Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [266]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1600]
Мини-фанфики [2363]
Кроссовер [679]
Конкурсные работы [6]
Конкурсные работы (НЦ) [1]
Свободное творчество [4596]
Продолжение по Сумеречной саге [1243]
Стихи [2333]
Все люди [14638]
Отдельные персонажи [1447]
Наши переводы [13893]
Альтернатива [8929]
СЛЭШ и НЦ [8381]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [153]
Литературные дуэли [107]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4002]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
С Днем рождения!

Поздравляем команду сайта!

Active
Горячие новости
Топ новостей апреля
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 мая

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Как Джейкоб Блэк стал волком
История первого превращения Джейкоба Блэка в волка, его терзания, впечатления, ощущения.

Осколки
Вселенная «Новолуния». Альтернативное развитие событий бонуса «Стипендия». Эдвард так и не вернулся, но данные Белле при расставании обещания не сдержал…
Мини-история от Shantanel

Звездно-полосатый уикенд
Эдвард Каллен и его друзья регулярно отдыхают на пляжах США, чтобы вдоволь поиграть в свою любимую игру – волейбол. В этот раз шумная компания выбрала Гавайи. Эдварду предстоит сыграть с новым, совершенно неожиданным для себя партнером – девушкой. С каким счетом закончится партия… и даже не одна, вы узнаете, прочитав эту захватывающую историю!

Начни сначала
Он хотел быть самым могущественным человеком на Земле. Но для неё он уже был таким. Любовь. Ожидание. Десятки лет сожалений. Время ничего не меняет... или меняет?

И настанет время свободы/There Will Be Freedom
Сиквел истории «И прольется кровь». Прошло два года. Эдвард и Белла находятся в полной безопасности на своем острове, но затянет ли их обратно омут преступного мира?
Перевод возобновлен!

Star Crossed
Она - лидер своего народа.
Он – грубоватый капитан космического корабля.
Межзвездная война. Переговоры о заключении мирного договора прошли не так, как планировались, что наложило табу на отношения между двумя народами.

Родовое проклятие
Порой, в ярости мы кидаемся различными словами, совсем не понимая, что любая мысль может материализоваться. Что рядом с нами может находиться то, что только и ждет от нас всплеска негативных эмоций, ведь именно ими оно и питается. Скажем мы сами, а расплачиваться приходится нашим потомкам...

Задай вопрос специалисту
Авторы! Если по ходу сюжета у вас возникает вопрос, а специалиста, способного дать консультацию, нет среди знакомых, вы всегда можете обратиться в тему, где вам помогут профессионалы!
Профессионалы и специалисты всех профессий, нужна ваша помощь, авторы ждут ответов на вопросы!



А вы знаете?

...что вы можете заказать в нашей Студии Звукозаписи в СТОЛЕ заказов аудио-трейлер для своей истории, или для истории любимого автора?

...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания?
Заинтересовало? Кликни СЮДА.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Какие книги вы предпочитаете читать...
1. Бумажные книги
2. Все подряд
3. Прямо в интернете
4. В электронной книжке
5. Другой вариант
6. Не люблю читать вообще
Всего ответов: 410
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Нормальные герои всегда идут в расход. Рассказ четвертый. Из-за того что Труляля испортил погремушку...

2017-5-26
47
0
После активно проведенной ночи на Гриммо (а как еще назвать полуночный забег с препятствиями по всему особняку команды слонопотамов в количестве трех подросших пацанов? Да я даже в лаборатории их слышал!) стонущие, невыспавшиеся обормоты моей не знающей жалости, железной отцовской рукой были выдернуты из-под теплых, мягких одеял, куда с горем пополам забрались часов в пять утра. Намагичившись и наскакавшись в дуэльном зале до состояния подсохших медуз. Кричер, глядя на довольные, зеленоватые от усталости рожи, даже расщедрился на восстанавливающее зелье каждому.

Более-менее пришедшие в себя мальчишки весело поприветствовали папину мрачную рожу, из последних сил держащуюся в вертикальном положении за кухонным столом. С удовольствием бы сейчас поспал... да хоть в том же огуречном салате. Но Кричер точно закатит истерику, почище Гермионы и Джинни вместе взятых... Эльф деловито раскладывал по тарелочкам разнообразную снедь и нарезку. А я сладко зевнул, глядя на перешептывающихся парней. Вот сейчас отведу юных индейцев в Хог, вернусь — и завалюсь спать! Компенсировать ночные бдения. А что поделать? С бегающими по стенам, топочущими, орущими и ржущими в голос всю ночь детьми несчастному родителю поспать не удастся в принципе. Проще сразу сделать вид, что жутко занят, и законопатиться в лаборатории. Конечно, работа на Малфоев пока увязла — в отсутствии необходимых травок, но и без этого в мастерской я всегда найду чем заняться. Ах, эти мечты о полноценном сне...

В общем, к восьми мы все были собраны, умыты, одеты и настроены по-деловому. Переместившись через камин в кабинет директора, наша толпа сразу попала под прицел вечно чем-то недовольной Макгонагалл. Детки, как-то сразу подувяв, скомканно поздоровались с директрисой и, не прощаясь, свалили за горизонт, ссылаясь на подготовку к урокам. А вот сама незабвенная Минерва решила в очередной раз вынести мозг нотациями БЫВШЕМУ ученику в прошлом подотчетного ей факультета Гриффиндор. Самое большое разочарование, да-да-да. И теперь ОБЯЗАТЕЛЬНО надо в нем еще больше разочароваться... Называется: а вас никто, мадам, и не просил ОЧАРОВЫВАТЬСЯ. Изначально.

— Мистер Поттер, будьте так любезны, объясните мне столь возмутительное поведение ваших сыновей, — поджав губы куриной жопкой, начала трепать мои нежные нервы Маккошка.

— И в чем же именно их поведение "столь возмутительно", директор? — Присаживаюсь на стул рядом с пустым насестом Фоукса. (Жаль, птица свалила из замка. А то поимел бы кучу редкого, ценного, а главное — очень дорогого сырья.) Отсюда прекрасно видно и саму мадам, и портреты всех директоров, что заправляли в Хоге до нее. Вон, увидев, кто пожаловал на аудиенцию к коллеге, нарисованные маги, радостно вскинувшись, разбежались по холстам и притихли в ожидании очередного скандала. Все-таки портреты излишне любопытны. Кроме одного. Бодрый старичок с колокольчиками в бороде при виде моей кривоватой сонной ухмылки попытался удрать, но невербальные чары ограничили передвижение рамой и заставили молчать.

— Ваши дети, несмотря на запрет, самовольно покинули Хогвартс! — Ай-ай-ай, беда-то какая! Детки к родному папке смылись, а тебе не сказали!

