Мой мир больной, лечись со мной...

Я не могла подойти ближе. Какая-то невидимая сила удерживала меня сделать всего пару шагов. Руки сжались в кулаки, ногти впились в тонкую кожу до крови. Но мне было все равно, я не чувствовала боли. Что значит физическая боль по сравнению с душевной? Ничего. Ровным счетом ничего. В поисках опоры я облокотилась о дерево, которое сейчас казалось мне стеной, разделяющей мое прошлое и настоящее. Легкие саднило от недостатка кислорода. Я должна пойти проститься с ним. Я закрыла глаза. Яркими вспышками откуда-то из глубины сознания стали всплывать воспоминания. Почему именно сейчас? Я распахнула глаза и попятилась назад. Я не могу оставаться здесь. Не могу и не хочу. Ещё чуть-чуть и я закричу изо всех сил от невыносимой боли, которая пронзает моё сердце, словно тысяча острых иголок. Не обращая внимания на людей, которые пристально смотрели на меня, как на сумасшедшую, я побежала прочь с этого кладбища, прочь от нахлынувших воспоминаний.

Я ворвалась без стука в небольшой кабинет. Здесь ничего не изменилось, хоть и прошло практически два года с моего последнего визита: всё тот же деревянный стол, покрытый прозрачным лаком, черное кожаное кресло, холод которого мне не забыть никогда.
- Элис?
- Я вспомнила. – Всего одна фраза. Глаза мужчины стали немного шире. То ли от удивления, то ли от профессионального интереса.
- Присаживайся, - успокаивающий голос. Все, как и прежде. Сколько раз я была здесь? Десять? Двадцать? Я потеряла счет. Но сегодня особый случай. Он должен выслушать меня и помочь. Неважно как. Пусть только станет легче. Мне нужно освободиться от призраков прошлого, так прочно укоренившихся в моей опустошенной душе. Мы молчали. Я не знала с чего начать, а мужчина не торопил меня.
- Мороженое? - осторожный кивок головы. Раньше я считала это просто прихотью, но сейчас я знаю, почему просила его каждый прием. У каждого из нас есть что-то, что напоминает ему о чём-то приятном. Мороженое, как связь с беззаботным детством, когда мы с ребятами сбегали с уроков, чтобы с утра пораньше, купить это наивкуснейшее лакомство. Ванильное, клубничное, шоколадное… Шоколадное. Оно всегда будет напоминать о нем.



Серый туман покрывалом укутывал деревья, оставляя на листве паутинки из мелких холодных капель. По правде говоря, я совсем не люблю холод, но сейчас мне всё равно. Полгода назад я получила работу, о которой мечтала всю жизнь! Теперь я считаюсь одним из лучших ветеринаров этого города. Но, в целом, мне важен не мой статус, а то, что я делаю. С самого детства я люблю животных. Я никогда не могла пройти мимо брошенной собаки. Стоило только взглянуть в мокрые глаза полные грусти и надежды, как я забирала зверька с собой, в последствии пристраивая его у знакомых или соседей. Уже тогда у меня возникло желание спасать жизни этих беззащитных существ. Поэтому определиться с профессией мне было совсем не трудно. После работы я всегда заглядывала в ближайший ларек с мороженым и шла до дома пешком, наслаждаясь суетой города. Люди вечно куда-то спешат: домой, к любящей семье, детям; к любовникам, ожидающих их для удовлетворения вечной похоти; на совещание – заключить очередной контракт на гигантскую сумму долларов впустую или просто в укромное место, чтобы спрятаться ото всех. На каждом шагу с человеком что-то происходит. Встречи и потери, переживания и стремления. У каждого своя история и своя судьба. Погруженная в свои мысли, я почувствовала неприятный толчок:
– Чёрт! Надо смотреть куда идёшь!
– Ой, извините, я не хотела… - растерянно подняв глаза, я увидела его. Высокий молодой человек с заурядной внешностью. Небрежный вид говорил, что передо мной творческий человек, возможно, романтик. Волосы каштанового цвета небрежно уложены. Наполовину застегнутая черная куртка и выглядывающая из-под неё рубашка. Но больше всего моё внимание привлекли эти блеклые глаза. Такое ощущение, что в них угасла жизнь.
