POV of Robert
Наступил новый день. Мне даже не надо смотреть в ежедневник, чтоб узнать, какой у меня на сегодня план. Ибо мне позвонят несколько раз и постучаться в дверь, когда наступит время идти. Всё давно расписано, всё давно рассчитано.
Едем на интервью очередному телевидению. И я знаю, что сейчас все люди будут разглядывать меня, обращая внимания лишь на то, как у меня сегодня уложены волосы, во что я одет и какие вредные привычки имею. Я бы сейчас с удовольствием остался лежать в кровати в своём номере и погрузился бы в Царство Морфея, чем вновь светить своей мордой в очередном бессмысленном шоу. Но, увы,… это часть моей работы. Надо привыкать Роб.
Сижу перед журналисткой, и вновь слышу одни и те же вопросы. И снова сумеречная сага, и снова Стюарт… Слова пролетают мимо меня, одно за другим. Я никогда не понимал всех этих представителей СМИ, которые каждое интервью подводят к вопросу о моей личной жизни, как будто кино ничего не значит. Они готовы обсуждать мои походы по клубам и отношения с Крис намного больше, чем мою роль в новом фильме или об актёрстве в целом. Как же это печально. Хотя, бессмысленно на это жаловаться, всё было итак ожидаемо. Телеведущая, молодая, симпатичная блондинка с глянцевыми губами, с глубоким вырезом на кофте и в короткой юбке, вызывающе сложила свои длинные ноги и носиком своей туфли задевает мои икры. Я делаю вид, что ничего не замечаю. Но, я знаю, в её глазах я, как и для многих, всего лишь интересная игрушка, к которой она хочет записаться в друзья, и желает стать хорошей подругой. После интервью она будет говорить всем, что разгадала самого Роберта Пэттинсона. И что для этого ей хватило задать всего несколько вопросов о моей личной жизни. И почему каждый из них уверен в том, что знает меня наверняка? Чушь. Я словно Кен, за внимание, которого сражаются многочисленные барби. Смешно? Да. До слёз.
На автомате отвечаю на её вопросы, не видя в них ничего оригинального. Мне даже не хочется ничего обсуждать с ними. Смысл? Меня всё равно не поймут. Я всё равно буду не услышан. Кому это надо, чтоб я говорил о кино, искусстве и театре? Ведь их интересует совершенно другое. Все фанаты, находящиеся в студии, кричат и аплодируют каждому моему ответу. Думаете, они меня любят? Нет, скорее это массовое сумасшествие, а я просто стал его эпицентром. Я говорю им то, что они хотят услышать. Ибо то, что у меня на душе никого не интересует, да и откровенничать я с ними не собираюсь. Нет, я не лгу в интервью. Просто люди сами желают обмануться, придумывая в своём воображении своё видение моего ответа на тот или иной вопрос.
Иногда мне кажется, что вокруг меня собралось бездушное стада людей, которые будут наслаждаться прекрасным видом эксклюзивной статуэтки, на подмостках иллюзорно созданного олимпа. И никому из них невдомёк чувствовать и быть искренним. Циник? Нет, просто слишком много доказательств искусственности, нежели натуральности.
Все уверены, что звездой быть очень круто. Ведь перед тобой все бегают на задних лапах и исполняют любой твой каприз. Слепое представление.
Дааа, я объездил почти весь мир, но так и толком них*я не видел. Потому что каждая моя остановка в определённом городе заканчивалась лишь маршрутом аэропорт-отель-презентация-вечеринка, или же аэропорт-отель-съёмки-снова отель. Пи*дец, очень мило, не так ли? Финальные фразы журналистки, я улыбаюсь всем зрителям своей коронной улыбкой, оператор отводит камеру, осветители гасят свет и я свободен. Шоу закончилось и теперь можно расслабиться, вздохнув полной грудью. Но, я знаю, что это ещё не всё и меня сразу же никто не отпустит. Последние вопросы вне камеры, ничем не отличающиеся от тех, что были во время шоу, сфотографироваться со всеми на память, прощальные поцелуи в щечку и пожимания ладоней – неизбежно.
Выхожу на улицу и надеваю на глаза чёрные очки RayBan, ожидая очередной яркой вспышки фотокамеры. Меня окружают люди, чтоб я мог в целости и сохранности добраться до машины. Хм, теперь и это для меня проблема.
Несколько натянутых улыбок в объектив на прощание и я уже в машине. Откидываюсь на спинку, чувствую, как кожа сиденья проминается подо мной. Закрываю глаза, не желая видеть, что творится за окном. Хочу спокойствия, хочу свободы.
Захожу в номер и с громким хлопком открываю бутылку «Jack Daniels», чтобы отметить окончание очередного дня. Включаю музыкальный центр и наслаждаюсь звуками музыки Ванна Моррисона. Это обстановка нагоняет на меня чувство меланхолии, в котором я в последнее время всё чаще пребываю.
Х*ево быть звездой, когда все вокруг сияют намного ярче, ведь они по-настоящему счастливы и не одиноки.
Х*ево быть звездой, когда все вокруг видят лишь покрытую лоском и глянцем передвижную статую.
Я настоящий, но ощущаю себя, как эфемерная тень.