— Хм? Если мне не изменяет память, а она мне не изменяет, — не Джинни, чай, чтоб новые рога Гарри Поттеру выращивать, — то вы были ЗАРАНЕЕ поставлены в известность, что КАЖДОЕ ПЕРВОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ МЕСЯЦА мои дети в количестве ТРЕХ особей обоего пола будут отсутствовать в Хогвартсе. В связи с посещением отца. То бишь меня. Я в чем-то ошибся, мадам?

— Нет, но... Миссис Уизли сказала, что вы уже общались в этом месяце с детьми, при посещении Хогвартса два дня назад. — Маккошка возмущенно сложила лапки под грудью.

— И что? Как это влияет на исполнение договора? Если вам так критично узнать, зачем именно я являлся в школу, достаточно было бы спросить об этом меня самого. Прямо. Так вот, я приезжал к своему другу, Невиллу Лонгботтому. У нас случилось непредвиденное, но экстренное обсуждение общих дел. — На вопросительный взгляд анимага осаждаю нахалку. — Вас наши дела никоим образом не касаются.

— Но все равно, дети нарушили мой прямой приказ, — сурово нахмурилась Минерва.

— Дети исполняли договор. Вам, вообще-то, не разрешается влезать в дела родов, миссис Макгонагалл. Мои дети не маглорожденные, над которыми вы имеете безграничную власть на период их обучения в Хогвартсе. Так что забудьте о подобном тоне.

— Что вы себе позволяете? — куриная жопка трансформировалась в маску негодующей Снежной Королевы.

— Пока ничего. Вам напомнить устав Хогвартса? Там черным по белому есть пункт, в котором сказано, что глава рода может в ЛЮБОЙ момент забрать из школы СВОИХ детей... или подопечных, в случае опеки. Никаких бумаг, документов или разрешений досточтимого главы Визенгамота для этого не требуется, — улыбаюсь и киваю на затихарившийся в рисованном кресле портрет Великого Светлого мага.

— Когда вы стали таким, мистер Поттер? — печально качает головой директриса. Мрак, ну вот куда она лезет-то? Ее Дамблдор покусал, и теперь дело «Света» мозги выдавливает? Вместе со здравым смыслом? Я ведь этот самый кабинет уже один раз разнес. Это с крохами силы. А что будет сейчас? От милой ажурной башенки, где располагаются кабинет и личные апартаменты директора Хога, ничего не останется ведь...

— Хм... Давайте-ка подумаем вместе, миссис Макгонагалл, — с удобством откинувшись на спинку, в задумчивости постукиваю пальцами по губе. — Может потому, что всегда таким был, а вы видели лишь то, что хотели видеть? Вот, например, вас не смутил адрес на конверте, когда вы отправляли мне то пресловутое приглашение в одиннадцать лет? Там черным по белому... нет, зеленым по белому было написано: «Чулан под лестницей». Ничего не заинтересовало? Может, сердце вдруг неровно забилось в суровой груди дочери шотландских гор?

— Но... Письма рассылает артефакт, я была не в курсе ситуации... — неловко дернула плечом кошка, нервно поглаживая пальцами свои худые кисти, уныло торчащие куриными костями в обшлагах рукавов.

— Допустим, — вежливо киваю. И такое возможно. — Но вот когда ваш великий бородатый вождь оставил ребенка — в ноябре! — на пороге дома в тонком одеяле, разве не удивил вас подобный поступок? Полуторагодовалый мальчик. Раненый! В НОЯБРЕ! Всю ночь лежал в хлипкой корзине на улице! Вам жутко повезло хотя бы в том, что мимо не пробегала голодная бродячая собака или что я не окочурился к утру от банального переохлаждения...

— Но... Но... — на секунду растерянно приоткрытый рот сменяется болезненной гримасой настаивающего на своем человека.

— Допустим, что и тут вы ни при чем: своих детей нет, чужой ребенок не особо интересует. Да и откуда у бездетной вдовствующей мадам могут взяться практические знания о том, что нужно младенцу? Дети – цветы жизни. Пока растут на чужой клумбе и не лезут в ваш сад. Поэтому вместо того, чтобы отправить меня в Мунго (как минимум на обследование) — мало ли какая кака случилась в разваленном по камешку доме: может, шрам воспалился, или там заражение крови, или до хрена чего еще... дети, они ведь такие хрупкие — вы, сломя голову, несетесь избавляться от "героя-об-которого-убился-Волдеморт". Ну да Мерлин вам судья в этом...

— Вы не понимаете, мистер Поттер! Тогда все мы были в эйфории, враг пал. Вы выжили после авады...

— Ох, директор-директор... Вам в тот момент эта радость, пузырящаяся не хуже хорошего игристого вина, в голову так ударила, что извилины срослись необратимо? Но допустим, было состояние аффекта. Допустим. Итак, вы оставляете малыша у магловских родственников. И... с успехом забываете про него на десять лет... Это как понимать? Герой сделал свое дело и смело может сдохнуть? — улыбаюсь широкой, дебильной улыбкой.

— Альбус сказал, что вы там в безопасности... — Чего-чего ты там лепечешь?

— Вы издеваетесь? В безопасности от кого? Начнем с пресловутой защиты крови. Когда я заинтересовался артефакторикой, мой наставник, естественно, обучал меня ритуалам и магии Крови в том числе, — глядя на подобравшуюся при словах «магия крови» Минерву, я только хмыкнул. — Да-да, и это вовсе не темная магия. Давайте не будем путать понятия, дорогая миссис Макгонагалл. Мы оба вроде как взрослые, сознательные маги... Магия крови, это отдельный раздел ритуалистики, не более. И кровь там используется, к вашему глубокому сожалению, только мага проводящего ритуал. А не невинной девы, единорога или кого вы там себе напридумывали... И Темная магия как таковая не есть зло, сама по себе она вообще злом не является. Магия изначально цельна. Просто разные волшебники при работе с энергией предпочитают разные ее виды. Что закономерно, не находите? Ведь у всех нас абсолютно разные потребности и возможности. Маги — это, по сути, те же люди. Как не бывает двух совершенно одинаковых людей, так не бывает и двух одинаковых магов — общеизвестный постулат, миссис Макгонагалл... И вы, Мастер Трансфигурации, имея немалый стаж преподавания, сами об этом прекрасно наслышаны. Более того, регулярно на практике пользуетесь! Согласен, есть и запретные искусства типа демонологии или той же некромантии, но даже тут запрет только на самостоятельное обучение, чтобы юный идиот, влезший с немытыми ногами в отцовские парадные лайковые ботинки, не сдох сам и не стал причиной начала новых Темных Веков и возрождения нашей любимой Инквизиции. Молодежь — она ведь мозгов не имеет и силы не жалеет, поэтому поднять все окрестные кладбища, заполонить какой-нибудь городок зомби, инферналами или неуправляемыми одержимыми им вполне по силам. А при нынешнем уровне развития "этих противных маглов" списать все на эпидемию чумы или сошедшего с ума (несуществующего) алхимика, подло заныкавшегося где-то в далеких и неведомых широкой общественности деревнЯх, не выйдет.

