Глава 11
Снег скрипнул чуть слышно под моими ногами. Рыжеватый огромный волк посмотрел на меня с укоризной.
«Не шуми», – как будто сказали внимательные темные глаза.
Непонятно, зачем таиться? У трех лосей, неспешно пробирающихся по неглубокому снегу в мелком хвойнике, все равно не было ни единого шанса остаться в живых. Что поделать - на охоту вышел самый совершенный хищник.
Мы стояли вдвоем на крутом склоне горы Мак-Кинли, высочайшей горы Америки. Октябрь припорошил все легким снежком, который по ночам хрустко скрипел под ногами, жалуясь на холод, сковавший землю. Днем под неярким, низко висящим над горизонтом солнцем становилось немного теплее. Холод никого из нас не пугал. Рассыпчатый, промерзший снег не хранил наши отпечатки, а вот днем на повлажневшем от обманчивого тепла снегу наши следы отпечатывались четко. И если на следы людей, которые оставляли за собой мы, ещё можно было не обратить внимание, то отпечатки огромных лап Джейка никак не вписывались в обычный мир, который знали все люди. Чтобы не вызывать ненужных вопросов мы вышли на охоту под утро. Мы - это я и Джейкоб. От остальных я порядком натерпелась ещё в доме.
Эммет отрывался по полной: проходился по нам с выражением опереточного злодея, отпускал замечания, от которых я алела как маков цвет, а Джейк поскрипывал зубами и сжимал руки в кулаки. Розали иногда толкала его в бок, требуя, чтобы он замолчал, иногда, не удержавшись, поджимала губы, стараясь не расхохотаться. Хуже всего, что замечаниями Эммета дело не ограничилось. Науэль тоже подхватил веселую игру «выведи из себя Ренесми» и теперь нас атаковали с двух сторон. Остальные хоть и пытались как-то сгладить ситуацию, но у них не слишком получалось. Из вежливости я с трудом продержалась пару часов, а потом, сославшись на усталость, пошла спать в отведенную мне комнату. Джейкоб тут же ушел на улицу и, перевоплотившись в волка, ускакал в горы. Видимо, и его ситуация тоже напрягала.
Я пролежала несколько часов под теплым одеялом, стараясь ворочаться с боку на бок как можно реже, чтобы никто не заподозрил, что я страдаю бессонницей. Сон ни шел, мысли, не совсем неприятные, одолевали меня. В голову некстати явился Джейкоб, с его внезапной уязвимостью, Науэль, с его манерой идти напролом к своей цели, не вписывающиеся в общую картину его слова, сказанные во время первого нашего разговора, о том, что для своей тетки он готов на все, Уйлин, совсем не похожая на ту Уйлин, которую я успела нарисовать в своем воображении, общаясь с воспитанным ею племянником.
Встала я с постели еще больше разбитая, чем была, когда в нее ложилась.
К счастью, большинство вампиров, разбившись на группки, уже разбрелись в поисках жертв по бескрайним просторам парка. В гостиной остались только Елизар и Кармен.
Две темноволосые головы приподнялись, две пары ярко-желтых глаз взглянули на меня, когда я отважилась переступить порог комнаты.
- Привет. Как спалось? - Звонкий голос Кармен своими интонациями напоминал голос Эсми.
- Спасибо, хорошо, - вежливо ответила я и только собралась задать вопрос о том, где Джейкоб, как Елизар уже произнес: - Он еще не вернулся.
Я кивнула, поблагодарив его. Он улыбнулся мне в ответ.
- Нелегко вам приходится.
- Да уж, – не смогла я не согласиться с очевидным фактом, - Эммет кого угодно достанет. Но он не со зла. Он просто веселый.
- Я не про Эммета сейчас говорю. Я про Науэля.
- Слава богу, его в нашей жизни намного меньше. Мы с ним почти не встречаемся. Только я в школе. Пару часов в день я его насмешки как-нибудь переживу, - не смогла я удержать грусть.
- Насмешки? Причем здесь насмешки? – Елизар посмотрел на меня удивленно.
Я в ответ так же удивленно уставилась на него.
- Что ты имеешь ввиду?
