Дорогие читатели! Эта глава – последняя в части от лица Беллы. Я понимаю, что уже изрядно помучила вас, но еще придется потерпеть. Эта глава – еще одна из сложных глав моего фанфика. Я не садистка, правда!!! Просто я давно уже задумала такой сюжет. Надеюсь, вы не сильно меня будете ругать. Обещаю вскоре все исправить))) В связи с приближающимся праздником я решила выложить эту главу пораньше, потому что потом начнутся всякие дела, поездки, а я ведь обещала больше ничего не задерживать. Приятного прочтения!!!

EXNN – Движение и смерть

Я была готова лететь. Готова. Но как только я собралась сделать шаг, кто-то схватил меня за руку и потянул назад…
Осознание собственного провала, словно тонной грубых металлов, свалилось на меня. Все, просто абсолютно все вокруг было против меня: и это время, и это места, и даже эти небеса надо мной.
«Ты, наверное, шутишь», - пронеслось в моей голове. И было совершенно непонятно, к кому я обращалась. «Ангел-Хранитель, мой гребаный Ангел-Хранитель, ты где, черт тебя возьми? Почему хотя бы в последнюю минуту моей жизни ты не мог спасти меня? Неужели я не заслуживаю?»
Когда я проживала в приюте, нас часто водили в церковь. И мы, ничего не понимая, все равно слушали проповеди. Да, и воспитатели всегда затрагивали эту тему. Они говорили, что наша жизнь в приюте, без родителей – это своего рода испытание, которые мы должны пройти с честью, чтобы стать сильными, достойными людьми.
«Каждое страдание, перенесенное в смирении, вознаградится двукратно».
Только жаль, что никто тогда не объяснил, что это всего лишь красивая формулировка. Сейчас, стоя на крыше, с которой я несколько минут назад добровольно собиралась сигануть, и сгорая в ненависти, которую источал взгляд человека, стоящего напротив, я, наконец, поняла, что все, что я слышала когда-либо в своей жизни, было чушью. Все поучительные, похвальные, нравоучительные, укоряющие беседы были всего лишь набором слов, ничего не значащих звуков.
Никто из взрослых никогда не смог бы научить жизни ребенка. Просто потому что никто не знал ее, эту жизнь.
Я бы не сказала, что это понимание вызвало у меня шок. Скорее, оно помогло окончательно смириться. Плюнуть на все. И потерять, наконец, последние частицы так упорно мною оберегаемого чего-то своего, родного.
Когда я почувствовала, как мою руку кто-то схватил, у меня уже не появилась надежда, что это пришли меня спасать. Так держать, Белла, перед самой смертью ты смогла-таки убить ее! Лавровый венок тебе на могилку!
От грубого прикосновения по моему телу побежали мурашки. Мы стояли и буравили друг друга взглядами.
- Хотела таким образом избавиться от меня? Боишься признать, что проиграла?
Чарли весь светился. Ему доставляло удовольствие видеть на моем лице всю возможную гамму боли. Я яростно замотала головой, показывая ему, что не собираюсь признавать свое поражение. Черты его лица заострились, стали более гневными, он резко подтянул меня к себе поближе.
- И не протестуй. Ты держишься из последних сил. И стоит мне сейчас только напомнить, что у тебя здесь, - он протянул руку к моему животу и, чуть надавливая, провел по нему, - кто-то есть, ты тут же упадешь на колени.
- Я уже тебе говорила: ты меня совсем не знаешь. Я сильнее, чем ты думаешь, - я попыталась вырвать свою руку из его захвата, но Чарли еще сильнее сдавил ее.
- Возможно, - ухмыльнулся он. – Но не настолько сильная, насколько бы тебе самой хотелось. Признайся, этот шаг ты бы не сделала. Ты еще не дошла до той кондиции, в которой уже нечего терять. Так же, как и я не смог нажать на курок револьвера, чтобы вынести себе мозги в турецкой тюрьме. А знаешь, что не позволило мне это сделать? Мысль о том, что где-то есть ты. Да, я обвинил тебя во всех своих бедах. И жил мыслью о том дне, когда найду тебя.
- Ты сам виноват во всем, что с тобой случилось. Я здесь совершенно ни при чем. Я не заставляла тебя грязнуть в этом бизнесе, - истерично прокричала я ему в ответ.
- Не исключено, но это было всего лишь средство в достижении моей цели. А ты не хуже меня знаешь, что они оправдывают друг друга. Тем более если цель – выжить. Ну, или в твоем случае, - умереть досрочно. Будь ты моей дочерью, настоящей дочерью, я бы тебя научил, как использовать любые средства.
