2026-6-30

16

0

0

- Вам принести что-нибудь, мисс Свон?
Референт Аро Корта Хейди, девушка лет 30-ти с роскошной темно-рыжей копной волос, проводила меня до офиса Аро. Клянусь, я никогда не привыкну к вниманию со стороны таких невозможно эффектных людей. Мне все еще кажется, что я невидимка для женщин подобных Хейди.
- Спасибо, не нужно. И, пожалуйста, зовите меня Белла, - попросила я, переминаясь с ноги на ногу.
- Видите ли, вы приехали чуть раньше назначенного времени - Аро еще не вернулся с делового обеда. И мистер МакКарти и мистер и мисс Хейл тоже еще не подошли. Может быть, Вам подождать их в кабинете? Вам там будет намного удобнее. - За мягким голосом и спокойным объяснением звучала тревога, словно Хейди боялась, что я закачу истерику от перспективы ждать. Боже, ведь это я пришла раньше, так зачем нервничать? Наверно, в ее мире ей привычны люди, которые приходят в ярость от вещей, над которыми она не властна. Почти не сомневаюсь, что таковы все знаменитости.
- Без проблем, - я пожала плечами.
Хейди открыла дверь в большой просторный угловой офис. Две стены были полностью стеклянные и открывали панораму на деловой центр Лос-Анджелеса. Девушка указала на уютный кожаный диван у стены. На той стене висело множество фотографий в рамках: Аро и его клиенты, короли рока. Нашего фото на стене еще не было, но мы надеялись скоро там появиться.
- Вы уверены, что Вам ничего не нужно? Может быть, чай? Я могу отправить стажера в Старбакс*. Вы не голодны?
- Нет, все в порядке.
- Ну, если Вам что-то понадобиться, дайте мне знать и…
- Хорошо, сразу же. Обещаю.
Она, наконец, ретировалась, и я свернулась калачиком на диване.
На столе Аро я заметила небольшую стопку развлекательных журналов. Мы были на обложке всех изданий. Тем не менее, я пока не привыкла к этому – везде, куда ни посмотрю, я натыкаюсь на нашу группу, наши лица. Я, мой кузен Эммет, его лучший друг Джаспер и Розали, сестра-близняшка Джаспера. «Затмение». Как, скажите на милость, мы докатились до этого?
Это все дело рук Эммета. Он отправил пленку с нашими песнями на реалити-шоу «America’s Next Great Band»*. Эммет увидел рекламу, они искали музыкальные группы для участия в шоу, а наградой для победителей был контракт со звукозаписывающей студией. Он не сказал нам ничего, пока не отправил пленку. Я назвала его психом - мы были маленькой группой из крошечного городка Форкс, штат Вашингтон, округ Колумбия. Не было шанса, что мы попадем на это шоу, настаивала я. Я ошибалась. «Взрыв» последовал после одного телефонного звонка.
Мы переехали в Лос-Анджелес и будто попали зазеркалье. Три месяца непрерывных репетиций, записей и интервью. Остальные группы из Чикаго, Нью-Йорка, Лос-Анджелеса казались более профессиональными, совершенными. Они могли похвастаться самостоятельно записанными дисками, они ездили в турне, они классно одевались. Я чувствовала себя ходячим анекдотом, пушечным мясом, которому суждено испытать унижение и исключение после первого же тура. Даже ждала этого с неким забавным облегчением.
Но каким-то невероятным образом мы стали «Маленькой группой, которая смогла». Каждую неделю я ждала провала, и каждую неделю мы выживали. В конце концов, остались лишь мы и трио позеров из Нью-Йорка, исполняющие тяжелый рок. Никогда не забуду, как в неверии исчезала вечная презрительная усмешка их солиста Дамиана, когда объявили, что «Затмение» - победитель всего этого проклятого шоу. Блин, это было сладко.
Три месяца, пока длилось шоу, мы жили в своем маленьком мирке. Работали до полусмерти, не было времени выйти в реальный мир. После победы последовал ряд пресс-конференций, и нас ошарашило осознание того, что мы стали чертовски знамениты: Америка сходила по нам с ума. И как солистка я была более узнаваема, чем остальные.
Прошло уже 6 месяцев с нашего переезда из Сиэтла, и пора перестать быть победителем шоу «America’s Next Great Band» и стать «Затмением». До недавнего времени все наше внимание было сосредоточено на победе, сейчас мы записывали наш первый альбом и готовились к большому релизу. У нашего рекламного агента Аро были большие планы на нас и по этому поводу мы сегодня собираемся. Да, у нас появился агент. И он стоит кучу денег. И нет, я не знаю точно, чем он зарабатывает себе на жизнь.
От этих мыслей меня отвлек звук открывающейся двери. Следом за Аро в офис вошел Джаспер.
- Белла, - воскликнул Аро при виде меня, - посмотри, кого я встретил в лифте!
Джаспер улыбнулся и, подойдя ближе, рухнул на диван рядом со мной. Задев меня плечом, он откинулся на подушки. Я была рада, что Джаспер рядом. Аро меня немного пугал и я была счастлива, что не придется вести с ним светский разговор до прихода остальных.
- Привет, Беллз. Как тебе новый дом? - спросил Джаспер, убирая с глаз светлую волнистую прядь - ему нужно подстричься.
