Пока ничего страшного. В конце концов, быть новенькой не так уж плохо, как кажется на первый взгляд. Не было никаких жестоких приколов, смеха в лицо, все были довольно дружелюбны, особенно мальчики, как и предсказывала Анжела. За весь день моя лучшая подруга была моим утешением. Для меня, очевидно, самые худшие вещи — незнание коллектива и трудность в поиске новых знакомых — остались в прошлом.
Казалось, все хотели завести со мной дружбу, потому что в какой бы класс я не зашла, кто-нибудь из учеников обязательно старался завязать разговор. Но парни, несомненно, в ближайшем будущем все же составят для меня проблему. Небольшими группами они следовали за мной повсюду, пытаясь быть незаметными, но терпели в этом полный провал. Майк Ньютон, с которым я встретилась на английском, а затем еще и на гимнастике, казалось, был самым назойливым.
Дерьмо! — подумала я, посмотрев на часы. Если не поспешу, то опоздаю на биологию. Сегодня я пообещала себе, что не опоздаю ни на один из уроков, даже если он последний. Пришлось тут же сорваться с места, посмотрев на карту, чтобы ненароком не заблудится по дороге. Звонок прозвенит в любую секунду.
Сейчас кабинет биологии находится в правом коридоре, верно? Да, кажется, Анжела говорила мне об этом. Нет, стоп! Может, левый коридор? Нет, правый. Аррр…
Я облегченно выдохнула, когда увидела дверь в нужный кабинет. Успокоив дыхание и сердцебиение, я зашла в аудиторию. Все повторилось в точности так, как и на других уроках: я зашла в класс, и все сразу же на меня уставились. Я, естественно, покраснела как помидор, быстро отвернулась от любопытных глаз и взглянула на учителя, сидящего за столом.
Это был мужчина, возможно, под тридцать. Он был весьма привлекателен: растрепанные бронзовые волосы, удивительные зеленые глаза, скульптурное тело, высокий, широкоплечий, наверняка, в его ногах лежит не менее сотни девушек. Но я обратила внимание не на внешность, нет. Меня испугало вовсе не это, а то, как он посмотрел на меня. Это было так резко, так… Не знаю, как описать. Он чертовски напугал меня, и тут же возникло огромное желание просто развернуться и выбежать из аудитории с такой скоростью, на которую только была способна.
Я отвела взгляд и посмотрела прямо перед собой, прежде чем пойти к своему месту. Оно было только одно, по-видимому, именно для меня, так как я была последней. Не сделав и пары шагов, я с ужасом осознала, что нужно отдать формуляр преподавателю. Пришлось медленно обернуться, чтобы стать точно перед красивым мужчиной, все еще смотревшим на меня в упор.

Я не должен чувствовать себя так, это неправильно. Но тогда почему я не чувствую, что это неправильно? Она, мать вашу, была моей ученицей! Ей должно быть не больше семнадцати или восемнадцати, но я не мог справиться с тему чувствами, что влекли меня к ней. Как мотылек на огонь. Она не обжигала, она заставляла меня чувствовать тепло, чувствовать себя просто замечательно, а я всего лишь смотрел на нее. Я хотел знать о ней все. Я нуждался в этом. Мне казалось, что если я не смогу любоваться ей, это просто убьет меня.
Сейчас я испытывал так много чувств, чувств, в которые не верил до этого момента. Это как снег на голову, но что я чувствовал? Страсть? Конечно. Но это было чем-то большим, гораздо более сильным. Оно заполняло каждую клеточку моего тела. Оно использовало меня, топило, я начинал задыхаться, но не мог остановиться. Я не мог остановить это, оно не поддавалось контролю. Я не мог думать ни о чем другом, кроме нее и этого странного чувства, постепенно заполняющего душу, тело и разум.
Я никогда не верил в любовь с первого взгляда, но сейчас... сейчас было очень трудно игнорировать это. Смешно, глупо, но в этом момент я чувствовал вину за те слова, которые раньше использовал для описания этого ощущения. Как я не мог поверить, если влюбился в эту девушку с первого взгляда? Именно так. Я влюбился в нее, хотя мы еще не обмолвились ни единым словом, я даже не знал ее имени. Но я мог догадаться.
