Вздрогнув, Марго проснулась. Какое счастье, что кошмар закончился. Кончики пальцев касаются теплой кожи. Не удержавшись, Марго проводит рукой по изгибу любимого бедра. Пустое место - теперь только сон. Кошмар.
 Тейлор спал спокойно. Мерное дыхание приподнимало одеяло. Кроме этого, Лотнер подобен компактному обогревателю в домашних условиях. Правда, в отличии от железки, у Тея нет выключателя.
" Хорошо с ним зимой" - сонно подумала Марго, обнимая любимого одной рукой. - "Тепло, защищено".
Тейлор всхрапнул, скидывая руку. Обогреватель имел ужасную привычку быстро перегреваться от чужих проникновений ночью. При этом не стеснялся ближе к утру закинуть по- хозяйски ногу на бедра, или сгрести в охапку, как плюшевого мишку.
Но все это мелочи. Те непередаваемо приятные минусики, которые в сочетании дают плюс. Марго любила чувствовать себя плюшевым мишкой, иногда даже задумывалась, что ничего не имеет против хозяйских замашек будущего мужа.
Свадьба.
Вот что заставило Марго ёрзать полночи, а затем провалиться в беспокойный сон. Где кровать пуста. Идеально застеленная, она ярко видна в свете оранжевого фонаря, пробивающегося из-за штор. Марго одиноко смотрит на неё с чувством, что жизнь закончена. Остается разве что умереть. Сновидение кажется бесконечным. Длится, тянется, как ленточный червь. С каждой секундой становится только гаже, тело тяжелеет, словно Марго - мраморная колонна в пару тон весом. Во сне крик душит, застревая в горле. Марго зовет, зовет того единственного, кто может помочь. Тейлора. Но его нет...
Как хорошо, что сны не сбываются.
- Ты не спишь? Кошмар?
   И вот опять. Тейлор спас, разогнав своим голосом вьющийся над головой страх. Отпугнул, лучше ловца снов.
Марго потянулась, чтобы поцеловать Тея, дабы закрепить эффект. Лотнер не имел ничего против сонного поцелуя.
- Уже нет, - сказала Марго. - Ты все кошмары распугал.
- Своим зловонным дыханием, надо полагать?
- Именно так.
Тей снова поцеловал невесту, но уже нежно, в кончик носа.
- Твоя кровать не будет пуста, пока я жив.
- Твоя тоже, любимый.
Марго обожала ночные разговоры с Теем. Полутени гуляли по лицу, словно непрошеные свидетели, украшая молодого мужчину. Редкая машина выхватывала профиль ярким, холодным светом. В секунды Марго запоминала выражения лица Тейлора. От злых, до забавных. От дерзких, до страстных. Это позволяло ей убеждаться, что Тейлор тут, рядом. Никуда не убежит, не уедет, не бросит.
Тейлор приподнялся, подпирев голову рукой.
- Ты, наверное, думаешь, как сюрреалистично выглядит сам Тейлор Лотнер в обычной Московской квартире?
- Как ты угадал? - Притворно удивилась Марго.
- Я читаю мысли, ты не знала?
- Оу, мужчина, я кажется не за того замуж выхожу. Мой будущий муж не играл роль читающего мысли...
- О боги, женщина, кто ты? Где Кристен?
При этом Тейлор натянул одеяло до шеи, изображая испуганную невинность. Марго тихо засмеялась. Затем притянула Тейлора за руку, целуя то в нос, то в лоб. До губ девушка добиралась всегда в последнюю очередь.
- Женщина, нам пора менять эти ролевые игры... -Пробурчал Тейлор, но как-то неуверено, глумливо. Тейлору нравилось порой позволять Марго некие "девичьи странности". Это видно по довольной, чеширской улыбке во все его тридцать два отбеленных зуба, которые Тейлор не всегда вспоминал чистить.
- Обязательно, как только заселимся в новый, чистый дом. Как ты там говорил? Белые обои, черные шторы?
- Именно так! Имей в виду, я настаиваю на таком дизайне нашей спальни.
- Ты извращенец, любимый. - Нежно произнесла Марго, устраиваясь в объятьях Тейлора.
- Не больше тебя, родная. Я- то уж точно не буду скучать по этому ужасному оранжевому монстру.
- Не обижай Федю. - Встала на защиту фонаря Марго. - Вот воспользуюсь положением и заберу его с собой. Так сказать, сувенир с родины.
Тейлор умилялся детской привычке Марго давать имена особо любимым предметам. Ванна у нее была странной " Глашей", а компьютер грозным " Максиком". Других имен, увы, память не сохранила.
- Как скажешь, спи.