– Куда ты смотрела, когда шла?! – прошипел парень, рассматривая свою рубашку, испачканную моим мороженным. Я словно магнит, притягивающий мелкие неприятности!
– Допустим, я не заметила вас, задумалась, но куда смотрели вы? – гневно бросила ему я, испепеляя взглядом. Вот хам!
– Не важно, – сказал он, но я заметила, как в его взгляде что-то погасло. Да и сама я сжалась, почувствовав себя как-то не комфортно.
– Извини, пожалуйста, – сказала я и, недолго думая, взяла его за руку и направилась в свою «крепость». Парк находился совсем рядом с моим домиком. Ничего не ответив, незнакомец всё же пошёл за мной. Казалось, ему было всё равно, и он мысленно был далеко от реальности.
– Снимай скорее рубашку, я застираю, пока не осталось пятно, – распахнув дверь, почти на одном дыхании выговорила я.
– Я, конечно, всё понимаю, но не думаю что это хорошая идея. – Кажется, он был немного смущён и с недоверием смотрел на меня.
– Послушай, я должна искупить свою вину, мне очень неудобно. И давай не будем скромничать, снимай рубашку, живо! – скомандовала я, удивляясь собственной наглости.
"Даже не думай мне противоречить", – подумала я.
Видимо, мой тон произвёл на него впечатление, и он, наконец, снял сначала куртку, а затем и рубашку. Моему взору предстало красивое мужское тело. Честное слово, никогда в жизни я не видела такого торса! Не худощавый и не перекачанный, всё в меру. Заметив мою реакцию, он ухмыльнулся и протянул рубашку, не сводя с меня взгляда. Смущённая, я почти вырвала её из его рук и направилась на второй этаж, где располагалась ванная. Быстро застирав испачканное место, я забежала в комнату, в которую не заходила уже несколько месяцев. Заглянув в шкаф и найдя другую рубашку, я спустилась вниз. Гость стоял в зале, рассматривая фотографии на стене. – Я застирала пятно, но сомневаюсь, что оно вообще уже «отстанет», извини, пожалуйста, – я виновато посмотрела на него. Казалось, он даже не слышал меня, а точнее, пропустил мои слова мимо ушей.
– Это твой парень? – задал вопрос он, рассматривая самую большую из фотографий, которая, к слову, была самой дорогой моему сердцу.
– Нет, это… это мой брат, – дрожащим голосом ответила я.
– Странно, вы внешне не похожи, – парень запустил одну руку в волосы.
– Точнее, мы с Джаспером совсем не похожи. Что внешне, что характерами. Он весь в маму, а я в папу. С самого детства я не могу сидеть на месте, со мной вечно что-то приключается, – слегка улыбнувшись, я посмотрела на него. – А Джас… он был всегда тихим и спокойным, трезво мыслил и спасал меня из различных передряг.
– Был? С ним что-то случилось?
– Он погиб, – мрачно ответила я. Словно отгоняя от себя плохие воспоминания, я встряхнула головой. – Можно кое-что узнать? – парень кивнул. – Как тебя зовут?
– Эдвард, – улыбнувшись, сказал он.

– Пока это всё, что я вспомнила, – выдохнув, я грустно посмотрела на Мистера Бернера.
– Элис, опишите ту фотографию, где вы с погибшим братом. Что на ней? – поправляя очки, мой психолог делал записи в своей тетради. Немного задумавшись, я начала перебирать в голове воспоминания, ища нужные образы.
– Высокий худой блондин с теплым взглядом. У его больших выразительных глаз чистый карий цвет, в них всегда был огонёк, который все замечали. Он стоит чуть позади меня, приобняв за плечи…
– Хорошо, мисс Брендон, - снова что-то записав, спокойным тоном произнес он. - А теперь опишите мне девушку, которая рядом с ним?
– Хм, она небольшого роста, обычной внешности. Волосы небрежно спадают по плечам, а болотного цвета глаза устремлены на молодого человека. Вообще, от этой фотографии веет теплом и гармонией. Потому что видно, как счастливы эти подростки. Они абсолютно разные, но многое их связывает в этой жизни. Он меня очень любил, а я… – мой взгляд устремился в окно. Сегодня пасмурно, как и обычно. По ту сторону окна виден Биг Бен и почти весь город. Как красиво.