Моральный урод. Только полный псих мог так думать. Человек, стоящий передо мной, уже совершенно ничем не отличался от животного. Никаких чувств, эмоций, только инстинкты, желания и стремление их удовлетворять. Но он не был первым таким экземпляром в моей жизни. Вот только станет последним…
- Я бы не стала так делать. И учиться у тебя не стала бы. И пусть ты хоть миллион раз еще назовешь меня слабой, никчемной, я все равно не изменю своего мнения. Именно это нас с тобой и отличает. И злишься ты поэтому. Твоя злоба, та, которая сидит в твоем сердце, не дает тебе покоя. Она медленно убивает тебя. Ты столько сил прикладываешь, чтобы закопать меня где-нибудь. Но только ты сам там же окажешься очень скоро.
Он оскалился, отпустил мою руку и отступил на шаг назад.
- Это уже не будет для тебя иметь значения.
Между нами повисла тишина. В этот момент налетел холодный ветер, и меня стало трясти. Никогда не думала, что в пустыне такое бывает. Я повернула голову туда, где медленно за горизонт спускалось солнце. Оно уже почти зашло. Землю постепенно окутывали сумерки. Когда я перестала смотреть по сторонам и снова взглянула на Чарли, то заметила, что он не сводит с меня взгляда. Он пристально следил за каждой точкой, в которую я смотрела более десяти секунд. Я, наверное, выглядела слишком беспомощной, потому что буквально через секунду он засмеялся.
- Да, ты никак помощи ищешь? И у кого же? Кто тебе здесь может помочь?
Я непонимающе уставилась на него, а Чарли все никак не мог перестать хохотать.
- Поздравляю, отличный план, Белла. Только извини, но за него максимум тройка. Ты думала, что таким образом сможешь бежать? Думала, что твой хахаль заберет тебя отсюда?
Я не могла понять, о чем он говорит, и поэтому сейчас растерянно смотрела на него. Чарли замолк, потом замялся.
- Да, нет! Ты не могла не знать.
В его голове явно складывались какие-то кусочки мозаики, и по мере этого его лицо все больше и больше светлело.
- Да, я просто везунчик. Сама судьба дает мне шанс прямо сейчас тебя уничтожить. Ты ведь действительно не знала, что за тобой сюда кто-то осмелился придти.
И он засмеялся еще громче.
«Не может быть, не может быть, не может быть», - вопил внутренний голос. Все события сложились в одну цепочку, и я смогла все для себя прояснить.
Эдвард был здесь. Эдвард пришел за мной. Он пришел, чтобы спасти меня. Он не забыл. Тепло тут же разлилось по телу. В мыслях тут же появились картинки, как я увижу его, как обниму. И, возможно, у нас все еще будет хорошо. Я невольно улыбнулась.
- Эдвард, - тихонько прошептала я.
- Не вижу повода для улыбок, Белла, - грозно сказал Чарли. – Тебя никто не спасет. Мы вовремя поняли, что что-то идет не так. И вычислили его.
Мое сердце, которое разогналось до немыслимой скорости, вдруг пропустило один удар. Если бы оно могло, то оно бы замерло, не издавая ни звука.
«Вычислили». Нет, он не мог так просто проколоться. Это же Эдвард.
- Ты лжешь, - сквозь подступающие слезы прокричала я. – Я не верю тебе.
- Меня это не волнует. Я знаю только то, что мои люди вычислили его и устроили облаву. И он струсил. Он сбежал, спасая свою шкуру. Потому что если бы его догнали, то ему бы не поздоровилось. Он бросил тебя. Снова.
Чарли знал, куда и как ударить. Его слова словно ножом резали мою душу. Точнее, то, что от нее осталось. Именно сейчас я не хотела думать ни о чем. Ни во что не верить. Лучше бы я вообще не знала, что Эдвард был здесь. Все мои сомнения, надежды тут же выползли на поверхность, просто добивая меня. Но из них постепенно зарождалось новое чувство, доселе мне не совсем хорошо знакомое. Гнев. Злость. Лютая ненависть. И не только к Чарли, ко всему. Я ненавидела себя за свою беспомощность, я ненавидела всех, кого знала за то, что никто из них в нужный момент так и не оказался рядом. Я ненавидела Бога, который смотрел на меня сверху. За то, что просто смотрел.
Это были настолько сильные эмоции, что я на секунду перестала контролировать себя. Я свирепо взглянула на Чарли и замахнулась, чтобы нанести удар. У меня, конечно же, ничего не получилось. Я только задела его.
