Кирилл был в замешательстве. Несмотря на ранее утро, палатка, отведенная странному гостю, оказалась пуста. Перед отъездом Смирнову захотелось еще раз заглянуть к человеку, найденному в Фивах. Парень был уверен, что Разуваеву фактически нет никакого дела до вчерашней истории. Значит, истощенный человек останется голодным. Поэтому он принес гостю большую порцию завтрака и кувшин с водой. Постель была смята.

«Это хорошо. Значит, он спал», - отстранено подумал Кирилл.

Он поставил тарелку с нехитрой снедью и кувшин на столик возле койки. Арсений Владимирович и Петр уже начали погрузку джипа. Саид пополнял запасы воды и провизии на целый день. У Смирнова выдалась свободная минутка, чтобы заскочить в гостевую палатку. Кирилл удрученно вздохнул и осмотрелся по сторонам. Окраина поселка была абсолютно безлюдной. Тишину раннего утра разрывал громкий разговор Петра и египтолога. Саидка тоненько напевал местную песенку, по мотиву напоминающую завывание голодного волчонка.

Смирнов уже хотел обойти палатку, как его окликнул раздраженный Петр:
- Киря!

Помощник египтолога сегодня был в бежевых спортивных брюках и светлой свободной рубашке с закатанными до локтя рукавами.

– Где ты шатаешься? Давай, прыгай в машину. Надо выехать пораньше пока еще прохладно! Не хочу трястись по жаре.

- Ты нашу вчерашнюю находку не видел? – мрачно поинтересовался Кирилл. – Его палатка пуста…

Смирнов прищурился от ярких лучей низкого утреннего солнца и еще раз огляделся по сторонам. Возле джипа крутился Саид с флягами в руках. Египтолог надевал бурнус и деловито давал указания парнишке на его родном языке. Смирнов перевел взгляд на мрачного Петра. Мужчина был явно не в духе с самого утра.

- Если он свалил, то так даже и лучше, - буркнул Петр. – Забей на него, Киря. Надо проверить, чтобы он чего-то не умыкнул у нас.

Кирилл задохнулся от негодования и недобро прищурился.

- Петр, ты полагаешь, что истощенный человек способен сбежать с утра пораньше и прихватить с собой что-то ценное? – въедливо заметил Смирнов и досадливо сплюнул на песок. – Ты же видел вчерашнее состояние человека. У него крайнее истощение. Врядли он ушел далеко.

- Ну, как знаешь, - Петр пошел на попятную. – Может, чувак отлить отошел. Ладно, поищи его. Жду тебя через пятнадцать минут возле джипа. И не опаздывай!

- Кирилл, ты куда? – в разговор вклинился почтенный египтолог.

- Поищу нашего загадочного гостя, - сухо ответил Кирилл.

Он быстрым шагом подошел к Смирнову.

- Его нет в палатке? – изумился Арсений Владимирович.

- Нет! – Кирилл отрицательно мотнул головой.

- Врешь.

- Нет, Арсений Владимирович. Смысл мне вам врать!

- Хорошо! Давай поищем его вместе, - с энтузиазмом предложил египтолог и первым ринулся за палатку.

Смирнов равнодушно пожал плечами и последовал за Арсением Владимировичем. Петр неодобрительно хмыкнул. Он слишком хорошо знал своего шефа и понимал, что если Арсений Владимирович увлечется, то они и в полдень не выедут на место исследований. Петр с тоской посмотрел на хозяйскую палатку. Его величество Разуваев еще мирно спал. Вставать в пять утра было не в правилах богатого мецената. Петр скривился и с тоской подумал о своей жене и маленькой дочери. В Египте его держало большое жалованье, ведь на декретные в нашей стране врядли можно было прожить. Молодой мужчина, в который раз обещал себе и жене, что каждая экспедиция непременно окажется последней. Слава Богу, его контракт заканчивался, и Петр планировал через месяц вернуться на Родину.

