Слово автора:Прежде всего, хочу объяснится, почему же так давно меня не было. Хм, как многие знают, я уезжала еще летом на целых два месяца в командировку. Там у меня совершенно не было времени на то, что бы что-нибудт написать. Когда я приехала, оказалось, что я заболела. Ну, а когда болела ничего путного и не вышло. И вот когда я уже написала все, отдала бете, начались дни ожидания. Да, это так, всеми любимая Джул, пропала. Две недели она не отвечает и я места себе не нахожу. Конечно же, вся вина на мне, что так давно не было главы, но я надеюсь, что не сильно вас расстроила. Я написала сложную главу. Много переходов с грустных на положительные эмоции, но я буду ждать ваших отзывов, какими бы они не были... Ах, да и не забудьте про OST, конечно же вы все его слышали, но не ленитесь ,прослушайте еще разок, это какраз та песня, которая подходит к сегодняшней главе. Ну все, удаляюсь!
Приятного прочтения!
____________________________________________________________________________________

Если спросите меня, как я прожила этот день, то однозначного ответа вы точно не получите!

Все, как бы это комично не казалось, началось с утра.

Утра, как на первый взгляд, обычного. Солнечного и немного грустного. Почему? Не знаю…

Но тем не менее, выдалось это утро на редкость поганое.

Я встала ни свет, ни заря, а точнее сказать, в полшестого утра и направилась в душ.

Ну а поскольку, в силу своего милостивого характера и иногда не самой крепкой памяти, я пощадила Эдварда и не стала устраивать этакий допрос с пристрастием, чем, несомненно, облегчила ему жизнь, я-таки не выяснила, какого лешего мой ассистент не сказал мне о звонке с предупреждением об отключении горячей воды.
И это, надо сказать, подпортило мне мое и так не самое лучшее настроение.

А вообще, я не спала всю ночь и вертелась в кровати, как будто юла, отсюда огромные синяки под глазами и очередной минус в моей графе настроения.

Также я обнаружила, что мой любимый кофе с итальянской обжаркой закончился. Это тоже очень сильно расстроило меня.

Ну, а пробки в Нью-Йорке никто не отменял.

На работу я пришла, а точнее ворвалась в двери, при этом столкнувшись с каким-то уродом, злая и сердитая, словно черт.

Полдня я проорала почти на всех своих сотрудников, уволила парочку, ну и, конечно же, на этот раз не забыла про своего ассистента.

В общем, сегодня я вела себя ужасно.

Когда я сидела в своем кабинете и подписывала некоторые чрезвычайно важные документы, ко мне ворвался какой-то мальчишка, скорее всего курьер, и, запинаясь и заикаясь, поведал мне о каком-то происшествии на третьем этаже.

Я быстренько встала и (на своих-то восьмисантиметровых каблуках!) помчалась, так сказать, к месту преступления.

Уже через несколько минут я могла лицезреть «чудесную» картину.

Джон Смит бегал от Джессики Стенли, которая, в свою очередь, выкрикивала совсем не ласковые слова. Остальной народ наблюдающий, как и я, за этим хлопали и выкрикивали что-то вроде «Джон беги» или «Давай Стенли, надери задницу этому козлу».

Но никто из этих клоунов даже не заметил меня и я, воспользовавшись ситуацией, закричала:

- Стоять, карусель!

От неожиданности на одну секунду воцарилось молчание.

Джессика споткнулась обо что-то и упала на Джона.

Ауч! А это, должно быть больно.

Про себя я смеялась до слез, но виду не подала и оставила строгое выражение на лице.

Все внимание было обращено на меня, только лишь Стенли со Смитом судорожно пытались поправить свою измятую и весьма потрепанную одежду.

Я обратилась непосредственно к ним.

- Итак, Том и Джерри, по какому поводу аттракцион? - спросила я со стальными нотками в голосе, что не предвещало для них ничего хорошего.