- Ты разве не замечаешь ничего странного? Ничего не чувствуешь, когда он на тебя смотрит?
- А должна? – вопросом на вопрос ответила я. Значит, я напрасно надеялась, что мое странное состояние никто не заметит.
- Должна, - кивнул, усмехаясь, Елизар.
- Почему?
- Потому, что у него такой дар. - И пояснил, видимо, увидев мою отвисшую челюсть: - Дар влюблять в себя всех.
Теперь многое стало понятно. Эти несколько слов в один миг словно открыли мне глаза. Все вдруг стало так ясно, как будто темноту прорезал мощный прожектор. «Дар влюблять в себя» - конечно, как я сразу не догадалась? Этим можно все объяснить. Со мной все в порядке. Я зря боялась, что у меня раздвоение личности, и приступы нимфомании мне пока тоже не грозят. Вчера я приняла правильное решение. На это все указывает, но только почему все равно так больно. Понимание того, что происходит с твоей кожей при ожоге, нисколько не уменьшает боль. Да, я знаю, как и почему от повышенной температуры меняется структура белка в моих клетках, но обнять горячий чайник все равно очень больно.
- С тобой все в порядке? – Холодная рука Кармен дотронулась до моего плеча.
- Да, – с трудом выдавила я из себя. - Пойду прогуляюсь. - Нужно было обдумать все в одиночестве, без посторонних глаз.
- Хочешь, я пойду с тобой? – Кармен протянула мне куртку.
- Я думаю, волк уже ждет Ренесми неподалеку. Без компании она не останется. – Елизар, видно, почувствовав мое состояние, легонько придержал свою подругу за руку.
- Что ж, как скажешь, – легко кивнула в ответ темноволосая головка. Хорошо, что они такие тактичные. Я кисло улыбнулась им и выскользнула на мороз.
Не успела я пробежать не спеша и пару миль, как серая тень скользнула ко мне из очередной ложбинки. Волк, подбежав вплотную, заворчал приветственно и слегка наклонил голову, подставляя мне темную в ночном освещении шерсть на загривке. Я потрепала ласково жесткую густую щетину, покрытую инеем. Под моей горячей рукой иней таял, и мокрая шерсть тут же слипалась на морозе колючими иголочками.
Неожиданно уши, до этого расслабленно опущенные по сторонам, напряглись, взлетели на макушку. Блаженно прищуренные глаза уставились мимо меня немигающим взглядом. Я прислушалась и тоже услышала Бэллу и Эдварда, возвращающихся с охоты.
- Наперегонки до леса, - предложила я тихо. Волк усмехнулся, всем своим видом показывая, что соревноваться с ним совершенно пустое занятие. Занятие, может и не стоящее, но зато встречи с родителями можно таким нехитрым способом избежать. Успею ещё узнать о своем невежливом поведении.
Сорвавшись с места, как призрак полетела по пологому склону, так быстро переставляя ноги, что не успевала проваливаться в неглубокий рассыпчатый снег. Я ждала, что тень мелькнет, обходя меня справа, там было чуть выше, и толщина снега была меньше, чем ниже по склону. Черная стена хвойного леса быстро приближалась, а меня до сих пор никто не спешил обогнать. В недоумении я скосила глаза направо. Пусто. Налево. Пусто. Растерявшись, обернулась на бегу. Налево, направо. Никого. Хотя сопение и топот слышно очень явственно. Где же он? Резко затормозив, развернулась и успела заметить светлое брюхо мелькнувшее надо мной. Фу, как некрасиво поступать нечестно. Бежал прямо за мной, а когда до леса осталось всего ничего, перепрыгнул через мою голову. Теперь обогнать его я уже не успевала, что ж, тоже поступлю нечестно. Я со всей скоростью, на которую была способна, прыгнула вперед, и успела вцепиться в жесткую шерсть как раз в тот момент, когда задние лапы с глухим звуком приземлились на снег. Последовавший за этим мощный прыжок резко дернул меня назад. Изо всей силы я цеплялась за жесткую шерсть руками, обхватила ногами твердое брюхо, влипала в жесткую, костистую спину, ходившую подо мной ходуном. Джейкоб смог погасить скорость только на третьем прыжке, перешел сначала на рысь, потом и вовсе на шаг, заворчал, выказывая свое недовольство, шагнул нехотя еще пару раз и, остановившись, растянулся на снегу, всем своим видом показывая, как он обиделся.
