Westlife - Us Against The World

- Это так мило, - прокомментировала она, глядя на нее и покручивая как жезл. - Мне нравиться.
В моих глазах промелькнула неизбежность, и я знала это.

- Верни мне ее. СЕЙЧАС ЖЕ, - я чувствовала, девушка помогает мне, положа свою руку на мою.

- Верни ее ей, Джесс,- девушка, на которую я опиралась, нахмурилась, и сейчас ее голос был злым.

- Заткнись, Анжела, - Джессика нахмурилась. – Чертова залетайка.

Сейчас девушка пристально посмотрела на Джессику вместе со мной.

- Я сказала… - сейчас я была кровожадной. - Верни мне трость.

- Подойди и возьми ее, - хихикнула она, дразня меня.

Ох, ты думаешь, я НЕ СМОГУ? Ну, если бы я могла дойти туда, то я бы сделал это. Сейчас тот случай, когда я действительно хочу иметь ноги, которые бы работали.

Вот почему я так сильно люблю Зену. Я хотела бы быть ею прямо сейчас. Я хотела издать боевой клич и хорошенько надрать ей задницу своей тростью. Если бы у меня был шакран, я могла бы просто бросить его и вернуть себе свою трость, сразу после того, как полоснула бы ей по горлу.

- Пойдем, Лорен, идти далеко, - Джессика кивнула, жестом показывая на коридор, и Лорен засмеялась, побежала по коридору, разжав руки.

- НЕТ, Джессика! – я чуть не заплакала, когда закричала. Они собирались испортить мою идеальную и прекрасную палочку.

Но было уже поздно, она резко ее бросила, как копье, и Лорен завизжала, когда пошла за ней и попыталась словить своими наманикюриными пальцами.

- Хороший бросок, - рассмеялась Джессика, поднимая руки вверх. Я развернула голову в сторону и увидела, как Лорен подбрасывает ее в воздух. Она ударилась о потолочную плитку и опустилась немного не доходя до того места, где стояла Джессика. Она ударилась об пол с полным боли металлическим треском. Вмятина.

- Прекратите это! – сейчас я чувствовала, как слезы бегут по моему лицу. - Вы портите ее! Мне НУЖНА она!

- Ты можешь опереться на стену? – спросила меня Анжела, сейчас ее глаза выражали ярость. Я не ответила, но кивнула, в то время, как она прислонила мою спину к шкафчикам и побежала за тростью, лежащей на полу.

Джессика добралась первой, хотя Анжела схватила ее на секунду позже, и они дергали ее вперед и назад, как будто перетягивали канат. Я беспомощно наблюдала, как они собирались разорвать ее на части, я так и вижу в своем воображении, как это происходит. Лео, мне жаль. Я пыталась спасти тебя.

- Отпусти, Джессика! – визжала Анжела. - Какая же ТЫ отвратительная, она нужна ей, чтобы ХОДИТЬ!

- С сегодняшнего дня ищи себе другое место, чтобы сидеть, - Джессика кипела от злости, делая рывок и вырывая трость из рук Анжелы, а затем бросила ее, даже не оглянувшись, и пошла назад в направлении Лорен.

Это был ужасный бросок, и безрассудный, она даже не попыталась кинуть ее Лорен, чтобы та поймала, она просто хотела подальше швырнуть ее, чтобы еще больше поломать.

Лорен вскрикнула, пытаясь подпрыгнуть, чтобы поймать ее. Она остановилась в середине полета, звук удара тела по металлу заставил меня оглянуться. Она действительно поймала его?
Лорен повернулась и ее рот приоткрылся. Там стоял с поднятой вверх рукой, держа точно пойманную трость, Эдвард, одетый в серое шерстяное пальто. Он медленно опустил руку вниз, лицо было напряжено и сурово, его глаза выражали зло, когда он смотрел на нее. Это был терапевт. Я не могла ничего говорить, просто наблюдала.

Джессика, стоящая там на другом конце коридора, тоже наблюдала. Когда его глаза встретились с глазами Лорен, он окинул ее взглядом, выражая тем самым молчаливую ярость.

Он ничего не говорил, как будто не мог. Он по-королевски одним взгляд послал их. Ну, терапевт всегда выглядит так. Но здесь что-то большее… это даже страшно. Он выглядел так, будто решал внутренний конфликт на тему, что же делать.

