Какая-то девушка, смутно знакомая мне по школе, наверное, на класс младше меня, поднялась и громко прокричала:
Белла, что на самом деле было у вас с Эдвардом Калленом?
По залу пронеслись аплодисменты и свист, одобрительные возгласы, а я почувствовала дрожь во всем теле. Это был один из тех вопросов, которые я могла услышать только в страшном сне. 
Джейкоб и Эдвард в первом ряду замерли.

***

Что на самом деле было между мной и Эдвардом?
Это был не единственный вопрос, на который у меня не было заранее заготовленного ответа, но единственный, который пугал меня. Здесь не было беспроигрышного варианта: при любом ответе я теряла либо корону, либо Эдварда, либо свою репутацию.
“Чем из этого я готова пожертвовать?” - лихорадочно пыталась я решить. Я бы отдала все, чтобы Эдвард снова вернулся ко мне, и сделала маленький шажок вперед, ближе к краю сцены, туда, где он сидел в первом ряду. Я надеялась, что его глаза подскажут мне ответ, но он оставался таким же холодным и сдержанным, как и всякий раз, когда я бросала на него взгляд во время конкурса. Джейкоб, наоборот, покраснел и подался вперед. Но ни один из них не мог помочь мне ответить на этот вопрос.
- Белла, - напомнил ведущий, - ваш ответ?
- Да-да, - улыбнулась я, - я просто задумалась. Вы знаете, это единственный вопрос, на который я не могу дать ответа.
Зал разочарованно выдохнул, а на лице жюри я явно увидела слова “минус сто баллов”. Отлично – ни Эдварда, ни короны.
- Дело в том, что я сама бы хотела знать, что произошло между мной и Эдвардом Калленом. Ведь неважно, что именно происходило с нами, важно, какую оценку мы даем случившемуся. Мне кажется, это было... что-то удивительное... Может быть, любовь? - смело продолжала я, глядя прямо в глаза Эдварду. - Но я не знаю, что думает по этому поводу мистер Каллен, и поэтому не могу ответить на Ваш вопрос более точно, - закончила я, ослепительно улыбаясь задавшей вопрос девушке и всему залу.
Это был фурор! Розали изменилась в лице, ведущий произнес в микрофон “Вот это да....”, а в зале все принялись кричать и хлопать.
Джейкоб побледнел и напустил на себя высокомерный вид, а Эдвард...
Эдвард спокойно сидел в своем кресле и так же безразлично смотрел на меня, как и пятью минутами ранее. Мой ответ не взволновал его. Ему, казалось, было скучно.
Сердце сжалось, в висках застучало – я ведь рассчитывала совсем на другую реакцию! Я призналась в своих чувствах к нему, сама, первая! Но он даже не удостоил меня взглядом!
- Тихо! Всем тихо! - закричал опомнившийся, наконец, ведущий, - пожалуйста, сядьте по местам и успокойтесь. Ну, подумаешь, любовь!
Но успокоить школу было не так-то просто. Достаточно потрясенные неожиданной развязкой дебатов и поцелуем Джаспера и Элис, все вошли во вкус и хотели новой любовной истории о Калленах и Хейлах.
- Белла! Эдвард! - начал кто-то скандировать. Остальные подхватили:
- Белла! Эдвард! Белла! Эдвард! Белла! Эдвард! - кричали они.
- Белла! Эдвард! - прокричал кто-то за моей спиной. Это была Джессика.
Эдвард все так же сидел, не изменив позы, не улыбнувшись, не показав гнева. Ему будто действительно безразлично было то, что я сказала и то, что выкрикивала вся школа.
Жюри робко улыбались, не зная, как вернуть в привычное русло конкурс, вся надежда была только на ведущего.
- Так! - попробовал он еще раз. - Ну раз вы так все хотите узнать, что у них было, давайте сначала разберемся, а потом продолжим выборы королевы. - Идет? - крикнул он.
- Да! - отозвался весь зал!
- Тогда... Белла, Эдвард. Мы все хотим узнать о вас правду. Эдвард! - позвал он.
Эдвард презрительно посмотрел на него.
- Поднимешься на сцену, чтобы тоже что-нибудь сказать?
- Нет, - нерешительно ответил Каллен.
Он не мог придумать ничего, чтобы ударить меня больнее. Я чувствовала себя растерянной и униженной, впервые за свою жизнь. Кто-то, кому я только что призналась в любви публично, отверг меня на глазах всей школы, да еще и на конкурсе красоты!
Но, как всегда, помощь приходит от того, от кого меньше всего ожидаешь.
Кто-то мягко взял меня за руку и обнял за талию.
- Хватит! - сказала Розали. - Оставьте Беллу в покое. Какое вам дело до того, что было у нее с Эдвардом? Она не становится от этого менее красивой, и дайте ей право хранить секреты. Они есть у каждого из вас, почему их не может быть у Беллы?
Но никто ее не послушал. Крики и скандирование моего имени начались снова. Я смотрела на Эдварда. Все-таки он не мог быть совсем безрализчным – но его лице проступило явное сочувствие ко мне, нерешительность, словно он думал, встать ему на мою защиту, или...
Но его опередила Розали.
- Все! Хватит! - крикнула она в микрофон. - Вы просто стая безжалостных детей, которая готова отказаться от любых понятий о чести и морали ради очередной сплетни! Вы что, забыли, что Эдвард и Белла – тоже люди? Хватит! Белла, пойдем.