До леса оставалось рукой подать. Я видела каждую иголочку на молодых низкорослых елках, растущих вдоль границы леса и равнины. Передвинувшись по мохнатой спине поближе к голове, я шепнула возле твердого мохнатого уха покрытого бархатной очень плотной шерстью:
- Сдаешься?
Ухо в ответ нервно дернулось, и ворчание стало на полтона громче.
- Ну тогда я победила. – С этими словами я вскочила на ноги и метнулась к такому близкому лесу.
Волк обогнал меня на какое-то неуловимое мгновение, в два длинных прыжка преодолел оставшееся расстояние и влетел в ельник раньше меня. Пролетев с разлету пушистую поросль, пошел неторопливыми прыжками среди толстых, шершавых стволов старых деревьев. Здесь не было подлеска, и просматривалось все замечательно. Я скорости не сбавила, в два счета догнала его и в тот момент, когда Джейкоб не ждал никакого подвоха с моей стороны, резко толкнула его в бок. Вернее хотела толкнуть, потому что не встретила не малейшего сопротивления, волк, отгадав мое намерение, отпрыгнул от меня, и усилие, приложенное мной, заставило меня полететь кувырком.
Я лежала на холодном снегу и не открывала глаза. Затаив дыхание, ждала извиняющегося сопения и раскаяния. Джейкоб извиняться не спешил. Сидел терпеливо рядом, не издавая ни звука. Я уж начала мерзнуть без движения, лежа на снегу, и была готова открыть глаза, чтобы выяснить, в чем дело, когда Джейк осторожно коснулся носом моей щеки. От этого прикосновения моя голова безвольно перекатилась на другую сторону, и глаза я передумала открывать. Жалобно, тихонько проскулил рядом волк, и холодный нос ткнулся мне в лицо ещё раз. Переступили рядом мощные лапы. Я едва сдерживалась, чтобы не прыснуть со смеху. Горячий язык быстро облизывал мне лоб, тоскливое скуление сопровождало эту процедуру.
- Бу! - громко выдохнула я. И Джейк, свечкой взметнувшись в воздух, приземлился метра за три от меня. Я звонко рассмеялась, а он сделал вид, что обиделся, и отвернул от меня морду. Следующие пятнадцать минут я пыталась просить прощения, заходя спереди, и неизменно наталкивалась на подставленное мохнатое плечо. Он уворачивался от меня, и когда я уж не надеялась его переупрямить, наконец, взглянул на меня темными глазами, в которых веселилась пара чертенят. Я обхватила руками толстую шею, состоящую, казалось, из железа, для маскировки прикрытого сверху рыжеватой волчьей шкурой и выдохнула в самое ухо: – Ты выиграл. Вспомнилось, как в детстве я точно так же обхватывала его за шею, и мне всегда не хватало длинны рук.
Джейкоб зевнул демонстративно, показывая, что это была легкая победа.
- Но самый крупный лось сегодня будет мой, - предупредила я его, предлагая новое соревнование. Он запыхтел в ответ, рассмеявшись.
Лосей мы нашли, чуть выше поднявшись в гору. Трое красивых, сильных животных: рыжая шерсть лосниться на гладких боках, которые они наели за короткое арктическое лето, светлые длинные ноги переступают по снегу с грацией, которой позавидовала бы любая модель. Два самца еще не успели скинуть рога, и широкие их лопаты взблескивали иногда в неярком свете месяца. Самка была чуть мельче и без рогов.