Боже, я надеюсь, он не ударит Лорен. Это было бы плохо, даже если она это заслужила. Он держал трость. Я заметила, как его рука немного дрожала, как если бы он думал применить ее к ней. Нет, не делай этого Эдвард, не надо. Оно того не стоит. У тебя будет много неприятностей. Тебя даже могут арестовать.

- Мы просто играли тут, - сказала я, снимая напряжения с ложью. Я хотела, чтобы это закончилось, и Эдвард вышел из своего транса. - Спасибо что поймал ее, Эдвард. Я думала она, ударится в стену.

Отлично, теперь он будет думать, что я позволила им бросать его подарок, как будто это был кусок дерьма. Я хочу умереть.

Но затем он посмотрел на меня, сейчас у него были глаза убийцы. Он не купился на это. Затем он… зарычал. Он, ей богу, зарычал на меня. Как лев, это прозвучало так реально. Мой рот приоткрылся, и я не могла говорить после этого.

Джессика бросилась говорить что-то, как бы подыгрывая моей лжи, чтобы спасти себя. Она улыбнулась мне, подходя ближе, и начала говорить:

- Извини, Белла, я не хотела…

- Убирайтесь, - Эдвард закрыл глаза, сжимая мою трость, затем расслабил руку, держа ее свободно.

- Эдвард, мы просто… – Лорен тоже начала врать, но Эдвард закричал:

- УБИРАЙТЕСЬ! – взревел он, как и вчера в спортзале.

Они обе убежали, Джессика давай визжать от страха. И даже Анжела убежала в противоположном направлении, оставив меня прислонившуюся к стене с ним наедине. Часть меня хотела убежать с ними, но я была в ловушке.

(прим. автора: Следующие несколько строк взяты из книги, я не крала их. Они принадлежат Стефани Майер).

Я не знала, что еще сказать, когда он медленно подошел ко мне, за исключением: - Ты в порядке? – мой голос прозвучал хрипло и скрипуче.

- Нет, - коротко сказал он, тон его был яростным, когда он смотрел на мою трость, немного поглаживая ее пальцами.

Затем, после мгновения тишины он посмотрел на меня, как бы вспоминая, и спросил:
- Белла?

- Да? – я старалась прочистить горло, мой голос был таким грубым от того, что я кричала на Джессику.

- С тобой все в порядке? – он по-прежнему немного смотрел на меня, глядя вниз на трость, ярость еще не сошла с его лица.

- Да, - прохрипела я негромко.

- Отвлеки меня, пожалуйста, - приказал он.

- Прости, что?

Он резко выдохнул.

- Просто поболтай о чем-нибудь, неважно о чем, пока я не успокоился, - он закрыл глаза и зажал переносицу.

Например, что? Я пыталась придумать что-нибудь умное. Ничего не приходило в голову.
- Белла? – он, наконец, взял себя в руки и посмотрел на меня, - Где ты, черт возьми?
- Я ДУМАЮ, - пискнула я. - Я ничего не ПОДГОТАВЛИВАЮ заранее, знаешь ли!

Он снова немного зарычал и пошел забрать мой рюкзак, почистил его рукой, потом повернулся обратно ко мне, вложил трость в мою здоровую руку и сомкнул на ней мои пальцы. Его руки были по-прежнему холодными, но мне все равно. Мои глаза стали немного мокрыми, и он повернулся ко мне.

Мне было холодно, но и шок давал о себе знать.

- Один из секретов Каллена, - шепотом сказал он. – Белла, у идеального Эдварда Каллена иногда бывают проблемы с характером.

Не знаю, что сказать. Меня немного трясет.

- Но это было бы неправильно для меня развернуться и выследить этих маленьких… – он не закончил предложение, глядя в конец зала, куда они ушли, его челюсть изогнулась, когда он вспомнил о них. - По крайней мере, именно в этом я и пытаюсь убедить себя.

- Нет, Эдвард, ты прав, - я оперлась на трость и почувствовала, что моя больная рука опирается на его руку, поэтому он отвернулся от коридора, чтобы последовать за мной на улицу.

- Ты не можешь навредить девушкам или кому-либо другому в этом отношении, - сказала я, в то время пока он выглядел изумленным, позволив мне развернуть его. – У тебя могут быть большие неприятности, и, к тому же, это не ты. Ты не такой. Ты хороший. Не делай ничего такого, ладно?
Кроме того, он на удивление сильный. Что делать, если он потеряет контроль над собой и случайно убьет кого-нибудь?

- Но это была самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видел, - Эдвард все еще звучал ожесточенно, неся мой рюкзак через плечо.