Она повела меня вниз со сцены. Я была слишком ошарашена, чтобы воспротивиться, поспешить, или же вообще понять, почему Розали вступилась за меня. После того как Эдвард тоже вскочил и пошел к выходу вместе с нами, в голове у меня окончательно все перемешалось.
Стоит ли говорить, что Эммет и Джаспер с Элис тоже выбежали из зала вместе с нами.
- Беллз, пойдем в твою гримерку, потому что все папарацци и жаждущие посмотреть на тебя и Каллена уже бегут за нами, - сказал Эммет.
- Не то чтобы я сам не хотел знать, что у вас происходит, но я бы предпочел...эээ... более интимную обстановку для этого, - добавил Эммет на ходу.
Моя гримерка, к счастью, была пуста.
- Вот так приключение! - сказала Элис, бросаясь на диван и увлекая за собой Джаспера.
- Белла, Роуз, вы были великолепны! - добавил мой брат.
Про себя отметив, как фамильярно он обращается к Розали, я поняла, что - самое важное – я сейчас должна сделать.
Я подошла к Розали.
- Розали, я... Не знаю, как тебя благодарить за то, что ты сделала для меня на сцене. Это было... очень неожиданно... и важно для меня. Спасибо.
Розали покраснела и явно хотела сказать мне, что это все пустяки и что не стоит благодарности, но ее опередил Эммет, подходя к нам.
- Да, Роуз, это было просто круто, ты супер-женщина! Ну вообще-то я это и так уже знаю.
И с этими словами он обнял ее, наклонился, словно танцуя танго, и поцеловал Розали.
Две мысли пронеслись в моей голове.
Первая – что это все как сцена из кино.
Вторая – что Эммету сейчас не поздоровится.
Но я ошибалась. Розали, похоже, ничего не имела против поцелуя. После двухминутного, страстного поцелуя, такого страстного, что все остальные стали переминаться с ноги на ногу, смотреть друг на друга и думать, не выйти ли нам из комнаты. Впрочем, это было несколько преждевременно. Эммет и Розали все-таки оторвались друг от друга, она – пунцовая от смущения, но улыбающаяся, он – торжествующий.
- Короче, не могу ничего объяснять, все и так понятно. Между нами, - подчеркнул Эммет, глядя на меня и Эдварда, - а если есть желающие продолжить воссоединение и примирение семей Калленов и Хейлов, то добро пожаловать.
Намек был очевидным, но я не готова была обсуждать свои чувства к Эдварду при всех, поэтому я попробовала перевести тему.
- Подождите, Каллены и Хейлы. Я совсем запуталась. Кто-нибудь вообще знает, из-за чего пошли все наши розни, столь блистательно прекратившиеся сегодня?
- Из-за Рене.
- Из-за Эсми, - раздались ответы одновременно.
Каллены и Хейлы с недоумением разглядывали друг друга.
- Так из-за Рене или из-за Эсми? - спросила я.
- Я слышал оба варианта, - неохотно сказал Эдвард. - Мне кажется, что ни из-за кого из них. Может, наши мамы поссорились между собой, и так вышло. А, может, это было просто недоразумение. В общем, никто не виноват.
- Честно сказать, меня это уже мало заботит, - прощебетала Элис, - что бы там ни было, мы все просто орава идиотов, которые всю жизнь занимались бессмысленной травлей друг друга.
- Я думаю, пришло время просто оставить это в прошлом и выкурить трубку мира, - предложил Джаспер.
Все явно были согласны с этим. Еще бы, с двумя обнимающимися парочками. Ну и со мной, и с Эдвардом.
- Я бы предложил выпить шампанского, но, думаю, нам сейчас не удастся его достать, да и у нас все еще остался этот нерешенный вопрос, - Эммет хитро смотрел на меня, давая понять, что “той самой” избежать не удастся, - Беллз, прости, что я раню снова твои чувства, но мне тоже интересно, как и всем, и я имею право как старший брат знать! Что происходит между тобой и Эдвардом?
И хотя вопрос был задан мне, ответил на него Эдвард.
- Я думаю, мы тоже хотим это узнать. Но нам нужно поговорить. Наедине, - подчеркнул он.
- Окей, нет проблем, - поднялся Джаспер, - а мы пока узнаем, чем закончился конкурс красоты. Может, раздобудем вам две половинки короны.
Элис с Джаспером и Розали с Эмметом вышли. Мы остались вдвоем. И хотя Эдвард сам предложил поговорить, он молчал. И я молчала. Мне казалось, это длилось очень долго – мы просто сидели, смотрели друг на друга и ничего не говорили.
А потом он просто подошел, сел со мной на диване и погладил меня по щеке.
- Мне кажется, мы оба сделали очень много ошибок. Прости меня.
И да, я знаю, что я вся из себя такая крутая Белла Хейл, но в тот день даже для меня случилось слишком много всего. И поэтому я судорожно обняла Эдварда и заплакала.
Знаете, в романтических комедиях есть такой дурацкий тип героинь, которые от волнения начинают беспорядочно тараторить, говоря все подряд и подчас выдавая уйму своих и чужих секретов? Всегда презирала таких персонажей, но что-то подобное случилось сегодня со мной.
И вообще-то, если совсем честно, это было очень приятно. Эдвард гладил меня по волосам, говорил, что все это ничего страшного и что он тоже очень, очень виноват. А потом он поцеловал меня в лоб, в висок, в щеку... ну а потом поток слов и извинений закончился, и мы просто стали целоваться.
И, конечно, вам не надо говорить, что Элис с Джаспером и Розали с Эмметом вошли в гримерку именно в это момент.