Двести метров, отделяющие лосей от нас, не могли приглушить звуки и запахи. Проснувшиеся и отпущенные на волю инстинкты обострили мое восприятие. Теплый терпкий запах щекотал нос, вливался в ноздри, лишая воли, вел меня за собой, предлагая небывалое блаженство. Уши четко слышали и глубокое мерное дыхание, заставляющее вздыматься и опадать ребра под гладкой шкурой, и сочное, влажное сердцебиение, с мерным тук-тук разгоняющее горячую солоноватую кровь. Эти звуки являлись для меня первостепенными, хотя где-то на периферии сознания я, конечно, слышала мягкий топот широких копыт и сухое трение шкуры об ветки, издаваемое на ходу, шум леса и сопение Джейка, но это сейчас не имело ни малейшего значения.
Рот наполнился слюной, жажда саднила горло, а то, с помощью чего можно было избавиться от этого ощущения, неторопливо вышагивало всего только через овраг. В нетерпении я переступила ногами, готовясь к броску. Снег чуть слышно скрипнул. Джейк посмотрел на меня с неодобрением. Один из лосей остановился и, прядая ушами, посмотрел в нашу сторону. Учуять неладное он не мог, ветер дул на нас. Услышать? Да, но маловероятно.
Чтобы не затягивать процесс, я сорвалась с места, и, промчавшись через густой подлесок на дне ложбины, выскочила на склон.
Лоси уходили быстрым, неожиданно изящным для таких с виду непропорциональных животных галопом. Длинные ноги мелькали, отталкиваясь от земли, широкие копыта позволяли им не вязнуть в снегу. Я догнала их быстро. Куда им соревноваться со мной в скорости. Обошла их чуть сбоку, для более удобного прыжка. Оттолкнувшись от земли, ласточкой пролетела по воздуху и, обхватив самого крупного самца за шею, на ходу полоснула зубами по волосистой шкуре пониже уха. Лось сделал еще несколько прыжков, не осознавая, что жизнь из его сонной артерии уже переходит в меня, прежде чем его ноги не смогли в очередной раз оттолкнуться от земли, и он с размаху рухнул на снег. Я, не в силах оторваться, тянула в себя чудесную горячую влагу, а моя жертва, которую я прижала к земле, чтобы свести к минимуму сотрясения, слабо дергала ногами в тщетных попытках освободиться. Это было последнее, что я успела зафиксировать. Глаза мои заволокло красной дымкой. Необыкновенное блаженство разлилось по телу, выключая все органы чувств, кроме вкусовых рецепторов. Больше я ничего не видела и не слышала. Весь мир сжался до восхитительного вкуса, наполняющего мой рот.
Постепенно сильный в начале фонтан иссяк, и я, вытягивая с трудом последние капли, начала приходить в себя. Из красноватого редеющего тумана проявилась рыжая шкура, бессильно откинутая голова с крупными тяжелыми рогами, вытянутые в последнем усилии длинные ноги, синеватый, в тени невысоких деревцев, снег, огромный волк, с невозмутимым видом сидящий всего в паре шагов от меня.
Все ясно. Джейкоб не стал охотиться. Самого крупного лося сегодня действительно завалила я. Смущено улыбнувшись, я поднялась на ноги. Джейкоб не особенно одобрял мой способ альтернативного питания, хотя вслух в этом никогда бы не признался.
Я чувствовала необыкновенный прилив сил. Хотелось бегать, прыгать, смеяться. И хотелось ещё крови. Я чувствовала себя как наркоман, получивший очередную дозу отравляющего зелья.
Нет, на сегодня хватит. Может быть, через месяц. Нельзя же наесться на месяц вперед.
Мы шли к дому не спеша. Когда до него осталось совсем немного, Джейкоб встал поперек дороги, прося остановиться. Я послушно замерла. Он ускакал в направлении небольшой впадинки неподалеку, а когда выскочил обратно, уже был человеком. Кроссовки на босых ногах, истертые джинсы, незастегнутая куртка, и под ней ничего. Такой вид кого угодно сведет с ума. Дождавшись, когда он окажется в досягаемой близости шагнула к нему, и, обняв, притянула к себе. Он нисколько не сопротивлялся такому проявлению чувств. Обнял меня в ответ, усмехнулся, блеснув глазами:
- Ого! Как ты в меня вцепилась! Ты точно наелась? Не хотелось бы мне попасть к тебе на обед.
- Считай, что уже попался. – В ответ на дерзкие речи я слегка куснула его за шею, чуть повыше выпирающей ключицы.