Среди толпы наблюдающих кто-то хихикнул.

Я стрельнула взглядом в ту кучку идиотов, дабы они заткнулись.

Я перевела взгляд обратно и подняла брови вопросительно, ожидая объяснений и будущей расправы.

- Мисс Свон, нет ничего такого, о чем Вы могли бы беспокоиться, - сахарным тоном ответила Джессика.

По моему грозному и сердитому тону, она поняла, что я с ней не согласна.

- В кабинет, - проговорила я сквозь сжатые зубы.

Развернувшись, я пошла в свой кабинет, за мной тихо плелись эти клоуны. Они знали, что мой тон не сулит им ничего хорошего.

Я села за свой рабочий стол и переждала небольшую паузу. Для пущего эффекта, так сказать.

- Я готова слушать, - все тем же ледяным тоном сказала я.

Они молча сели в кресло и молча отпустили глаза.

Первой заговорила Джессика Стенли.

- Не случилось ничего ужасного. Просто, мы немного не сошлись во мнениях, и… - она посмотрела на Джона и зло проговорила, - мне надоели его глупые и непристойные шуточки. Это даже не шутки, а сплошное хамство! – на последнем слове, она взвизгнула.

- Джон, твоя версия? - спросила я и не заметила, что забыла добавить ледяной тон к этому предложению.

- Мы просто не сошлись во мнениях, - ответил он и густо покраснел.

Ох, ну конечно! Да тут любовь! Точнее, симпатия. Эх, мужчины, как вы примитивны! Словно маленькие мальчики! Не забудьте подергать девочек за косички!

- Все с вами ясно. Мисс Стенли, Вы можете быть свободны, а с Джоном мне нужно поговорить.

Джессика посмотрела на меня, как на умалишенную и вышла из кабинета.

- Ты так недалеко уйдешь, - сказала я.

- Простите?

- Я сказала, что она не маленькая девочка. С ней нужно по-другому.

- Я Вас не понимаю, - сказал он, используя свои на редкость скверные актерские способности.

- У тебя нет в этом опыта, это видно. Подари ей цветы, отведи в ресторан, пригласи в кино. Это же так просто! Незачем доставать ее своими шутками в надежде, что ей понравится. Действуй стандартно, это прокатит, – закончив свою речь, я посмотрела на него.

Хм, я сказала что-то не так?! Почему у него отвисла челюсть?

И тут до меня дошло!

Я только что дала совет своему подчиненному! Причем в ласковой, для меня, форме! Черт бы побрал этот ужасный день!

- Я постараюсь, - ответил Джон, покраснев еще сильнее.

- Можешь идти, - тихо произнесла я, до сих пор не отойдя от шока.

Если вы думаете, что это все мои приключения на сегодня, то вы глубоко ошибаетесь, потому что это, как оказалось, только начало.

- Тебя вызывает мистер Джейкоб, - сказал мне вошедший в мой кабинет Эдвард.

Я аж подпрыгнула от такой наглости.

- Не смей называть меня на «ты»! - взвизгнула я.

Он ухмыльнулся.

Постойте… ЭДВАРД УХМЫЛЬНУЛСЯ???

Вот гад!

- Дорогая, а что у нас сегодня на ужин?

Минуту я приходила в себя от сказанных слов, еще минуту я потратила, чтобы разобраться почему, черт его подери, он называет меня «дорогой» и спрашивает про какой-то ужин.

Когда до меня-таки дошел смысл, а особенно, почему он так сказал, первой моей мыслью было: «Убью гада!» Но потом я осознала, что он… Черт, даже мысленно не хочу произносить это, но он вроде мой «жених». От осознания этого я чуть было не упала со своего стула.

«Главное сохранить спокойствие, Белла!» - твердила я мысленно.

Но какое, к черту, спокойствие, когда передо мной стоит мой «женишок» и спрашивает такие вещи?!

