Глава 19. Залечить раны сердца

BPOV

Эдвард ехал очень быстро, чтобы добраться до больницы. Ему почти вскружило голову от радости. Его переполняла любовь к Элис, и я знала, что он не может дождаться встречи с ней и новым племянником или племянницей. Я наблюдала за Эдвардом, когда мы заехали на парковку у Женского центра. Он быстро припарковался, занимая два места, и открыл мою дверцу, прежде чем я это осознала.

Он почти бежал, и я захихикала, задаваясь вопросом: что бы с ним было, если бы я рожала его ребенка. Эта мысль меня больше не пугала. Я знала, что хотела оставаться с ним навсегда, и приняла тот факт, что однажды стану матерью его детей. Вау, я проделала долгий путь с той поездки домой. Когда мы вошли в зал ожидания, он был похож на гостиную дома Калленов. Карлайл ходил взад-вперед, в то время как Роуз и Эммет спокойно беседовали, а Сидней спала в руках Эммета. Эсме несла всем кофе, когда увидела нас.

- Эдвард, Белла, я так рада, что вы здесь. Я была там, и у неё всё ещё схватки. Первая может занять некоторое время, но всё идет хорошо.

Эдвард обнял мать и улыбнулся.

- Как она держится?

- Хорошо, они сделали ей эпидуральную анестезию, и ей, кажется, стало лучше, а Джаспер чудом сохраняет её спокойствие.

После объятий, мы поспешили присесть. Я подумала об Элис и о том, как она, должно быть, счастлива встретиться со своим ребенком. Я молча взяла Эдварда за руку, ему тяжело давалось не кинуться к Элис. Думаю, каждый хотел быть в том родильном зале. Я оглядела семью, которую теперь считала своей, и почувствовала, как тяжело забилось сердце. Я мечтала о настоящей семье, когда была моложе, а когда выросла, перестала думать о том, чего не имела. Так было, пока я не встретила Эдварда и Калленов и поняла, что это та семья, о которой я всегда мечтала. В ней не были ни капли вражды или драмы.

Через час или около того пришла медсестра, чтобы позвать Эсме. Элис была полностью готова к родам и попросила, чтобы мать к ней присоединилась. Глаза Эсме наполнились слезами, когда она повернулась к нам.

- Я скоро вернусь с новым внуком. – Эсме практически вприпрыжку бежала за медсестрой, следуя к двойной автоматической двери.

- Ты в порядке? – спросила я Эдварда.

- Я очень взволнован и так рад, что ты здесь со мной, Белла. Какой угодно опыт я лучше переживу с тобой.

- Черт возьми, Каллен, тебе просто необходимо открыто свой бизнес, как в фильме «Правила съема: Метод Хитча». Ты мог бы сделать миллионы, обучая других, как стать идеальным парнем.
Эдвард усмехнулся и нежно меня поцеловал.

- Благодаря тебе, это становится легко, любимая, - прошептал он.

Эммет, с Сидней на руках, закрыл глаза и откинул голову назад, а Розали облокотилась на его плечо. Они были идеальной семьей. Спустя некоторое время Эсме вышла с огромной улыбкой на лице.

- Это мальчик. Его зовут Джексон Эдвард Уитлок.

Все обменялись объятьями, и я заметила, как несколько слезинок скатилось по щекам Эдварда.
Я обняла его, не сказав ни слова. Я знала, что он был больше, чем тронут тем, что они дали ему его имя.

- Он весит шесть фунтов девять унций, и он прекрасен, - продолжила Эсме.

- Элис хочет видеть вас. Её переводят в другую палату, это займет около двадцати минут.
Никто больше не казался уставшим, все болтали о родах.

Когда я впервые увидела ребенка, моё сердце растаяло. Я не могла поверить, что существовало что-то настолько прекрасное. У него были черные, как смоль, волосы, а кожа сливочно-белой, как и у всех Калленов. Он был таким мирным в руках Элис, что она просто светилась. Эдвард подошел к кровати и поцеловал сестру в щёку.

- Он удивительный, Элис. Поздравляем вас обоих, - сказал он, протягивая руку Джасперу.

- Хочешь подержать его? – спросила Элис.

Эдвард улыбнулся и осторожно взял ребенка на руки. Он смотрел на него с благоговением.

- Мы будем тебя баловать, крепыш, - все рассмеялись, зная, что он говорит правду.

Пока я смотрела на Эдварда с Джексоном, меня переполняли эмоции. Я не могла представить, что люблю Эдварда больше, чем сейчас, но меня переполняло ощущение радости. Он – большее, о чем можно мечтать, и он был моим. Я в очередной раз решила залечить все раны внутри. Я хотела быть с Эдвардом и не позволю ничему из прошлого помешать мне любить его и его семью.