- Думаешь, ты со мной справишься? – Медвежьи лапищи стиснули меня. Я с трудом отстранилась, сколько позволяла шея, откинула голову назад и заглянула в лицо нависшее надо мной. Демонстративно прикусила свою нижнюю губу зубами и позволила ей не спеша выскользнуть обратно. Эффект оказался предсказуем. Судорожно втянув воздух, Джейкоб наклонился ко мне, целуя. Я в ответ сначала расслабилась, а потом, когда он уже не ждал никакого подвоха, легонько куснула его за нижнюю губу, показывая, кто в этом соревновании остался победителем.
Ослабшие было объятия снова стали на секунду крепкими, он тихонько рассмеялся, признавая, что проиграл.
- Вижу. Справишься. Куда мне до тебя.
- Даже не пытайся мне противиться. – Я взъерошила черные волосы на затылке.
- И мысли такой не допускаю. – Глядя на меня чересчур честными глазами, он снова наклонился ко мне.
Все перестало существовать вокруг. Исчезла снежная равнина, полуостров Аляска, Америка и, наверно, даже планета Земля. У нас с Джейкобом была своя планета, свой мир, где кроме меня и его ничего не было.
Поэтому я не сразу пришла в себя, когда услышала голос, которому было нечего делать на планете, принадлежавшей нам двоим.
- Что это у нас тут? Приступ зоофилии? - пропел насмешливый чистый голос, растягивая слова.
Я задохнулась от того, что меня так грубо выдернули из чудесного мира, в котором я только что пребывала. Уткнувшись в твердое плечо лбом, прятала лицо на груди у Джейка и медленно втягивала в себя воздух, стараясь успокоиться. Джейкоб прижимал меня к себе, разглядывая что-то за моей спиной, и только по внезапно напрягшимся мышцам можно было догадаться, о его состоянии.
- А ты предпочел бы приступ некрофилии? - В хрипловатом голосе проскользнуло недовольство, которое не удалось скрыть.
- Не отгадал, - хмыкнул где-то сзади Науэль. – Хотя чему тут удивляться? Если вся жизнь построена на инстинктах…
- И сейчас мои инстинкты требуют оторвать кому-нибудь его тупую башку. - Говоря это, Джейкоб с места не двинулся. Так, отбрехивался больше для вида.
- У тебя склонность к суициду? Кроме тебя, здесь тупых не вижу.
- Иди уже… куда шел, - процедил Джейк, начиная потихоньку закипать.
- В такую даль? Без компаса? Заблужусь. Может, проводишь? - Науэль явно нарывался на скандал.
- Тебе дорогу показать? – сказал неожиданно чистым голосом волк и, выпустив меня, из кольца своих рук шагнул, куда-то за мою спину.
Я моментально развернулась и успела вклиниться между двумя обозленными парнями. Это скоро начнет входить в привычку. Вчера Науэль с Диланом, сегодня Науэль с Джейкобом. Кто там у нас на очереди?
- Только попробуйте, - прошипела я, - я ни одного из вас видеть больше не захочу.
Они замерли, буравя друг друга ненавидящими взглядами, смотря сквозь меня, как будто я была чем-то вроде стекла. С одной стороны, вроде преграда, с другой – при случае можно и обойти. Воздух, казалось, потрескивал от грозовых разрядов.
- Тебе лучше уйти, – повернулась я к Науэлю.
Он не обратил на мои слова внимания, пристально изучая Джейкоба.
- Только после вас. - Все так же не отрывая напряженного взгляда.
- Пойдем. - Я потянула Джейкоба за горячую руку. От этого простого прикосновения он как от гипноза очнулся. Посмотрел на меня, кисленько улыбнулся, с трудом растянув губы в напряженной улыбке. Если он, таким образом, хотел меня успокоить, то достиг прямо противоположного эффекта, я всегда знала, что он охотник за вампирами, но никогда не видела его за этим занятием, а тут вдруг ясно представила, как это может происходить. Наверно, с таким вот выражением темных глаз он и разделывался с «пиявками». И Науэль, в его представлении, тоже враг. Он и его может разорвать на части.