- Твои кишки у нас на ужин! Еще раз спросишь меня об этом и я…

А что, собственно говоря, я ему сделаю? Если теперь, по своей вине, завишу от него…

Парадокс…

Эдвард саркастически поднял брови, понимая, что я ничего ему не сделаю.

- Итак, сейчас ты пойдешь со мной и будешь предельно милым. Запоминай: ты любишь меня и счастлив. Ах да, и мне все равно, что тебе это не нравится.

Один-один, «любимый»!

А сейчас главное правильно сыграть свою роль…

- Мистер Блек? – спросила я, когда зашла в его кабинет.

Он стоял спиной ко мне, смотря на Нью-Йорк сквозь огромное окно.

- Мистер Блек, – повторила я, когда не получила ответа.

- Хватит, - неожиданно крикнул он.

Это было очень неожиданно, так что я подпрыгнула.

Он наконец-таки повернулся ко мне…

Ужас, боль, беспокойство, непонимание, испуг - все это читалось в его глазах.

- Что произошло? - задала я вопрос, который мучил меня.

- Что произошло? Ты спрашиваешь меня, что, черт подери, произошло?! Ты не могла выдумать, что-то поправдоподобнее? Зачем этот цирк с замужеством? Хорошо, пусть так, но… - он остановился и посмотрел на меня такими вымученными глазами, что мне впервые после столь продолжительного перерыва захотелось кого-то пожалеть.

Я тут же одернула себя.

Почему я должна жалеть кого-то? Меня никто и никогда не жалел!

Я смотрела на него с ожиданием, казалось, прошла целая вечность прежде чем он посмотрел в мои глаза и хриплым голосом, таким которого я не слышала у него никогда, произнес:

- Зачем?

Одно слово. Оно иногда может изменить нашу жизнь, иногда может убить и даже воскресить морально.

Но это слово ничего не дало мне. Никаких объяснений состояния Джейкоба.

Он подошел очень-очень близко. Я могла почувствовать его горячее дыхание на своем лице.

- Белла… - прошептал он.

Джейкоб положил свои руки мне на плечи и медленно начал приближать лицо ко мне.

Поначалу я не поняла, что он собирается делать, но когда до меня дошло, я отстранилась.

Он смотрел на меня удивленным взглядом.

- Не делай того, о чем будешь жалеть, - произнесла я самые актуальные слова в данный момент.

На мужественном лице появилась морщинка между бровями и глаза излучали все тот же неподдельный испуг, что был в начале.

- Жалеть? О чем я могу жалеть? Черт, да ты либо слепая, либо дура! Нет-нет, конечно ты не дура, просто притворяешься ей. Только вот зачем? Чем я хуже его? Я богат, знаменит, красив и я хочу положить к твоим ногам весь мир, понимаешь? Я могу, а он нет! Это же абсурдно! На что ты себя обрекаешь? Я вывел тебя из того дерьма, в котором ты… - договорить он не успел, потому что я уже не смогла удержаться.

- О каком дерьме ты говоришь? Не о том ли, что в университете все буквально боготворили меня? (возможно слово «боготворили» нужно взять в кавычки, если имеется в виду совсем противоположное) Или ты о том, что каждый, начиная с подростка и заканчивая мерзкими старикашками в костюмах от Armani, хотел меня? О нет, погоди, ты, наверное, называешь дерьмом то, что я могла бы сейчас работать в любом долбаном издательстве и тогда бы вы никогда не были первыми. Я выжимаю все соки из себя на этой работе, ради этой работы, а потом мне заявляют, что я, мать твою, должна уехать в Канаду, потому что какому-то придурку лень взять ручку в руку и подписать чертово разрешение на визу! Что ты хочешь, Джейкоб?

Я понимала, что переступила черту. Но что все от меня хотят?

Он не торопился с ответом. Его взгляд был сосредоточен на моем лице, как будто он читал очень интересную книгу.

- Я хочу всего лишь ответа на один вопрос: почему именно Эдвард?