Маккошка усиленно хмурилась и всей своей не слишком-то богатой мимикой выражала категорическое несогласие. Действительно, что ли, издевается? Или там от сеансов с добрым дедушкой мозги окончательно спеклись? Ведь хороший же преподаватель, но в обыкновенной жизни дура дурой.

— Профессор, вы же не маглорожденная — вы представительница старого, пусть и не аристократического рода. Вам с пеленок было известно, что магия едина. Но почему-то вы упорно цепляетесь за разделение, как за истину в последней инстанции. Может, я скажу сейчас банальность, но убивает не магия — убивают маги.

— А как же в ВАШУ теорию, — директриса язвительно хмыкнула, — встраиваются непростительные заклинания?

— Вас действительно покусал Дамблдор, что вы с такой яростью бросаетесь защищать именно его бред о разделении энергий? — На это Минерва только сжала зубы. Мрак, он ее отлегиллементил, что ли? Магловским бульдозером? Доводов мадам не принимает. Вообще. — Что ж, отвечу и на этот вопрос. Поинтересуйтесь у главного целителя Сметвика в Мунго (хотя зачем далеко ходить, вон мадам Помфри под боком!), откуда пошли непростительные заклинания. Он вам целую историческую лекцию споет. Все потому, что изначально они использовались в целительстве. Со временем все слегка — как всегда — извратили.

— Да? Но вы же в курсе, мистер Поттер, что немногие способны на Аваду или Круциатус. Только испытывая сильное желание убить или покалечить, можно использовать эти заклинания! — Это что? Последний аргумент королей?

— Круциатус и Империо действительно требуют искреннего желания. Вернее, для работы первого необходимо очень хорошо контролировать собственную силу и понимать, что именно должно в итоге произойти. То есть мало знать КАК направить. Нужно еще и соображать, что конкретно мы получим на выходе. Из-за собственной неуверенности я так и не смог в тот раз в министерстве (в достаточной мере) приложить Беллатрикс — хотя очень хотелось. Но если б был старше на пару лет, бешеная Белла составила бы компанию Лонгботтомам в Мунго... А Империо работает только тогда, когда воля мага превышает сопротивляемость и волю подопытного. У детей, как вы понимаете, по обыкновению воля не сильна. Лично мне помогло особое «воспитание». А еще, боюсь, я открою вам СТРАШНУЮ тайну, директор: если бы на четвертом году обучения дети на лекции НЕ послушали лже-Моуди и, таки направив на него палочку, произнесли два заветных слова «Авада Кедавра», возрождения Волдеморта бы не произошло. По техническим причинам. Потому как создавать портключ из кубка и помогать варить похлебку из гомункула было бы некому. Авада вообще не требует ни намерения, ни силы. Это заклинание — просто шедевр по своей сути! Силы минимум — результата максимум. Оно разрывает связь души с телом и останавливает сердце. Впрочем, весьма похожим методом действуют наши угрюмые азкабанские зверушки и бесценные домашние питомцы старины Тома — дементоры, но у тех процесс протекает гораздо медленнее и из-за того — болезненней. Да и телесная оболочка пострадавшего остается вполне работоспособной. — Ухмыляюсь. Кому, как не мне, знать, по какому принципу питаются дементоры?.. Ах, квиддич, ах третий курс!

— Авада расщепляет душу! — Чушь какая.

— Кто вам сказал подобную глупость? — Быстрый взгляд директора на портрет Дамблдора снял все вопросы. А, понятно. И здесь его руки "добра" наворотили... — Давайте рассуждать здраво. Если бы Авада разбивала душу, то весь аврорат у нас состоял бы из сумасшедших злобных нелюдей или валялся в Мунго овощами безвольными. Однако тот же Моуди бегал как молоденький козлик, несмотря на все веселье, что зелеными лучами разлеталось от него в разные стороны во времена второй магической. Ну, до встречи с оборотнем бегал. Дальше уже просто ковылял, но душа осталась с ним.

— Допустим, вы говорите правду, — слегка сбавила обороты анимаг. Ах, "допустим"! Радость-то какая!..

— Допустим, — согласно кивнул в ответ. — Вернемся к моей вынужденной «исповеди». Так... На чем мы там остановились? А, на защите моей матери. Всерьез думаете, что только Лили Поттер так любила своего ребенка? Что безо всяких ритуалов… А мама действительно не могла провести достаточно сложный и длительный ритуал "Покров рода" (ни времени, ни умений, ни необходимого резерва силы у маглорожденной ведьмы не было и быть не могло) — вдруг! Неожиданно для всех! Особенно для представителей старой аристократии… У ребенка появляется кровная защита?

— Но ведь Тот-кого-нельзя-называть... — Я аж глаза закатил. Они все еще боятся называть Волдеморта по имени. Блядь, слов нет. — Действительно не мог дотронуться до вас без боли.

— Не мог. Потому что крестраж, который был во мне все это время, стремился вернуться к законному владельцу. Душа — все же это очень целостное образование. Она всегда стремится к воссоединению, как бы насильно ее ни разрывали! Сей общеизвестный минимум я из книг библиотеки Блэков узнал, гораздо позже основных событий. Чтобы такого не происходило, и проводятся определенные ритуалы. Волдеморт, как вы понимаете, в Годриковой Лощине ничем особо не озаботился. В плане повышения безопасности своей костлявой фигуры. И неучтенный крестраж — мальчик-что-не-сдох — соответственно не получил необходимую защиту. Иначе бы от меня любые заклинания и удары всю жизнь отскакивали. Зато я, как разумное существо, обладал свободой воли, и это мешало частице лорда покинуть меня при наших многочисленных "интимных" свиданиях. Так вот, тот кусок сущности, что паразитировал на Квирелле, НЕ МОГ соединиться с находящимся вот тут, — постучал пальцем по едва видному тонкому шраму. — Отсюда боль. Физическая. А сгорел профессор по причине насильственного извлечения паразита. Душонка Волдеморта так стремилась, так стремилась слиться с последним крестражем — но не смогла!.. Такова судьба всех одержимых. Сначала плоть гниет заживо, затем распадается пеплом. Они тут чем-то с вампирами схожи. А Квирелл еще и добавил откат за убиение единорога и питье проклятой крови.