Я содрогнулась от этой мысли, по коже прошла дрожь, приподнимая и ставя дыбом микроскопические волоски. Кто бы мог подумать, что я так буду переживать из-за этого мерзавца?
- Будут мне ещё всякие паразиты указывать, что делать и куда идти, – ворчал Джейкоб, в то время как я тащила его за руку к дому.
Как это ни комично звучит, в компании вампиров ему будет легче успокоиться. Какая уж тут романтика? Все выходные коту под хвост.
В небольшой уютной гостиной деналийского клана находилось одиннадцать вампиров. Все они посмотрели на нас, когда мы зашли. Одиннадцать пар ярко-желтых глаз. Перед такой аудиторией смутился бы кто угодно. Но я здесь никого не стеснялась, они все были мне родными. И даже тихая Уйлин, несмотря на то, что я знала ее меньше суток, не казалась мне чужой. Вот бы мне такую самоуверенность в школе. В присутствии людей я практически становлюсь другим существом. Откуда-то накатывает неловкость, и я в смущении становлюсь этакой пародией на себя настоящую.
- Что это с вами? За вами гналось стадо оленей? – прогудел Эммет с дивана, где сидел, уютно устроившись между двумя белокурыми красавицами: с одной стороны - Розали, с другой - Таня.
Вид у нас и на самом деле был взвинченный.
- Скорее, бешеная пиявка путалась под ногами, – буркнул Джейк себе под нос. Я слегка надавила ему на руку, не хотелось, что бы Уйлин обиделась, на такие речи об ее «мальчике».
- Зачем ты ей нужен? Вряд ли собачья кровь вызовет у кого-то восторг.
- Так я что, расстроиться должен по этому поводу? - Джейкоб и правда приходил в себя, и его ленивая перебранка с Эмметом лишний раз это подтверждала. Такие стычки у них постоянно, и не несут никакого оскорбительного подтекста ни с одной из сторон. Это скорее способ дружеского общения.
- А по какому поводу ты расстроен? – Джаспер повернулся от шахматной доски, где разыгрывал партию с Елизаром. Кейт давала ему советы, в то время как Кармен помогала Елизару. От чудесных способностей золотоволосого вампира настроение скрыть невозможно.
- Денек не задался, - ушел от прямого ответа Джейк.
- Зато завтра день будет удачным. – Элис сидела на маленьком диванчике рядом с Уйлин, слегка недовольная тем, что ни в одну команду по шахматам ее не взяли из-за манеры играть больше в абстракции. Я своими глазами видела, как она укладывала короля на бок, едва сделав первый ход: пешка Е2-Е4. - У нас, по крайней мере, будет удачным, - добавила она, уточняя.
- Это хорошо, - тут же вставил Эммет, и было непонятно, что именно хорошо, предстоящий день или прошедший.
- Тебе завтра не повезет, – тут же «обрадовала» его Элис, - я искупаю тебя в снегу.
- Ага. Твои гадания не всегда сбываются. Теперь я знаю, чем завтра заняться, - хмыкнул Эммет в ответ.
- Я тоже знаю. – Элис, конечно видела, что задумал здоровяк, и явно уже просчитала изменения в своем плане.
Я скользнула на кухню. Мы-то все сытые, а Джейкоб явно не откажется перекусить. Обычно у нас готовит Эсми, но сегодня ее с нами не было.
Кухня и примыкавшая к ней столовая в этом доме были совсем не такие, как у Каленнов. Вроде и посуда есть, и плита, и даже холодильник, а чего-то не хватает. Может, ощущения обжитости. В холодильнике нет вещей, которые всегда отыщутся в любом доме, где готовят и употребляют пищу. Где почти пустые баночки с майонезом и горчицей? Где заветренный кусок сыра, который еще не успели выкинуть? Где, в конце концов, кастрюлька с остатками ужина? Ничего этого нет и в помине! На очень чистых полках набор продуктов, к которым явно никто ещё не прикасался: как принесли из магазина, так тут все и лежит. Правда, все свежее. Видно, порядок в этом доме наводится регулярно. И так же регулярно заменяется и выкидывается все с истекшем сроком годности.
