Зал был полон гостей, что было странно, обычно полковник не любил шумные мероприятия, хоть того и требовало его положение, возможно, за пять лет многое изменилось. Пять лет. Кому-то покажется, что это целая жизнь, кому-то - краткий миг, а для меня - погоня, перестрелка, бессонные ночи в воспоминаниях о любимых небесно-голубых глазах.

Правое колено заныло, ранение, полученное два года назад, иногда напоминает о себе тупой болью. Оперевшись на трость, я отошёл в сторону, ближе к стене, пытаясь найти того, ради кого прибыл. Хотелось побыстрее доложить обо всем полковнику и покончить со всей этой шпионской кутерьмой, уехать в уездный городок и зажить тихой жизнью следователя. Наверное, устал я от погонь, да и не молод уже.

В помещении началось некое оживление, дамы в сопровождении мужчин двинулись ближе к началу залы, чтобы присесть на стулья и диванчики, которые слуги раставляли полукругом, под разговоры присутствующих гостей.

Когда раздались первые звуки рояля, переплетаясь с мелодией скрипки, разговоры смолкли, погружая всех в свою музыку.

Меня же мелодия увлекла в воспоминания, когда Анна Викторовна и Коробейников устроили музыкальный вечер. Как ее пальчики порхали над клавишами рояля, ее лукавый взгляд, который она бросала в мою сторону - все эти воспоминания и многие другие, дорогие моему сердцу, помогали мне в трудную минуту, помогали выжить на краю пропасти, я старался выжить, чтоб вернуться… хотя бы для того чтоб сказать спасибо, спасибо за то, что она есть в этом мире, такой светлый, чистый человечек, мой ангел-хранитель.

Пять лет… Как они отразились на ней? Помнит меня? Забыла?.. Хотя, зная характер Анны, не забыла…

Мой взгляд гулял по лицам присутствующих, кого-то я знал, кого-то узнавал, а кто мне и вовсе был не знаком. Но стоило мне перевести взгляд от группы людей у левой стены к противоположной, как моё сердце ускорило свой ритм. Этот силуэт я узнал бы из тысячи, ведь он мне снился каждую ночь. Она повернулась, и я смог увидеть ее гордо поднятый подбородок и слегка вздернутый носик. Моя барышня на колесиках... Да нет, далеко уже не барышня - светская дама. Ее манера держаться, ее наряд говорили о том, что она давно покинула уездный город и поселилась в столице, а может, уезжала с дядей за границу? В подтверждение моих мыслей к Анне подошёл Пётр Миронов. Только сейчас я заметил, что Анна стояла в обществе незнакомого господина. Кто он? И почему с такой нежностью смотрит на неё? Во мне начала подниматься волна гнева и ревности, которую я тут же попытался пресечь на корню, взял себя в руки, выработанный годами жест головы позволил мне отвезти взгляд, который тут же вернулся к объекту наблюдения. И вновь второй раз за вечер моё сердце ускорило свой ритм, на меня смотрел небесно-голубой взгляд.

Мир замер, смолкли все звуки, как это было не раз. Я видел в этих голубых глазах все прожитые годы без меня: боль, отчаяние, страх, надежду, веру, любовь... "Я искала, ждала, где ты был?" - кричал ее взгляд, упрекая меня в моём отсутствии и ликуя, что вновь меня видит.
Под ее укоризненным взглядом мне стало стыдно, но я же хотел ее уберечь от опасности, потому и оставался вне извесности. Все это я пытался передать ей взглядом, а так же как сильно я скучал по ней и как она дорога мне, но небесный взгляд был не преклонен, в нем пробивалась обида на меня, в полном поражении я опустил взгляд, признавая свою вину.

- Яков Платонович! Я удивлен и бесконечно рад вашему возвращению, - прозвучал голос полковника рядом со мной.

Подняв взгляд к Анне, я увидел, как она отвернулась к дяде, который успокаивающе гладил ее по руке. На короткий миг я встретился со взглядом Миронова. Пётр Иванович осуждающе покачал головой, но его взгляд говорил, что он рад меня видеть.

- Яков Платонович, прошу в мой кабинет, там мы сможем поговорить спокойно, - продолжал тем временем мой собеседник.

Вновь служебные дела уводили меня от любимой женщины..