От автора: Дорогие мои читатели. Я знаю, что довольно редко ( по сравнению с тем, что было раньше) радую вас продолжениями, и мне за это иногда ( не всегда конечно =) невероятно стыдно, но с другой стороны у меня есть время продмать мысли и слова, с которыми я пишу новые главы.
Я не знаю на сколько меня еще хватит для конкретно этой истории. Подразумевалось что как и в "Булочке.." будет три части, но сейчас меня охватили сомнения. я не хочу загадывать и напускть паники, просто заранее извиняюсь, если произведение получиться не таким объемным по главам, как бы вам возможно того хотелось.
Что касается главы приведенной ниже, то она от лица Кэти, за которую я отчаянно сражаюсь. Многие испытывают к ней негатив, поэтому исъходом этого кусочка её недорожелатели наверняка остануться довольны. xDDDD
Всегда ваша, Hell_in.

Глава 10. Шаг на встречу… в пропасть.

Кэти.

- Нет, Роуз, вы не понимаете, это никогда не закончиться, пока они либо не будут вместе, или один из них не сдохнет,… или оба.
Хорошо, что этой фразы не слышала Элис, она ведь и убить могла за такие вот слова. Розали лишь понимающе кивнула. Она молчала, хотя в этой тишине прозвучало больше, чем в любой другой наполненной словами пламенной речи. В моих словах читался подтекст, что нам с Эдвардом не быть счастливыми, да и Белле с Матвеем тоже.
Девочки же были больше исполнены оптимизма. Особенно когда еще вчера-позавчера я с ними болтала по телефону. А говорят, что друзья видят и понимают нас лучше, чем самих себя. Ха, как же! Я с ними подружились, и была в прекрасных отношениях, но присутствие Беллы многое меняло. Девочки старались держаться подчеркнуто строго и бесстрастно, словно они знали тайну двух людей, которые ненавидели друг друга, но при этом к обоим хорошо относились. В принципе все так и было.
- А где те фужеры, что Элис доставала в прошлый раз?
- Они на кухне в серванте, сходить?
- Нет, разберусь, - подмигнула я, и отправилась на кухню, где Белла и Элис колдовали надо лобстерами.
Это было очень «в стиле Элис» приготовить на ужин дня благодарения морепродукты, лишь потому, что в прошлый раз индейка совершенно сгорела, то есть превратилась в благородный уголек.
Между столовой и кухней было совсем небольшое расстояние, шагов в десять. Где-то на третьем шаге меня застал телефонный звонок. Я поднесла трубку к уху.
- Алло?
Тишина. Еще через пять секунд и две попытки «Алло» я скинула.
Какие-то придурки балуются, да и номер не знакомый. Но внутри, в сердечке, что-то нехорошее ёкнуло. Ох, и не нравиться мне это.

