И вот уже самолет отрывает шасси от взлётной полосы швейцарского аэропорта. Небольшая тряска, невольное волнение и его теплая ладонь, сжимающая её руку. И как только она чувствует его прикосновение, всё волнение отступает, ведь он рядом, а это значит, что всё будет в порядке. И правда, уже через несколько минут самолёт, взмыв в небо, перестает трясти, и им разрешают расстегнуть ремни.

Чувствует, как он быстро отстегивает свой и через мгновение наклоняется к ней, помогая освободиться от ремня. Слишком близко. Взгляд глаза в глаза, и он не выдерживает. Легонько касается её губ своими. Совсем невесомый, но такой волнительный поцелуй. Он ведь никогда не целовал её ПРОСТО ТАК. Не для того, чтобы позлить или сделать больно, не для того, чтобы что-то доказать, не для того, чтобы кто-то увидел, а просто так, просто потому, что захотел. У обоих нет и капли смущения, будто так и надо. И вот она спокойно положила свою голову ему на плечо, а он её приобнял.

Полуторачасовой перелёт из Цюриха в Прагу. Вечерняя Европа за бортом. Можно расслабиться, помечтать, повспоминать.

Белла до последнего не могла поверить, что она увидит маму, даже когда самолет приземлился в аэропорту города Цюрих. Паспортный контроль, получение багажа, и вот перед ней открываются двери зала ожидания.
- Беллз! – услышала из толпы голос мамы. Пыталась рассмотреть её, быстрый взгляд в толпу, но не смогла найти родные глаза. Испуганный взгляд на Карлайла, он лишь одобрительно кивнул и показал куда-то вдаль.

- Мама! – крикнула Белла и, бросив чемодан, бросилась туда, где стоял её самый дорогой и близкий человек в мире.
Карлайл с улыбкой и какой-то тихой радостью за Беллу смотрел, как она тонет в объятьях родных рук, как до слёз радуется Рене и лишь повторяет «Белла, доченька».

Пять дней в Швейцарии, с мамой Беллы, которая практически не отпускала дочь от себя.

- Беллз, как у вас с Карлайлом?! – в один из вечеров спросила Рене.
- Хорошо, – искренне ответила Изабелла. Ведь и вправду у них всё хорошо. Не понятно, но хорошо.
- Беллз, почему ты вышла за него? Из-за нас? Беллз, не отводи глаз. Я точно знаю, что из-за нас. Я узнала, что Карлайл нанял адвокатов и оплатил лечение Чарли.

- Мам… - лишь произнесла Белла и замолчала. Да и что тут сказать? Всё правда.
- Беллз… ты… ммм… Он тебя не обижает? – как же тяжело Рене давались эти слова. Да и готова ли она была услышать ответ. Конечно, её сильная, самостоятельная дочь вряд ли признается, что ей плохо. Нет, Белла не такая. Будет улыбаться до последнего, лишь бы окружающим было хорошо.
Хотя Карлайл… Нет, он слишком хороший человек. Он так заботится о Белле. Смотрит на неё с такой нежностью и… любовью. Да-да, именно так. С любовью. Нет, он не может обидеть Беллу. Интересно только, что чувствует она сама.

- Нет, мамочка! Карлайл очень хороший, добрый, заботливый. Он обо мне так заботится. Кормит меня вкусно, переживает за меня. Мама, он правда очень хороший.
- Верю, верю!– ответила Рене, про себя подумав, как же выросла её дочь. Как быстро. Как многое она пропустила, не увидела, как повзрослела Белла, вот уже полюбила. Не просто влюбилась, увлеклась кем-то, а именно полюбила.

Больше с расспросами к дочери Рене не приставала. Знала, что всё равно не расскажет. А сама с каждым днём всё больше убеждалась, что её догадка была правдой – Белла любит Карлайла, да и он любит её дочь.

- Беллз! – услышала сквозь пелену его голос. – Белл, просыпайся!
Открыла глаза, улыбнулась, увидев его взволнованный взгляд. «Такой милый!»
- Мы прилетели. Надо ремни застегнуть, снижаемся.
- Ага! – сладко потянулась она.

- Что снилось? – спросил он, когда они пристегнулись и самолёт начал снижаться
- Вспомнила Швейцарию, маму. Так жалко, что вновь пришлось с ней расставаться. – Как же тяжело расставаться с теми, кого любишь, кто тебе дорог.

- Не переживай, Беллз! Мы к ней обязательно еще съездим.
- Обещаешь? – прищурила глаз Белла.
- Клянусь! – рассмеялся Карлайл.