Как только мы вернулись в квартиру, то устроились на кровати. Я прижалась к Эдварду поближе и поцеловала.

- Я люблю тебя, Эдвард, и не могу дождаться, когда всё то счастье, что я видела сегодня, случится с нами.

Эдвард сделал глубокий вздох, будто вдыхал всю меня. Это была самая тесная связь, которая когда-либо была между нами в не сексуальный момент; речь шла о всепоглощающей любви.

- Я тоже люблю тебя, Белла, когда-нибудь это случится и с нами. – Он поцеловал меня в лоб, и мы задремали.

***

Следующая неделя наступила слишком быстро, пока я готовилась к приезду Рене и Фила. Я больше не беспокоилась о Рене или о том, что случилось с нами в прошлом. Я больше волновалась о том, как мы будем восстанавливать наши отношения.

Утром, в день её приезда, я нервничала и ворчала на Эдварда. Он, казалось, всё понимал и не принимал близко к сердцу, за что я была ему благодарна. Он успокоил меня, притянув в объятья, и сказал, что это будет лучший День благодарения для всех нас.

Вскоре мы прибыли в аэропорт и ждали выдачи багажа. Я была очень рада увидеть свою маму, так как мы несколько лет не видели друг друга. Мои руки вспотели, а сердце бешено билось.

Как только мама увидела меня, то подбежала и крепко обняла.

- Белла, ты такая красивая. Я скучала по тебе! – сказала она, прижимая меня крепче.

- Я тоже скучала по тебе, мама. Я так рада, что ты прилетела. Прошло так много времени.

Я отстранилась и посмотрела вверх на Фила, а Эдвард улыбался, наблюдая за нами.

- Мама, я хотела бы познакомить тебя со своим парнем, Эдвардом Калленом.

Мама притянула его для объятья, слезы текли по её лицу.

- Огромное спасибо, что заботишься о ней, и за то, что был с ней тогда в лифте. Она сказала, что ты спас её, и просто хочу, чтобы ты знал, как я благодарна, - плакала Рене.

Моё сердце растаяло от её эмоциональной реакции на Эдварда. Я знала, что Эдвард держал на неё обиду за то, как она ко мне относилась, но могу сказать, что он был искренне тронут её словами.

Я быстро обняла Фила, и, схватив чемоданы, мы направились к машине.

Рене не изменилась, по-прежнему говорила сто слов в минуту, и я была рада, что ей комфортно рядом с Эдвардом. Я надеялась, что между нами всё изменится.

Остаток вечера мы провели у меня дома, сделав ужин и выпив пару коктейлей. Фил и Эдвард отправились смотреть баскетбол в гостиной, а Рене помогала мне мыть посуду.

- Белла, я так горжусь тобой, детка. Знаю, что тебе было тяжело в детстве, и знаю, что не была рядом, когда нужно, но существуют вещи, о которых ты не знаешь. Надеюсь, что мы сможем всё исправить во время этой поездки. У меня кое-что для тебя есть, - сказала она и полезла в сумку. Она вытащила конверт и протянула его мне.

- Всё пошло не так после твоего ухода от Чарли в последний раз. Это было крайней точкой. Я написала это несколько лет назад, но слишком боялась отдать его тебе. Надеюсь, что когда ты прочитаешь, сможешь меня простить.

- С нами всё будет хорошо, мама. Спасибо, - сказала я, держа конверт. Я зашла в спальню и положила его на ночной столик, интересуясь, чего же я не знала о своей матери. Я решила прочитать позже и присоединилась к остальным в гостиной.

Как только они ушли в спальню, Эдвард подошел ко мне сзади и обнял.

- Как ты? – спросил он.

- В порядке. Я была потрясена, когда Рене упомянула о моем детстве и о том, что её не было рядом. Она написала письмо и сказала, что это поможет мне её понять.

- Ты его читала?

- Нет, но ты останешься со мной, когда я прочитаю?

- Конечно, любимая, ты хочешь сделать это прямо сейчас?

Я улыбнулась, повернулась к нему лицом и привела его в свою комнату.

Я начала готовиться ко сну, а Эдвард уже был под одеялом. Он похлопал по месту рядом с ним, и я присоединилась к нему на кровати, читая письмо.

Дорогая Белла,

Я должна начать это письмо со слов о том, что мне очень жаль. Я сожалею о многих вещах, но самое большое сожаление в том, что я причинила тебе боль. Я до сих пор помню твоё лицо, наполненное облегчением и грустью, когда ты оставила мой дом в последний раз. Мне больно видеть тебя такой и знать, что я тому причина.