— Но как же возрождение? Вы ведь тогда говорили, что он взял вашей крови и перестал реагировать на прикосновения? А вот вам было больно...

— Естественно. Когда он стал моим кровным родичем, — на этих словах Минерва вздрогнула. Ну а что вы хотели? По факту в тот раз на кладбище мы породнились. Это уже потом, с барского плеча, мне объяснили гоблины. Хвала Моргане, никаких магических долгов или лордства на потомке Слизерина не висело. Вернее, род основателя прервался в момент развоплощения Волдеморта: та ебическая уродина, что вылезла из котла, не содержала даже крох наследия. Риддл сам профукал все что можно, использовав для возрождения кость отца-магла и кровь врага полукровки-Поттера. Жаль, что я не знал всех нюансов тогда и лично не объяснил болезному, где именно находится место младшего родственника в роду. В будке, у забора. — Он перестал быть уязвимым бестелесным духом, и теперь уже крестраж во мне, не защищенный (в отличие от остальных) необходимыми ритуалами, рвался к обретшему плоть хозяину. Что и доставляло столько неудобств.

Помолчали. Дал даме переварить информацию. Лихо вы, Дамблдор, за сорок — или сколько там лет после Гриндевальда прошло? — промыли окружающим мозги. Вон, несмотря на реальную доказательную базу и здравый смысл, все до сих пор верят только в вашу точку зрения.

— Подумайте как-нибудь на досуге, уважаемый профессор, — разбил тишину кабинета мой посаженный алхимическими испарениями голос. — Каким может вырасти ребенок, с малолетства воспитывающийся в атмосфере ненависти, пинков, оплеух и ругательств? Дурсли, светлая им память, не стеснялись в выражениях «любви» к ненормальному — в их узком понимании — ребенку. Ведь, несмотря на слоновьи ограничители, наложенные Дамблдором, магические всплески у меня случались регулярно. Я даже где-то родню понимаю: обычные люди ничего не могли противопоставить всем этим летающим вазам, ложкам-вилкам, разбивающимся стеклам и прочим ежедневным проявлением дара. Вот и выбивали из меня дурь различными подручными способами. Кто мог вырасти в такой семье? Озлобленный волчонок с привитым комплексом "жизнь есть страдание" и "я всегда самый крайний и во всем виноват". Классный герой, не правда ли?..

— Мистер Поттер, я не знала... — О, она даже выдавила из себя выражение сострадания и жалость в глазах. А вот жалость-то я и не люблю! Я не брошенный щенок в картонной коробке в подворотне за мусоркой!.. Я всего лишь оставленный на милость стылых ноябрьских ветров человеческий детеныш. В плетеной ивовой корзинке, на узком магловском крыльце.

— Конечно, — вновь согласился. Она могла и не знать всех планов начальника. Я даже уверен: так и было. — Но продолжим. Тут мне приходит письмо. И не откуда-то там — а из школы магии! Не буду описывать всего, что меня до сих пор смущает в гладкой дорожке, выложенной глазурованными пряниками и имбирным формованным печеньем нашим многомудрым директором. Сразу перейдем к самому интересному. К обучению героя. Моя забитость не понравилась великому светлому магу. Ведь при таком характере я не пойду валить Волдеморта за весь магический мир Англии. Для исправления свернутой детской психики в ход пошло все — от легких зелий до подкупа. Вы не подумайте, ничем таким страшным меня не травили... Просто весь первый год в Хогвартсе я жил на антидепрессантах. Это уже потом понял, много лет спустя, почему раз в два дня у меня резко улучшалось настроение и активировалось шило в заднице. Правильный друг из близкого круга директора ежедневно промывал герою мозги делом света и Дамблдора, втягивал в ненужные склоки со вполне мирными слизеринцами и всячески отвлекал от учебы. Но это уже детали. Подкупали меня квиддичем, мантией-невидимкой и возможностью шляться по ночам... Бесполезными, по сути, подарками и хорошим отношением к забитому зверьку. А напоследок одиннадцатилетний мальчик совершает непреднамеренное убийство. Как вы думаете, что я ощущал, очнувшись в лазарете? Радость жизни? Или очередную ломку психики? Впрочем, тут Дамблдор все-таки отлегиллементил мне мозги — и, добавив очередную ударную дозу антидепрессантов, отправил обратно к Дурслям. Восторг и куча соплей. Еще толком не осмыслившего происходящее, неуравновешенного по причине дурного воспитания — точнее, его полного отсутствия — мальчишку отправляют обратно, в личный ад.

— Вы сгущаете краски... — поджала губки Минерва. Уже все лицо в морщинах, а куда там — все так же брезгливо фырчит. Кошатина престарелая... Мышей бы гоняла, дурища! Во вверенных казематах.

— Допустим, — милостиво соглашаюсь. От меня не убудет. Сгущаю так сгущаю. — Затем был следующий, не менее прекрасный год. Когда по Хогу ползала змея диаметром с хороший бочонок и длиною в двадцать ярдов, со смертельным взглядом и несколькими пинтами яда на борту. Неожиданно выясняется, что хваленый Гарри-светлый-Поттер — змееуст. И тут начинается новый вид травли ребенка. Сверстниками. Темный дар, новый Волдеморт, наследник Слизерина! Пугало факультетов... Змееустость, чтоб вы знали, вообще-то не имеет никакого отношения к тьме! Второкурсник Гарри Поттер лишь оказался достаточно силен, чтобы парселтанг покорился ему. Ну да Мерлин с ним... Итак, ребенка вновь травят все и вся, и даже «лучший друг» отворачивается от героя. Я не знаю, почему вы, преподаватели, сразу не поняли, что во всем виноват василиск — хотя даже мои одноклассники в итоге сообразили. Пусть это будет на вашей совести... Чтобы я из-за новоявленного "остракизма" товарищей не самоубился где-нибудь в туалете плаксы Миртл, меня снова заливают транквилизаторами по самую маковку. Всему магическому миру очень крупно повезло, что ваш герой в те годы не имел инстинкта самосохранения. То есть абсолютно. Воспитание — или что еще — лишило меня столь необходимого в жизни чувства. Вот малолетний я, как последний придурок, и полез резвиться с питомцем Салазара. Закономерный итог: Гарри-дурак-Поттер чуть не отправился на тот свет, когда здоровенная гадина наконец взъярилась и цапнула. Чудесное появление Фоукса со шляпой и мечом, а также его рыдание над моей умирающей тушкой спишем на атрофировавшуюся смелость «настоящего гриффиндорца» — директора. Итак, в очередной раз герой сразил Волдеморта — хвала всем богам, что только призрака (угрызений распоясавшейся совести удалось избежать) — получил за свое "геройствование" вечную «признательность» Уизли, кучу никому не нужных баллов и, недолго провалявшись в больничке, отправку обратно к любящим родственникам!