Что сегодня за день-то такой? Почему мой мозг живет отдельной жизнью и совершенно не хочет думать?

- Причем тут он, Джейкоб? Не забывайся, мы с тобой не друзья и не пара. Я не обязана докладывать тебе каждый мой шаг в моей личной жизни.

Он вскипел. Глаза почернели, лицо исказила гримаса… боли?

Но я сказала правду и только правду!

- Ты. Можешь. Быть. Свободна, – сказал Джейкоб так, будто ему было сложно говорить эти слова.

На сегодня у меня много дел, надо поторопиться.

Когда я уже выходила из кабинета Джейкоба, до меня донеслось:

- … моей, - но мне могло и показаться. Сегодня возможно все.

Эдвард встретил меня прямо около двери в мой кабинет со счастливым выражением лица.

Я закатила глаза.

- Можешь стереть свое напускное счастье с лица, мы пока не в службе иммиграции.

Как только я произнесла это, его лицо снова приобрело обычное для сегодняшнего дня нахальство.

- Мы идем туда, - сказал Эдвард не вопросительно, а как факт.

- О, пытаешься покорить меня своей нереальной сообразительностью? - сказала я с не скрывающим сарказмом.

- Тебя? Поразить? Да ты меня переоцениваешь! - ответил он в тон мне.

Вот гад!

- О Боже! - произнес Эдвард, когда увидел очередь в иммиграционной службе.

Я даже бровью не повела. Если не считать весьма и весьма неприятного запаха, проблем не было.

- Эй, парень, пропустишь? – спросила я, сахарным голосом применяя свою давно забытую улыбку.

У кого-нибудь возникло сомнение, чтобы этот парень мне не уступил?

- Уау, ты бываешь исключительно милой, когда тебе что-то нужно, - сыронизировал Эдвард.

Я проигнорировала его, хотя это было очень сложно.

- Все, можешь заново становиться пушистым, - сказала я, когда мы почти подошли к одному из окон.

- Для тебя все что угодно, любимая.

Эдвард сказал это так серьезно, что первую секунду я не о том подумала. Но вовремя остановилась.

Нет, сегодня, определенно, самый худший день в году.

- Да по тебе сцена плачет, дорогой ты мой.

Он лишь пожал плечами.

Чернокожий парень посмотрел на меня с укором. Что ж, я вернула ему взгляд.

- Вот, - протянула я нужные бумаги парню.

Он долго читал что-то, потом посмотрел на меня, сощурив глаза.

- Я отведу вас, – сказал парень и как-то странно посмотрел на моего ассистента.

- Может, договоримся? - спросила я своим самым мягким голосом, который уже забыла.

- Я не взяточник, - ответил тот. – А если Вы говорите… о другом… - он немного помедлил и оценивающе посмотрел на меня, а потом стрельнул глазами в Эдварда, да так, что тот покраснел, - то мне больше ваш жених нравится.

Мама дорогая!

На секунду у меня появилась мысль отдать Эдварда в любовные и защитные руки этого парня. Ну а что, потрудится немного на благо своей начальницы, получит повышение, и не надо будет проходить скучные процедуры в этом поганом здании. Но даже моя очерствевшая душа не сделала бы ТАКОГО с бедняжкой Эдвардом, который стоял с выражением глубокого шока на лице.

- Не смей этого делать, – прошептал мой ассистент.

- А у меня была такая мысль, – захихикала я.

- Тогда бы я тут же уволился и гори оно все синим пламенем и твоя виза и мое повышение. Я бы устроился на новую работу, а ты бы полетела в свою родную Канаду.

Я сразу же перестала смеяться и зло посмотрела на него.

- Так что, красавчик, твоя невестушка не продает тебя мне? – спросил вконец обнаглевший парень.

- Нет, - как ни в чем не бывало, ответила я.

Эдварда чуть не стошнило.

Ох, да, а это было бы забавно, продать его. Ох, Белла, ты такая стерва!

