Девушка в черном платье сидела за барной стойкой и спокойно потягивала алкогольный коктейль "Голубая лагуна".
Вокруг танцевала молодежь, громыхала музыка, нескончаемо лилось шампанское, все помещение в сигаретном дыму. Но она ушла в размышления. О чем эта девушка может думать? Ведь она уже десятый фужер в себя вливает, две пачки сигарет выкурила. Хах… Даже в таком состоянии ОНА может!
"В этом мире выживает сильнейший".
И она входит в этот список "сильнейших".
- Какие люди, - донесся до нее противный женский голос.
Лениво обернувшись, она равнодушным взглядом окинула с ног до головы девушку, севшую рядом. Леопардовое платье выше колен, туфли на высоких шпильках, золотые украшения.
- Ты местом ошиблась? - бросила брюнетка, отвернувшись.
- Привет, Элис, - улыбнулась блондинка.
- Ближе к делу, - угрюмо произнесла брюнетка.
- Между прочим, я тебе новость принесла, - блондинка достала из клатча пачку тонких сигарет и закурила.
- Для меня не новость, что ты у нас сорокой подрабатываешь, - брюнетка явно не шла на дружеский контакт. Просто, она не забывала, что в этом мире друзей иметь нельзя.
- А если я скажу, что это о компании Свона? - нагнувшись ближе, прошептала блондинка.
Замерев, брюнетка уставилась в пространство. Мысли разбежались в стороны. Она забыла про все на свете. Собравшись через пару секунд, она сделала глоток из фужера. И, открыв пачку сигарет, прикурила.
- Выкладывай! - она выпустила тонкую струю серого дыма. - Только быстро. У меня нет времени.
- В общем... Кристина слышала, как ее отец разговаривал по телефону с кем-то... о смерти Чарли Свона и... и его завещании.
После слова "завещание" рука с сигаретой дернулась. Брюнетка медленно перевела взгляд на собеседницу и сделала глубокий вдох.
Ей так нужна эта компания. Это последняя ее надежда. Надежда на жизнь. Она не может просто так ее упустить. Борьба! Борьба за выживание.
- И... - протянула с надеждой в глазах брюнетка.
- Чарли Свон завещал все свое состояние... - блондинка тянула специально. В ее глазах горел огонь, а на губах блуждала улыбка. - ...своей дочери, - завершила она и отпила из бокала.
- Какая, к черту, дочь? - крикнула на весь клуб брюнетка. Из-за громкой музыки ее никто не слышал. - Говори! - рявкнула она, схватив блондинку за руку так сильно, что та вскрикнула.
- Отпусти, мне больно, - блондинка попыталась вырваться.
Да, девушка перегнула палку. Но ее разозлили. Либо эта блондинистая сука врет, либо... она остается без компании. А значит, без денег.
- Прости, - прошептала еле слышно брюнетка.
- Внебрачная. Он завещал ей все свое состояние, - потирая руку, ответила блондинка.
Все состояние... Это ведь не только компания. Это пять особняков, три пентхауса в Нью-Йорке, один пентхаус в Вегасе, десять яхт, счета в банках по всему штату. Машины... У Чарли столько машин. У него целая коллекция этих машин. И теперь ВСЕ ЭТО достанется внебрачной дочери?
Ну уж нет...
Элис Брендон не допустит этого.

Элис POV
Так и знала… Так и знала! Так просто не выйдет. Ну, почему у дяди Чарли появилась эта внебрачная дочь? Именно сейчас! А мне очень нужны эти деньги! Отец отказался платить за дозу. Деньги - равно доза… новая доза.
Я подсела на экстази в восемнадцать лет, сейчас мне девятнадцать. Конечно, все родные знают. Отец и мать пытались меня вылечить, вытащить из этой зависимости, отправляли в Германию, в одну из лучших клиник. Но меня хватило на полгода, и все началось сначала. У меня нет никакой силы воли.
Тогда отец отказался выдавать мне деньги и закрыл все мои счета в банках.
Спасало одно - у меня есть сводный брат - Эдвард Каллен. Родители усыновили его еще до моего рождения. Они думали, что мама не может рожать. Но силы свыше подарили им меня! Кстати, мой братец на два года старше и он балуется наркотой. Но не так сильно, как я.
Вот и сейчас я гнала к нему на всех скоростях. Надо же рассказать ему новость! И, вообще, какими будут наши следующие действия?
Моя любимая машинка - Infiniti G. Но она серого цвета, а я все мечтаю перекрасить ее в ярко-красный. Это - подарок на восемнадцатилетие, и моя первая тачка. И я еще ни разу не попадала в аварию. Чем горжусь.
А вот Эдвард имеет кучу тачек, и на каждой он разбивался. Последствия - несколько переломов. Но парочка месяцев за границей в частной клинике отца, и он как огурчик.
Мой отец - Карлайл Брендон - врач-хирург, владелец частной клиники. А мама - Эсми Брендон - знаменитая модель.
Эдвард подрабатывает у отца в клинике. Но становиться хирургом не собирается. Мой брат окончил Йельский университет. И пару недель назад дядя Чарли сделал его заместителем в своей компании... хм... забыла название. Они издают журнал о моде и красоте. И, хочу сказать, этот успешный журнал приносит значительную прибыль. Его можно продать за очень большую сумму.