Тут на меня налетела Элис, но со словами «йод, бинт, платырь…» она побежала дальше.
Зайдя на кухню, я поняла причину её сумасшествия. Рядом со столом над разделочной доской, где лежал помидор, стояла Белла, с порезанным пальцем. Она увлеченно рассматривала ранку, из которой медленно сочилась кровь. Как дипломированный врач, я крови не боялась, а вот про нее Эдвард рассказывал совершенно другое.
Затем она хохотнула, таким странным смехом, полным истерических ноток и некоторого отчаяния.
Вообще-то с первых секунд её появления в доме она с нескрываемым обожанием смотрит на Эдварда, мне даже её парня жалко. Он так красив и очарователен, и заслуживает чуть больше внимания даже от такой суки как Белла. Да, она сука, чего в принципе скрыть от меня не стремиться, но и показывает она это только мне. Каждым своим жестом она говорит: «Вот, смотри. Ради меня Эдвард сделает все, что я захочу». А я то что? Спорю?
Я еще последний месяц, после его командировки в Сиэтл пыталась наладить отношения, но как оказалось нам обоим это не особо и нужно. Нам было хорошо вместе, очень хорошо. Каждый с благодарностью воспринимал те дни и ночи, которые мы проводили, но не более. Как бы сказали законченные романтики, мы не половинки одной души и не частички одной мозаики.
И еще я вернулась в клуб. Тогда-то все и сломалось. А мне просто надоело сидеть дома. Мне, черт возьми, 23 года и я хочу жить, а не сидеть на шее у Каллена, преспокойно тратя его деньги и делать вид, что всем довольна.
Я даже несколько раз пыталась разыскать Тома. Ведь когда в школе мы расстались, я оборвала все контакты, удалила его из своей жизни буквально. Я думала, что так будет проще. Проще не стало, и тоска по нему меня грызла изнутри. Я понимала Эдварда как никто другой, жаль, что он об этом не подозревал. Осталось только, чтобы Белла, наконец, поняла в чем, или в ком, основная проблема.
Я не смогла сдержать улыбки, смотря на нее. Она сейчас выглядела жалко. Белла запуталась, прокручивая в голове сотни тысяч мыслей и развитий сюжета перед поездкой, это очевидно. Она даже не подозревает, что я обо всем знаю. Она настолько высокомерна, что не замечает ничего вокруг. Она не видит, как Матвею неприятны её откровенно похотливые взгляды в сторону Эдварда, и насколько ему противно, когда здесь, на глазах у всех она пытается сыграть к нему чувства. По крайней мере, он не повторяет её горе-подвиг. Их отношения похожи на наши. Острая нужда заставила, и они подвернулись друг другу в очень нужный, можно даже сказать удобный, момент.
Я все это пережила, точнее случай помог. Я знала, что здесь все закончиться, но упустить момента попререкаться с Беллой не могла.
- Что смешного? – спросила я, хотя внутренне сама смеялась.
Она подняла руку, по которой тонкой красной струйкой текла кровь. Порез был довольно крупным, но опять же не смертельным.
- О! А Эдвард рассказывал, что при виде крови ты падаешь в обморок, - усмехнулась я.
- Люди меняются, - бросила она нервно.
Конечно, ей не понравилось упоминание того, что он мог обсуждать её со мной. Это было настолько очевидно. Она напряглась всем телом, и сверлила меня свирепым взглядом. Если бы можно было убить им (как бы избито это не звучало), она бы меня убила. Причем использовала бы все возможные изощренные пытки для этого.
- Слушай, тебе совсем не обязательно делать вид, что ты хочешь со мной подружиться.
- Я и не хочу, просто поддерживаю беседу. Эдвард попросил меня быть вежливой. Но если твои нервы не слишком для этого приспособлены… - делаю выпад, медленно произнося каждое слово.
На счет просьбы я не соврала. Эдвард вообще трясется над нервами совей любимой, словно над хрустальной вазой. Бум и разобьется! Бум и разбились!
- Я освобождаю тебя от данного обещания. В отношении меня ты можешь просто молчать, - запищала Белла, хотя она наверно думала, что это прозвучало грозно.
Я хохотнула и отошла к столу, налить себе воды. Уж очень пить захотелось.
Повернувшись, я наблюдала довольно…. забавную картину. Белла уже была не той мегерой, которую я видела пару секунд назад, а этакой пантерой, с соблазнительными изгибами и хищной улыбочкой. Была бы я мужиком, накинулась бы на такую, и никого б не постеснялась. И мне кажется, я знаю причину такой вот перемены.
- Декабрь, солнце, Куба, взбитые сливки,… - мурлычет «причина» и делает еще один шаг.
Раскинь мозгами, Кэти. Какие у тебя варианты?
Отсидеться «в засаде», и посмотреть, что будет дальше, поймав с поличным.
Выйти и весь вечер ловить виноватые взгляды Каллена, умоляющие о прощении и т.д. и т.п. со всеми вытекающими.
Пожелать этим двум «совет да любовь» прямо сейчас и свались на фиг отсюда.
- Остановись мачо, не вспугни свою девушку! – ликующе произносит Белла.
Глупа девчонка, глупая.
- Её здесь нет! - восклицает этот придурок.
- Ты уверен?
Ну ладно, живите, голубки.
И я не то чтобы из жалости и всепоглощающей любви к Белле, но из-за нежелания слышать эти издевающиеся нотки в её голосе, совершенно не справедливые.
- Эдвард?! – вопрошаю, делая страшный взгляд, так, чтобы его пробрало до самого до позвоночника.
Правильно, милый, бойся гнева моего. А он уже дрожит как осенний листик на ветру. Я усмехнулась и прошла мимо.

