Было чертовски больно наблюдать за тем, как Элис переживает предстоящую встречу с Рене. Целую ночь она проведёт в ожидании того, о чем мечтала всю осознанную жизнь. Казалось, что даже радость материнства, которая до недавнего просто переполняла сестренку, куда-то исчезла. Я могла лишь догадываться, какие мысли витают в ее голове и надеяться, что судьба будет более благосклонна по отношению к Элис, нежели ко мне.
Я до боли закусила внутреннюю сторону щеки, чтобы вновь не заплакать. Еще утром, под встревоженные взгляды Тани, я через каждые пятнадцать минут выбегала в уборную самолета, чтобы вдоволь нареветься. Одно воспоминание о том, как холодно со мной прощались дети, заставляло меня вздрогнуть всем телом. Но, даже несмотря на грубость проявленную Тимоти, я сильнее переживала за Эдварда. Ведь нам так и не удалось поговорить перед моим отъездом, а утром, пытаясь вышмыгнуть из дома так тихо, чтобы не разбудить мужа, я просто не смогла не остановится, чтобы не посмотреть на него. Моё сердце замерло, когда я вновь увидела ссадины и синяки на лице Эдварда, и несмотря на всю боль, которую он причинил мне своей… своим поступком, мне отчаянно захотелось обнять его.
Прогнав прочь эти мысли, я клятвенно пообещала себе, что вечером, как только останусь в номере одна, я заново все обдумаю и может тогда я смогу понять, что именно чувствую. А пока, находясь рядом с сестрами, я просто не могла позволить себе вновь утонуть в жалости к себе. Крепко зажмурившись, я резко распахнула глаза и для пущего эффекта использовала журнал, специально предоставленный для женской половины посетителей ресторана в дамской комнате, в качестве импровизированного веера, чтобы высушить слезы. Окинув свой вид прицельно-внимательным взглядом, я удовлетворенно отметила, что выгляжу вполне сносно и, наконец, могу вернуться за столик к сестрам.

Розали, как и в прошлую нашу поездку, вновь остановила свой выбор на том же милом ресторанчике с приятной расслабляющей атмосферой. Измученные перелётом, мы и не вздумали возражать, и довольная собой Розали (что крайне сильно раздражало Таню) заказала нам столик.

- Ты, наконец, вернулась, - с придыханием и явным облегчением воскликнула Таня, когда я заняла своё место за столиком. Я с удивлением посмотрела на неё, но все мои вопросы вмиг улетучились, когда я заметила разгневано-виноватое лицо Розали и обиженную Элис.
- Что тут произошло? – моментально поинтересовалась я, непроизвольно переключившись на интонацию «строгой мамочки». Элис лишь отрицательно покачала головой и принялась за свои спагетти. Розали с Таней тоже сохраняли молчание. – Обалдеть, девочки. Вас и на минуту нельзя оставить, чтобы вы не умудрились не поссориться.
- Я ни с кем не ссорилась, между прочим, - резонно заметила Таня, но тут же осеклась под прицельным вглядом Розали.
- И всё же, - проигнорировав слова Тани, продолжила я, - мне кто-то потрудится объяснить, что произошло, пока меня не было? Элис, почему ты чуть ли не плачешь? И почему у Розали такой воинственный вид?
За столом все также продолжало витать странное, напряженное молчание, которое я не собиралась нарушать первой. Невероятно раздраженная, я показательно фыркнула (чем тут же развеяла образ праведной мамаши) и решила последовать примеру Элис – принялась за поедание пока еще теплого лукового супа.
Первой не выдержала Таня, на что я, в принципе, и рассчитывала.
- Да, ладно, девочки. Давайте не ссориться, мы ведь приехали сюда не за этим, - примирительно заговорила сестра. – Просто проведем это время с пользой, и не будем выяснять отношения друг с другом.
- Мы не ссорились, - поправила Розали Таню, - просто у нас возникают разногласия - и это нормально.