- Знаю, - я слегка похлопала его руку. - Я тоже. И я видела довольно противные вещи. Но Зена показала нам, где есть добро, а где зло. Иногда, линии между ними стираются, но ты должен стараться остаться хорошим, так как иногда это может быть сложно. Как только, ты развернешься к темной стороне, будет очень трудно вернуться к свету.

Он остановился и повернулся ко мне ошеломленный.

- Зена? – глумился он, с презрением в голосе.

- Забудь, - покраснела я, взяв его руку, настолько хорошо, насколько можно было с моей больной рукой, и мы медленно пошли по коридору в направлении все еще ждущего автобуса.
- Я имею в виду, не бей девчонок, - просто сказала я. - И не надо никого бить из-за меня. И... не надо никого бить. Это просто вовлечет тебя в неприятности. Хорошо? У тебя есть хорошая работа, ты хороший студент, не упускай все это ради меня.

- Но ты мой друг, - сказал он, и мое сердце сжалось, его голос был такой смущенный и мрачный.
- Я знаю, - заверила я его, почти дойдя до двери ведущей наружу. – Я тоже твой друг, поэтому я и говорю тебе это.

- Как тебе может нормально после этого? – спросил Эдвард. - Ты была так расстроена, а теперь ты… в порядке. Как тебе это удается?

- Я привыкла, - сказала я. - Мало того, что я магнит для неприятностей, так я еще и придурков на себя навлекаю.

Он немного улыбнулся.

- Кроме того, я чувствую себя в безопасности с тобой, - сказала я, и сразу же поняла, что не должна была этого говорить.

От этого он не стал выглядеть счастливым, его белоснежный лоб наморщился, он покачал головой и нахмурился.

- Не надо, - просто сказал он, и я отвела взгляд, боясь, что все испортила.

- Они причинили вред Лео? – вдруг спросил Эдвард, наклонившись к моим ногам и еще раз более пристально рассматривая трость, пока я смотрела на его растрепанные как огонь волосы.
Я чуть не протянула руку, чтобы дотронуться до них, приготовившись сказать, что это была случайность, но остановилась, подумав о том, как Джессика привыкла хватать и дотрагиваться до них, и что с ней произошло из-за этого.

- Все плохо? – спросила я, чувствуя, что глаза наполняются слезами. – Внутри меня все умерло, когда они забрали ее, я просто знала, что они ее сломают.

- Нет, - коротко сказал Эдвард, глядя на меня. - Они не сломали ее. Все хорошо. Когда будут процедуры, я немного отполирую ее для тебя.

- Нет вмятин или еще чего-нибудь? – я не поверила в это.

- Нет, - сказал он, снова выпрямляясь.

Мы вышли на улицу, и коротенький маленький желтый автобус был все еще там с работающим двигателем. Он был пуст, за исключением старичка на сиденье водителя.

- Ты опоздала, - сказал он немного громко, но по-дружески. Я слышала Эдварда, подходящего к автобусу позади меня.

- Извините, - сказал он. – Осложнения. Спасибо, что подождали.

- Не тяжело, - сказал он со смешком, закрывая дверь и начиная поворачивать большой руль, увозя нас прочь.

- Ты поедешь со мной? – спросила я.

- Думаю у меня уже нет выбора, - сказал он, и стало немного легче. - Каждый раз, когда я отхожу от тебя на три шага, происходит трагедия. Я не хочу, чтобы Герман, стал следующей жертвой твоего магнита для неприятностей.

- Ха-ха, ты ТАКОЙ смешной, - я немного покраснела, улыбаясь и глядя в окно, пока он сидел в кресле напротив, развернувшись лицом ко мне.

- Как ты узнал, что я в беде? – тотчас выпалила я.

- Я не знал.

На моем лице отразилось разочарование, я и посмотрела в окно.

- Что? – невинно спросил он.

- Ты сказал, что сейчас доверяешь мне, - ответила я слабым голосом, не глядя на него. - Ты сказал, что мы должны быть честными, если собираемся быть хорошими друзьями.

- Хорошо, хорошо, - сказал он, затем посмотрел на свои руки, вздыхая. Что-то не так.

- Извини меня,- сразу сказала я, и получила его взгляд терапевта.

- Хорошо, я не сожалею?