Быстро нашлась сковородка. Отбивные зафырчали, разбрызгивая вокруг горячее масло. Я к этому времени уже быстро чистила картофель. Картофельное пюре я готовить умею и мясо на сковороду положить тоже могу, хотя до Эсми с ее шедеврами мне конечно далеко.
- Я так и знал, что вы никого не выследите. Ну не смогли справиться с оленем, я уж не говорю про медведя, так хоть мышей наловили бы. - Эммет с дивана прокомментировал мои действия на кухне.
- А ты сам-то завалил мышку? - лениво протянул Джейк.
- Скорее мишку, - без обычного энтузиазма протянул Эммет.
- Что так кисло? - поинтересовался волк.
- Начало зимы. Они толстые и ленивые, хотят спать. Никакого удовольствия от борьбы.
- Никак не можешь преодолеть свой комплекс боязни косолапых? - История Эммета, как и всех остальных, давно была известна Джейку.
- Точно, - хохотнул здоровяк.- Но кто из нас без комплексов? Вот у тебя, например, комплекс влюбляться в девушек, за которых Эдвард хочет тебе открутить голову. А у Эдварда комплекс помешать тебе, наконец, стать полноценным мужчиной. Он все время начеку. И я тебе не завидую. Обойти его довольно сложно.
- Заткнись, – прошипела Бэлла.
- А у Бэллы комплекс жалеть Джейкоба, но при этом делать все, чтобы его было за что пожалеть.
- Хватит, - прорычал Эдвард. Но Эммет только захихикал в ответ.
- Ладно, ладно не хотите играть в психотерапевта и не надо. А ужин все равно еще не готов. Так что можешь не спешить. Посиди с нами, поболтай о том, о сём.
- Как-нибудь в другой раз. – Голос волка уже с порога кухни. - Надеюсь, что не раньше чем через сто лет, – добавил он себе под нос.
Хорошо, что Эммет в гостиной, а я под предлогом приготовления ужина на кухне, а то и меня бы сейчас в стороне не оставили.
- Салат будешь? – Джейкоб мыл зелень для салата и резал овощи так, как будто это было для него самое обычное занятие, и он занимался этим каждый день.
- Нет, я не голодна. - Как он мог забыть? Теперь два-три дня я буду в эйфории небывалого прилива сил и полной сытости.
- Потом у меня не проси поделиться. Не дам даже попробовать, - с улыбкой глянул он на меня, намекая на мою привычку время от времени вытаскивать из его тарелки понравившиеся куски.
- Что, позволишь мне умереть с голода?
- Угу.
- И тебе не будет потом стыдно?
- Дай-ка подумать. – Он посмотрел куда-то вверх, показывая, что взвешивает все «за» и «против». - Нет, не будет, – с радостной улыбкой, наконец, объявил он.
- Я всегда подозревала в тебе отсутствие совести, - обвиняющим тоном протянула я, выкладывая на тарелку мясо.
- Поэтому я и могу так себя вести, - промурлыкал он мне в ухо, обнимая сзади. И когда только успел подойти? Это было так по-обычному просто и правильно, как будто происходило тысячи раз, как будто мы прожили вместе двадцать лет, готовя каждый вечер ужин. Я стояла не в силах двинуться. В одной руке тарелка, в другой - лопатка, со сковороды, продолжавшей стоять на огне, поднимается дымок гари.
- Ой, а у вас что-то горит! - раздался голос из гостиной. Как я могла обо всем забыть?
Быстро выключила газ, добавила скорости у вытяжки, вывернулась из горячих рук и открыла окно.
- Я всегда говорил, что девушек нельзя отвлекать. Две мысли одновременно не помещаются в их красивых головках. Сидел бы здесь, не пришлось бы теперь есть горелки. - Эммет, игнорируя шипение женской половины вампиров в гостиной, обращался к Джейку.
- Ничего, съем то, что ещё не успело сгореть. Иногда можно и ограничить себя в еде. Стройнее буду, - с веселой улыбкой шепнул Джейкоб, разглядывая мое обескураженное выражение лица.