Я захихикала.

Хотя, он же не вещь, чтобы его продавать. Я не имею на этого ни малейшего права.

Обидно.

Я опять захихикала.

- Ты уже сошла с ума или это только начало и мне стоит готовиться к большему? - произнес Эдвард с напускным беспокойством.

Вот нахал!

Я стукнула его по руке.

- Можете подождать здесь, – сказал наш «проводник» и завел в скромную, небольшую комнатку.

«Какой бардак», - подумала я, когда увидела кучу бумаг и книг на столе.

В стеклянную дверь зашел человек лет пятидесяти. Одет он был в немного потрепанный пиджак цвета темного шоколада и брюки в тон. На голове красовалась шляпа, как у Майкла Джексона.

- Присаживайтесь мисс Свон, не стесняйтесь, - сказал он своим хриплым, прокуренным голосом и улыбнулся, показав ряд кривых пожелтевших зубов.

Эдвард присел. Я последовала его примеру.

- Мисс Свон, меня зовут Джон Грин, - Джон перевел взгляд на моего ассистента и хитро улыбнулся.

- Неужели ваш жених? По совместительству личный ассистент, Эдвард Энтони Мейсон Кален? спросил он. Хитрая улыбка осталась на его лице.

Эдвард уверенно кивнул. Молодец. Может быть, и вправду назначу его редактором.

- Хм. Не говорите мне, что это все любовь-морковь. Таких как вы я повидал немало, но еще никто не сбегал от моих цепких рук и всевидящих глаз, так что, перейдем сразу к делу. Эдвард, - начал он спокойно, но с некоторыми нотками стали. - Если это действительно фиктивный брак, и ты просто пошел на поводу у своей начальницы, тем самым думая получить повышение, то тебе сразу же нужно признаться. Если твои отношения с мисс Свон не подтвердятся, то тебе грозит штраф - пять тысяч, к тому же пять лет лишения свободы. Ты готов, пожертвовать собой ради человека, которого практически не знаешь?

Черт, чертов черт! Мне не понравилось это выступление!

Эдвард посмотрел на меня.

Казалось, время остановилось, дабы помучить меня подольше. Я уже была готова сойти с ума, но заметила улыбку Эдварда. Он сжал мою руку.

Ох, это было… неожиданно… приятно?

- Мне жаль, но Вы не правы. Мы с Беллой, - он ласково посмотрел на меня. У меня же остановилось дыхание. Это было так мило. Так, Белла, спокойно, - влюбились почти с первой встречи. Знаете, поначалу она сопротивлялась, но потом…

Я не дала ему закончить и с обворожительной улыбкой (Ох, я знаю как умею улыбаться!) закончила.

- Да, потом я не смогла устоять перед этим мужчиной. Он прекрасен, не правда ли?

Джон смотрел на нас, как на обезумевших. Не хватало еще у виска покрутить пальцем.

- Хорошо, - медленно пробубнил он. - Но я должен сообщить вам, что еще предстоит пройти тест. Кстати, ваши родители знают, что вы… хм… помолвлены?

Больно.

- Нет, мои не знают. Они умерли, - тихо прошептала я, очень и очень пытаясь не выдать той безумной боли, что была внутри.

Я на секунду представила себе такую картину:

Мой жених, мой любимый, который предназначен мне самой Судьбой, ласково ведет меня по зеленой тропинке к загородному дому моих родителей.

Моя мама, одетая в нежно голубой сарафан, встречает нас со слезами счастья на глазах. На ее лице можно прочитать бесконечную радость.

- Мама, - радостно кричу я и бегу к ней, к своей любимой мамочке.

Я чувствую нежный запах пионов, ее любимых цветов. Такой родной. Вот она, передо мной, моя мама. Она обнимает меня и знакомым жестом гладит мою спину.

На лужайку выходит мой отец, радостно улыбаясь, и приветствует меня сильными, но такими же нежными и родными объятьями.