- Я чувствую… – начал он, глядя в окно, затем повернулся ко мне, - очень… большую потребность защищать тебя. Я пытаюсь держаться на расстоянии и быть там, если я нужен тебе, потому что я хочу чтобы ты научилась сама заботиться о себе. Я стараюсь держаться подальше от твоих столкновений с кем-нибудь, но это так трудно для меня, и когда я слышу, что эти ничтожества говорят о тебе… когда я услышал то, что эти девушки думали…

- Подожди, - я остановила его, я была рада, что он пытался сейчас поделиться этим со мной. - Ты сказал, что услышал, о чем они думают?

Он выглядел испуганно, как будто ему было страшно, что попался.

- Так ты что… мысли читаешь? – прошептала я.

Вот дерьмо. Если это правда, то я покойница. Я подумала обо всех моих грязных мыслях и фантазиях, которые у меня в голове с приходом в эту школу. Сейчас я вспотела.

Он взглянул на Германа, затем обратно на меня и с закрытыми глазами прошептал:

- Я могу читать… все мысли в радиусе пяти миль…

Это отстой.

- За исключением твоих, - добавил он, открывая глаза и глядя на мое испуганное лицо.

- На самом деле? – я, должно быть, звучала скептически.

- Эй, Герман, - крикнул Эдвард назад детским голосом. - Загадай число от 1 до миллиона. Мы играем в игру.

- Хорошо, ребята, - согласился он без колебаний, по-прежнему ведя автобус.

- Загадал? – Эдвард уже кивнул мне, невидимо для Германа, который все еще был к нам спиной.
- Так, дай подумать, - сказал он.

Он наклонился и прошептал:

- Пятьсот тридцать восемь тысяч шестьсот семнадцать.

- Э-э, мы считаем, что это триста тысяч, - Эдвард солгал Герману, подмигивая мне.
- Нет, неправильно, - засмеялся он, - Это Пятьсот тридцать восемь тысяч шестьсот семнадцать.
Я улыбнулась и почти засмеялась от удивления, когда Эдвард махнул рукой на меня, чтобы быть спокойным и сказал:

- Оуууууу! Мы ВООБЩЕ не были не близки! Мужик!

Герман рассмеялся, качая головой.

Ох, Эдвард, ты так хорош. Хитрюга.

- Как? – спросила я, не находя слов.

- Это всего лишь один из многих моих талантов, - пошутил он. - И перед тем как ты спросишь, я не умею летать.

Я ухмыльнулась и откровенно удивлялась этому открытию. Я поблагодарила Бога за то, что он не мог услышать мои мысли. Это было так грязно и тупо. Эй, а это рифмуется. Я поэт и даже не знала об этом. Тогда я сразу же почувствовала, что моя низкая самооценка возросла.

- Что это значит относительно меня? – спросила я спокойно. - Если ты не можешь МЕНЯ слышать, это значит, что я заторможенная, что ли?

Он засмеялся и покачал мне головой. Снова эта прекрасная музыка. Я думала о том, как мои глаза упивались его смеющимся лицом.

- Видишь? Я сказал, что могу читать мысли и слышать голоса, а ты подумала, что с тобой что-то не так? – прошептал он.

- Ну, я знаю, что со мной многое плохо, но я думала, что, по крайней мере, с моим умом все в порядке, - сейчас я волновалась.

- Прекрати, - улыбнулся он, успокаивая меня. - Ты в порядке. Карлайл сказал, что твой ум, как ультракороткие волны у радиочастот, а у всех остальных ультрадлинные. – Он пожал плечами, пытаясь облегчить мне понимание.

- Я ненавижу ультракороткие волны радио, - заскулила я. - Они скучные. Нет хороших музыкальных станций, одни разговоры.

- Ох, ты права, это не ТЫ, - дразнил он, поднимая брови на меня в обиде.
Затем он мгновенно напрягся и сказал:

- Я имею в виду часть про разговоры, а не про скукоту. Я не оскорбляю тебя.
Я знала, что он имел в виду. Я не рассердилась.

- Все хорошо, Эдвард, - усмехнулась я. - Дыши, Эдвард. Я не сержусь, я понимаю шутки.
- Ты не скучная, - заявил он, продолжая смотреть со страхом, что он сказал что-то не так.
Я засмеялась, с каждой секундой влюбляясь в него все больше.

- Спасибо, - я дала ему почувствовать себя немного неловко.

- Я бы не назвал тебя скучной, ты же знаешь это, правда? – продолжал он.

- Ну, я не знаю… - я играла с этим секунду, готовая дать ему сорваться во вторую секунду.