Чарли тем временем пригнулся и схватил меня. Потом повернул спиной к себе, заломал мою руку. Потом он своей рукой за шею прижал меня к себе так, что его локоть оказался под моим подбородком. Им он поднял мою голову и заставил посмотреть вверх.
- Посмотри на это небо. Оно просто великолепно. Оно здесь всегда такое чистое и высокое. Редко собираются облака. А закаты здесь просто загляденье. Не правда ли? А солнце почти всегда кроваво-красное, когда заходит. Смотри. Потому что больше ты никогда не увидишь его.
И я смотрела. Всматривалась в глубину неба, чтобы запомнить это ощущение. Ощущение, когда ты дышишь, когда кровь бежит по сосудам, пусть и с огромной скоростью, пронося по ни литры адреналина. Ощущение, когда ты живешь…
Потом я почувствовала резкий удар, и меня окутала тьма.
Когда я очнулась, то первое, что почувствовала, - это сырость. И леденящий холод. Я попробовала подвигать хоть чем-нибудь. Но от этого стало еще холоднее. Я сидела на стуле с завязанными глазами. Мои руки были связаны сзади, а ноги привязаны к ножкам.
Вокруг кто-то разговаривал, ходили люди. Но я ничего не разобрала из их речи. Я лишь оборачивалась по сторонам, пытаясь рассмотреть что-нибудь через черную ткань. Долгое время ко мне никто не подходил. И это напрягало. И только. Не было никакой паники, никакого страха. Я мысленно вернулась ко всем прошедшим событиям, но результат был тот же.
Где-то внутри вместо души уже было что-то наподобие кирпича. Песок, глина, солома, да, все, что угодно, любая материя. Точно ведь не скажешь, анализ не сделаешь.
Хотя, нет. Правильнее будет сказать – огромная черная дыра. И снова не так. Не черная. Кроваво-красная. Незаживающая.
- В страдании нет смысла. В нем не нужно смирение. Просто потому что потом вознаграждать будет некого, - прошептала я себе под нос.
Будто вывела аксиому. И поняла: если кто-то наверху решит, что с меня хватит мук, я уже не смогу принять вознаграждение. Не хочу. Я хочу спрятать голову в песок. Зарыться глубже. И чтобы меня, наконец, оставили в покое.
- Надеюсь, ты готова, - прогремел голос у меня над ухом. – Это еще одно маленькое испытание для тебя. Последнее. Оно научило меня, как быть сильным. Я, наверное, уже говорил тебе, что многое узнал в турецкой тюрьме. Так вот…
В это время рядом со мной, видимо, на стол, кто-то поставил какой-то предмет. Послышался шорох разматывающихся проводов.
- Так вот, если ты не выдержишь это, тогда ты проиграла по всем статьям. А если после всего того, что я тебе приготовил, ты останешься жива, то мы с тобой еще когда-нибудь встретимся, чтобы померяться силами.
Он провел рукой по моей щеке.
- Обязательно встретимся, - прошипела я. – И в следующий раз, когда я тебя увижу, я убью тебя.
- Посмотрим, - насмехаясь, произнес он.
На мой лоб приклеили какую-то холодную штуку, потом еще одну.
- Начинайте. Только с малой амплитуды.
Послышались шаги, и я поняла, что Чарли вышел.
Я только слышала непонятные щелчки, словно на каком-то приборе передвигали тумблер. Потом секунда гробовой тишины и…
Резкая боль пронзила все тело. Я ерзала и крутилась на стуле, пытаясь спастись от мук, но безрезультатно. Прошло секунд тридцать, и я больше не смогла терпеть и закричала.
Теперь я определила, что со мной делают. Ток. На столе стоял генератор, а на лоб мне были прикреплены электроды.
Электричество волнами проносилось по телу, заставляя его трястись и дергаться.
Облегчение наступило быстро. Моя голова безвольно повисла, но я еще была в сознании. По щекам покатились слезы. Не было почти никаких мыслей. Единственное, о чем я думала, - это то, что моей крохе сейчас больнее в сто раз. Маленький беззащитный комочек, он или она, страдал.
- Нет, пожалуйста, не надо. Ребенок…, - из последних сил прошептала я. Но меня никто не услышал.
Новая волна тока прокатилась по телу. Сейчас я настолько явно чувствовала, что теряю все. Теперь я не просто умирала. Меня убивали. И что самое ужасное – я позволила убивать своего ребенка.