— Но, мистер Поттер… — Вскидываю бровь на очень удивленное лицо Макгонагалл. Она что, была не в курсе, как я эпически сражался с василиском? — Мне никто не сообщал о вашем ранении.

— Конечно. Вы человек прямолинейный, могли и совету попечителей проболтаться — или вон, в Мунго отвести малолетнего студента. Что почти равнозначно. Директору скандал был не нужен. Да и зачем ему на территории его частной собственности неучтенные авроры с палочками наперевес? — Я понимаю, что не в характере Макгонагалл умалчивать. Но та слепота и вера в слова бородатого козла, с которой она тыкается во все углы, меня безумно бесит. Хотя... — Это ведь не зачарованные смертельным взглядом мифической гадины дети? Вот, кстати, вопрос: чем на вас надавил пресветлый маг, что вы — взрослый человек, преподаватель — даже не озаботились судьбой лежащих в лазарете окаменевших детей? Мм? Мандрагоры созреют только по весне... А купить их негде, да? Или это сразу бы указало на происходящий в школе беспредел? Молчите?.. Ну, молчите дальше.

— Далее великолепный третий курс с душераздирающими при приближении дементоров воспоминаниями об убийстве мамы и встреча с беглым каторжником, по совместительству являющимся моим крестным. Не буду заострять внимание, что дементоры в школе — это бред умалишенного, вы и сами это прекрасно понимали. Не буду упоминать, что, несмотря на всю человечность и слабохарактерность Люпина, принимать в качестве преподавателя оборотня ужасно безответственно со стороны директора. Допустим, все это опять же исключительно на совести Дамблдора. — Вот она, совесть, за все времена намучилась-то с таким грузом, бедняжка! И как еще не расплющило?.. — В итоге мне, ребенку, пришлось разгонять толпу дементоров, с французскими поцелуями тянущихся к Сириусу. Да вам крупно повезло, господа, что один бестолковый третьекурсник смог осилить патронус. В тринадцать лет! Хрен с ним, с Бродягой — но эти твари бы и мной не погнушались!

— Мистер Поттер, не повышайте на меня голос! — А возмущения-то сколько... Это я еще не матерюсь — культурный сегодня, да-с.

— Простите мою несдержанность. — Старая ты кошелка! Командует тут сидит — лучше бы безопасностью Хога в свое время озаботилась, а не великими думами Софокла о будущем противостоянии с местечковым темным лордом! — Но суть от этого не меняется. Да и только-только обретенный родственничек, вместо того чтобы правдами и неправдами отбить меня у Дамблдора, смеясь, улетает на гиппогрифе в закат! Забывая про крестника на следующий же день... Прелестно, вы не находите?

— Сириус очень любил вас... — О да! Меня он любил, как же!.. Один какой-то смутно знакомый портрет в самом темном углу кабинета подозрительно подавился нарисованной грушей. Видать, портреты тоже в курсе истинной подоплеки всех этих "традиционных ирландских танцев"...

— Сириус очень любил Джеймса. Но тогда, в глубоком детстве и отрочестве, я этого в упор не видел и не понимал. Знаете ли, суровое магловское воспитание и все такое... А мне до нехватки воздуха был нужен кто-то свой! В итоге я даже к неуравновешенному и слегка сумасшедшему крестному искренне привязался. От которого толком и вестей-то никаких не было. Так, как мог привязаться только забитый социумом ребенок. Но вернемся к четвертому курсу. Кубок огня. Не будем вспоминать постоянные догонялки со смертью, озлобленных школьников, что, не стесняясь, выливали на меня бесконечные помои, предательство лучшего друга, увлекательные уроки у пожирателя смерти, — это все мелочи. Настоящее веселье случается в самом конце. Смерть Седрика на моих руках, возрождение Волдеморта, дурацкая дуэль с появлением призраков родителей и очередные помои — уже со стороны министерства и остального магического мира. Как же! Ведь Волдеморт умер давно! Давайте голову в песок засунем и жопу ему подставим! Пусть оприходует, не стесняется... Это же нам всем так нравится!

— Мистер Поттер! Что за выражения! — Каюсь, забылся. С Маккошкой моим обычным матерным не прокатит. Постоянно будет одергивать. И передергивать. Так что следим за речью.

— Простите... Тем летом я почти сломался. И сам обвинил себя в смерти Седрика. Кстати, единственного человека из всей той толпы одуревших школьников, адекватно мой новый статус воспринявшего. Туры Кубка растянулись на многие недели — вы помните об этом? А думали ли вы, что я к Диггори успел привязаться? Он был старше, он был интересным, он никогда не кичился ни на редкость чистокровным происхождением, ни влиятельными родственниками, ни размером банковских сейфов, ни собственными внушительными успехами в учебе. Это был единственный НОРМАЛЬНЫЙ старшекурсник, без доли зазнайства, лишка необоснованного снобизма и обычной подростковой жестокости. Седрик мог стать мне настоящим другом, Седрик мог стать магическим наставником моих детей и тем, с кем в старости приятно посидеть за чашкой травяного чая с портвейном перед зажженным камином в метель, вспоминая юношеские глупости и школьных преподавателей, первые шаги повзрослевших внуков, улыбку юной еще жены и насыщенные рабочие будни минувшей молодости! Буквально каждый день мне снилась его смерть... И постоянное сожаление обо всем том, что могло бы быть, но не случилось! А тут покойные Дурсли с придирками, ругательствами и подзатыльниками. Как вам воспитание героя и его жизнь в любящей семье? Но впереди новый учебный год в великой школе чародейства и волшебства! Нас ждет незабвенная мисс Амбридж! И ее сверхгуманное обучение, — немного прервавшись, подышав для профилактики очередного магического выброса, продолжил: — Весь год детей мучают пыточным артефактом — и ни-ко-му, включая вас, до этого дела нет...

— Но... — в глазах Маккошки наконец показалась некая доля растерянности.

— Миссис Макгонагалл, давайте начистоту, раз пошла такая пьянка. Вы ведь за все время моего обучения ни разу не вникали в проблемы детей на вверенном вам факультете. Все мои попытки хоть что-то донести до вас или предупредить о чем-то игнорировались. Напомнить, что ваша гриффондорская душонка выдала, когда я пожаловался (в первый раз в жизни решился пожаловаться!) на отработки с Амбридж? Вы меня послали на х...