Странного человека первым нашел Кирилл. Впрочем, нашел – это громко сказано. Незнакомец в черном плаще никуда не исчезал. Человек сидел спиной к Смирнову и на самом солнцепеке, прислонившись к стволу облезлой пальмы. Кирилл забеспокоился. Незнакомца может хватить тепловой удар, но как только он тихо подошел к мужчине и осторожно заглянул ему в лицо, то был несказанно поражен своему открытию. Смуглое лицо значительно округлилось, кожа разгладилась и приобрела более здоровый вид. Глаза Мужчины были закрыты, словно он спал глубоким сном. Кирилл подошел еще на шаг к фигуре, закутанной в материю. Смирнов забеспокоился и громко вскрикнул:

- Эй, приятель! Тебе не стоило вставать! Ты слишком слаб и должен оставаться в постели.

Веки едва заметно дрогнули. На Смирнова воззрились черные глаза с пугающим фиолетовым отливом. Кирилл невольно отшатнулся от мужчины в плаще – настолько этот взгляд был пронизывающим. Его сердце болезненно дернулось и пропустило удар.

- Э-э-э… приятель, - промямлил испуганный Кирилл. – Если хочешь, то оставайся здесь. Я принес тебе поесть…

Суровый взгляд мужчины смягчился. Уголки пополневших губ дрогнули и медленно поползли вверх. Смирнов приободрился и вновь заговорил:
- Немезис? Может вам вернуться в палатку?

Мужчина едва заметно улыбнулся, словно величественно разрешал Смирнову говорить дальше. Черт возьми, кто же он, мучительно раздумывал Кирилл, разглядывая странного человека у своих ног. Парню казалось, что это он, Кирилл Смирнов, у ног гостя, а не наоборот. Бред, кто же спорит! Но в эти минуты молодой мужчина был уверен, что незнакомец имеет полное право себя так вести.

- Если ты голоден, я могу принести еду сюда. Хочешь? – растерянно пролепетал он.

- Да, - нехотя выдавил мужчина.

- Отлично, подожди! – выдохнул Смирнов и моментально сорвался с места.

Пока он бегал за едой в палатку, Арсений Владимирович уже разыскал странного гостя. Египтолог с присущим ему апломбом принялся расспрашивать незнакомца о том, как он оказался в пустыне. Кириллу с трудом удалось унять египтолога, сославшись на то, что их гостю необходимо поесть. Времени у мужчин просто не осталось. Смирнов вручил Немезису тарелку и кувшин с водой. Петр уже несколько раз окликал египтолога и Кирилла, поэтому они нехотя оставили гостя загорать на солнышке и бросились бегом к машине.

Немезис задумчиво проводил глазами людей в странной одежде. Послышался яростный рев их транспортного средства. Интересная конструкция, но такая неэкономичная. Неужели, люди не понимают, что вонь, которую издает это железное чудовище загрязняет воздух и очень вредна для людей. Не проще ли использовать энергию солнца, как это делали другие разумные расы. Странный мир, пожалуй, он еще более причудливый, чем тот, в котором он родился и вырос. Взять, к примеру, тех людей, что нашли Немезиса. Пожилой мужчина был смешон и надоедлив. Его расспросы вызывали лишь досаду и раздражение. Уж кто-то, а он, Немезис, сын Абрахама, повелителя ниневийцев, прекрасно чувствовал настроения других. Вот забота забавного Кира трогала. Как он понял из вчерашнего разговора, именно этот брюнет, поразительно похожий на одного из его соплеменников, способствовал его спасению. Конечно, ему не было дела до этих людей, но интуиция подсказывала Немезису держаться поближе к Киру – брюнет может быть еще полезен в будущем. Ведь знания, полученные от влюбленной парочки, фактически были теоретическими, а с реальностью этого жуткого мира он еще не сталкивался на практике. Самым умным в этой ситуации было бы затаиться и накапливать силы.

«Месть – единственное, что меня интересует», - удовлетворенно подумал Немезис и покосился на аметистового скарабея на руке.

Мужчина знал, что это кольцо необычное. Скарабей был создан лишь для одной цели – поиска носителей крови того шакала, который приказал напасть на деревню, где жила его семья. Впоследствии, Немезис убил всех исполнителей, но местонахождение врага так и осталось неизвестным. Слишком хорошо спрятался, гад. Ну, ничего, кровь этого шакала разбудила его. Отличный маяк! Его жертву словно магнитом тянуло к месту его обитания за последние тысячи лет.