 Тейлор поцеловал засыпающую Марго в волосы, наблюдая как дыхание любимой выравнивается. Лицо разгладилось, приобретя выражение трогательной детской обиды. Пухленькие губки выпятились, брови разгладились вместе со складочками на переносице.
Лотнер ощущал себя влюбленным идиотом. Только они разглядывали любимых во сне, получая от созерцания удовольствие.
- Совсем не плохо быть влюбленным в тебя. - Шепнул Тей спящей на его руках девушке. Подождав еще немного, Тей высвободился, ложась как можно ближе к невесте. Будущее рисовало самые яркие и счастливые картины. Тейлор знал, что именно так и будет.

***
- О, ты реален! - Воскликнула Ольга утром. В сотый, а может тысячный раз. Тейлор сонно улыбнулся, махнув девушке рукой.
- Как грипп или простуда. Что на завтрак?
Марго готовила для жениха отдельно, но Тей всегда спрашивал. Это стало частью утреннего ритуала, который семейство из четырех человек соблюдало свято.
- Как обычно - стероидная дрянь для накаченных качков. Ням,ням. - Сказала Ольга выкладывая на свою тарелку яичницу.
- Не хочешь попробовать?
- Изыди, демон. - При этом Ольга перекрестила Тея.
В последние полтора года Ольга подтянула свой англо-американский. Говорила с жутким акцентом, но вполне внятно. К тому же Тейлор охотно с ней болтал, порой не один час кряду. Очень любил задавать подковыристые, непонятные вопросы, в которых даже Марго путалась. Но Оля молодец, умудрялась понимать общую тему, отвечая очень размыто, но с жаром.
Обычное утро. Такое же, как десяток других, когда Тейлор оставался в семье Варенкиных. Бывало это редко, но запоминающееся. Конечно, не обходилось без эксцессов. Как- то раз один журналист ночевал в ветвях каштана около дома Марго. Потом в интернете появлялись очень милые фотографии Тейлора в потянутых шортах с заспанной миной. Порой под окном собирались фанаты, пели песни, кидали камни. Через два месяца пришлось сменить окна на более прочные. На асфальте перед балконом не осталось живого места от краски. Писали разное: угрозы, признания, какие-то слова... В начале это сильно раздражало Марго. Но затем она привыкла, понимая, что иметь в мужьях одного из популярнейших актеров - сложная работа.
Утро выдалось совершенно обыкновенным, за исключением того, что оно было последним. Ночным рейсом Марго и Тейлор вылетали в Лос- Анджелес, где Марго планировала прожить всю оставшуюся жизнь.
- Оль, ну хоть в последний день, помилуй мои нервы.
Марго вошла на кухню, широко зевая. Запах пригорелой яичницы разбудил получше холодного душа.
- Ну уж нет, сестренка. Я хочу запомнится на долгие годы как самая ужасная сестра в мире!
- Тогда поздравляю - получилось.
Марго наклонилась, целуя Тейлора. Парень охотно ответил на поцелуй, но идилия прервалась мощной отрыжкой Ольги.
- Ой, извините. Как говорил Шрек: " Лучше наружу, чем внутрь"
Марго закатила глаза.
- Хоть бы чужого мужчину помиловала от своих выкрутасов.
- Как это чужого! - Воскликнула Ольга. - Мы с ним породнимся вскоре! Его дети будут в своей крови носить частички моих генов. Так что, считай, я делаю Тейлору большой подарок, демонстрируя чем, возможно, будут отличаться его дети от других.
Лотнер едва не подавился от таких слов. Когда ему удалось проглотить, Тей засмеялся так громко, что спугнул птиц за окном. Сиди там журналисты, они бы тоже, наверное, свалились с ветвей, как спелые плоды.
- Вот видишь? - Ликующе сказала сестра. - Тейлор оценил мои действия.
Наглости Ольге не занимать. Бойкая девушка, постепенно превращавшаяся в красивую женщину, отличалась ярким неординарным характером. Тейлор как-то посоветовал Ольге присмотреться к профессии журналиста. Теперь Оля просто горела этой идеей.
- А что? - Говорила Ольга. - Тейлору виднее, он столько журналистов на своем веку перевидал, что может отличить талант от гнилушки.
Марго грозно смерила Тейлора взглядом, стараясь вложить в него все отрицательные эмоции, какие имела. В отличие от жениха, девушка прекрасно знала, чем может обернуться для Тея такая профессия.
- А где Коля? - Тейлор перевел тему на более нейтральную, чувствуя, что сестры могут вцепиться друг в друга не на жизнь, а на смерть.
Ольга мигом проглотила наживку.