- Если ты считаешь это нормальным, то мне жаль тебя, - тихо ответила Элис, и все тут же перевели взгляд на неё. В последний раз такое напряжение между нами витало, когда Розали устроила вечеринку за последствия которой отдувались все четверо.
- Нечего меня жалеть, - огрызнулась Розали.
- Рози! – негодующе воскликнула я.
- Всего этого не было бы, если бы вы сразу все рассказали мне о маме.
- О Рене, - автоматически поправила ее злая до чертиков Розали.
- Элис, мы, может, и поступили изначально неверно, но это было вызвано добрыми побуждениями. Ты же знаешь это, - словно заезженную пластинку, повторила я свои же слова. Краем глаза я заметила, что Таня наблюдает за кем-то в стороне, и была благодарна ей за то, что она не лезет в эту ссору.
- Знаю. И с одной стороны я все понимаю, и потому не могу на вас сердиться. Но с другой стороны, я чувствую себя маленькой девочкой, которой навязывают родительское мнение! И это меня убивает! – горячо вымолвила Элис, сжимая в руке вилку так, что костяшки пальцев побледнели.
- Сколько раз мы должны еще извиниться? Миллион? Миллиард? Как ты не можешь понять, что мы не хотели сделать еще хуже! Ты всю свою жизнь идеализировала образ Рене, считая ее несчастной скитающейся творческой натурой. И мы не возражали против этого, тайно глотая обиду. Ведь ты совсем не помнишь, каково это сидеть каждый вечер на крыльце и ждать, когда вернется твоя мама. А ее все нет и нет. Вот, что по-настоящему убивает! А не наша попытка защитить тебя! – на одном дыхании высказалась Розали, и швырнув салфетку на стол, молниеносно покинула ресторан.
На несколько секунд над столиком воцарилась гробовая тишина. Побледневшая Элис сидела, словно сама не своя. Даже Таня, немного ошарашенная, все еще смотрела вслед вылетевшей Розали.
Переваривая слова Розали, я окунулась в те воспоминания, когда сестра до самой ночи несколько месяцев подряд сидела на крыльце и ждала возвращения такси, на котором, как предполагалось, уехала Рене. Уставшему отцу, заваленному кропотливой и ненужной работой секретаря с тремя маленькими девочками, было и так нелегко. Но видя, как угасает самая бойкая и отважная из его малышек, он сам не мог сдержать слёз. Спасением для нас оказалась Лорен.

- Я … просто не могу, - аккуратно убрав салфетку с колен, Элис поднялась вслед за Розали и схватила свои вещи.
- Мы заплатим и вместе поедем в гостиницу, - тут же засуетилась Таня. Но Элис, попросив оставить ее наедине с собой, ушла сама. - Ну, значит, мы заплатим, и потом приедем в гостиницу, - в слегка язвительном тоне добавила Таня, подзывая официанта.
- А пока мне надо выпить.

Тремя часами позже, смывая с себя грязь сегодняшнего дня в душе, я чувствовала себя героиней плохого кино. Словно кто-то написал нереалистичный сценарий, но забыл вплести счастливый конец в развязку. Я не видела никакой надежды ни в ситуации с Рене, ни в ситуации с Эдвардом. Мое сердце было предано в тот самый момент, когда оно так нуждалось в поддержке. Мне почему-то начало казаться, что Эдвард изменил не только мне – он изменил своим детям, своим родителям… всем! И, к сожалению, простого «извини» мало. Я не хотела больше доверять Эдварду, просто физически чувствовала, что начинаю задыхаться, думая об этом.
Сквозь пелену шума я услышала звонок телефона. В надежде, что мне показалось, я нехотя вылезла из душа и, накинув фирменный халат гостиницы, стремглав понеслась в комнату, чтобы снять трубку.
- Миссис Каллен, извините за беспокойство. В холле вас ожидает молодой человек, который уверяет, что у него ваша кредитная карточка, которую вы забыли, расплачиваясь за ужин в ресторане. Мне пропустить его к Вам?
- Погодите минуточку.
Обшарив комнату в поисках своей сумочки, я достала кошелек и действительно поняла, что так и не забрала свою кредитку в ресторане. Хлопнув себя по лбу ладошкой, я проклинала свою же невнимательность.
Снова взяв трубку, я заговорила.
- Боюсь, я действительно забыла карточку в ресторане, - с сожалением сказала я.
- Значит, мне пустить к Вам этого молодого человека? – тут же поинтересовалась вежливым тоном регистратор.
- А он не может оставить ее у вас на ресепшене? – с надеждой полюбопытствовала я, не чувствуя особого желания встречать незнакомца с намыленными волосами и прикрытой одним лишь халатом.
- Я предлагала ему, но он настаивает на том, чтобы лично передать ее Вам в руки.
- Охх, - горько вздохнула я. – Тогда скажите, что я через десять минут спущусь.
И повесив трубку, я опрометью кинулась назад в душ, чтобы хотя бы смыть остатки шампуня с волос. В итоге, натянув на влажное тело спортивный велюровый костюм темно-синего цвета и собрав волосы в тугой узел, через десять минут я все же спускалась вниз за своей карточкой.