Припарковавшись около высотного дома, я вышла из машины. Я ужасно боюсь высоты. А тут около тридцати этажей. У Эдварда двадцать девятый, как назло. И лифт стеклянный!
Нажав на нужный этаж, я направила взгляд на ночной Нью-Йорк в надежде, что меня это успокоит. Но нет! Клаустрофобия не заставила долго ждать. Казалось, стены становятся все уже и уже. Начинался приступ паники. Дыхание участилось. Я взглянула на экран. Двадцать пять... Двадцать шесть... Двадцать семь... Почему так долго? Двадцать восемь... Ну же... Двадцать девять! ФИНИШ! И противный звук оповестил меня о прибытии на нужный этаж.
Двери лифта открылись, и я увидела своего братца. Он стоял в позе Адониса, сложив на груди руки. Совершенное мускулистое тело, широкие плечи - все у него идеально настолько, что становится дурно. Высокий лоб, прямой нос, пухлые губы, волевой подбородок, а самое главное - зеленые, как два изумруда, глаза. Люблю при разговоре смотреть ему прямо в глаза.
Баб… да, не девушек, а, именно, баб, у него было выше крыши. Конечно, же. Даже я могла бы не устоять перед ним. Но мы - брат с сестрой. И пусть не биологические, лично я его считаю родным, и он меня тоже.
- Как знал, что ты решишь навестить меня, - улыбнулся он, раскрывая руки для объятий.
Выйдя из лифта, я обняла его и почувствовала запах одеколона. Срочно нужен свежий воздух!
- Издеваешься? - буркнула я.
С тех пор как отец закрыл все мои счета, я ушла из дома... и к кому? Вот к этому паршивцу - братишке, от которого воняет дорогими духами!
- Надеюсь, ты сегодня покинула клуб в адекватном состоянии? - спросил Эдвард, заходя в квартиру. Ему не нравилось, что я становлюсь наркоманкой.
- Сегодня мне было не до того, - рявкнула я грозно, вспомнив слова Розали Хейл: «У Чарли Свона есть внебрачная дочь».
Насчет моего дяди. Он один из самых богатых людей в Нью-Йорке. У него огромное состояние, а детей нет. Жена была, но она ему не рожала. Они жили вместе десять лет и развелись из-за ее измены. Чарли было пятьдесят пять, а ей сорок один. Но благодаря пластической хирургии она выглядела на все тридцать, как силиконовая кукла, и, конечно же, она была блондинкой. Меня она всегда раздражала, и при любой возможности я шутила над ее двумя арбузами.
Неделю назад дядя Чарли скончался. У него давно были проблемы с сердцем. После его смерти поднялся такой шум… все газеты писали о том, кто же займет его место в компании. По идее, либо я, либо Эдвард! Карлайл не может, у него свой медицинский бизнес. А других родственников у дяди не было, как я думала!
И вот, я узнаю, что он оставил завещание. Но я его еще не видела. Мне должны прислать повестку к нотариусу, который его зачитает, и мы узнаем, кому и что досталось. Присутствовать должны все родственники.
- У меня плохие новости, - хором произнесли мы. Удивленно посмотрев на брата, я села на диван и взяв со стола бутылку мартини, налила в бокал. Значит, Эдвард уже знает.
- Мне удалось достать копию завещания дяди, - сказал он, сев рядом и положив руку мне на плечо.
- И?
- Вот, посмотри, - Эд протянул листок бумаги.
Глубоко вздохнув, я взяла листок в руки и посмотрела на содержание. Пропустив начало, я перешла к самому главному: «Своему любимому брату Карлайлу я завещаю деньги на благотворительный фонд и деньги на новое, современное оборудование в клинику. Его жене Эсми - казино в Вегасе и даю разрешение на его продажу. Элис, моя хорошая Элис... Я хочу, чтобы ты была здоровой и бросила принимать эти запрещенные препараты. Ради меня. Ты ведь знаешь, как сильно я люблю тебя. Я помню, что тебе всегда нравился мой загородный особняк под Нью-Йорком, - я думала, у меня сейчас слезы польются. Тот самый особняк в готическом стиле, с двумя бассейнами во дворе, с каминами, с тремя этажами, подвалом, где можно играть в бильярд и покер. Это мечта, - теперь он твой. - Мой? Глаза на мокром месте, улыбка на лице, вот так, примерно, я сейчас и выглядела. - Эдварду я завещаю коллекцию своих машин. Я знаю, как ты ее любишь и знаю, что ты ее точно не продашь. И еще пентхаус, что на Пятой Авеню. - Повезло братишке с коллекцией. Чарли прав, Эдвард никогда и ни за какие деньги не продаст ее, даже, наоборот, будет ее пополнять. - Самое главное - я всегда знал, что у меня есть внебрачная дочь - Изабелла Свон. Огромная просьба найти ее, сказать, что я ее любил. И все свое состояние я завещаю ей. Я так виноват. Всю жизнь она росла без отца. Я прошу у нее прощения...»
Дальше я не стала читать и, повернувшись, посмотрела на Эдварда, который стоял около окна и пил коричневую жидкость из бокала.
- Компания достается ей? - спросила я, прекрасно зная ответ.
- Да, - ответил он.
Особняк продавать я не собираюсь! Я так давно мечтала о нем! Но нужны деньги. Осталось придумать, как их найти.