— Мистер Поттер! — повысила голос директриса. Она меня что, не слышит совсем? Избирательная память, избирательный слух... В Мунго пора тетю сдавать, на опыты. Говорят, маглы на кошках лекарства проверяют...

— Ладно, опустим это. Ваши проблемы — я все равно выжил. Хрен с остальным, но в том же году мне ломает мозг самый нелюбимый профессор — его недовысочество Снейп. Окклюменция. Прекрасная наука. Если наставник доброжелателен к вам. А если поведение обоих скатывается к ежевечерним скандалам, то результат налицо. Мне абсолютно не хотелось ничему учиться у декана Слизерина. В итоге, как дурак попавшись в ловушку Волдеморта, я на крыльях мщения и фестралов мчусь в министерство, где встречаюсь с кучей пожирателей, самим Волдемортом, пугающим меня до усрачки, теряю последнего (по большому счету, только что обретенного) родича. И виню в этом себя! А добрый дедушка сплавляет обезумевшего героического мальчика к родственникам... и обрезает все связи. Писать письма мне нельзя! Могут перехватить! Да, вашу мать, мне не нужны были планы борьбы с темным лордом! Мне нужно было: Простое. Человеческое. Сочувствие.

Не обращая внимания на вновь поджавшую губы директрису, достаю сигарету и прикуриваю. Не отравится, а мне нервы полечить надо. Раз тут даже чая не предложили... Английская вежливость, она самая!

— Вам рассказывать дальше? Смерть Дамблдора, гонки с препятствиями по всяким склепам, выматывающие поиски крестражей, очередное предательство, пленение и пытки, побег из Малфой-менора, бег наперегонки с Адским огнем... А в конце внезапно выяснить, что искренне ненавидел единственного человека, который защищал тебя все это время! И затем пойти на смерть... Подросток. Сам. Добровольно. Как барашек прется в лес, чтобы его там убили. Прекрасный ход, директор, — салютую сигаретой насупившемуся Дамблдору. — Преклоняюсь перед вашим гением! Я ведь даже не усомнился. Потопал аки телок на веревочке и сам лоб подставил под очередную аваду. Блядь, как же я вас ненавижу, великий волшебник и светлый маг... Настолько же сильно, насколько и уважаю. Замутить такую комбинацию... И если б не дурацкое проклятие на колечке, вы бы жили, продолжали трескать свои лимонные дольки и до сих пор с переменным успехом отравляли мое существование!

— Следите за языком, мистер Поттер! — вызверилась Макгонагалл.

— Добавьте: «Десять баллов с Гриффиндора», и выпьем на брудершафт! На меня давно не действуют ваши суровые взгляды, профессор. Вы, похоже, так ничего и не поняли из моего рассказа? Я тут, можно сказать, перед вами душу вывернул...

— Мистер Поттер, — пожевав губами, Маккошка разродилась очередным откровением, — ваши отношения с директором вполне понятны... — Да ну? Кому это тут они понятны? — Вы обижены. И у вас есть на это полное право. — Ого. Мне дали внеочередную индульгенцию! А то я, блядь, вас не спросил! — Но вы же должны понимать: были тяжелые времена, и темный лорд... — Бла-бла-бла. Смирись, жертва выкидыша, ты сдохнешь во имя светлого будущего! Суки.

— Давайте закругляться, — устало перебил словесный понос вперемешку с восхвалениями бородатого вождя всех времен. — Что вы хотите сейчас от меня, профессор?

— Своими действиями вы провоцируете детей на неповиновение родителям и учителям! А также плохо влияете на подростковые умы — ваша несдержанность и неадекватность поощряет их к поступкам, порочащим честь школы! — Фигасе, я чуть сигаретным дымом не подавился. Я! Родитель! Я — провоцирую и поощряю! Охренеть. Нет, матерный уже давно заменил литературный английский, но от детишек ругательств не слышал ни разу. И честно сам пытаюсь в их присутствии сдерживать "души широкие порывы".

— И чем? Тем, что соблюдаю договор, заверенный министерством? — испепелив окурок, задумался. Покурить еще или нет? Никаких нервов не хватает.

— Вы передергиваете. Мисс Уизли была категорически против посещения детьми вашего дома... — Да-а-а? А против чего еще она была "против"?

— Ах, мисс Уизли... Она вообще не должна была лезть не в свое дело. Есть документы — будь добра, исполняй. Сама подписала, а теперь орет направо и налево о нарушении МНОЮ каких-то там мифических ЕЕ прав. Вы, мадам, законы не читали? Тролль по общемагическим кодексам? Я в своем праве. Был. Есть. И буду. А Джиневра может катиться омелой в Атлантический океан.

— Мистер Поттер, — Макгонагалл сжала руки в замок, — почему вы так... Оскорбительно отзывались о своей бывшей жене в «Пророке»? Это совершенно не по...

— Не по-гриффиндорски? Мадам… — перебив, достаю новую сигарету из смятой пачки. Похоже, пора начинать носить с собой успокоительное. Хоть колдомедик и запрещал, но лучше быть улыбчивым идиотом, чем периодически раскошеливаться на постройку новой школы, министерства... и прочих архитектурных излишеств. — С чего вы решили, что я должен быть вежливым с какой-то там Уизли?

— Но... она же ваша жена и мать ваших детей...

— Ага, — очередная затяжка, и дымок кольцом поднимается к потолку... — Хреновая мать. И БЫВШАЯ жена. Директор, ну неужели вы — как женщина — не интересовались, а с чего, собственно, развалился наш брак? Неужели вы такая правильная?..

— Мистер Поттер! — Опять Поттер. Достало. Глянул на озабоченного желанием исчезнуть с портрета, пока меня в очередной раз не заклинило, Дамблдора. Ну побегай кругами, растряси жирок на старческих телесах...

— Ладно... Хоть вы опять все пропустите мимо ушей, но я расскажу вам, о чем умолчали пресса и министр. В целом, я ведь был хорошим и правильным мальчиком. Настоящий гриффиндорец — светлый, сын своих родителей... — Взгляд блуждал по кабинету, ни за что не цепляясь. Сигаретный дым рисовал абстрактные картины в застоявшемся воздухе. Окошко надо приоткрыть. Ленивое движение палочки, и вот уже осенний сквознячок тихонько перебирает бумаги на столе. — И в аврорат пошел, потому как куда еще мне была дорога? Что я умел кроме ЗОТИ? На уроках толком не учился, усидчивостью тоже не отличался, звезд с неба не хватал. Да и «самый лучший друг» тянул недалекого Поттера в узаконенные убийцы. Не возмущайтесь, профессор. Авроры действительно убивают, и им за это ничего не будет. Ну да Мерлин с ними... Как оказался женат, сам не очень понял. Все женились, вот я и последовал дурному примеру. Аврорат, дом, жена, дети... После рождения Лили "засидевшаяся дома" Джинни, которой осточертели все эти пеленки-прикормки-памперсы, поспешно вернулась в профессиональный квиддич. Тогда-то все и обострилось. — От Маккошки веяло недоверием, предвзятостью и скептицизмом. Чувствую, я зря тут распинаюсь...

