Войдя в дом, Элис и Розали стали обследовать его с первого по третий этаж, ища себе комнаты.

- А ты что комнату себе не ищешь? - спросил я у сидящей на диване Беллы.

- Успею еще, - задумчиво ответила она.

- Может, тогда телевизор посмотрим? - решил я поддержать разговор.

- Ты мне еще в шахматы предложи сыграть, - хохотнула Белла.

- Слушай, чего ты мне постоянно грубишь? Мы же с тобой знакомы буквально полчаса.

- Такой уж у меня характер, - пожала она плечами.

- Ты хабалка.

- Какая есть!

- Вообще-то, у нас в доме не принято ходить в головных уборах,- я сдернул с ее головы кепку. Конечно же, это была ложь. На самом деле, мне просто хотелось взглянуть на ее лицо. Не под козырьком кепки, а открытым.

Когда кепка покинула ее голову, я увидел копну иссиня черных волос, которые тут же рассыпались по лбу и щекам. Белла подняла руки и, пытаясь привести свою прическу в божеский вид, просто взлохматила волосы, придавая им еще больший беспорядок.

Какая же она милая. Бледно оливковая кожа на лице, отдавала легким румянцем на щеках. Пухлые губки искривились в усмешке, а в глазах застыл хищный огонек.

- Налюбовался? - пропела она и, поднявшись, отобрала у меня кепку. - Покажи, где тут гараж.

- Тебе надо, ты и ищи! - огрызнулся я.

- Ну, покажи! Мне нужно кое о чем предупредить тебя и твоих братьев.

- О чем предупредить? - появился в гостиной Эммет, следом за ним вошел Джаспер с сумкой Беллы в руках.

- Это про девчонок. По ночам у нас бывают некие проблемы. Элис часто снятся кошмары, поэтому она кричит во сне. А Розали - лунатик. Так что если встретите Роуз среди ночи, не пугайте ее. Просто спокойно уведите на кровать. Или же нежно попытайтесь разбудить. С Элис дела намного хуже. Ее никто не сможет успокоить, кроме меня. Можно, конечно, вколоть ей успокаивающее, но это самый крайний метод, - Белла приложила руку к щеке и будто бы шепотом разговаривала сама с собой. - Да, чуть не забыла! Если увидите Элис в открытой майке или топе, не пяльтесь на ее спину. Иначе Розали выцарапает вам глаза.

- А на что там смотреть? - полюбопытствовал Эммет.

- Лучше вам этого не видеть, - невесело произнесла девушка.

- Чего не видеть? - раздался недовольный голос Розали с лестницы.

- Меня в гневе,- перевела Белла разговор в другое русло.

- Это уж точно, - подтвердила Элис.

Оставив сестрам указание разобрать сумку со спиртным, Эммет и Белла ушли на кухню за закуской. Буквально через десять минут они вернулись, таща на тарелках разную снедь.

- Иззи, побалуй нас коктельчиками, - пропела Роуз.

- За это ты заплатишь мне двумя месяцами бесплатной укладки,- сощурилась Белла и, выудив из своего рюкзака шейкер, начала смешивать какие-то жидкости, а потом разлила все по стопкам и, достав из кармана зажигалку, подожгла.

- Сейчас сдуваете пламя и выпиваете все залпом,- напутствовала Элис и опрокинула рюмку в себя.

После того как все выпили, я почувствовал, что комната плывет перед глазами. Розали предложила сыграть в какую-то игру, по сути которой задавались вопросы. Если ответ: "Да"- то выпивается стопка текиллы., а если же ответ: "Нет"- то рюмка остается нетронутой.

Идея мне понравилась, да и братья ее поддержали. В процессе, мы неплохо напились и узнали много друг о друге. Например, то, что ни у одной из девушек не было постоянного парня, но сексом они все же занимались. У каждой из девушек был пирсинг. У Роуз в носу, у Элис на пупке, а у Беллы на языке. Так же мы узнали, что у Элис и Розали есть по татуировке, а у Беллы их несколько. Еще мы узнали, что девчонки начали работать аж с двенадцати лет, от чего я впал в легкий шок. А они оказывается не такие зажравшиеся твари, какими я их посчитал вначале.

- Представляете, я работала огромной таблеткой у аптеки, - смеялась Розали.

Эммет долго допытывался, как можно работать таблеткой, но в итоге Элис истолковала ему, как это может быть.

- А ты кем работала? Чесночинкой? - глянул я на Беллу.

- Нет, мы были вишенками.

- Ты забыла сказать, что мы были дымящимися вишенками, - заплетающимся языком пропела Элис.

- Расскажи-ка подробней, - уселся поудобней Джас.

- У нас были ужасные костюмы, - закатила глаза Элис. - Два необъемных шара, соединяющиеся какой-то палкой. Из двух необъемных шаров алого цвета, торчали только наши руки и ноги. Я, как добросовестный работник, с милой улыбкой зазывала людей в магазин, а Белла в это время курила и спрашивала всех прохожих, чего они так пялятся. Так и появились дымящиеся вишенки, а на следующий день нас уволили.

- Ну, Белла, ты даешь! - вытирая слезящиеся от смеха глаза, пробасил Эммет.

- А куда вы после вишенок пошли работать? - спросил Джас.

