Отпрянув, я села, чтобы снять свою юбку.

Эдвард даже не выключил свет. Он был не слишком ярким, но я могла видеть все, значит, как и он. Может, ему нравится именно так. Или, может, он не замечает таких мелочей.

Эдвард стянул через голову свою футболку и сбросил джинсы, приводя волосы в еще больший беспорядок; мне хотелось запутать в них пальчики. Я начала откидываться назад, мое сердце гулко билось, а желудок скрутило от нервозности, ожидания и удивления, что я вообще об этом помышляю, но он вновь подхватил меня и усадил себе на колени.

Он больше меня, намного больше меня, и, кажется, у него не возникает проблем, когда нужно меня куда-то перенести как тряпичную куклу, расположить меня так, чтобы я могла только сидеть и принимать его в себя. Опять же я не привыкла быть сверху, но, кажется, ему это нравится.

Я не знала, нравится ли мне эта поза. Наверное, придется выяснить.

Он натянул презерватив и обвел руками мои бедра, хватая их. Я присела на колени и немного придвинулась вперед, садясь на его член. Он скользнул прямо в цель. Было почти некомфортно – слишком глубоко.

- Господи, так хорошо, - простонал он, двигаясь подо мной, внутри меня.

Я начала двигаться, перекатывая бедрами и сжимая его. Он встречал каждое мое движение, его руки управляли моими бедрами, дыхание казалось ритмичным и тяжелым.

Он сделал толчок, и он был настолько глубоким, что, казалось, нанесет повреждения. Я никогда, никогда не была с кем-то вроде него. Ни с кем, кто бы двигался как он, вращал бедрами как он… ну, талантливым как он. Я остановилась, откидываясь на его грудь и слезая с него.

- Ты в порядке?

- Да, - произнесла я, пытаясь не говорить смущенно. Время для этого давно прошло, если честно.

Он позволил мне лечь на спину и затем медленно вошел в меня, будто мы занимались любовью. И это было по-другому, совсем по-другому. Его лицо оказалось совсем близко к моему, поэтому я поцеловала его, и он поцеловал в ответ, проникая в меня своим членом и языком, раз за разом заполняя, пока сам не задрожал, застонал и кончил.

Он упал на меня, тяжело дыша. Я притянула его ближе, наслаждаясь чувством объятий после секса, но и опасаясь их. Это было как искусственное ощущение близости. Оно оставляло в моем сердце маленькую дыру, как только я задумывалась, что буду чувствовать, когда он проснется.



Мои глаза распахнулись.

Эдвард обрушился на меня всем своим весом.

Он уснул, не выходя из меня.

- Эй, - прошептала я, подталкивая его. – Эй!

- А? – Он приподнял голову, сонно моргая.

- Тебе надо избавить от этой штуки, - произнесла я, сжимая его так, чтобы он хотя бы получил подсказку.

- Да… - Он осторожно вышел и встал с меня, медленно направляясь в ванную.
Дрожа, я залезла под одеяло. Его кровать действительно очень-очень удобная.
Утром он проснулся первым. Наверное, он всегда так делает: встает суперрано каждый день.

- Хочешь позавтракать? – спросил он, сидя полностью одетым на своей стороне кровати.

Я была несколько удивлена, что он захотел ходить со мной на свидания, проводить со мной больше времени.

- Пожалуй, да.

Он кивнул, с усмешкой роняя на простынь мои трусики.

- Десять минут.

Он оставил меня одну, давая шанс одеться.

О Боже. Десять минут? Я выгляжу дерьмово, полный ходячий стыд, хотя Эдвард не живет где-то рядом с кампусом колледжа. Я быстро оделась, ворча из-за своих волос. Я не планировала проводить ночь вне дома, поэтому не стала собирать их в прическу вечером. Никакой резинки или заколки, чтобы собрать волосы в хвост.

День стоял роскошный: небо чисто-синее, облака легкие и перистые. Мы ехали с опущенными окнами, салон наполнял утренний свежий воздух. Все это преподнесло мне отличное настроение, заменяя неопределённость тихой радостью простого бытия в такой идеальный день. На моем телефоне не оказалось входящих сообщений, но я послала одно Элис и Роуз, предупреждая, что буду дома немного позже.

Все официанты в кафе знали Эдварда, поэтому мы почти сразу же нашли места. Я пыталась не чувствовать себя странно рядом со всеми этими хорошенькими девушками-официанточками, многие из которых разговаривали с Эдвардом. Он казался вежливым, но сторонился их, что я оценила.

Мы оба заказали омлет: он – Денвер, я – Калифорнию. Вдруг я почувствовала страшный голод. Когда принесли нашу еду, я сразу же погрузилась в нее, наслаждаясь богатым вкусом. В один момент маленький кусочек яичницы упал на мое бедро. Эдвард протянул руку и взял его, кладя себе в рот, прежде чем я смогла хотя бы отреагировать, а затем наш завтрак продолжился, будто ничего не случилось.

Он даже почти не разговаривал. На самом деле мы ели почти в тишине, лишь изредка останавливаясь, чтобы что-то прокомментировать. Мне это даже понравилось. Это дало мне шанс подумать, разобраться в своих мыслях.

У моего дома он поцеловал меня на прощание. Мы стояли на тротуаре, и он притянул меня к себе, обнимая мое лицо своими руками.

Я покраснела и немного покраснела, думая о яйцах, тостах и том, как долго это все продлится.

---