В этот момент я чувствую себя самым счастливым человеком на земле. Все мои любимые, родные, драгоценные стоят со мной.

И нет никакого недоразумения с иммиграционной службой, нет моего ужасного характера. Нет детства сплошь и поперек залитого слезами несчастья.

В моей жизни все прекрасно, как в старой доброй сказке.

Я взяла за руку своего жениха. Настоящего, любимого, взглянула в глаза родителям.

- Мама, папа, - радостно начала я. - Это мой любимый, мой будущий муж, его зовут…

Кто-то тряс меня за плечи. Очень сильно. Стало темно. Я ничего не видела.

Следующее, что я почувствовала, было что-то холодное на моем лице.

Я открыла глаза.

- Что случилось? - первое, что я спросила.

- Белла, ты… я не знаю, ты просто смотрела на одну точку пять минут и не реагировала ни на какие наши действия и слова. Что случилось, Белла? - мужчина стоял рядом со мной, в его глазах был испуг.

Воспоминания с бешеной скоростью ворвались в мою память, и мне хотелось завыть, зарыдать от отчаяния, что это было всего лишь минутное безумие, а не реальность.

- Я в порядке, - тихо ответила я, пытаясь придать своему голосу уверенности, но получилось как-то не очень.

Эдвард тоже увидел мое «не очень» и все так же продолжал испугано смотреть на меня.

- Белла, тебе нужно домой, - сказал он.

Домой? От этих слов мне стало еще хуже. Мой дом не здесь, мой дом там, мои родители там, где мое вечное безумие.

- Нет, – уверенно произнесла я.

Ложь, везде сплошная ложь. Люди каждый день врут. Себе, друзьям, близким. Как же мне это все надоело.

Эдвард сел, но с сомнениями поглядывал на меня.

- Итак, мисс Свон, пока Вы пребывали в трансе, мы выяснили, что родители Эдварда тоже не знают о вашей свадьбе. Как же так?

Вот, что остановило меня. Вот, что привело меня в чувства. Холодность, грубость. Я тут же очнулась, сразу же вспомнила мир, в котором нахожусь. Мир реальности и холодного расчета.

Я Изабелла Мари Свон, главный редактор самого престижного издательства в мире Sandra and Lumo publishing house, королева Верхнего Ист-Сайда и стерва, каких еще мир не знает. Вот она, всемогущая мисс Реальность.

- Да, мы хотели поехать в эти выходные к ним и рассказать об этой счастливой новости родственникам моего любимого. Надеюсь, такой ответ Вас устроит? – в моем тоне не было и капли невежливости, но в своих мыслях я медленно и мучительно убивала этого Джона Грина.

Он улыбнулся своими старыми и желтыми зубами. Фу, противно.

- Тогда до скорой встречи, мисс Свон. Надеюсь, что по возвращению у Вас будет достаточно смелости рассказать мне правду, ну а если не будет, то я ее достану, Вы уж поверьте.

Наконец-то мы вышли из этого вонючего здания.

Боль прошла.

Мне не привыкать закрываться ото всех и вся, чтобы скрыть боль, но она прошла.

Эдвард мельком бросал на меня взгляды.

- Белла, ты понимаешь, что нам в действительности придется поехать к моим родителям и сказать им об… об… нашей… ты поняла.

А что такого?

- Конечно. Съездим на пару часиков, ты меня с ними познакомишь, а потом я, сославшись на плохое самочувствие или срочные дела, уеду, и они вряд ли меня когда-нибудь увидят. Через год или два мы с тобой официально разведемся, и все будет по-старому, Эдвард, - ответила я совершенно спокойным голосом.

Он смотрел на меня как на больную, сбежавшую из психбольницы.

Хм, в который раз за день люди на меня так смотрят?

