меня, мама?
– Я не могу иначе, – Сарафина поцеловала Зиру. – Вы все равно мои самые любимые дочки. Я только хочу, чтобы вы поскорее примирились. И еще. Этот Мзалива… Не хотелось бы, чтобы ему сейчас начали мстить. Как-никак он тоже стал жертвой в своем роде.
– Сахифа уже успела рассказать? Я не буду ему мстить, мама.
Три льва стояли чуть поодаль вместе и молча наблюдали.
– Итак, ты мой брат, – сказал Флаффи. – Но это ничуть не умаляет твоей вины. Ты пришел убивать. Смотри, что получилось.
– Ты ненавидишь меня? – вздохнул Мзалива.
– Я – нет, – ответил Флаффи.
– А ты?
– Не могу сейчас сказать, – ответил Танаби. – Ты был с теми, кто убил мою сестру.
– Что ж, так тому и быть, – вздохнул Мзалива и отвернулся. – Сейчас самое время каждому побыть наедине со своими.
– Ты только далеко не уходи, ладно? – добавил Танаби. – Чтобы потом за тобой не ходить.
– Даю слово, что буду у тебя завтра. Вон на том холме. Я не бегу от ответственности.
Мзалива медленно побрел прочь. На пути возникла Сахифа с Вайей.
– Ты куда? – спросила Вайя.
– Куда глаза глядят. Прости, мне сейчас надо побыть одному.
– Успеешь еще надышаться одиночеством, – сказала Сахифа. – Как я понимаю, вы встречались у Муфти?
– И что, мама? Какое это сейчас имеет значение?
– Имеет, если спрашиваю. Выбор одобряю.
– Что, мама? – не понял Мзалива.
– То самое. Задурил девочке голову, а теперь в кусты сбежать хочешь? Кто обещался за ней вернуться? Вот, она тут. Или ты откажешься от своих слов?
– Но мам, сейчас время не то…
– Время всегда одинаково! За свои слова надо отвечать, если ты не пустозвон какой! А я вроде не так тебя воспитывала! Или все пошло уже насмарку?
– Я просто к тому, что я же… это… того… Ну ты же знаешь, с кем я пришел сюда! Я враг для них! Как Вайя сможет после этого быть со мною?!
– Может, об этом спросишь меня напрямую? – вмешалась Вайя.
– Но… – Мзалива стоял в полном замешательстве.
– Смотри и читай по губам, – Вайя подошла вплотную, поцеловала его и тихо прошептала:
– Я люблю тебя.
– Вам надо побыть одним. Я пойду к Фики, – сказала Сахифа и добавила: – Смотри, мой мальчик, если её обидишь, значит, меня обидишь.
Симба приоткрыл глаза, и первыми, кого он увидел, стали Тимон с Пумбой.
– Как ты, друг? – спросил Тимон.
– Жить буду, – почти прошептал Симба в ответ. – Что вы тут… делаете?!
– Разгребаем тут все, – вздохнул Тимон. – Ну и работенка, я тебе скажу. Тот прайд почти полностью истреблен.
– Где Флаффи?
– Не знаю, его тут нет…
– Танаби?...
– Я видел его неподалеку, – ответил Пумба. – Он жив.
– Хорошо… Где Лиуву?!
Тимон молча опустил голову. Симба закрыл глаза. По его щеке скатилось несколько слез.
– Найди Флаффи.
– Не беспокойся, – ответил Тимон. – Мы обязательно его найдем.
Флаффи подошел к львице, что помешала Мзаливе и попала под его удар:
– Привет. Ты как?
– Ничего, – ответила та, потирая ушибленные места на загривке. – А ты?
– Оправился. Тебя как звать то?
– Элайша. Мы победили?
– Да. Аутсайдеры сбежали. Теперь собирают выживших. Пойдем, я провожу тебя вниз. И спасибо за помощь.
– Не за что,– ответила Элайша. – Ты убил того врага.
– Нет, – мотнул головой Флаффи, – он моим братом оказался.
– Чего?! – Элайша не верила своим ушам.
– Так вот, – пожал плечами Флаффи и кивнул головой вниз: – Ну что, пошли, что ли?
– Погоди, так он что, тоже сын тети Налы?
– Да. Только Шрам отец.
– А-а, тогда понятно.
– Что именно?
– Почему он с аутсайдерами, – ответила Элайша. – Зло часто наследуется.
– Не спеши с выводами, – мягко возразил Флаффи, – ты ведь не знаешь историю его жизни.
– Какие бы трудности у него не были в прошлом, они не оправдывают убийства в настоящем, – зло возразила львица. – Как по мне, так он ничем не лучше тех, что пришли с ним. Даже если он и твой родственник.
– Э-э, прошу прощения, – вмешался появившийся Тимон, – но собраны все тела.
– Много погибло? – спросил Флаффи. Ответ, который он услышал, заставил его сердце затрепетать от осознания всего ужаса произошедшего.
– Почти все ваши, – тихим голосом ответил Тимон. – Не считая Зиру, вас и Муфти. Та, что вы у нас на Скале оставляли, тоже. Только пятерка львиц выжила…
– Как?! – вскричал Флаффи. – И Енга тоже?! Но…
– Она пришла вместе с Танаби и ней, – кивнул Тимон в сторону Элайши.
– А наши? – с надеждой в голосе спросила та.
– Немного погибло, – голос Тимона стал еще тише. – Но это…
– Кто же, Тимон?!
– Мвези, принцесса Лиуву и… ваша мама, Тугела…
Губы Элайши задрожали, она медленно опустилась на землю. Повинуясь неведомо откуда взявшемуся острому желанию, Флаффи присел рядом и обнял молодую львицу, которая тут же уткнулась носом в его гриву и заплакала.