Если он думал, что в гостиной не услышат его слова, которыми он меня успокаивал, то он ошибался.
- Если дело дойдет до свадьбы, то в семейной жизни ты будешь строен как кипарис, пока не погибнешь от истощения, - тут же прокомментировал Эммет.
- Может, уже оставишь их в покое. - Даже Кейт устала слушать, как одни ее гости издеваются над другими.
- Да я же просто предостеречь его хочу. Из лучших побуждений так сказать… А то вот так необдуманно женятся, а потом выясняется, что все, на что способна девушка с помощью сковородки, это поставить синяк на лбу. А если сильно рассердится, то и в реанимацию может отправить. - Послышалась приглушенная возня, у кого-то все-таки не выдержали нервы. - Не верите мне, спросите у Карлайла. У него уже были в практике случаи, когда жена охаживала вернувшегося поздно домой мужа сковородой. Так что, Джейк, с прогулками по ночам придется завязывать.
Договаривал Эммет сквозь приглушенные хихиканья и звуки потасовки.
- Он все время такой? - раздался невозмутимый голос Елизара.
- Иногда ещё хуже, – ответил такой же спокойный голос Элис.
- Вы что, Джейкоба на кухне поджариваете? - Ленивый голос от порога. Вот и ещё один явился. Сейчас все начнется с новой силой. Что бы это Науэлю не погулять ещё немного, пока мы не ляжем спать, например.
- Ренесми показывает, какая она хорошая хозяйка, и готовит волку ужин, - все ещё сквозь звуки борьбы пояснил Эммет.
- А вы не сказали ей, что с помощью цианистого калия этого же эффекта можно добиться гораздо быстрее. Ренесми, милая, не стесняйся, если что, я помогу тебе спрятать тело.
- Не надейся. От меня так просто не избавиться, - рыкнул в ответ Джейкоб, не повышая голоса. Зачем надрываться, если и так все всё слышат.
Найдя пульт от телевизора, он нажал кнопку включения. По экрану замелькала картинка.
- Не прячься за телевизор, мы все равно вас слышим.
Джейкоб прибавил звук.
- Даже теперь. И что за дурацкое шоу? Анекдоты не смешные. Кстати хотите смешной анекдот? Девушка пригласила парня на ужин. Ставит перед ним тарелку, и, опустив глаза, сознается в том, что умеет готовить всего два блюда: жарить котлеты и варить манную кашу. Парень, рассматривая содержимое тарелки, спрашивает: «А это какое из них?»
Из гостиной раздалось сначала смех, потом возмущенный голос Уйлин:
- Науэль! Как тебе не стыдно! Оставь бедную девочку в покое!
- Да что я такого сделал? Я же просто анекдот рассказал. Причем тут Ренесми? – раздался в ответ голос, каким мог бы говорить несправедливо обиженный праведник.
Я смотрела на Джейка, тщетно пытавшегося скрыть рвущийся наружу смех, и такая злость на весь свет закипала во мне, что я и сама немного напугалась. Наверно, я больше все-таки вампир, чем человек. Волк, конечно, сразу же заметил перемену в моем настроении. Когда от него что-то можно было скрыть?
- Т-ш-ш. - Прижал меня к себе, успокаивая. – Если бы я знал заранее, чем все закончится, поел бы волком, вот и все. Ну что ты? Эммет просто по жизни такой, а мелкий кровосос нам элементарно завидует, - чуть слышно, даже для меня, шептал он мне в самое ухо. - Давай просто посидим, посмотрим телек. Пусть они там треплются, о чем хотят. Рано или поздно мы им надоедим, и они сами от нас отстанут.
Мы устроились на жестком и неудобном уголке, стоящем в углу у окна. Джейкоб обнял меня, я положила голову ему на плечо. Он был теплым и мягким. И запах, который я от него чувствовала, тоже был такой же мягкий, хотелось вдыхать его снова и снова. Я слышала его тихое сопение и глухой равномерный стук сердца, перекрываемый визгливо противным голосом из телевизора. «И где они только таких артистов подбирают», - лениво подумала я, проваливаясь в сладкую дрему. День выдался таким длинным. Я только на минутку прикрою глаза…