– Элис, вам не стоит относиться к себе так пренебрежительно. Вы должны принимать себя такой, какая вы есть. Вы красивая девушка, помните это. И перестаньте винить себя в смерти брата.
– Мистер Бернер, вы понимаете, что ближе него у меня никого не было? В тот ужасный день я должна была поехать в аэропорт и встречать родителей, но у меня было плохое самочувствие, и Джас настоял на том, чтобы я осталась дома. Я должна была тогда поехать! Если бы я настояла, он бы не погиб в автокатастрофе. Лучше бы я была на его месте, – мужчина протянул мне платок, и, шмыгнув носом, я вытерла слезы, которым дала волю.
– Милая моя, поймите, что тут нет вашей вины. Так распорядилась судьба, как бы ужасно это не звучало, надо смириться с её решением и продолжать жить дальше, несмотря ни на что. Не думаю, что ваш брат был бы доволен тем, что вы чувствуете себя виновной в его гибели.
– Я не могу! Не могу, понимаете?! – срывающимся голосом прокричала я. Теперь я рыдала, не сдерживая эмоций.
– Тише, тише мисс… Ванесса, принесите что-нибудь успокаивающее для мисс Брендон. Лучше чаю, – услышала я голос доктора, обращавшегося к секретарю.
– Конечно, минутку, доктор, – ответил нежный женский голос. Вскоре в кабинет зашла Ванесса. Она мне всегда нравилась. Её можно отнести к тому списку людей, от которых исходит счастье. Заботливо посмотрев на меня, она улыбнулась и поставила на журнальный столик чай. Истерика уже почти прошла, но меня слегка трясло. Как можно осторожнее я протянула руки к большой кружке и с такой же осторожностью взяла отвар, сделанный, как известно, по рецепту Ванессы. Вдохнув тёпловатый пар, поднимавший от кружки, я почувствовала приятный запах мяты.
– Спасибо, Ванесса, вы можете идти, – наблюдая за мной, отозвался психолог.
– Спасибо вам, Ванесса, не знаю, чтобы я делала без вас, – искренне улыбнувшись ей, проговорила я.
– Всегда на здоровье, – ответив мне, она поспешила удалиться. Немного придя в себя, я виновато посмотрела на Мистера Бернера.
– Ничего страшного, Элис, даже не думайте извиняться. Давайте продолжим. А как же тот мужчина, с которым у вас произошла неожиданная встреча? Эдвард, кажется?
– Да, Эдвард. М-м-м, честно говоря, этот таинственный молодой человек полностью захватил мой разум и сердце. Я не могла ни о чем думать, кроме него. Что-то в нем было такое…Притягательное, что ли, – я нервно перебирала свои черные бусы пальцами. - Даже не знаю, как это объяснить. Его темперамент, харизма… За какую-то долю секунды я уже могла понять, что вот так готова бросить всё и идти за ним хоть на край света! Внезапно в моей голове появились новые картинки. – Я кое-что вспомнила! Мистер Бернер удивленно смотрел на меня.
– Рассказывайте, рассказывайте… – Однажды во время обеденного перерыва на работе мне принесли корзину тюльпанов от неизвестного отправителя. Мало того, что меня заинтриговало кто этот аноним, он помимо этого прислал мои любимые цветы! Как можно было угадать из множества цветов, что именно розовые тюльпаны мои любимые? Совпадение? Вот я и засомневалась, что не всё так просто. Вечером, вернувшись домой, я начала готовить ужин. Тогда-то и зазвонил телефон. Номер мне был незнаком, и в недоумении я всё же ответила. Какой был шок, когда на том конце провода я услышала этот голос:
– Здравствуйте, Элис, вы получили сегодня посылку? – раздалось в трубке. Я тогда подумала насколько официален его тон.
– Эдвард? Это вы? Да, спасибо большое, но почему вы даже не подписались? – я решила ответить тем же.
– Я решил посмотреть на вашу реакцию и догадаетесь ли вы. Но, как я и предполагал, вы не угадали, – я была готова поспорить, что в тот момент видела, как он улыбался.
– Я ничего не понимаю. У меня столько вопросов… - кажется, я была загнана в тупик.
– Спрашивайте, я готов ответить.