- Ой, Колька в институте застрял. Вот что значит откладывать сессию до последней секунды. Самец похотливый.
Пришлось снова стучать Тею по спине, надеясь, что Марго не останется вдовой еще до брака.
- Ну как, перевел тему? - Язвительно шепнула Марго. Парень виновато улыбнулся.
Но уже по окончанию завтрака, моя посуду, Марго ощутила неприятную тяжесть. С каждым часом приближалось путешествие на самолете. К обычной аэрофобии премешивалось ужасное чувство нереальности происходящего. Девушке просто не верилось, что вскоре она навсегда покинет родной город, где пережила лучшие и худшие годы своей жизни.

- Ты готова? - Тейлор перекинул через плечо легкую спортивную сумку. Обычно Тей летал на легке, чтобы, если что, было проще бежать.
- Да, кажется.
Марго села на чемодан. Взгляд тоскливо оглядывал родные стены. В горле застрял ком.
- Ну, коробки я тебе вышлю через месяц. Придут как раз вовремя. Будет чем обставить новое желище. А еще не забудь, мы с Колей приезжаем 3 июня. Нас бы встретить в аэропорту.
Ольга накручивала на палец прядь волос. Сестра категорически отказалась провожать молодых в аэропорт. Но по странным стечениям обстоятельств подвезти ребят вызвались родители Марго.
- Да, конечно. - Рассеяно ответила Марго.
- Эй, ты чего? - Ольга присела рядом с сестрой, обнимая ту за колени. - Не грусти, мы же расстаемся не навсегда.
И тут Марго прорвало. Комок в горле перекрыл дыхание, из глаз брызнули слезы. Крепко обняв сестру девушка всхлипывала, что-то причитая. Оля только гладила её по длинным волосам, успокаивая как ребенка. При этом внимательно смотря на Тейлора, чтобы он не дай бог не влез.
Марго плакала, прощаясь с привычным, устойчивым миром. До этой секунды девушка не до конца понимала, на что подписывалась. Фантазия говорила о счастливой жизни, но простая, житейская логика уже проанализировала все в плоскости реальности. От количества забот, которые свалятся на Марго после переезда, кружилась голова. Но страшнее всего стал факт, что кроме Тейлора в Америке Марго никого не знает. Словно заново родиться, или восстать из пепла как Феникс. Марго внезапно испугалась этой новой жизни. Да, рядом будет любимый, но не всегда. Однажды у Тейлора закончится отпуск, тогда новый фильм заберет парня на несколько месяцев. После - разъезды с турами, автограффсессии. Марго все это прекрасно знала, но все еще на что-то надеялась.
- Я буду приезжать к тебе так часто, как только ты захочешь, - продолжала уговаривать Марго Ольга. - Выбью из Коли желание работать на пяти работах ради таких поездок!
Марго засмеялась, сквозь слезы представляя бедного Колю в момент, когда Ольга сообщит парню, что теперь он работает только на билеты до Лос- Анджелеса.
- Я очень люблю тебя, Оля.
Сказала Марго уже на русском. Ей почему-то стало стыдно втягивать Тейлора в такое интимное признание между ней и сестрой. Хотелось, чтобы хоть что-то осталось для двоих. Как последнее слово.
- Я тоже тебя люблю. Спасибо тебе за все.
Лотнер словно угадал, что сестрам надо проститься. Кашлянул, начиная по-тихоньку выносить тяжелые чемоданы к лифту.
- Он хороший. - Шепнула Ольга провожая Тея взглядом. - В нем достаточно сил, чтобы позаботиться о тебе.
- Я знаю. Иначе бы не согласилась.
- Тогда чего ты боишься?
Марго стала бояться слишком многого. Одиночества, того, что не справится. Нового места, людей, условий. Того, что не примут или не поймут.
Но Тейлор стоил всех этих переживаний и новшеств. Марго всего на секунду представила свою жизнь вдали от любимого. Жизнь без него - и поняла, что никогда бы не смогла жить по- настоящему.
- Он стоит всех страхов. Он стоит всего мира.
- Тогда ты справишься.
Ольга крепко прижала Марго к себе, стараясь передать ей как можно больше уверенности и любви.
Машина родителей сигналила во второй раз. Сестры крепко обнялись в последний раз, словно закрепляя результат и Марго вышла, не оглядываясь. Ей казалось, что стоит только остановиться и переезд, свадьба, новая жизнь отменится в одночасье.
- Пока, береги себя. - Сказала Ольга закрывающейся двери. Замок щелкнул.