Добытые знания в первое время просто ошеломили его. Столько всего произошло за это время! Невероятно, но факт – Немезис проспал более трех тысяч лет. Человечество теперь было на небывалом уровне, но конечно, не могли соперничать с уровнем развития мира его отца. Отец… Где он сейчас? Жив ли? Немезис смежил веки и глубоко вдохнул знойный воздух. Знакомый с детства жар, исходящий от солнца, заряжал его энергией и живительной силой. Конечно, он мог обойтись и без человеческой пищи. Но, во-первых, его странное появление и так дало слишком много загадок, во-вторых, ему не хотелось привлекать излишнее внимание к собственной персоне. Жизнь в бедном поселке с матерью приучила не выбрасывать еду, поэтому он решил хоть попробовать то, что принес ему Кир.

«Яда нет», - удовлетворенно подумал Немезис, принюхиваясь к пище.

Ничего кроме аппетитного запаха он не учуял. Мужчина улыбнулся и взял в руки ложку. Растерянно повертев ее в руках, Немезис покопался в свежеприобретенных знаниях. Теперь он точно знал, как пользоваться этой блестящей металлической вещицей. Еда оказалась неимоверно вкусной и питательной. Немезис с удивлением отметил, что с такими темпами он восстановится значительно быстрее, чем, если он сидел бы просто на солнце. Выпив большими глотками воду, он решил, что не станет отказываться от еды. Ему ведь на руку быстрое восстановление.

Вместе с чувством насыщения на Немезиса навалилась странная усталость и слабость, словно он не спал целую неделю. Мужчина устало вздохнул и закрыл глаза. Конечно, того времени, которое он проспал в палатке хватило, чтобы отдохнуть. Все бы ничего, если бы не сны, такие реалистичные и пугающие. Нет, это были не те, привычные картины гибели его семьи, а совершенно чужие глаза поразительного лазурного цвета. Ярко-голубые глаза - глаза извечных врагов. Они действовали на него гипнотически, притягивали, лишали воли и вызывали невольное восхищение. И это тогда, когда он обязан мстить его обладателю. Длинные густые ресницы давали понять, что это глаза женщины и сладкое чувство томление зародилось в его груди. Чертово гнусое отродье! Ее убить мало, а не восхищаться...

- Цесарийка, - прошипел он, сжимая кулаки в бессильной ярости. – Ты скоро умрешь…

***
Лина чувствовала себя как никогда разбитой. Всю ночь она ворочалась с боку на бок. Странные черные глаза преследовали ее в ночных видениях. Время от времени черная радужка вспыхивала фиолетовым огнем, сжигая Ангелину в своем страстном огне. Девушка горела, словно ее тело охватило пламя, а низ живота привычно заныл. Лина сама себя не узнавала. Она – невеста Ника, плавится под взглядом другого мужчины. То, что глаза принадлежат мужчине, девушка даже не сомневалась. Внезапно, пожар в груди остудила лишь одна фраза, произнесенная ледяным голосом:
- Цесарийка! Ты скоро умрешь…

Ангелина подскочила на месте словно ужаленная. Ник мирно посапывал рядом, уткнувшись носом в подушку. На миг, девушке стало стыдно за то странное влечение, которое она испытывала под жарким взглядом фиолетовых глаз. Девушка сдавленно застонала и закрыла лицо руками. Простыни под ней были словно раскаленная сковорода. Низ живота продолжал предательски ныть. Лина покраснела. Только этого ей не хватало! У нее есть жених, причем любимый, с отчаянием думала девушка, а она о чем думает!? Лина тяжело вздохнула и медленно сползла с кровати в душ. Прохладная вода остудила и взбодрила девушку.

Когда она вышла из душа, Ник уже проснулся и с ленивой улыбкой наблюдал за своей невестой, закутанной в одно полотенце. У мужчины перехватило дыхание при одном только взгляде на точеную фигурку. На груди и плечах блестели капельки влаги, а изящную шею облепили потемневшие от воды волосы

- Доброе утро, любимая, - страстно прохрипел мужчина. – Иди ко мне…

Девушка улыбнулась и медленно прошлась взглядом по стройному телу Ника. Как только Лина увидела накаченный торс своего жениха, она тут же выбросила из головы все глупые раздумья о загадочных глазах и окунулась в приятный водоворот страсти.