Еще через пару минут я стояла на балконе, пытаясь всмотреться в темное небо, и увидеть что-то необычное, важное.
Завтра у меня снова вечер в клубе, как успеть? Вообще-то мы собирались сюда на выходные, но девочки уже в курсе, что я уеду. Остальным говорить я не хотела и в первую очередь Эдварду, который разразить целой лекцией, о том, что я не должна этого делать, о том, что о нем подумают коллеги, когда узнают в go-go танцовщице его благоверную.
Это не звучало так, словно он меня стыдился, хотя... кто знает?!
Тишину снова разорвал звук мобильного телефона.
Я мельком взглянула на дисплей. Снова незнакомый номер. Ну, сейчас я повеселюсь.
- Слушай ты, недоделанный телефонный террорист…, - начала я свою гневную речь.
- Кэти?! – спросил голос… Тома???!!!
- Т-т-т-оооом.
Я это не сказала, а почти пропела. Что? Нет. То есть, да. То есть, бл**ь. Что происходит?
- Кэти, ты меня слышишь? Алло?
- Ааа… да, - отвечаю, все еще не уверенная в происходящем.
- Кэт… я… - и тишина.
Тишина между словами, то есть между словечками, маленькими, неуверенными. Я полгода потратила, чтобы найти хоть какую-то возможность поговорить с ним, а он так вот просто берет и звонит мне.
- У тебя все это время был мой телефон, и ты не звонил мне? НИ РАЗУ! – гневно спросила я. Что с моим голосом? Я почти сорвалась на крик.
- Я думал, ты счастлива, - тихо, но точно замечает он.
Стоп! Что происходит? Соберись, Кэти, подумай. Ты стоишь на балконе дома сестры твоего парня, и разговариваешь по телефону со своим бывшим, впервые за последние черт знает сколько лет и предъявляешь ему то, что он тебя не звонил. Замечательно!
- Он думал… он думал, - буркнула я, но, кажется его слух все так же превосходен.
- Да, думал. Разве ты не воплотила мечту всей своей жизни и не встречаешься с тем самым… как его… Келиком? Калиром?...
- Калленом.
- НЕ ВАЖНО!
- А что важно?
- Я скучаю.
- И ты понял это спустя столько лет???
- Нет!
- Нет?
- Нет!!!
Черт!
- И чего же ты тогда ждал?
- Это сложно, Кэти.
- А ты попробуй, потрудись объяснить, - мой голос сорвался на истерику. Да что с тобой, Кэти?! Какого черта происходит? Ну почему, почему именно сейчас?
- Кэт… я… я люблю тебя.
Я знаю, я тоже. Я тоже его люблю, и всегда любила его одного, но… он ушел, он оставил меня. Он не мог тогда по-другому, а сейчас я не могу. Могу, еще как могу!
- Завтра в девять вечера я улетаю из Лос-Анжелеса. У меня есть билет для тебя, и не спрашивай, как я его достал, просто приходи.
В его голосе столько надежды.
А я не заметила, как начла плакать. Еще немного и я зареву в голос как обиженная плохим мальчишкой школьница.
- Кэти… скажи, что-нибудь…
- Что?
- Что угодно.
- Я люблю тебя.
Это многое ставит на места. Мои слова – они отразили суть меня, моих мыслей и чувств. Я скрывала их, а один телефонный звонок изменил все.
- Значит, ты придешь? – вот теперь я его узнаю. Опаска, недоверие. Это выработалось со школы, когда он мало кому верил. Его красота и статус, богатство и популярность манили к нему всякую падаль, которая жаждала отхватить от этого лакомого кусочка побольше для себя. От этого появилась привычка пользоваться людьми. Поэтому я тогда его так боялась. Что со мной было не так, почему он со мной не поступил как со всеми?
Потому что любил.
- Да, - отвечаю очень уверенно, чтобы он даже не задумался о моих сомнениях.
А я сомневалась. Очень.
- Тогда до завтра, любимая?
- Да.
Быстро кладу трубку, избегая прощаний, и сохраняя его номер в записной книжке.
Проходит еще несколько минут, а я все обдумываю то, как завтра буду собирать вещи и прощаться с Эдвардом, и всеми в этом доме. Или не буду.
Единственное, что я для себя решила, что не поступлю, так как эти двое неразумных, бегающих от судьбы. Я сделаю один уверенный шаг ей навстречу, прыгну в пропасть и если мне суждено, то разобьюсь, или буду вознаграждена крыльями за смелость. Главное – сделать шаг.
- Куришь? – из размышлений меня выбил голос Матвея, который протягивал мне сигарету.
- Нет.
Он улыбнулся.
- Уезжаешь?
- Завтра.
- Может нам по пути? – усмехнулся он и закурил.

Ирис. (форум)