— Мисс Уизли устала от быта. От подтирания детям соплей. От постоянно отсутствующего дома мужа. Она ж далеко не Молли с ее гипертрофированным материнским инстинктом. А жизнь звезды квиддича... Море поклонников, сверкание фотовспышек, твое лицо на первой полосе газет, насыщенные тренировки в разных уголках страны, трудные победы, бесконечные цветы охапками, щедрые подарки от спонсоров, пышные и шумные празднества в широком кругу... И скучный усталый муж, что заваливается в супружескую кровать, притащившись часам к трем ночи, гремя в прихожей тяжелыми форменными ботинками, на кухне — скальпелем, пинцетом, бинтами и склянками с костеростом, воняя тиной и болотом, засохшей кровью, буйволовой кожей разодранных в хлам наколенников, радуя спаленными бровями, сломанным носом и разбитой рожей, периодически мечется во сне от кошмаров, а в шесть утра уже мчится обратно на работу. О какой семье может идти речь? Я был не особо священной дойной коровой, что дает деньги на рост собственных ветвистых рогов. Хрен с ними, уходящими как в бездонную дыру галлеонами... С сочувствующими взглядами коллег на работе... С орущей по делу и нет Молли, которой на мои скупость, трудоголизм и тяжелый характер регулярно жаловалась супруга. Одного я не мог ни принять, ни простить: моя жена стала — а может, и всегда была — шлюхой. Что ж, если тебе хватает ума трахаться со всем, что движется, не стесняясь выставляя это непотребство на всеобщее обозрение, тебе должно хватить ума и смелости жить разведенкой. Ну, а принятие наследия рода Блэков, их кодекса и родовых даров — просто подвернулось вовремя. Я и так и эдак вышвырнул бы жадную потаскуху из своего дома и своей жизни.

Директриса сверлила меня недовольным взглядом, порываясь вставить пять кнатов. Нет уж, теперь я выскажусь сначала. Сама развела на откровенность, вот и обтекай от подробностей...

— Не стоит останавливать меня, профессор. Шлюха — она и в Африке шлюха. Джинни всегда была слаба на передок, просто я однажды собрался с силами и назвал некоторые вещи своими именами.

— Но так ославить мисс Уизли на всю страну... — Синий чулок, блядь! Непогрешимая профессор! Если у тебя нет личной жизни, то это не значит, что все остальные вокруг такие же древнегреческие статуи! С полным отсутствием каких-либо потребностей, поползновений и чувства собственного достоинства!

— Да, миссис Макгонагалл, вот такой я злопамятный! Я живой человек, к вашему сведению. А не бессловесная музейная реликвия! Притом воспитание было соответствующим, а антидепрессанты после смерти Дамблдора мне уже никто не скармливал. Забыли, видимо... Ваша любимица Джинн мне всю душу высосала — как дементор, блядь! — своими капризами и закидонами выставила идиотом и рогоносцем, отобрала детей, да еще и во всеуслышание объявила психом! — Не будем сообщать директору, что министерство во главе с Кингсли радостно подхватило идею, добавило герою темности в ауру, спрятало нимб и выдрало крылья — это после принятия кольца лорда. А когда герой начал почти ежедневно что-нибудь ломать, взрывать или сносить от неумения контролировать магию, еще и в Мунго отправили, с официальной бумагой на психиатрическое обследование! Газеты, конечно, бучу подняли. Как же, герой Поттер — псих, каких поискать! — Я могу быть милосердным. И всепрощающим. И даже понимающим. Но к тем, кто этого заслуживает. Моя бывшая кроме матерных слов не заслужила ничего. Она не состоялась ни как мать, ни как жена. Она состоялась только как середнячковый игрок в квиддич и первостатейная шлюха. И не надо мне тут поджимать губы, директор Макгонагалл! На правду не обижаются... Молли моментально встала грудью за «обиженную» кровиночку. А вовсе не за "любимого" зятя "Гарреньку". Рончик шустро подсидел начальника. Гермиона, по обыкновению, закопала голову в песок. Все остались довольны. Кроме героя, что сдох за вас всех! Не находите, что у меня есть некоторое моральное право хоть иногда резать правду-матку в глаза окружающим?

— Но все равно, Гарри… — вдруг перешла на проникновенный тон Маккошка. Ептать! Она что, не понимает, что из песни слов не выкинешь, и что вся эта утренняя буча в прессе зависит только от министра и проходит лично под его неусыпным контролем?

— Уже «Гарри», профессор? Не стоит давить на меня, я не тот наивный мальчик, которого вы знали много лет назад. Смерть — она ведь даром не проходит. Как и жизнь.

— Хорошо, — недовольно сжала в нитку губы директриса. — Но зачем вы добиваете вашего старого друга? Мистер Уизли мог и ошибиться...

— В чем ошибиться? Круцио не на меня направить хотел, а на другого аврора? Ошибся малость? Прицел сбился? Нет, профессор, как бы вам ни хотелось выставить бывшего Гарри Поттера мировым злом и темным лордом, я на друзей непростительные не накладываю. — Рассказать ей про министра и его команду к потоплению бравой рыжеволосой семейки я не могу, обет не позволит. А жаль: хоть какая-то гадость Кингу была бы.

— Но вы могли это как-то... в более конфиденциальной обстановке с министром обговорить....

— Мог. Но я же неуравновешенный псих, мадам... Вы вот и сейчас мне ни на грош не верите, пребывая в стране радужных единорогов и бабочек. Вся ваша жизнь вертится вокруг служения старому морщерогому козлу, — глянул на картину с оным. — Сейчас сниму силенцио, и только попробуйте что-нибудь вякнуть, Дамблдор. Я с редким удовольствием спалю ваш портрет к Мордредовой бабушке, пока вы не можете с него уйти. По буквам повторяю, для глухих: с огромным удовольствием и глубоким удовлетворением от происходящего.

— Мистер Поттер! — О, я снова Поттер. Sic transit gloria mundi. — Это уже переходит все границы! Портрет директора Дамблдора является величайшей ценностью школы! — О как. Уже и ценность школы. Счастье-то какое!..