Это, безусловно, была Изабелла Свон. Ни один из студентов не давал мне формуляра, так что это должна быть именно она. Я был вне себя от радости, что смог узнать о ней такую мелочь. Вся информация о ней была для меня чрезвычайно важна.
Я любил ее. Я хотел ее, без сомнения.
Моя, — снова прошептало подсознание.
Когда она посмотрела на меня, я смог заглянуть в ее карие глаза и клянусь, мое сердце буквально остановилось. Было ощущение, что я заглядываю прямиком в ее красивую душу. Я мог смотреть в эти глаза всю жизнь и мне бы не надоело.
Но она слишком быстро отвернулась, а мне захотелось подойти к ней и развернуть к себе, чтобы было удобнее изучать ее нежные омуты, но я проигнорировал это. Она пошла к свободному столу, теперь однозначно принадлежащему именно ей. Я был в растерянности: ей же надо отдать мне бумагу на подпись. И я действительно хотел этого. Ведь это означает, что я смогу с ней поговорить. Даже небольшое предложение…
Но на полдороги она неожиданно остановилась. Мое сердце забилось быстрее, когда она начала поворачиваться, и мне представился шанс снова заглянуть в ее карие глаза. Красивая… Это заставило меня трепетать. Она начала подходить ко мне, пока не остановилась перед моим столом. Я вдруг осознал, что руки задрожали от внезапного желания погладить ее розовую щечку в надежде почувствовать мягкость и шелковистость кожи. Пришлось вцепиться в край стола, дабы не поддаться искушению.
— Я новая ученица. Изабелла Свон, — сказала она самым красивым голосом, который мне только приходилось слышать.

Он пялился на меня в течение нескольких долгих секунд, отчего стало очень неловко. Я нервно переминалась с ноги на ногу, пока ждала его ответа.
Он медленно встал со своего места, все еще не отрывая от меня пристального взгляда.
— Изабелла Свон? — спросил он почти благоговейно.
— Эм, да, — ответила я неловко.
Выражение его лица вмиг изменилось: на губы легла темная усмешка, а в насыщенных зеленых глазах вспыхнула похоть с толикой некоторой нежности.
— Я твой преподаватель, мистер Каллен, но ты можешь называть меня Эдвардом, — сказал он. Последняя часть предложения больше походила на урчание.
Он протянул руку для рукопожатия и, если вы меня спросите, выглядел при этом весьма нетерпеливым. Я взяла его ладонь и нерешительно пожала, при этом — я абсолютно в этом уверена — услышав его удовлетворенный вздох. Ладно, ничего странного в этом нет...
— Это мой первый день, и мне нужно, чтобы вы подписали формуляр? — По интонации это больше походило на вопрос.
— Какое совпадение, — промурлыкал он, — для меня сегодня тоже первый день.
— О, — пробормотала я, — замечательно.
Я неловко передала ему бумагу на подпись и просто не могла не заметить, как его рука преднамеренно задержалась на моей ладони немного дольше положенного. Я покраснела, заставляя его ухмыльнуться. Возьми себя в руки, Белла! Он твой преподаватель и не мог подумать ничего неуместного о своей ученице! Действительно? Тогда объясни тот факт, что он просто раздевает тебя глазами! Мой разум воевал сам с собой.
— Садись здесь, — сказал он, отдавая бумагу. — Теперь твое место именно здесь.
— Какая неожиданность, — прошептала я. Как будто есть еще хотя бы один свободный стол!
Он усмехнулся.
Сидя за партой, я прекрасно понимала, что теперь на передовой, потому что мой стол находился аккурат перед преподавательским. Просто блестяще…
Пришлось приложить усилия, чтобы обращать внимание на происходящее в классе, но каждый раз, когда краем глаза я ловила взгляды мистера Каллена, обращенные ко мне, вся концентрация быстро испарялась, заменяясь страхом. Я не могла понять причины этого чувства, просто подсознательно знала, что он опасен. Неоднократные попытки убеждения себя любимой в собственной параноидальности в первый учебный день не возымели эффекта. Куда уж, когда чувствуешь на себе взгляды, полные похоти.