- Нет, не назвал бы, - твердо сказал он, положив руки на спинку сидения, что было между нами. - Я никогда не буду шутить о твоем весе или о том, что ты скучная или что-то вроде этого. Ты мой друг, и я ценю это. Ты можешь тоже доверять мне, ты же знаешь. Это не улица с односторонним движением. Я не такой как… другие ребята.

- Знаю, Эдвард, я просто дразню тебя, - я чувствовала, что мое лицо снова становиться красным.

Он, казалось, немного расслабился, и я поняла, что возможно, заставила его также нервничать после первого дня в очереди на обеде. Каждый раз, когда он шутил со мной, он думал, что я все воспринимаю неправильно. Я исправлю это в будущем и перестану защищаться все время. По крайней мере, с ним.

Тишина, казалось, возрастала между нами, и я подумала, что оттолкнула его и после того, как он поделился со мной кое-каким секретом.

- Хотя, ты много говоришь, - дразнился он. - Теперь, когда я рассказал тебе, ты не заткнешься.
Я засмеялась, шокированная тем, как он повернулся ко мне с восхитительной улыбкой, сияя, словно восход солнца в моей черной, как смоль жизни.

- Ты маленькая дрянь… – я игриво шлепнула его по рукам, которые опирались на автобусное сиденье.

- Ой! – я хихикнула, когда он одернул свои руки, как будто случайно коснулся огня.
- Ты ушиблась? – обеспокоенно спросил он, беря мою здоровую руку в свою и осторожно масссируя каждый из моих пальцев вверх и вниз.

- Да, но Боже, у тебя костлявые руки! - я игриво вздрогнула, забирая свою руку из его, махая ею, чтобы убрать боль. - Холодные и жесткие, как камень, руки!

- Знаю, я ненавижу свои руки, - улыбнулся он, глядя на них и шевеля пальцами. - Они хороши для игры на пианино. Для этого тебе нужны длинные и тонкие пальцы.

- Я не ненавижу твои руки, - я согнула свою здоровую руку на груди. - Ты еще и на пианино играешь ? Боже!

- Что?

- Еще одна причина, по которой ты не можешь участвовать в драках, - указала я. - Ты можешь повредить пальцы. Есть что-нибудь, что ты не можешь делать?

Он улыбнулся:

- Ну, по видимому, я не могу ударить девушку, или кого-то другого раз уж на то пошло, это раз. Я не могу смеяться над тобой, это два…

- Ты можешь подшучивать надо мной, - я оборвала его. - Я сожалею об этом. Отныне я постараюсь быть хорошей, когда ты шутишь. Знаю, я исправлюсь. Извини.

- Все в порядке, - его голос и лицо стало серьезным. - Я знаю, почему.

- Как ты доберешься обратно домой после процедур? – спросила я, просто подумав об этом.

- Мой папа может отвезти меня обратно, чтобы забрать мою машину, - он пожал плечами. - Он кончит после того, как мы все сделаем.

Я ничего не сказала, но мое лицо, должно быть, порозовело, потому что Эдвард рассмеялся надо мной.

- Что? – моргнула я.

- У тебя грязные мысли, - сообщил он мне, будто гордился тем, что собрал эту информацию без помощи моих мыслей.

- Я не знаю, о чем ты говоришь, - я изобразила невинность.

- Когда я сказал, кончит, ты стала неоноворозовой, - хихикнул он. - Уф, и я сказал, мой ОТЕЦ кончит. ФУ! У тебя похотливые мысли о моем ПАПЕ!

- Ой, заткнись, - пробормотала я, пока он смеялся, сейчас почти укладываясь на спинку сидения передо мной, руками он обхватил грудную клетку, смеясь еще больше над тем, что я сказала.
Я почти хотела сказать, но не сказала, у меня похотливые мысли о ТЕБЕ, идиот.

- Я рада, что развеселила тебя, - пошутила я, влюбляясь в звук который он издавал, когда хихикал, и вдруг он стал выглядеть таким молодым, как маленький мальчик. Я почувствовала, как сердечки снова поднимаются у меня в глазах. Я заставила себя выглянуть в окно, пока он спустился немного на своем сиденье. Сейчас только несколько кончиков его волос торчали снизу. Он все еще продолжал хихикать.

Боже, это было не ТАК смешно, но я все равно улыбнулась. Если он думает, что мои банальные шутки до боли смешные, я не стану его переубеждать.

- Ну, по крайней мере, сейчас мы оба знаем что-то тайное друг о друге, - сказал Эдвард, все еще незаметно лежа на своем месте. - У меня странный ум, а у тебя грязный.

Какая мы прекрасная пара.