- Потом мы переехали к Эсми в Лос Анджелес. Года два сидели дома, поправляясь от нервного срыва, - на одном дыхании выпалила Белла, косясь на сестер, которые странно поникли, а потом поднялись, собрали грязную посуду, попрощались и пошли спать.

- Что с ними? - опешил Джаспер.

- Они еще не оправились, - пожала плечами Белла.

- Да что могло с вами произойти такого, что от одного воспоминания вы меняетесь в лице? - не понял Эммет.

- Как я уже упомянула ранее, у нас случился нервный срыв. А случился он от того, что нашу мать посадили в тюрьму за убийство отца, - вздохнула Белла и отвернулась к окну. - Не поднимайте, пожалуйста, эту тему при них. Элис и Розали такие ранимые. Они до сих пор очень переживают. Им еще тяжело.

- А тебе? - вырвалось у меня.

- Мне легче.

- Почему? - не знаю почему, но мне чертовски сильно захотелось понять эту девчонку.

- Может, потому что я другая. Не такая, как они, - пожала она плечами. - Я сильнее.

- Не легко, наверное, быть старшей сестрой? - осведомился самый младший из нас - Джаспер.

- Нет, я вовсе не старшая. Я самая младшая. Старшая у нас Розали, а мы с Элис двойняшки. Я родилась на двенадцать минут позже нее, - улыбнулась девушка.

- Но ты так о них печешься, - вклинился Эммет.

- Они обе очень хрупкие. По Эллис это сразу видно, а вот Розали пытается не терять марку. Старается быть мужественной. Отсюда и вся ее стервозность. О них некому позаботиться, кроме меня.

- А кто позаботится о тебе? - вырвалось у меня. Белла смерила меня долгим изучающим взглядом и покачала головой, отводя глаза.

Вот и ответ вырисовался сам собой. Некому о ней позаботиться. Стоп! А почему я об этом задумался? Зачем мне все это? Она девчонка сильная, не пропадет, и я ей ни к чему. Но с другой стороны, что-то притягивает меня к ней. Манит, словно неразгаданная тайна. Как сокрытое в недрах земли сокровище, которое все ищут, но никому не удается найти. А если и удается, то невозможно разгадать секрет скрытый и похороненный под слоями пыли. Она - моя маленькая тайна. То, что я вряд ли когда-нибудь познаю или приручу. "Моя" - я задумался над этим словом. Как же приятно его произносить. Даже мысленно. Есть в этом сугубо личное и даже сексуальное.

"Моя. Моя Белла. Только моя" - перекатывал я на языке одно и то же слово, удивляясь, как естественно оно звучит. Будто для меня и было уготовлено.

- Братец, ты никак опять свои мелодии сочиняешь? - вывел меня из раздумий голос Эммета.

- А куда Джас с Беллой делись? - ни с того, ни с сего завелся я.

- На улице они. Курят, - опешил Эммет.

Я резко поднялся на ноги и пошел по направлению к двери.

- Да ладно! - услышал я восхищенный голос Джаспера, когда вышел на крыльцо.

- Серьезно! - гордо ответила Белла.

- Вы о чем? - поинтересовался я.

- Ты представляешь, Эдвард, Белла умеет делать татуировки! - восхищался Джас.

- Ага, тогда я – балерина, - буркнул вдруг я.

- Похож! - съязвила девушка.

- Белла, я вот, знаешь, чего не могу понять, - продолжал тему их разговора братец. - Почему вы начали работать аж с двенадцати лет?

- Понимаешь, не все рождаются в золотой колыбели с серебряной ложечкой во рту. Не в обиду вам я это говорю, - Белла пару минут помолчала. - Мы родились в, так сказать, не благополучной многодетной семье. Ни отец, ни мать работать не хотели, а полученные пособия по безработице, просто на просто пропивали. Они не думали о том, что нам нужна одежда, школьные принадлежности и все прочее. Мы ели один раз в сутки, и то в школе. Но до того, чтобы просить милостыню, мы не опускались. Мы понимали, что еду можно заработать. Поэтому по вечерам мы мыли посуду в баре по соседству. Ближе к девяти вечера, у нас были опухшие от воды руки и одна на троих тарелка вареных спагетти без каких либо приправ. И знаете, в такие моменты своего детства, мы были по-настоящему счастливы. Потому что мы сыты и мы вместе.

Я слушал рассказ Беллы, и волосы у меня на голове шевелились сами собой. Что тут сказать? Слова в такой ситуации вообще не уместны. Пожалеть? Что ей даст моя жалость? Я взглянул на девушку, которая скользила взглядом по кромкам деревьев, явно приводя свои эмоции в порядок. Джаспер аналогично мне, следил за поведением Беллы.

- Когда мать убила отца, - что-то жестокое на миг отразилась на ее лице, - нас забрала к себе Эсми. Она - младшая сестра матери. Два года мы учились жить заново, а теперь мы приехали сюда. Не хочу вам угрожать, но предупрежу заранее. Если вы обидите кого-то из моих сестер, я вам никогда этого не прощу, и тогда вы увидите, какой я могу быть тварью на самом деле. - Белла с остервенением отшвырнула окурок в сторону, развернулась и пошла в дом.