Боль временами становилась сильнее, иногда слабла. Темнота постепенно поглощала меня, но все еще не собиралась забирать меня к себе. Мне казалось, что в этой темноте я видела звезды. Я многое видела там. Многие картинки из жизни проносились перед глазами. Так вот, значит, как оно бывает. Тусклые, размытые, нечеткие изображения, чем-то похожие на фотографию. Вот мама. Ее лицо. Она качает меня на руках. Ее прикосновения такие нежные, ласковые. И в какую-то секунду я вижу ее перед собой. Она улыбается. Наверное, зовет меня к себе. И я иду. Я уже не боюсь, совсем. Я ведь этого и добивалась. Но как только я приближаюсь, она хмурит брови и отрицательно мотает головой. Я совсем ничего не понимаю, а она указывает рукой совсем не на меня. Она пришла не за мной.
Мной овладела паника, и я очнулась. Кто-то, ухватив меня грубой рукой за подбородок, пытался привести меня в сознание.
Реальность была не просто жестокой. Мое тело словно окаменело. Теперь, после нескольких разрядов, боль уже не уходила в промежутке между ними. Она удобно поселилась в моем теле.
- Она, что, так быстро умерла? Я же сказал вам, чтобы вы не давали сильный ток, - кричал Чарли.
Я неловко двинулась и простонала. Говорящие обернулись ко мне.
- Вот так-то лучше. Продолжайте.
- Нет, - просипела я. – Пожалуйста, ребенок. Нет…. Эдвард… малыш… нет, - это было похоже на бред.
- Что она там шепчет?
- Пошел в задницу, ублюдок, - выплюнула я ему в лицо.
И новый разряд пронзил мое тело. Я уже просто не могла кричать. Мне оставалось только скрипеть зубами.
Боль была словно космос. Безграничная, черная, совсем несоизмеримая со мной. Я не хотела ее терпеть, но не могла с этим ничего поделать. Ток словно убивал все живое внутри. Я чувствовала, как медленно опустошаюсь, как внутри не остается ничего, кроме зияющего пространства.
А если я выживу, чем я его заполню? Жаждой мести? Так же, как Чарли? Возможно, это тоже вариант.
Электричество выплавляло из меня новую Беллу Свон. Ту, которая явно не понравится мне, еще теперешней Белле.
Я даже не знала, когда я отключалась, а когда снова возвращалась в мир. Все слилось в огромное серо-черное пятно. Оно становилось все больше и больше, душило меня, заволакивало.
Будто через сон я услышала слова:
- Идиоты! Что вы наделали? Зачем поставили постоянный ток? У нее же остановится сердце.
«Это к лучшему, Белла. Боль скоро уйдет. Ты, наконец, будешь свободна».
*******************************
Холодный ветер обдувал меня. Было зябко. Но я не дрожала. Мое тело не подчинялось мне. Да, и сознание было каким-то относительным. Единственное, что я смогла понять, - это то, что я уже не в доме. Моя рука лежала на чем-то мелком и мягком. Песок.
«Меня выбросили? Но почему я еще жива?»
Когда что-то теплое коснулось меня, я подумала, что темнота снова возвращается. Теперь окончательно. Но нет. Тепло исходило от рук. Кто-то бережно поднял меня и куда-то нес. Потом меня снова опустили на землю.
Нежная ладонь провела по моей щеке, и я застонала, потому что любое прикосновение причиняло боль.
- Слава Богу, ты жива! Белла! – голос, который сводил меня с ума, голос, который я хотела услышать все эти три месяца. Голос Эдварда.
Я уже должна была почти лишиться способности мыслить ясно. Но не почувствовала ничего. Меня больше ничто не волновало. Даже он. Мужчина, которого я полюбила больше всего на свете. И я даже не стала открывать глаза, мечтая снова встретиться со своим приятелем – забытьем.
- Ты будешь жива. Все будет хорошо. В этот раз я успел, - в его голосе звучала искренняя радость. Радость человека, который нашел свой родник в пустыне. Только меня это не тронуло.
- Хорошо уже не будет. Никогда, - собрав все оставшиеся силы, прошептала я. – И ты опоздал…. И в этот раз ты опоздал….
----------------------------------------------------
Ну, вот. Даже не знаю, что бы такого написать напоследок. Могу признаться: сцена с использованием тока не совсем моя. Точнее сцену я писала сама, но идея позаимствованная. Мне показалось, что именно это должно стать той последней каплей, которая сломает Беллу. Но, как видите она жива и будет относительно здорова.
Следующая часть – от лица Эдварда. Там вы узнаете, почему его не было три месяца, что произошло перед тем, как Чарли пытал Беллу. Ну, а дальше, последняя четвертая часть фика, в которой – вся развязка. Спасибо за внимание!

ФОРУМ