***
  Отец вел машину медленнее обычного. Попутно папа поучал молодёжь, давал полезные указания,. матерясь на светофоры. Правда, Тей ничего не понимал из речи отца, но прилежно кивал, изображая заинтересованность.
Теплые, почти горячие пальцы стискивали холодную ладонь Марго. Порой Тей проводил пальцем, поддерживая, не оборачиваясь. Напоминая, ради чего Марго бросилась в омут. Ради кого готова пройти все круги ада. Обещая любовь, внимание, счастье. Все это в одном простом касании пальца.
А город все удалялся и удалялся. Сердце сжималось в тоске, на глазах наворачивались слезы, но Марго сидела тихо.
Все не напрасно. Все преодолимо. Один мудрец сказал, что с мечтами даются силы на их воплощение. Девушка чувствовала в себе эти силы, но тоска...
Она не знала каким будет новый мир. Новый дом, новая семья, в которую Тейлор введет её как жену. Но Марго всем сердцем желала понравиться. Желала прижиться там, как родная. Доказать, что она именно то, что надо для Тейлора. Да, будет не просто, но она сможет.
- Риточка, ты не хочешь забрать Оленьку с собой? - Мама внезапно подала голос выводя Марго из тяжелых мыслей.
- Что? Забрать?
- Ну да, а мы бы могли сдавать вашу квартиру. Ты бы хоть позаботилась о родителях на старости лет.
Сказала мама с плохо скрываемой завистью. Еще бы. Дочка удачно выходит замуж и скора станет полноправной владелицей целого состояния в виде Тейлора. Для нее Лотнер был всего лишь ходячим мешком с деньгами, а не человеком, имеющим чувства и разум. В который раз Марго порадовалась, что мать не учила языка.
- Тейлор же такой влиятельный человек. Неужели не сможет выбить для Оленьки заграничное гражданство?
- Лариса, ну что ты несешь? - Встал на защиту дочери отец. - Радовалась бы. Свои деньги девать некуда, ты на чужие заришься.
- А ты молчи, гриб бесхребетный. Всю жизнь на тебя пашу. Кормлю, одеваю. Вырастила двух спиногрызок неблагодарных , на старости квартиру матери пожалевших. Того гляди, без куска хлеба на улице бросят.
Марго привыкла к закидонам мамы. Сам факт, что мать выкинула двоих дочерей на самовоспитание, уже говорил о чем-то. Было бы странно, если бы последние часы с родителями прошли как-то иначе.
- Марго, что она говорит? - Тейлору не нравилось, что разговор проходил вне его понимания.
- Мама желает нам счастья, и надеятся, что я рожу тебе только одного ребенка. Это потому, что она патриотка и не хочет прироста чужой стране.
Тейлор улыбнулся, крепче сжав руку Марго. Врать ему Марго не любила, но хотела, чтобы у Тея сложились приятные впечатления от её семьи.
- Ты им скажи, что я пришлю билеты ближе к свадьбе.
Марго перевела, на что мама фыркнула, отвернувшись к окну. Девушка улыбнулась. Несмотря на то, что мама была в своем репертуаре, Марго будет скучать. Раньше мысль о том, что родители рядом, как-то поддерживала. В том, другом мире, их уже не будет. Не будет язвительных и циничных замечаний. Отцовской заботы, перепадов настроения мамы. Только чужие, незнакомцы, принимающие Марго как человека третьего мира. Как личную обезьянку Тейлора.
Но там будет Лотнер, а ради этого...
- Приехали.
Здание аэропорта выпрыгнуло внезапно. Марго посмотрела на него как на злейшего врага. Почему машина ехала так быстро, а дорога была такой короткой?
Перед дверьми аэропорта мама все же всплакнула, прижав дочку к себе. Тейлора она одарила грозным, угрожающим взглядом, от чего парень слегка смутился. Папа обнял, стараясь не давать эмоциям вырваться на ружу.
- Береги себя, дочка. И будь счастлива.
Марго ткнулась носом в старый отцовский свитер, сдерживая подкатившие слезы. Словно снова четырнадцать, словно опять он отвозит вещи на новое место, как было при переезде на их квартиру. С разницей, что Ольга не хныкала, жавшись к ногам.
- Буду, пап.
- Покажи этим Америкашкам, из чего слеплены наши девчонки.
Марго кивнула, отступая на шаг.
Тейлор пожал отцу Марго руку, пообещав, что будет о ней заботиться. Перевод не потребовался. Двое мужчин без него друг друга поняли. И не успела Марго оглянутся, как родители ушли, оставив дочь один на один с новой жизнью.
- Ну, идем?
Тейлор подал Марго локоть, за который девушка крепко ухватилась.
- Идем.