Сколько себя помню, я всегда знала Джаспера Хейла и его сестру. Может быть, мы не были родственниками по крови, как с Эмметом, но с таким же успехом могли ими быть. Мы все вместе учились в начальной, средней и старшей школе Форкса; когда Эммет и Джаспер собрали группу, втянув в это сначала Розали, а потом и меня, - эти трое стали всем миром, моими лучшими друзьями. Если мы не проводили вместе время в школе (а школа была настолько крохотная, что все всегда были на виду), то мы или репетировали вместе, или просто валяли дурака. Был момент, лет в 15, когда мы с Джаспером посмотрели друг на друга и задумались о возможности стать парочкой. В конце концов, Эммет и Розали начали встречаться с 13-ти лет, так что крупица смысла в этом присутствовала. Но для нас это было противоестественно. Мы знали друг друга слишком долго, слишком близко, чтобы стать кем-то большим, чем мы есть … неофициальные брат и сестра. Мы даже никогда не пробовали поцеловаться, хвала Господу. Не хотелось бы постоянно подавлять в себе такое воспоминание.
- Отлично,- ответила я, - Дом очень хорош. И так как я получила его с мебелью, то на мою долю мало осталось. Он совсем не похож на нашу берлогу в Сиэтле. Славно снова иметь кухню и задний дворик!
Мы наконец-то переехали из отеля в более-менее постоянное место жительство. Я сняла небольшой дом на Голливудских Холмах*; это моя первая попытка жить отдельно. В Форксе я выросла в доме Чарли, где постоянно ошивались мои друзья. А спустя пару лет после окончания старшей школы вместе переехали в Сиэтл, потому что мы с Роуз хотели пройти курс лекций при Вашингтонском Университете и в крупном городе у нашей группы было больше шансов. Мы сняли полуразвалившийся старый дом в убогом районе и обставили его мебелью из благотворительного магазина*. Здесь, в Лос-Анджелесе, у меня впервые появился маленький домик, принадлежащий исключительно мне. Как и всё остальное сейчас, это попеременно приводило меня в восторг или в ужас.
- А как твой кондоминиум*? - поинтересовалась я.
- Потрясно. Тебе стоит увидеть плоский экран, я его недавно купил. Вчера ко мне заглянул Эммет на игру Маринерс*. Ты бы видела, как на экране просматривается поле. Чертовски здорово.
Я закатила глаза. Некоторые вещи никогда не меняются. Мои мальчики по-прежнему собираются по воскресеньям, чтобы посмотреть бейсбол и выпить пиво. Просто теперь это происходит не у меня дома с Чарли в придачу.
Разговор прервала Хейди, она проводила в кабинет Эммета и Роуз.
- А! - воскликнул Аро, встав и распахнув объятья в приветственном жесте. - Все в сборе! Входите, входите. Розали, ты выглядишь, как всегда, великолепно.
Подарив ему легкую улыбку Мона Лизы, Розали кивнула. Эммет приветствовал Джаспера ударом кулака о кулак.
- Как дети! - вздохнула я, - Парни, вам 23 года, а вы до сих пор здороваетесь, как будто вам по 13 лет.
- И всегда будем, Беллз, - ответил Эммет, - С моим корешом Джаззом только так.
- Иисусе, Эммет, - проворчала Розали, - Последний раз говорю, ты – белокожий, из Вашингтона!
- Тише, женщина. Я тебя, конечно, люблю, но имей уважение к кулачкам.
Розали стрельнула в меня взглядом, и мы в унисон закатили глаза; я рассмеялась. Эммет каждый раз смешит меня до колик.
Аро обошел кругом стол и сел, разложив перед собой журналы и просматривая каждый. По моему мнению, Аро было хорошо за 30, хотя очень трудно определить точный возраст у человека с типичной лос-анджелевской лощеной внешностью; с таким же успехом ему могло быть все 50. Его кожа казалась невозможно гладкой, а свои длинные рыжеватые волосы он собирал в хвост. Одет он был в темно-серый костюм в светлую полоску, в ярко-розовую полоску была и рубашка. Сейчас он был известен как Аро Корт, но от Хейди я узнала, что его настоящее имя - Аарон Кортовски. Вот так вот исключительно по лос-анджелесски он создал себя сам. Он даже говорил по-другому, официально и в чем-то стилизованно, как будто он пришел с другого времени. В Форксе я не встречала никого похожего на Аро, словно он был совершенно иным биологическим видом.
- Ну что ж, друзья, - по очереди он посмотрел на нас, - думаю, настало время задуматься о будущем. На шоу я изучал группу и ваши выступления. Несколько помощников составили краткий анализ. Мы провели исследование рынка…
- Исследование рынка? - спросил Джаспер.
- Среди фокус-групп*, - терпеливо объяснил Аро.
- Что? Вы делали опрос о нашей группе? - я была сбита с толку.
- Белла, ваша победа в шоу - это будто поймать молнию в бутылочку. Вы были молодыми, неотшлифованными, неизвестными выскочками, бурей обрушившимися на шоу и похитившие сердца американцев. Теперь наша работа заключается в том, чтобы понять, как это произошло. И мы сможем дальше ловить молнии в бутылочку. Почему вы так понравились зрителям? Что они видят, когда смотрят на вас? Что они чувствуют, когда слушают вашу музыку? Что они думаю, когда они думают о «Затмении»?
Я кивнула и постаралась сделать вид, что поняла, о чем он, черт возьми, говорит. Если я что и поняла за эти 6 месяцев, крутясь в музыкальном бизнесе Лос-Анджелеса, так это то, что есть еще кое-что помимо музыки. Мы, все четверо, могли сфокусироваться только на музыке, но если мы хотим достичь успеха, то нам требуется еще армия помощников, чья работа будет позаботиться обо всем остальном. Эта суета будет большой занозой в заднице; но когда вы работаете над чем-то так долго, как мы - для достижения конечной цели можно смириться со всем этим дерьмом. Так что, если на тему нашей группы нужно проводить опросы или нам нужно навесить ярлык «дружелюбный», что ж, мы себя пересилим.
- Ну так давайте послушаем. Излагай, чувак, - выдал Эммет.