***

Сегодня день не задался с самого утра. Сначала обвал в одной из нижних камер здания, а затем неожиданное ранение Петра. Теперь Кириллу пришлось лезть с фонарем в темный лаз, оставив камеру на попечение помощника египтолога. Несмотря на свой немолодой возраст, Арсений Владимирович был очень энергичным мужчиной. Они проработали практически до трех часов пополудни. Когда они вылезли из темного лаза, Кирилла ослепило яркое солнце. Смирнов с тоской смотрел на восток, туда, где до горизонта расстилалась пустыня. Парень в сердцах сплюнул вязкую от жажды слюну и ухватился за флягу с водой. Он повертел головой по сторонам и увидел сидящего в тени Петра. Его правое плечо было кое-как перебинтовано порванной рубашкой. Через повязку проступила запекшаяся кровь. Он морщился и с трудом сдерживался, чтобы не застонать.

- Петра надо показать врачу, - обеспокоенно заметил Кирилл, аккуратно присаживаясь около раненного товарища.

Помощник египтолога скривился и презрительно выдавил:
- Ты же знаешь нашего босса, он считает врача лишней единицей, которой надо платить!

Арсений Владимирович помрачнел, рассматривая своего помощника. Сейчас Петр выглядел жалким и разбитым. Из прокушенной губы тоненькой струйкой текла кровь, светло-русые волосы были взлохмачены, а светлые штаны в пыли и бурых пятнах.

- Да, Сеня прав, - прохрипел Петр и выругался. – Черт, хорошо же меня приложило! Мать твою! Вот невезуха!

- Кирилл, его надо отвезти его в больницу, - тихо заметил Арсений Владимирович.
- Ага, да только ближайшая больница, принимающая иностранцев, в Хургаде! – прошипел раздраженный Петр. – Или в Каире.

- Значит, поедим в Хургаду, - решительно заявил Кирилл. – Я сяду за руль. Как только приедем на базу, выгрузимся, прихватим Немезиса…

- Кого?

- Нашего гостя.

- Он так назвался.

- Странное имя.

- И сам он странный.

- Согласен, но его в любом случае надо показать врачу. Грузимся! Арсений Владимирович, подсобите-ка мне. Все равно от Саидки нет никакого прока.

-Хорошо, - ответил египтолог. – Помоги Петру подняться, а я захвачу вещи.

Исследовательская группа поспешно покинула древние руины. Кирилл водил виртуозно, хотя на пустой трассе это было практически незаметно. Смирнов так гнал, будто он скорости перемещения грузного джипа зависела жизнь его товарища. До базы доехали за рекордно короткое время. Низкие косые лучи вечернего солнца пронизывали пыль, курившуюся над поселочной дорогой. В песке играла оборванная малышня. В воздухе звенели звонкие голоса детворы. С детьми явно кто-то играл. Кирилл прищурился и попытался увидеть кто это, но пыльная завеса мешала разглядеть очертания темной человеческой фигуры. Когда джип с ревом припарковался, детишки с громким визгом бросились наутек, оставив неизвестного в дорожной пыли.

Смирнов вышел из салона и бросился помогать египтологу. Саид время зря не терял. Как только его босые ступни оказались на твердой почве, он что-то крикнул Арсению Владимировичу на местной тарабарщине и умчался вглубь поселка.

- Вот прострел, - добродушно сказал египтолог и с теплой улыбкой прибавил. – Жаль только, что у него нет нормального детства. Он, как и большинство детей в поселке, с малых лет вынужден работать …

Кирилл не слушал разговор Арсения Владимировича. Его глаза были прикованы к человеческой фигуре в черном плаще. Смирнов как зачарованный наблюдал за тем, как он медленно встает с песка, отряхивается. На солнце блеснул фиолетовый огонек. Незнакомец развернулся и скользящей походкой направился к пыльному джипу. Что-то неуловимо знакомое проскользнуло в хищной грациозной походке мужчины, а это был без сомнения мужчина. Высокий, широкоплечий. Лица не было видно – голову покрывал большой капюшон драного черного плаща. Смирнов от удивления вздрогнул, когда мужчина остановился напротив него. Оказалось, что незнакомец был на целую голову выше. Мужчина откинул капюшон. Кирилл с удивлением уставился на него, не веря своим глазам.

________________
Жду всех на форуме!