– Хорошо. Первый: как вы узнали, что меня зовут Элис? Насколько я помню, представились только вы.
– Элис, помните, вы показывали мне фотографию с братом? – спросил он и, не дожидаясь ответа,
продолжил: – Внизу на рамке были написаны имена.
"Черт! И в самом деле! Почему я сразу не догадалась?" – подумала я, но задала ещё один вопрос.
– Точно! Тогда следующий вопрос: как вы узнали, где я работаю?
– Связи, мисс. У меня хорошие связи в этом городе, не сложно было по вашему домашнему адресу узнать, где вы работаете, – лукаво протянул он.
– Ну ладно, тогда последний вопрос: как вы узнали, что мои любимые цветы розовые тюльпаны? – про цветы знали только члены семьи, они же мне их и дарили.
– И опять же ваша гостиная! На остальных фотографиях, украшавших вашу стену, были те, на которых вы исключительно с розовыми тюльпанами.
– Вы очень внимательны, Эдвард, – я была просто поражена.
– Элис, всё элементарно. Надо просто быть внимательнее к тому, что и кто вас окружает. Мой звонок заключался не только в этом. Элис, я хотел раскаяться. Простите меня, я тогда повел себя не очень вежливо. Хотя нет, что я говорю? Это было просто ужасно, не по-джентельменски! Могу я искупить свою вину? И отказы, кстати, не принимаются. Так и началось наше общение. Кажется, всё. Нахмурившись, я начала массировать виски пальцами.
– Хорошо, Элис, на сегодня, думаю, достаточно. Старайтесь не напрягать сильно память, иначе могут начаться головные боли, – мистер Бернер встал с кресла и подошел к своему столу. Положив блокнот, он проводил меня до двери. – До встречи, мисс Брендон, – он улыбнулся, пожимая мне руку.
– До свидания, Мистер Бернер, – ответив ему тем же, я повернулась к Ванессе, помахала рукой и направилась к выходу. Весь вечер я думала о Эдварде . Минуту за минутой я собирала отрывки прошлого, словно мозаику: первое свидание, знакомство с родителями, обычные вечера у телевизора, выезды на природу, за границу. Частые ссоры и тут же быстрые примирения, заканчивающиеся страстными поцелуями и незабываемыми ночами. Были и мелочи – небольшие, но такие дорогие сердцу. Зайдя в гостиную, я тут же села в любимое кресло. Быстро пролистав каналы и не найдя ничего стоящего для просмотра, я выключила телевизор и гневно отбросила в сторону пульт. Чертово телевидение! Целыми днями показывают какую-то чушь. Мне надо как-то отвлечься. Но как? Мой взгляд невольно упал на ту самую фотографию с Джаспером, о которой я рассказывала психологу. В сердце больно кольнуло. Не чувствуя ног, я направилась в спальню, в которую старалась не заходить. У самого порога комнаты дыхание заметно участилось, а кровь, казалось, побежала по венам быстрее. Сейчас вспоминались лучшие моменты жизни, но всё это было в прошлом, отчего было ещё больнее. Ничего не осталось… Я легко толкнула дверь от себя, она неприятно скрипнула. Когда я вошла в комнату, по телу пробежала дрожь. Кажется, что здесь всё ещё живёт самый лучший брат в мире. Комната до сих пор хранила тёплую атмосферу. Через невесомые шторы проникал лунный свет, освещая всю комнату. На столе были разбросаны листы с нотами, которые я не стала убирать. В голове всплыли образы… Его страсть – музыка. Оглянувшись по сторонам, я увидела, что в другом углу комнаты стояло старенькое фортепьяно, словно частичка души Джаспера, продолжение его сердца. На фортепьяно лежала какая-то газета. Я быстро пересекла комнату и начала читать статью, что была напечатана крупным шрифтом на главной странице:

На газету упала пара слезинок. Шмыгнув носом, я отбросила её и побежала вниз, на кухню. С трудом найдя лекарство, я дрожащими руками отсыпала несколько таблеток и запила их водой. Отставив стакан в сторону, я вцепилась в столешницу. Мне нельзя нервничать, иначе опять попаду в больницу. Я медленно опустилась на пол, стараясь сдержать истерику. Никогда не перестану винить себя в смерти Джаса.

Жду вас в ФОРУМЕ