Удушливая мгла легла плащом на плечи,
Закрыла точки звезд и бледный лунный свет.
Как будто год назад тянулся долгий вечер.
Как будто вечность ждать, чтоб вновь пришел рассвет.
Ежом царапает колючий воздух горло,
Трава до крови режет лезвием секир,
Жжет нёбо и язык противный вкус прогорклый
Который, кажется, заполонил весь мир.
Вокруг один лишь мрак. Из звуков – только стоны
И резкий высвист ветра, загнанного в щель.
Трещат над головой могучих вязов кроны,
Рыдает жалобно разломанная ель.
Оплел сетями душу беспросветный ужас
И шепчет вкрадчиво безмолвные слова:
«Поддайся Тьме, смирись!» И кружит, кружит
В предсмертном вальсе, на ногах держась едва.
И все кристально ясно в полуслове:
Весь мир под властью Тьмы и под ее пятой,
Весь Свет исчез и не возникнет снова.
Прикрыл его от всех безвременный покой.
Но не всесильна Тьма. Есть крохотные Искры.
Горят они в сердцах, где ей прохода нет.
Как солнце горячи и как мгновенья быстры,
Пылают ярче, чем у пламени отсвет.
Их надо лишь сберечь, укрыть от взгляда Мрака,
Не дать потухнуть от проблем и бед,
И в тяжкий час, по провиденья знаку
Из Искры возгорится чистый новый Свет.