Месть. Иногда она затуманивает сознание и очерняет душу. Она поглощает тебя изнутри, подчиняет себе. Она порабощает. Она убивает. Она разрушает. И тебя уже нет как такового, есть лишь бесчувственный робот с одной лишь установкой - отомстить! Отомстить любой ценой.
Как же иногда бывает страшна эта месть!

Нет, Карлайл Каллен никогда не был из тех, кто подчинялся мести. Месть - это удел слабых, а он был очень сильным человеком, чтобы поддаться провокации. Но даже у самых сильных людей есть свои маленькие уязвимые места.
В тот момент, когда глаза мужчины налились кровью от боли и слез, когда он, что было сил, прижимал к своему дрожащему телу холодное тело брата, когда в его руке была смята пропитанная кровью бумага, в этот момент и родилась Месть!

Он запомнил этот день по минутам. Как днём в привычной суете раздался звонок телефона. Как на дисплее высветилась фотография молодого человека. Улыбнулся. С братом он общался редко, у них была слишком большая разница в возрасте, разные интересы. Но, несмотря на это, они были родными людьми, единственными родными людьми друг для друга.

Мать Карлайла умерла, когда ему было девять лет. Через год отец вновь женился, а еще через год у него родился брат. Эдвард Мейсон. Элизабет – жена отца – решила дать сыну свою фамилию. Несколько лет назад Бет и их отец погибли в автокатастрофе. С тех пор у братьев не осталось никаких близких родственников, кроме друг друга. Эдвард остался жить в доме родителей, Карлайл помогал ему материально, но пересекались они редко – раз в несколько месяцев.

Вот и в этот раз, когда Карлайл прочитал в телефоне «Брат», он улыбнулся и подумал, что давно не встречался с Эдвардом.
- Эд, привет! – весело произнёс он.

Связь была никудышной, постоянно прерывалась, слышались посторонние шумы. Но мужчина все же разобрал несколько фраз: «Карлайл, я тебя очень люблю! Всегда любил! Прости за всё!» И гудки... Пытался перезвонить, но оператор выдавал лишь: «Абонент недоступен. Попробуйте перезвонить позже». Решил, что вечером навестит брата. Потом его закружили дела, так что до Эдварда он добрался лишь к девяти вечера.

Настораживала темнота в доме.
«Обидно, если Эда нет, хотелось повидаться!» - подумал Карлайл, но, еще раз окинув дом взглядом, решил зайти.

Он не был здесь давно, больше двух лет. Те же стены, былые воспоминания. Погрузившись в них, Карлайл не заметил, как подошел к кабинету. Зашёл, включил свет и расплылся в улыбке – за столом, уронив голову на столешницу, сидел Эдвард.
- Эд! – позвал его мужчина. Но тот молчал. Подошёл ближе. Взгляд невольно упал на листок, лежавший перед молодым человеком.

«Беллз!» - начиналось письмо. Карлайл ухмыльнулся.
- Значит, Беллз?! – решил подколоть брата и тихонько толкнул его в бок. Тут же раздался глухой звук – на пол упало что-то тяжелое. Пистолет.
В этот же момент стул, на котором сидел Эдвард, чуть отъехал, и у него запрокинулась голова.

То, что увидел Карлайл, заставило его сердце сжаться, а тело затрястись, как при разряде тока. В голове брата было видно отверстие от пули. Всё остальное было как в тумане. Дрожащими руками набрал девять-один-один. Взгляд вновь упал на белый листок бумаги на столе, где рукой брата были выведены слова: «Белла! Беллз! Почему ты так со мной?! Я ведь тебя любил! А ты... Ты… Ненавижу! Ненавижу тебя! Мне не нужна жизнь без тебя! Навеки твой, Эдвард».

- Идиот! – процедил сквозь зубы Карлайл и зарыдал. Зарыдал так, как не рыдал никогда, даже когда умерла мать, даже когда хоронил отца и Элизабет. Теперь он остался совсем один. Один. Одиночка.
«Черт бы побрал эту Беллу!»

Именно тогда в душе Карлайла зародилось такое сладкое, такое волнующее, такое всепоглощающее чувство, как МЕСТЬ!

Нет, он не собирался убивать Беллу, да и причинять ей какую-то физическую боль. Но ему хотелось сделать ей эмоционально больно, чтобы она ощутила всю муку одиночества и ненужности, которую испытывал Карлайл. Но он не знал, просто не знал, как ему это сделать.