- Я не представляла, что терапевт такой веселый, - заметила я, видя, что мы остановились у больницы.
- О, я не терапевт, - он выпрямился и посмотрел на меня, - Я Эдвард. Разве тебе не говорили? Терапевт никогда не смеется.

- Ох.

- Ты можешь выйти из автобуса, - его тон внезапно изменился, наполнился властью. – Иди, переоденься, прямо за этой дверью дамский туалет, - отметил он, потом повернулся ко мне и добавил: - Затем иди вниз по коридору, там единственный дверной проем. Я буду ждать.

Его тон, на этих трех последних словах охладил меня. Он звучал как… Ганнибал Лектор.

Не говоря ни слова, он вскочил, похлопал Германа по плечу и ринулся бегом в больницу.

- Пока, малыш! – сказал Герман, помахав ему.

На секунду я подумала, что я была поглощена этой вещью с угадыванием чисел. Я решила провести расследование.

- Пока, Герман, - сказала я, когда добралась до лестницы.

- Хочешь, я помогу тебе? – спросил он, вставая.

- Нет, спасибо, - я уверенно положила рук. – Я сама закончу с этим.

Я покраснела. У меня ДЕЙСТВИТЕЛЬНО испорченное воображение. И Эдвард слышал меня. Блестяще. Это может сделать мою жизнь еще более сложной с этими его штучками: суперслухом и чтением мыслей.

- Хм, Герман – я стояла там, не делая шагов.

- Да, мисс?

- Как долго ты знаешь Эдварда?

- Какого Эдварда?

- Этого Эдварда, - я указала вниз на ступеньки. - Тот, кто только что вышел из автобуса.
- Никогда не видел его раньше, - признался Герман, пожимая плечами.

Я открыла рот. Он говорил правду. Он знал имя водителя, не спрашивая его об этом. Срань господня! Я пришла в восторг. У меня так много вопросов. Это должно быть таааак круто читать мысли людей.

Или, возможно, нет. Я подумала обо всех гнусных детях в школе. Боже, представьте себе доступ ко всем этим мерзким мозгам и их отвратительным мыслям. Потом до меня дошло. Вот почему он держался подальше ото всех. Вот почему он не хотел общества Джессики. Вот почему он думает, что я настолько отличаюсь, потому что он не слышит меня. Возможно, это облегчение для него не слышать мои мысли. Возможно, это заставляет его почувствовать себя более нормальным, разговаривая со мной.

Я была очень горда собой, когда добралась до дамской комнаты, чтобы переодеться, думая, что я уже все выяснила. Возможно, Карлайл усыновил его из-за его особого дара. Возможно, он исследовал Эдварда.

Ох, это должно быть ужасно. Когда твой отец относиться к тебе как к научному эксперименту. Но он кажется очень милым, и Эдвард, очевидно, любит его. Бьюсь об заклад, что это не так. Возможно это как в сериале «Герои», и Карлайл усыновил его ребенком, вводил ему какие-то магические препараты, которые сделали его таким. Вау. Это имеет смысл. Карлайл одаренный хирург. Он сделал из Эдварда человека на шесть миллиардов долларов.

Я должна придумать способ, чтобы разузнать эти вещи, не суя нос в его жизнь слишком очевидно. По правде сказать, это не имело для меня значения. Если он мог читать мысли или обладал суперсилой и суперслухом, это просто сделало его еще большей загадкой для меня, но он все равно мне нравится, и я люблю его даже без способностей. Он великолепный, настоящий человек… и он хочет быть моим другом. Моим. Какую лотерею на небесах я только что выиграла? Я никогда на свете не встречала человека, как он. Не было на свете такого же, как он.

Я надела форму для спортзала и засмеялась, увидев на обратной стороне моей толстовки две голубые буквы – У Ф

- О боже, - хихикнула я. Университет Форкса. Я могла бы хорошо пошутить на эту тему.
Но разве терапевту Эдварду понравятся мои шутки? Сомневаюсь.

Я пошла по коридору, ища один дверной проем, о котором он мне говорил, и сейчас я была готова приступить к работе. В конце концов. Я хочу разработать свои ноги, и чтобы терапевт Эдвард гордился мной. Я хочу быть Зеной – королевой воинов и сражаться в своих собственных боях. Я хочу всего этого. Теперь я готова и охотно соглашусь подвигать задом, чтобы получить это.

Когда-нибудь, я совсем перестану комплексовать, когда Эдвард будет дразнить меня. Это было бы так здорово.

Welcome to Forum