- Постой, «пару часиков»?! Ты издеваешься, да? Нет, ты точно ненормальная! Боже, с кем я связался? Мои родители живут на Аляске! Проснись, Белла, мои родители не из тех, кто увидят будущую жену своего сына один раз, и больше не будут интересоваться! Если ты поедешь со мной и представишься им, как моя невеста, то они никогда не отстанут от тебя!

Он меня пугает?

Нет, это конечно немного усложняет все, но я что-нибудь придумаю.

- Мы берем билеты на самолет в первом классе сегодня же! - ответила я.

- Тебе жить надоело, да? Так ты сразу так и скажи, зачем мучиться? Мои родственники тебя в прах сотрут от дикой радости, когда узнают.

Как же у меня чесались руки съездить своим кулаком по его лицу! Одному Богу известно, как я выдержала и не исполнила свою мысль.

- Понятно, - примирительно сказал Эдвард.- Но для начала ты должна исполнить три моих желания.

Что? И кого он тут сумасшедшим называл?

- Шутник, - сухо сказал я.

- Я не шучу сейчас, Белла. Я хочу, чтобы ты исполнила три моих желаний, иначе я уйду, и ты тут же отправишься в свою родную Канаду.

Шантажист, хренов.

- Выкладывай, пока я не врезала тебе, - сквозь стиснутые зубы сказала я.

- Первое желание, ты никогда больше ни при каких обстоятельствах не будешь мной командовать, пока я тебе этого не позволю.

Оу. Все намного хуже, чем я думала. Психбольницей тут не ограничиться.

- Ага, а чтобы я тебе задницу золотой бумагой вытерла, ты не хочешь? - грубо спросила я.

Человек, который проходил мимо, посмотрел на нас так же, как и все остальные в сегодняшний день - как на больных.

Может стоит завести блокнотик и считать сколько раз за день на меня так посмотрели?

- А ты знаешь, где ее достать, да? - спросил Эдвард.

Боже, дай мне сил не убить его на глазах у миллионов людей, мирно идущих по улице.

- Эдвард, ты можешь делать все, что тебе вздумается, но твое первое желание я выполнять не буду, даже не надейся.

Я уже ждала, когда же он развернется и уйдет, но нет, Эдвард все так же стоял и не двигался.

Его брови взлетели вверх, а на лице заиграла кривоватая ухмылка.

- Хорошо, компромисс. Ты командуешь мной только пять раз в день, и я командую тобой пять раз в день. В наших же интересах не переусердствовать и выполнить максимум пять приказов, ну или исполнить. Договорились?

Ладно, думаю это наилучшее, что я могла бы выиграть.

- Хорошо. Сплетем договор руками? - спросила я.

Мы пожали руки друг другу.

- Итак, я жду следующих желаний, но знаешь, если это будет что-то вроде «Прогавкать пять раз и покрутить задницей», то я ты получишь от меня только хук справа.

Он улыбнулся.

- Нет, мои желания не столь глупы и примитивны. Не каждый день видишь, как Изабелла Свон, исполняет чьи-то желания, не говоря уже о том, что я сам собственнолично их загадываю. Поэтому не стоит переживать, я адекватен в вопросах с желаниями.

- Чего ждешь, гимн? - спросила я с ухмылкой.

- Расскажу о них в самолете.

Почему у меня такое предчувствие, что этот день никогда не закончится?
______________________
Какие мысли, дорогие?Длинный денек выдался у наших героев, не так ли? У вас тоже такое чувство, что день никогда не закончится?
Оставляем комментарии здесь и на ФОРУМЕ. Буду очень рада увидеть ваши комментарии. Поверьте, ваши слова это стимул писать, и чем больше их будет, тем быстрее глава! (эх, я такая наглая, да?) О, еще хочу пригласить вас прочитать пролог моего нового проекта, The Feline Grace... Пока только пролог, но очень захватывающий фф, буду рада (ОЧЕНЬ) видеть вас и там! И поклон большой MariyaK, за помощь в бетировании! Спасибо всем-всем!