— Спешу огорчить вас, миссис Макгонагалл. Величайшей ценностью является единственный портрет директора Снейпа. Но он с вами не разговаривает. Какая жалость! — Ведь он вас всех, уродов моральных, на хую вертел, не так ли? — Но хватит, — я встал и под неприязненным взглядом женщины проследовал к камину. — Сегодня я рассказал вам то, о чем никто, по большому счету, и не знает. Душу в полной искренности приоткрыл, а вы в очередной раз туда плюнули. Давайте договоримся, директор: вы не докапываетесь до меня, и у Хогвартса не будет вакантного места в этой милой ажурной башенке...

— Вы мне угрожаете? — вскинулась мадам.

— Возможно. Пора вам понять, что Гарри Поттер теперь лорд Блэк — со всеми сопутствующими тараканами и заморочками. Я наглый, упрямый, злопамятный — и, что самое неприятное для всех вас, охрененно сильный. Я Маг, профессор. Как бы ни относилась ко мне современная власть и поддерживающее ее быдло, мой статус, кровь и положение заставят вас считаться с «бывшим героем». А орден Мерлина спасет от Азкабана даже в случае, если меня, ничтоже сумняшеся, застанут прямо над чьим-то еще не остывшим трупом с палочкой, последним заклинанием которой была Авада. Подумайте об этом и больше не лезьте ко мне с душеспасительными и душещипательными беседами. И к детям не стоит.

Щелчком пальцев послал окурок в приоткрытое окно. Попал, мастерство не пропьешь... Даже удивительно, что рассказав столь многое — практически классовому врагу — я не только не психанул, но даже сумел удержать силу в узде. Однако прогресс. Помнится, при обследовании колдомедик сказал, что только лет через десять-пятнадцать сумею взять свою магию под контроль. Но к тому моменту уже привыкну быть несдержанным придурком. Так что ничего толком не изменится. Кроме процента летального исхода моего гнева для окружающих.

— Я сегодня дал вам шанс. Понять. Вы не прошли проверку. Всего доброго, директор, — кинув в огонь дымолетного пороха, тихо сказал: — Гриммо, двенадцать.

* * *
Все-таки не понимаю я желания каждого встречного-поперечного залезть мне в душу с немытыми ногами, да еще и советы пытаться давать. Со своей криво стоящей колокольни. Вы мне, собственно, кто? Родители? Предки? Не спали ночей рядом с моей кроваткой? Добровольно умирали за меня? Я, блядь, никакой не герой и даже не мессия. Я ЖЕРТВА. И это совершенно разные понятия, дорогие мои соотечественники. Герой поступает так, как ему велит долг. Мессия — как скажет господь бог. А жертву просто вяжут и тащат нужной дорожкой к алтарю. Спасибо, конечно, за орден и прилагающиеся к нему выплаты... Но на самом деле я лишь взрослый ребенок со сломанной жизнью.

В аврорате из меня быстро выбили великодушие и всепрощение. Кому нужен аврор, дающий преступнику второй шанс? Хорошо хоть к тому моменту я уже успел отмазать всех адекватных пожирателей смерти от Азкабана и страстных поцелуев со страхолюдинами в балахонах. В общем, муштра наставников создала из связанной по рукам и ногам жертвы обыкновенного солдата. А служба в особом отделе завершила становление параноидального неуравновешенного психа с суицидальными наклонностями. Закрыть собственным телом друга — что может быть приятнее сердцу истинного гриффиндорца?

Конечно, я убивал. Когда в тебя летит зеленый луч в сумерках Лютного или из-за угла в каком-нибудь притоне, уже не будешь разбираться кто прав, кто виноват. И Экспелиамусом разбрасываться тоже не будешь. Это только с Темными лордами срабатывает. Тут или ты, или тебя. А дома ждут дети... И, не задумываясь, бросаешь Аваду в ответ. Трупом больше, трупом меньше. Кстати, материться я научился там же. Наставники весьма подробно и изобретательно рассказывали — что, как, где и с какой скоростью они видели, имели, крутили... В лагере подготовки не повыебываешься, даже если ты герой.

Нахуй такие воспоминания. Скрывшись в дуэльном зале, постарался скинуть все, что накопилось за утро на тренажерах. Часам к пяти, более-менее уже пришедшего в себя и спокойно расслабляющегося под контрастным душем, дабы не заснуть случайно, меня нашел Кричер. Пришло письмо от Невилла. Приглашение в менор. Отлично, заказ готов, значит. Если сегодня успею смотаться еще и за кровью Снейпа к Малфоям, то можно будет смело замешать на ночь настаиваться основу. Хоть что-то хорошее за весь день.

Вообще подозрительно, что как только я связался с Малфоями, то сразу каждый день как пляски голышом на минном поле. У меня столько срывов подряд не было уже пару лет. Настораживает тенденция. Как будто кому-то, блядь, неймется, и он все пробует бывшего героя на слабину. Где-то завелся очередной манипулятор? Стоит поразмыслить об этом на досуге...

Ну, у Лонгботтома посылку забрал быстро. Вернее, в темпе вальса, без приглашения на чай, сигару или поговорить о бренном, меня выперли из поместья. Оказывается, жена Лонгботтома вернулась из очередного краткого отпуска во Франции и вышла на тропу войны. В смысле, идет искать некие несуществующие в природе намеки на присутствие любовницы в меноре. Ага, ведь Нев такой дурак, что трахается непосредственно у главного камина на ковре... и лифчики подруг вокруг разбрасывает. А трусики хранит в кармане мантии. Он такой затейник! М-да. Удачи тебе, Ханна!

Потом был утомительный полет каминной сетью к Малфоям и взаимное оттачивание жал со Снейпом. В процессе сцедил с зельевара аж триста граммов яда, что бежит по его венам. И, дав клятву, что не наврежу никакими действиями с кровью, свалил домой. В тепло родной лаборатории. Где при посильной помощи Себа быстренько сварганил необходимое варево. Что там сложного, когда все выверено до мелочей многочисленными испытаниями? Часам к двум ночи замочил в настое металлическую основу будущего артефакта и наложил необходимые чары. Хвала Мерлину, на сегодня все...

Уже завалившись в любимую постельку и натягивая на себя одеяло, подумал, что день вышел какой-то суетливый и безумный. Вот, нахера я начал перед Маккошкой душу выворачивать? Поговорить захотелось, Гарри? Так шел бы к Неву. Тот и выслушает, и в душу не плюнет... Выговорился, да? И что теперь? Полегчало? Тьфу на вас всех, добрые и порядочные англичане...


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/200-16556-1
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: Eliris (29.10.2015) | Автор: katss, shiky29
Просмотров: 227


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 0
Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]