Мне стало плохо при мысли, что мой учитель, который старше меня на десять лет, мог иметь такие мысли о семнадцатилетней школьнице. Вспомнив его глаза, когда я впервые вошла в класс, живот опять скрутило. А когда его взгляд снова обратился ко мне, пришлось постараться, чтобы скрыть нервозность. Я сделала единственную вещь, на которую была сейчас способна: опустила глаза и стала рассматривать деревянный стол передо мной.
Я чувствовала покалывание от его пристального взгляда, все еще безуспешно пытаясь обращать внимание на происходящие в аудитории. Мне безумно хотелось встать и убежать отсюда. С каждым новым тиканьем часов мои ладони потели, дыхание сбивалось, а сердце пропускало удары. Казалось, время шло медленнее обычного. Скоро этот все должно закончиться.
45 минут — не так уж, блять, и много!
Я молилась про себя, чтобы звонок наконец прозвенел, и я могла скрыться от этих зеленых глаз.
Это свершилось именно тогда, когда надежда почти иссякла.
Дзыыыынь!
Я не тратила времени зря, быстро вскочив и начав собирать вещи в попытке скорого бегства из кабинета. Но, услышав голос мистера Каллена, поняла, что она с треском провалилась
— Иза… Мисс Свон? — обратился он.
Я неловко повернулась к нему.
— Да? — спросила я с надеждой, что он не оставит меня после занятия.
— Я увижу вас завтра? — В голосе можно было услышать нотки отчаянья, как если бы он боялся, что завтра меня здесь уже не будет.
— Разумеется… Думаю, да, — ответила я тихо.
— Тогда до завтра, — усмехнулся он.
Я кивнула и немного улыбнулась, прежде чем развернуться и выйти из кабинета настолько быстро, насколько могла. Идя по коридору, на спине я чувствовала его горящий взгляд до тех пор, пока не повернула за угол. Счастье переполняло меня, ведь уроки закончились, и я могла поехать домой.
Нужно только добраться до Chevy, преподнесенного мне Чарли в качестве подарка по возвращении в Форкс.
— Белла? — Женский голос, раздавшийся позади, был смутно знаком.
Повернувшись, я увидела Джессику, идущую ко мне с широкой улыбкой на лице. Она вместе со мной была на уроках английского и испанского, но мы практически не общались друг с другом. Я только ловила ее взгляды на уроках и в кафетерии. Вероятно, из-за того, что я была новенькой.
— Привет, Джессика, — сказала я, стараясь быть вежливой.
— Я… я только хотела с-спросить, не хотела бы ты п-позаниматься… эм… со мной п-после школы, — спросила она, нервничая и периодически заикаясь.
Кажется, она действительно хотела подружиться, только не знала как подойти. (прим.автора: Джессика – лесбиянка, и дружба от Беллы ей нужна специфическая)
— Хм, не сегодня, Джессика, — ответила я.
Она поникла, и я немедленно почувствовала жалость к ней.
— Может, завтра или в другой день, — добавила я, а ее лицо снова засветилось.
— Хорошо! — сказала она взволнованно. — До завтра, малышка!
Я даже не заметила, как она пошла к своей машине. Малышка? Она, наверное, очень нежно относится к своим друзьям.
Я пыталась справиться с чувством, что за мной наблюдают, пока выезжала со своего места на стоянке, но все же содрогнулась, краем глаза заметив мистера Каллена, смотрящего за мной из окна.

Наблюдая, как мой ангел уезжает от меня все дальше и дальше, я почувствовал боль в сердце. Я уже так сильно тосковал по ней. Я должен увидеть ее, сейчас! Просто не доживу до завтра, если в течение ближайшего часа не увижу ее прекрасное лицо. Выйдя из кабинета, я отправился на поиски адреса Изабеллы.