Мне хотелось так много тебе объяснить, но я не хотела, чтобы ты обо мне беспокоилась.

Когда ты родилась, это был самый счастливый день в моей жизни. Я хотела видеть, как ты растешь и учишься. Прошло совсем немного времени после того, как всё для меня изменилось. Я стала другой, но не из-за тебя, потому что я любила каждую минуту, проведенную с тобой. Это из-за меня. Я никогда не чувствовала себя достойной материнства. Когда тебе было два года, это случилось впервые. Я лежала в постели, пока ты дремала, и как только ты заплакала и начала звать меня, я не смогла и шевельнуться. Я могла только лежать и плакать. Я была в плохом состоянии, и, когда ты пришла ко мне в комнату, очевидно напуганная, я не смогла тебя утешить. Я была почти в бессознательном состоянии. Ты так и плакала, пока твой отец не пришел домой.

Он отвез меня в больницу, и меня определили в психиатрическое отделение для наблюдения. Они обнаружили, что я в состоянии, которое называется биполярным расстройством, включая депрессию. Мне было стыдно, и я решила, что тебе будет лучше без меня. Я хотела, чтобы ты никогда не боялась снова.

Я долго боролась с болезнью, и теперь мне лучше, после нескольких лет терапии и правильного лечения. Я понимала, что мой уход, возможно, причинил тебе больше вреда, чем правда. Изабелла, ты – моё сердце, хотя мои действия этого и не показывали; я не хотела причинять тебе боль. Я думала, что делаю то, что для тебя будет лучше. Я так долго ненавидела себя, но не смогу себя простить, пока не попрошу у тебя прощения. Я знаю, что не могу изменить прошлое, но прошу тебя меня простить и дать мне возможность стать частью твоей жизни. Ты замечательная девушка, просто знай, что я люблю тебя. Я могу ответить на любые твои вопросы. Люблю тебя, Белла!

Мама

Слезы текли по моему лицу, я поняла, что несколько лет молча обвиняла мать, будучи уверенной, что она оставила меня, даже не подумав, что на это есть причина.

Я передала письмо Эдварду и попросила его прочесть. Я просто лежала у него на руках и плакала. Я плакала из-за матери и отца, который продолжал любить её. Я плакала из-за себя и тех упущенных лет с Рене. Эдвард закончил читать и притянул меня к своей груди. Он ничего не сказал, а просто позволил мне плакать, проводя рукой по моим волосам.

Я нуждалась в своей матери; я хотела, чтобы она знала: я понимаю. Все эти годы я думала, что недостаточно хороша, и сомневалась в её любви. Я также причинила боль и ей. Я села в постели, и поцеловала Эдварда, как только вытерла слезы.

- Я должна поговорить с ней, - сказала я.

- Иди, любимая. Я буду здесь, когда ты вернешься.

Я надела халат и глубоко вздохнула, прежде чем постучать в её дверь. Моя мать нерешительно ответила. Я вывела её в коридор, бросилась в объятья и зарыдала. Мы крепко держали друг друга, пока плакали.

- Прости, Белла. Я так тебя люблю, - плакала Рене, я почувствовала, как её слезы катятся по моей шее.

- Мне жаль, мам. Мне жаль, что ты была так одинока. Я должна была быть с тобой. Всё, что я хотела, – быть ближе к тебе, любить тебя, - сказала я.

Она повела меня в гостиную, где следующие несколько часов мы разговаривали, действительно разговаривали в первый раз в моей жизни. Моё сердце разрывалось, когда я поняла, как мало мы знали друг о друге. Она сказала, что была не в форме, чтобы появиться на похоронах Чарли. Это напомнило ей, что она не со мной. Вскоре после его смерти она обратилась за помощью, потому что знала: так будет лучше для меня.

Она хотела знать всё, мы разговаривали, плакали и смеялись. Я была счастлива: у меня была семья, мать и Эдвард – впервые в своей истории я на самом деле поверила, что заслужила это.
Остальная часть визита моей матери прошла хорошо. Не было неловких моментов, и Эдвард принял её. Он проводил часы за кухонным столом, когда Рене развлекала его своими как-быстро-разбогатеть схемами или своими увлечениями, такими как вязание, которое закончилось кровопролитием.

Я получила возможность познакомиться с Филом. Этот человек любил мою мать, несмотря на недостатки, я же полюбила его за то, что он был с ней. Он видел болезнь моей матери, но до сих пор был здесь… Он сказал, что эта поездка – часть её исцеления, и был тронут моим состраданием.

День благодарения прошел хорошо, как и обещал Эдвард. Каллены полюбили мою маму. Я была полна радости. Не думала, что жизнь может быть лучше, чем сейчас, но была неправа.