- Мисс Свон? – тут же окликнул меня приятный мужской голос. Слегка вздрогнув от неожиданности, я удивилась, что меня назвали моей девичьей фамилией. Обернувшись на девяносто градусов на источник баритона, я увидела того самого пианиста из ресторана. Краска смущения залила мои щеки, от одного лишь воспоминания, каким образом проходила наша первая встреча.
- Эээ… да? – мое утверждение прозвучало как вопрос, что очень позабавило молодого человека. Он приблизился почти вплотную ко мне, оставляя между нами полметра расстояния. Но даже так я смогла почувствовать приятный аромат его мужского одеколона. «Такой же, как у Эдварда», мигом пронеслось в моей голове. Но я не успела об этом подумать всерьез, потому что пианист с интересом рассматривал мое одеяние. От чего я, естественно, еще сильнее смутилась.
- Так да или нет? Потому что мне велено отдать эту кредитную карточку, - он демонстративно указал кивком головы на карточку, - некой мисс Свон.
Чувствуя себя полнейшей идиоткой, я все же нашла в себе силы собраться и ответить.
- Да, мисс Свон – это я. А это, - я выхватила свою карточку, понимая, что веду себя по-детски глупо, - действительно моя карточка. Спасибо, что принесли.
Выговорив эту скороговорку, я уже хотело было развернуться и уйти, но путь мне преградил пианист.
- Извините, я Вас обидел чем-нибудь?
Я передернула плечами, желая избежать ответа. Ведь, по сути, я скорее обижалась на себя за свое глупое поведение.
- Нет, - коротко ответила я, но парень был настойчив.
- А по вам не скажешь.
- Послушайте, молодой человек, я действительно на Вас не обижаюсь. Но я очень хочу оказаться в своем номере, чтобы высушить волосы.
Высказав немного больше информации, чем собиралась, я пораженно замолчала.
- По-моему, всё итак отлично.
- Чисто мужское клише, - неодобрительно фыркнула я, уверенная, что выгляжу отвратительно.
- Возможно. Но позвольте мне переубедить Вас, что Вы выглядите отлично. Возможно, за чашечкой кофе?
-За чем, простите? – не поверив своим ушам, решила переспросить я.
- Кофе. Или хотите, можем выпить пива, что в принципе, мне более по душе, чем кофе, - с улыбкой ответил парень.
- К сожалению, я не могу, - просто ответила я, пытаясь не придавать особого значения его словам. Иначе вновь зальюсь краской смущения.
- Почему? Вы чем-то заняты? – настаивал на своем парень, чем изрядно выводил меня из себя.
- Да, - тупо ответила я, нервно теребя кредитную карточку вспотевшими ладонями.
- Ну что же… Если передумаете, то по вечерам меня можно найти в клубе «Яма». Я выступаю там вместе со своей группой. Если что, на входе скажите, что Вы от Джеймса.
И, не дождавшись ответа, парень отвесил мне шутливый поклон и исчез за дверьми гостиницы.


-----------

Вот оно - чудо (лично для меня, так уж точно), я вышла из затяжного кризиса. У кого еще есть желание читать фф, милости просим!
За редактирование спасибо Маше.

Форум