Первой мыслью было найти мисс О’Райли и расспросить ее о личных делах учеников, но, подойдя к ее офису и услышав несколько громких стонов, решил все же не прерывать Викторию и Джеймса и самому найти архив. Это было нетрудно, как и найти нужные мне папки с документами. Я обрадовался, потому что теперь я смогу увидеть мою Изабеллу намного быстрее. Моя Изабелла. Вся моя… Мой ангел…
Дела студентов лежали в алфавитном порядке, так что мне не потребовалось много времени, чтобы добраться до буквы «С». Ее дело было первым в этой секции, потому что она была новой ученицей, и ее только что внесли в картотеку. Я помедлил с минуту, когда в верхней части папки увидел фотографию своей богини. А еще здесь были детские фото моей Изабеллы. Даже в детстве она была очень привлекательна. Такая восхитительная…
Наконец оторвавшись от созерцания лица любимой, я переключил внимание на нужную мне информацию. Изабелла родилась 13 сентября 1991 года в Форксе. Это было странно, я думал, что она только недавно приехала в город. Но вскоре нашелся ответ: она уехала с матерью во Флориду, когда ей исполнилось пять. Мне стало жаль возлюбленную, ведь ей пришлось оставить отца в столь юном возрасте, и я разозлился на ее мать, которая думала прежде всего о своих нуждах, нежели о желаниях дочери.
Я решил, что сейчас необходимо найти действительно нужную в данный момент информацию — адрес ее дома — а все остальное могу и отложить до следующего раза. Просмотрев страницу, нашел графу «Адрес». Достав из верхнего кармана пиджака блокнот и ручку, я быстро записал улицу и номер дома моей любимой, после чего бережно положил все обратно в карман. Так как больше мне пока ничего не требовалось, я поставил папку на законное место, и, выбежав из здания, направился к автостоянке.
Заведя машину, я помчался прочь от школы, даже не заботясь о скорости, с которой ехал. Сейчас я мог сосредоточиться только на одном – лицо моей Изабеллы, которое смогу скоро увидеть. И то, что я буду снаружи в машине, а она в доме, не имело ни малейшего значения. Мне только нужно быть подле нее, знать, что она рядом, дышит, и сердце бьется в груди. Если судьба улыбнется мне, то в окне я даже мельком смогу увидеть ее лицо. Я надеялся на это.
Через несколько минут я был на ее улице. Я почти физически ощущал, что с каждой секундой приближаюсь к ней. Даже немного сбросил скорость, чтобы растянуть удовольствие от предвкушения. Наконец мой взгляд зацепился за номер ее дома, и я остановил машину на противоположной стороне дороги так, чтобы из окна с водительской стороны иметь прекрасный обзор на окна ее дома.
Только одна лишь мысль, что она была в доме напротив, заставила меня задрожать от удовольствия. Я был так близко к ней. Все, что нужно было сделать, так это выйти из машины, пройтись по лужайке перед домом, постучать в дверь и увидеть ее во всей красе: от волнистых коричневых локонов к шоколадно-карим глазам, к носу пуговкой, до ее совершенных розовых губ. Я так ужасно хотел подняться, постучать в дверь и прижать свои губы к ее в горячем, страстном поцелуе, который запомнился бы до конца наших дней.
Внимание привлекло движение в одном из окон дома, я отчаянно жаждал еще хоть малейшего признака присутствия и был вознагражден, увидев своего ангела. Она прошла мимо окна и встала перед зеркалом. Я ахнул, когда мои глаза остановились на ее лице. Красивая, как и всегда. Разве возможно существование кого-то столь совершенного? Невозможно. Но ведь она была. Ангел на земле. Мой ангел. Моя Изабелла.
Так я и провел всю ночь, сидя около дома своей возлюбленной.
Никто не разлучит нас, никто не заставит меня пойти на такое. Даже Изабелла. Я появился в ее жизни, и теперь нет ни единого шанса, что я покину ее.

ФОРУМ!!!